Друг по контракту

Первое, что услышал Томас, проснувшись в два часа ночи, был грохот. Собственно, из-за него он и проснулся. Подскочив на кровати, парень не сразу понял, откуда исходит шум. Всё ещё спящему мозгу понадобилось некоторое время чтобы понять, что, кроме него и Ньюта за стенкой, в доме никого и не было. Вся прислуга жила в домике за лесом. Поэтому, спрыгнув с кровати, Томас помчался в соседнюю комнату, гадая, что же такого могло случиться с Ньютом. Влетев без стука в спальню, юноша сначала растерялся окончательно. Кровать пуста, кресло тоже, а самого Ньюта не видно. Лишь присмотревшись, он разглядел в абсолютной темноте знакомый силуэт. На полу. Лежащим и не издающим ни звука. - Ньют! – Томас опустился рядом с парнем и осторожно, стараясь не добавить синяков, повернул его лицо к себе. – Ньют, что с тобой?! Эй, ты меня слышишь? - Прости, Томми, - голос слабый, но в нём отчего-то слышны смешинки. И тут два варианта: либо это розыгрыш, совершенно неудачный, либо же парень слишком сильно ударился головой. – Я просто хотел тебя увидеть. Знаю, глупо, мы и так всё время проводим вместе, но мне правда нужно было… - Ньют, тише, - остановил этот поток речи Томас, поднимая парня на руки и возвращая в исходную позицию на кровати. – Если так захотелось увидеться, постучал бы. Я же за стенкой, проснулся бы. - Да, но мне хотелось сделать тебе сюрприз, - парень нервно закусил губу, глядя на Томаса исподлобья. – Злишься? - Нет, я просто счастлив, что ты решил угробить себя в самом разгаре твоего лечения! – конечно, Томас был зол. Но ещё больше он волновался за самого Ньюта. А если бы он себе что-нибудь сломал? Хоть конечности практически полностью и восстановили свою активность, мышцы спины и грудной клетки, те, которые и держат тело в вертикальном положении, были еще слишком слабы. – У нас твоё самостоятельное передвижение только через месяц стоит в графике. И то это пока только в теории! Чем ты вообще думал? - Прости, - Ньют совсем сник. Он смотрел вниз, на свои ноги, и только подрагивающие пальцы выдавали его волнение с головой. – Думал, что смогу дойти до комнаты сам. Томас на это ничего не ответил. Он молча сидел на краю кровати, машинально поглаживая кисть Ньюта, стараясь успокоиться и взять себя в руки. В конце концов, такое случается. Взять хотя бы его последнего маленького пациента – Джек Николсон точно так же решил побродить по дому уже под конец курса реабилитации. Хорошо, что его няня оказалась рядом, поскольку прыткий детёныш решил опробовать своё умение спускаться по лестнице. Неприятная была бы ситуация. Поэтому злиться на Ньюта всё же не стоило. Любой человек после двух лет в инвалидном кресле при любой удобной возможности захочет встать на ноги. Это естественное желание, даже скорее потребность. Винить его за минутную несдержанность не стоит. - Ладно, надеюсь, ты больше не будешь пытаться уничтожить результат наших длительных трудов, - несмотря на довольно жестокие слова, Томас больше не злился. Он тепло смотрел на Ньюта, разглядывая неуверенное выражение его лица, желая, чтобы этот человек больше ценил свое здоровье. – До завтра, Ньют. Точнее, уже до утра. Он уже поднялся на ноги, когда холодные пальцы обхватили его запястье, не давая сделать шаг в сторону двери. - Можешь остаться? Ньют не смотрел в глаза, он прятал взгляд, разглядывая что угодно, только не парня, стоящего над его кроватью. В ночной темноте оттенок кожи не определялся, но Томас мог поспорить – его щёки покраснели. У них обоих. - Если ты, конечно, хочешь, - поспешил добавить Ньют, начиная тараторить от волнения. – Не обязательно, если не нравится, я не настаиваю, просто было бы здорово… Мне просто одиноко и хочется, чтобы кто-то был рядом… - Тише. Конечно, я останусь. Спи.

***

Ещё одна привычка в их копилку странных времяпрепровождений – совместное лежание на кровати. Оказалось, когда рядом хороший собеседник, потолок может быть по-настоящему интересным объектом обсуждения. В одну из ночей парни устроили нешуточный спор по поводу рисунка из теней, возникшего на потолке. Томас утверждал, что это белка Чакки (у парня был странный сдвиг на героях культовых ужастиков), Ньют же был уверен, что там дикий олень. К единому мнению ребята так и не пришли, закончив пререкания решением пересмотреть всю серию фильмов про зловещую куклу, потому что «Ньют, как ты можешь жить, не увидев нормальных фильмов ужасов?» И всё было бы прекрасно, если бы не одна проблемка, возникшая у Ньюта примерно спустя месяц после начала их отношений. Кто-то скажет, что это вполне нормально, и, в принципе, будет прав. Но сам парень придерживался несколько иного мнения. Потому как просыпаться каждое утро, а иногда и посреди ночи, с конкретным стояком, без возможности получить нужную разрядку – не самое лучшее, что может случиться в жизни. Слишком слабые руки не позволяли совершать нужные действия, да и держать их вертикально дольше пары минут не выходило. Ситуацию не облегчал и Томас, который либо не замечал очевидных неудобств парня, либо же тактично (как ему самому казалось) игнорировал сей интересный факт. Он-то по простоте душевной считал, что Ньют не захочет говорить об этом, вот и не настаивал. Хотя и сам нередко теперь подскакивал под утро из-за слишком уж реалистичных снов с Ньютом в главной роли. И там он в лишней помощи не нуждался от слова «совсем». Но все мы не железные, особенно наши нервы. Ньют намекал на возможное дальнейшее развитие их отношений как мог, но Томми либо действительно был таким непрошибаемым (хотя вряд ли оно было правдой, поскольку парень часто ловил на себе слишком долгие взгляды брюнета), либо просто не понимал намёков. Ньют склонялся ко второму варианту. Поэтому решил действовать прямо, так как хроническая бессонница ещё никому ничего хорошего не приносила. Но решить - это одно, а вот придумать план действий достаточно сложно. Особенно если ты не можешь двигаться. Вдвойне особенно, если тебе и шагу не дают ступить без контроля персонального надзирателя, рядом с которым мозг перестает действовать окончательно. Решение проблемы пришло само собой. Естественным путем, так сказать. Вечером, сидя в ванной, Ньют с самым обиженным видом сдувал клубы пены с воды, краем глаза наблюдая за Томасом. Последний с самым невозмутимым видом отошёл от ванной и, присев на корточки, искал в маленьком шкафу новый шампунь. К слову, сидел он спиной к Ньюту, потому блондин мог беззастенчиво разглядывать широкие плечи, рельефную спину, слегка оголённый участок поясницы, который под слоем брюк (к сожалению) переходил в более интересные места. Парень слегка вздрогнул. По телу прошла легкая волна дрожи, оседая внизу живота. Вот оно, снова. И на этот раз в крайне неподходящий момент. Скрыть свое неудобное положение в прозрачной воде просто физически невозможно, а та немногая пена, которую он развёл от скуки, и та вся испарилась. Но когда Томас повернулся в его сторону, проверить, чего это парень так подозрительно притих, у Ньюта в голове что-то щёлкнуло. А почему бы и не попробовать? - Томми, - позвал Ньют, отвернув голову в противоположную стену, – иди сюда. - Что такое? Ньют не ответил. Он ждал, пока Томас соберётся с мыслями и поймёт, что простым разговором не отделается. Не сегодня, по крайней мере. Сработало на ура – Томас оторвался от изначально провального поиска средства для мытья волос и неспешным шагом подошёл к парню, оглядывая его с ног до головы, задерживая взгляд на отдельных участках тела. - Ох. - Красноречиво, впрочем, как и всегда, - хмыкнул Ньют, прищуриваясь. – Не поможешь? Томас шумно выдохнул, напряжённо глядя в глаза напротив. Знал бы только Ньют, сколько сил ему стоило каждый день не наброситься на парня. Раньше он ни о ком так не заботился, не боялся причинить боль или обидеть несдержанностью. Ньют был другим. Его хотелось оберегать, быть с ним нежным и трепетным. И уж никак не хотелось делать то, что может причинить ему малейший дискомфорт. Даже если сам парень того хотел. - Так и будешь стоять столбом? – Ньют склонил голову набок и облизал губы. Мимолётное движение, словно непроизвольное, но оно того стоило. Зрачки Томаса расширились, стремясь поглотить всю радужку целиком. Дыхание сбилось. Про себя Ньют уже ликовал – такого прогресса он не мог добиться никакими разговорами или своими действиями последние две недели. Это определённо прогресс. Но всё ещё недостаточно. Томас мотнул головой, прогоняя временное наваждение. Самоконтроль, главное не сорваться. Всё-таки в положении Ньюта любые физические нагрузки должны соответствовать состоянию его организма. И желание самого парня в данном случае отходило на второй план. С такими мыслями Томас отбросил все свои фантазии в сторону и закатал рукава. - Вода уже остыла, - слегка осипшим голосом сказал парень. – Надо вылезать. Но как только он протянул руку, Ньют ухватился за неё и одним резким движением потянул на себя. Недостаточно сильно, чтобы Томас расшиб голову об кафельную стену, однако этого хватило, чтобы парень, выплеснув добрую половину воды через край, приземлился в ванную перед Ньютом. И выглядело это не так грациозно, как в популярных романтических комедиях, но Ньют результатом остался доволен. - И что это? – смешно фыркая от попавшей в рот воды, напрягся Томас. – Ньют, мы же это обсуждали. Но Ньют его уже не слушал. Воспользовавшись замешательством парня, он с трудом, но всё же смог переместиться к нему на бедра, обвив руками шею. - Томми. Короткое слово, выдохнутое куда-то в шею, пустило волну мурашек по телу Томаса. Он сжал тело Ньюта в объятиях, прижимая ближе, вдыхая запах геля для душа и самого парня. Карамель. Именно так Томас охарактеризовал этот запах. Любитель сладкого с самого детства, Томас был в восторге, когда впервые почувствовал запах Ньюта, после чего при любой возможности старался тайком вдохнуть побольше. - Просто сделай это, - тем временем шептал Ньют, проводя губами по шее Томаса. Одной рукой он сминал тонкую ткань промокшей футболки, второй же перебирал тёмные пряди, несильно оттягивая. Так, как надо. - Ньют, мы это уже обсуждали, - стараясь не стонать в голос, прошипел Томас. Штаны неприятно сдавливали вставший член, и Ньют лёгкими движениями своих бедер не помогал ни разу. – Когда ты сможешь встать, то мы обязательно попробуем… - Я хочу сейчас, Томми. И всё тут. Как ребенок, честное слово. Что вот с таким делать? Томас не знал. Зато точно осознавал, что еще немного, и никакие внутренние барьеры работать не будут. Ньют просто снесёт их, не забыв прихватить с собой остатки здравого смысла брюнета. Пока что у него это отлично получается. Томас честно старался сдерживаться. Он не опускал рук ниже тонкой талии, пытался не смотреть на затуманенные желанием глаза и припухшие губы. Всё шло более менее спокойно. Но когда Ньют опустил руку и сжал его член через плотную ткань, у Томаса сорвало крышу. Он впился в чужие губы собственническим поцелуем, будто пытаясь отомстить за все те провокации, которые он терпел последние несколько недель. Ньют хочет большего? Что ж, он это получит. Руки Томаса гуляли по телу Ньюта, сжимая и поглаживая, создавая контраст ощущений, от которых парень уже не скрывал стонов. Да и зачем, если вокруг никого? Оторвавшись от желанных губ, Томас мокрыми поцелуями начал спускаться по шее к ключицам, оставляя алеющие засосы, временами прикусывая кожу и тут же зализывая след от зубов. Ньют не знал, куда деть руки. Но он точно понимал, что дурацкая футболка на теле Томаса ему только мешает. Но сил на то, чтобы раздеть парня, у Ньюта не было. Руки больше не хотели подниматься, так и покоясь на широких плечах. - Сними ее, - в перерывах между вздохами прошептал Ньют. – Футболка. Мешает. Дважды просить не надо было. Одной рукой придерживая юношу, Томас с его неуклюжестью с трудом, но всё-таки избавился от совершенно ненужного элемента одежды. Уже легче. Стало ещё жарче. Ньют был на пределе. От переизбытка эмоций и ощущений, которые почти стерлись из его памяти, он никак не контролировал свои действия. Да и не хотел. Зачем, если Томми сейчас рядом и знает, что делать? По крайней мере, парень на это надеялся. Он хотел почувствовать, как пальцы Томаса медленно растягивают его, как его член сперва плавно погружается внутрь, постепенно набирая темп. Он хотел кончить одновременно со своим возлюбленным. Но он никак не ожидал, что, расстегнув собственную ширинку, Томас соединит их члены, размеренно проводя по напряженной плоти вверх вниз. - Пока только так, - видя легкое непонимание в глазах Ньюта, прошептал в его приоткрытые губы Томас. – Остальное, как я и говорил, когда встанешь на ноги. Ньют хотел было возразить, что не нужно с ним нежничать, но когда большой палец Томаса прошелся по его чувствительной головке, всё возмущение застряло в горле вместе с воздухом. Это было чертовски приятно. То, как двигались руки Томаса, как его горячее тело согревало Ньюта, даря обжигающий жар. Как его собственный стон был подавлен глубоким поцелуем, срывающим остатки разума, оставляя лишь эйфорию и лёгкость во всем теле. Это не было на сто процентов тем, о чём мечтал Ньют. Но сейчас, лёжа на кровати, слушая размеренное дыхание Томаса рядом, парень мог с уверенностью сказать – такой способ времяпрепровождения ничуть не хуже. Жизнь постепенно налаживалась. Но это не бульварный роман, где герои переживают трудность и живут долго и счастливо. Он лично в этом убедился, когда прочёл сообщение на телефоне. «Дорогой, мы с папой заедем к вам послезавтра. Скоро увидимся. Целую» Только не это.