Гранит

— Герми! — донесся снизу голос Санди. — Герми, да вставай же! — Шайтан тебя побери! Чего ты орешь с утра? — тут же услыхала Гермиона голос старого злобного Кирима с нижнего этажа. В этом районе жило много выходцев из разных стран мира. Взывания к Аллаху и наполненный всякими неприличностями рэп Гермиона теперь слышала куда чаще, чем ту английскую речь, к которой привыкла, проживая в соседнем, намного более богатом и благополучном, районе. — Иди к своему Аллаху! — не осталась в долгу бойкая подружка и отскочила подальше, хохоча, когда Кирим швырнул в нее огрызком. — Привет! — помахала она выглянувшей в окно Гермионе. — Давай быстрее, а то мама ругаться будет. Гермиона быстрее ветра слетела вниз. Сердце ее взволнованно билось: получилось! Мама Санди смогла договориться, чтобы девочки помогали убирать аллеи парка в соседнем районе — том самом, откуда переехали Грейнджеры. И теперь Герми и Санди будут платить по четыре фунта в час. Это очень-очень мало, но хоть что-то. Можно быстрее накопить на учебники. До места работы родители Санди добирались на стареньком автомобиле, в кузове которого находились все необходимые принадлежности: метлы, огромные совки, пластиковые мешки, ведра и щетки, чтобы мыть аттракционы, скамейки, урны и бордюры. Плохо было то, что назад приходилось возвращаться пешком, чтобы не тратить драгоценные деньги на проезд. Вроде и недалеко, особенно, если знаешь кратчайший путь, но и не так уж близко — сорок минут почти бегом. Сначала вдоль берега грязной реки, потом сквозь дыру в заборе, мимо заброшенных складов и цехов, потом мимо заколоченного дома, где они с подружками пару раз жарили сосиски — устраивали пикник в воскресенье. Еще десять минут и дома. Отдышаться, поесть и собираться в «Дентал Клиник» — как гордо называл крошечный кабинет отец. При таком режиме — весь день на ногах — Гермиона к вечеру валилась с этих самых ног. А на следующий день опять вставать в пять. Гермиона удивлялась — раньше у нее не было столько друзей. А уж таких, с кем можно было обсудить очень важные проблемы, кто мог запросто протянуть кусок булки с сыром и прибежать сломя голову, чтобы сообщить, что мистер Грейнджер направляется в паб, а потом помочь довести отца домой, — таких друзей у нее не было никогда. В Хогвартсе по-настоящему тёплые отношения связывали ее только с Гарри. А Рон запросто мог обозвать её «всезнайкой» — тоже видите ли Снейп нашелся! И «занудой». И он же, лентяй такой, всё время у неё списывал. Но Рон умный, талантливый, красивый, здорово играет в шахматы. И он — лучший друг Гарри. И тут на семью Грейнджеров пала новая напасть: куда-то стал исчезать мистер Грейнджер. Одевался в свой самый приличный костюм и уходил. «Я по делам» — и нет его целый день. «Дентал» закрыта, клиенты костерят хозяев на чем свет стоит, Гермиона и миссис Грейнджер в растерянности — не могут же они за врача сами удалить зуб или поставить дешевенькую пломбу. На все расспросы мистер Грейнджер таинственно отмалчивался. В его глазах загорелся непонятный огонек. «Дентал» теперь бывала закрыта и раз, и два, и три в неделю. Клиенты уходили искать помощи в другие места. На счету стали стремительно таять деньги. Гермиона пробовала проследить за отцом, но он заметил её и впервые наорал так, что Гермиона испугалась, что он её ударит. Больше она не решалась на подобные вылазки. Мама стала поговаривать, что нужно искать работу в ближайшей государственной клинике, вроде там требовались высококвалифицированные медсестры. Но платили им меньше, чем она зарабатывала в «Дентал», и много денег съедали расходы на проезд. Так что получалась вообще мизерная сумма. Мистер Грейнджер, узнав об этом, был очень зол. Назвал миссис Грейнджер предательницей и искательницей лёгкой жизни. Они поссорились и неделю не разговаривали. Гермиона плакала и просила их помириться. А отлучки мистера Грейнджера всё учащались. Гермиона не раз слышала, как он, по привычке бегая по комнате, возбужденно рычал, что выведет кого-то на чистую воду, недолго им осталось. «Не может этот дешевый препарат так действовать!» — бормотал он и бросался производить какие-то расчеты на бумаге. «Не может такая доза снять боль!» — кричал он и рвал листы в мелкие клочки. «Не может этот абразив так вычистить эмаль!» — и вновь садился за стол выписывать колонки цифр и что-то подсчитывать на калькуляторе. «При таких ценах!» — уже совсем невнятно восклицал он и шел в бар, отмахиваясь от жены и дочери. Миссис Грейнджер и Гермиона совершенно издергались и изнервничались. Они догадывались, куда ходит их дорогой любимый человек, постепенно превращавшийся в злого угрюмого ворчуна. И однажды мистер Грейнджер не вернулся домой.