Любовь и Крылья

Каждый день на парковке, в офисах и магазинах мы не единожды видим невзрачные таблички с похожими, как близнецы, надписями: «Служебное помещение. Посторонним вход воспрещен». Мы скользим по ним равнодушным взглядом даже не задумываясь, что за ними скрывается обратная сторона реальности. Изнанка мира, совсем другая жизнь. Простая безликая дверь прячет свои тайны лучше любого сейфа. Потому что никому нет до нее дела. Ведь не даром говорят: хочешь спрятать — положи на самое видное место. Вот и многолюдный санаторий оказался прекрасным местом уединения для клана айман. Тысячи туристов приезжали, уезжали, отдыхали и даже не подозревали, что внешне спокойная, умиротворенная атмосфера курорта изнутри готова была взорваться от напряжения. — Влад, успокойся! Твои психи ничем ему не помогут! — не выдержал Станислав метаний шефа по кабинету. — Два месяца, Стас! ДВА! А Мар все еще не может стабилизироваться! Может Яна к нему отправить? — Хватит. Наотправлялся уже. Мало тебе трех покалеченных айман. Хочешь весь свой клан инвалидами сделать? — Ничего им не будет, — фыркнул Влад и рухнул в ближайшее кресло. — Отлежатся месячишко, срастят кости и будут как новенькие. Айманы в этом плане крепче людей. И поверь, они прекрасно знали на что шли. Может, все-таки, Яна? Он нравился Мару и общались они неплохо… — Влад, прекрати себя обманывать! Ты прекрасно знаешь, что, а точнее КТО, ему нужен. — Ты снова про Михайлова? Но этого быть не может… — Я тебе еще тогда говорил, у Мара на него странная реакция. Но ты только отмахнулся: «оборота еще не было». А теперь что? Вот он, оборот, идет. Только Мар никак не может закрепить форму. А почему? — Ему нужен сильный партнер! Сильнее его, а таких очень мало. Ты видел его крылья? — Видел. Белые, как все и ждали. — Не просто белые — они абсолютно чистые, без малейшего вкрапления! Такие айманы очень редко рождаются. Его сила просто огромна. Он же Свята просто размазал по стене! А он — один из самых сильных в нашем клане. — Прости, Влад, но выбор у тебя небольшой. Либо пробуешь Михайлова, либо зовешь Мастера из другого клана. Крылья у Мара уже есть и клан останется независимым. — Ну да, только Мара они заберут себе! А он — все, что у меня осталось. Ты ведь понимаешь, что без Кира… Кир был особенный, настоящий лидер. За это и убили его. Думали, я не вытяну клан в одиночку и приму другого. Ты же помнишь, как нас тогда осаждали. — Помню. Лихие девяностые. Мне тогда столько трупов пришлось отработать, прямо как на войне. — Это и была война, Стас. И клан благодарен тебе за победу в ней. — Я Киру жизнью обязан. Защитить тебя и вашего неродившегося ребенка — это меньшее, что я мог сделать в память о нем. Но белые крылья Мару достались не от Кира, а от тебя. — Знаю, Стас, но я больше никому не смогу родить… Внутренний звонок положил конец перепалке. — Владислав Олегович, вас в медицинский зовут, — сообщил секретарь. — Хорошо, — бросил в трубку Влад и отключился. — Я с тобой, — заявил Стас. В медицинский центр для персонала, как и в любой корпус «Зеленого Бора», можно было попасть по подземным переходам. Они, как грибница, опутывали весь санаторий и выходили за пределы. Из главного административного корпуса идти было недалеко. Каких-то пять минут, и двое мужчин вошли в идеально чистое помещение с приятными бежевыми панелями и мягким рассеянным светом. Здесь их уже ждали. — Влад, надо что-то делать. И срочно! — с ходу взял быка за рога пожилой кругленький доктор в смешных очках. — Саш, все так плохо? — Хуже некуда. У Мара началась обратная метаморфоза. — Что? Когда?! — побледнел Влад. — Сегодня утром. Сначала я решил, что крылья перестраиваются, но к обеду они начали сворачиваться. У нас максимум три дня, прежде чем они окончательно срастутся с позвоночником. Влад, решайся! Мару нужен Мастер. — Или пара, — хмыкнул Стас. Несколько секунд Влад потрясенно молчал, а затем стремительным шагом пересек холл и ворвался в палату. — Я могу взглянуть? — спросил Стас у доктора. — Можешь попробовать зайти, — мрачно пошутил Саш. — Нет, спасибо. Я еще жить хочу. — Тогда пошли в смотровую. Смотровая представляла из себя маленькую комнатушку со стеной из бронированного стекла. Свет погашен, но он здесь и ни к чему. Там, за стеклом, просторная палата. Мебели почти нет, только привинченный к полу столик и большая низкая лежанка с растяжками, затянутая прочным хлопком. На лежанке сейчас металось странное существо, отдаленно похожее на человека. Первый оборот для аймана — как второе рождение. Сначала от позвоночника отделялись лучевые кости, что станут основой для будущих крыльев. Одновременно кожа на спине расслаивалась, превращаясь в тонкую перепонку. На этом этапе крылья очень хрупки. И перевоплощенного аймана с помощью растяжек фиксировали лежа на животе. Через два дня они грубели и наступала вторая стадия куколки. Айман заворачивался в крылья и впадал в летаргический сон на месяц или полтора. В это время перестраивались внутренние органы и формировалось магическое ядро. Давно замечено, что чем светлее крылья, тем сильнее магия. На третьем, завершающем этапе, форма закреплялась, чтобы в дальнейшем смениться при простом магическом усилии. И здесь особую роль играл первый партнер, который стабилизировал гормональный фон, фиксируя изменения. Он становился самым родным, самым близким существом для аймана. Главную роль в выборе партнера играли феромоны. Именно на запах ориентировался айман, допуская к себе. Но обоняние можно и обмануть. Этим и занимались Мастера. Особенность их магии была такова, что они могли менять свой запах — идеально подстраиваясь под партнера. Только с Маром клановые оказались бессильны. Он не желал никого принимать, реагируя агрессивно и зло. На этом этапе и застрял Марик. Его крылатая сущность наотрез отказывалась подпускать к себе партнеров. Ломая и калеча любого, кто осмеливался подойти к нему. И только на одно существо сущность реагировала мирно. На родителя. Влад ворвался в палату и присел у лежанки. Мар хищно втянул воздух носом, но тут же сник. Жалобно поскуливал, он подставил отцу спину, как будто жалуясь и прося ласки. Дрожащими руками Влад провел по кровоточащим разрывам, с ужасом глядя на то, как слипаются лучевые кости, теряя свою твердость. — Мар, солнце мое. Как же так? Ну почему ты никого к себе не пускаешь? Мар только всхлипнул. Ответ был не нужен. Влад и так видел признаки регресса. Это могло означать только одно: истинный партнер найден и утерян. Айману больше не нужны крылья. Ни с кем другим он не поднимется в воздух. — Милый мой, это он да? Макс? Услышав имя, Мар встрепенулся и вновь обмяк. — Он! Потерпи радость моя. Он придет! Слышишь меня? Не бросай крылья, он придет! Два дня, Мар, пожалуйста! Еще раз проведя ласкающим движением по потерявшим упругость крыльям, Влад вышел из палаты. — Стас! Привези этого Михайлова! Возьми с собой ментала, пусть зачистит ваш уход! Если Мар его убьет — избавишься от тела. Если примет, готовься объяснять, что к чему!