Лунная Семья. Возрождение.

      Две девушки заинтересованно наблюдают за высоким черноволосым парнем, занятым приготовлением суши. В самом начале он, по просьбе одноклассниц, комментировал свои действия, но сейчас уже рассказывал весёлый случаи из своей жизни. Киоко с Ёши располагали множеством не менее, а то и более интересных историй из своей довольно насыщенной жизни в клане, так что им тоже было, что рассказать Такеши. Естественно, истории Киоко и Ёши были подкорректированы, а большинство имён опускалось, но что девушки упустили из виду, так это иногда слишком подробное описание, после которого можно с лёгкостью узнать действующие лица этих ситуаций в повседневной жизни. Например, Мукуро не слишком сильно изменился, как и Бельфегор.       Через некоторое время, заговорщически оглянувшись на дверь, Такеши разрешил девушкам немного помочь (вообще-то, договаривались с Тсуёши-саном только о «посмотреть», но никак не о «поучаствовать»), но зря он совершил такую глупость. Спустя несколько минут Тсунаёши уже нечаянно полоснула ножом по руке, оставив неглубокий порез, и теперь парень ищет, чем можно порез обработать, пока сама девушка стоически выслушивает возмущения подруги по поводу её, Ёши, невнимательности, перечёркивающей все направленные на развитие ловкости тренировки.       — Оно само! — оправдывалась Тсунаёши, кривясь от неприятных ощущений. Подруга скрестила руки на груди, показывая, что это не аргумент. — Если ты помнишь, то здесь я не тренировалась никогда! Как и не училась, впрочем, но если я попробую снова начать заваливать тесты, то Бел устроит мне весёлую жизнь.       Да уж, сохранилась память, но никак не физическая подготовка, что было вполне ожидаемо: здесь шатенка имела проблемы даже с простыми занятиями на физкультуре. Сейчас Ёши почти не спотыкалась на ровной поверхности не иначе как благодаря везению и какой-никакой внимательности. А на счёт учёбы она может быть и не права: Бельфегор на её оценки разве что устроит ей экзамены по всем пройдённым ею предметам и, получив прекрасные оценки (если математику не завалит опять до 70 из 100), успокоится.       Киоко сориентировалась и постаралась сделать разговор неслышимым для тех, кто в нём не участвует. Долго это в таком варианте исполнения не продержится, период восстановления у неё затянется ещё на недели три-четыре, но времени должно хватить.       — Я, безусловно, понимаю, что ты временно снова стала ходячей катастрофой, — Киоко демонстративно отодвинула нож подальше от подруги. Сегодня, видимо, не её день, так что пусть все острые предметы по возможности будут на безопасном расстоянии.— Но возобновить тренировки тебя теперь заставят: не Реборн, так обстоятельства. Не всё ли равно?       — Но мы не можем рассказать правду о прошлом, пока не будем уверены в своей безопасности! Вспомни Даниэля… — Тсунаёши помрачнела. — Не, однозначно придётся учиться хоть как-то контролировать Вонголу, там уже и без нас непонятно что творится.       — Контролировать, ага, — иронично улыбнулась Киоко. — Сама-то слышишь, как это звучит от тринадцатилетних подростков?       — А ты видишь, что они творят? — возмутилась Ёши, взмахнув руками. — Про защиту гражданских, о которой говорил дедушка, вспоминают через раз! Хуже не будет, как по мне. А после запечатывания Пламени я Девятому вообще не доверяю!       — Не понимаю, почему тебя это волнует именно сейчас? Сделать пока всё равно ничего не можем, только нервы себе портить… Теоретический шанс выдать чуть больше заявленного объёма знаний тоже, кстати, не стоит беспокойства. — посмотрела на хмурящуюся подругу и несильно щёлкнула её по лбу. — Прорвёмся.       — Согласна, я слишком нервничаю, — призналась шатенка. — Извини.       Киоко кивнула и подала подруге ватку с перекисью, которой предполагалось обработать порез. Тсунаёши с обречённым вздохом взяла предложенное, вспоминая то время, когда можно было заживлять такие повреждения прямо на месте, и пожалела, что в своё время поддалась на уговоры и решила отложить изучение основ лечения Пламенем на потом.       — Если не собираешься ему полную картину событий рассказывать, то смысла так переживать не вижу, самое интересное именно в той части, а тренировки — это вполне нормально… — продолжила Киоко.       — И что же мне не собираются рассказывать? — послышался из-за спин девушек весёлый голос, сигнализирующий об успешно закончившихся поисках аптечки, которую пытался найти Такеши. Брюнет помахал зажатыми в ладони бинтом и ножницами, которые он взял на всякий случай.       Подруги вздрогнули и переглянулись («Я же тебе говорила», — молча подумала Тсунаёши, укоризненно посмотрев на подругу. «Успокойся, паникёрша», — закатила та глаза.). Киоко сориентировалась, забрала у парня бинт и самостоятельно перебинтовала Ёши ладонь, рассчитывая, что мать девушки, когда та вернётся домой, вылечит.       — Так мы же не собираемся рассказывать, почему тогда спрашиваешь? — улыбнулась Киоко, склонив голову набок.       Вполне логично не отвечать, ведь было уже сказано, что рассказывать ему эту информацию не собираются. Только Тсунаёши, по мнению Киоко, не права, скрывая от своего потенциального хранителя довольно важные моменты своего прошлого, хотя, казалось бы, это прошлое было всего пару дней назад. Другое дело, что они обе слишком привыкли, что хранители априори не могут предать, но от таких заблуждений Первое поколение не стремилось их избавлять. Деймон там, на самом деле, не так уж и виноват был.       Такеши действительно не стал настаивать на развитии этой темы, вернувшись к столу и возобновив обсуждение школьных будней, но несколько нечитаемых взглядов парень на Киоко и Тсунаёши всё же бросил, снова вызвав у тех смутное беспокойство.       Через пять минут разговор сам собой перетёк на самураев, и неожиданно выяснилось, что Тсунаёши неплохо знает эту тему, поэтому им с Такеши нашлось, что обсудить, а Киоко иногда вставляла комментарии, посмеиваясь над тем, как подруга ненавязчиво намекала на то, что неплохо бы показать несколько приёмов с катаной. Видимо, Ёши очень скучала по тренировкам с мечами, или надеялась на возможного спарринг-партнёра.       Изначально девушки планировали просто поговорить с Такеши по дороге и аккуратно выяснить, знает ли он о Пламени, но потом решили не торопить события и не переходить сразу от обычного общения к этой теме, поэтому разговор по пути из школы не содержал в себе сколь-нибудь важной информации. Обсуждение интересов неожиданно закончилось приглашением девушек как на тренировки бейсбольной команды, так и в суши-бар его отца, где им предлагалось не только поесть суши, но и посмотреть на их приготовление, хотя это уже было немного странно. Тсуёши-сан, как они узнали по приходу, против не был, даже выглядел подозрительно довольным.       Теперь девушки могли завороженно наблюдать за отточенными движениями парня, который больше не стал доверять нож Тсунаёши, не забывая, впрочем, участвовать в разговоре.       В любом случае, проведённое с Ямамото-младшим время помогло девушкам отвлечься от нерадостных мыслей касательно того, сколько проблем может принести Аркобалено Солнца. «Побыстрее бы всем Аркобалено взрослый вид вернуть, а то в таком виде Реборну куда как легче за нами следить», — не раз за сегодняшнее утро думала Тсунаёши, бросая взгляды за окно, где на ветке дерева скрывался Реборн. Интуиция раз за разом безошибочно определяла его местонахождение, не переставая настойчиво звенеть, что определённо намекало на приближение неприятностей для отдельно взятой шатенки.       Сейчас девушки параллельно с общением обдумывали произведённое Такеши впечатление, ведь в «той реальности» они с ним не очень активно контактировали и не знали, как правильно начать нужный разговор. Как сам парень вообще отреагирует, если ещё не введён никем в курс дела, то есть не знает о мафии вообще? Если знает? Что делать, если он не воспримет всерьёз существование Пламени Посмертной воли, — тоже непонятно. Да и предположить его реакцию на то, что мать никуда не сбегала, а вполне себе была мертва до определённого момента, а потом воскресла…       К Ямамото Тсуёши подходить пока с вопросами не хотелось по немного другой причине: если Киоко права и тот был в прошлом связан с мафией, то у них вполне могут возникнуть проблемы даже без разговора о Ямамото Нами. С другой стороны, с Наной Тсуёши-сан неплохо общается, поэтому может даже помочь, но хочется всё же гарантий.       Такеши очень жизнерадостный парень, явный оптимист; ни разу ещё не отказывал в помощи, если та действительно была нужна. Правда, Тсунаёши он за годы учёбы в младшей школе Намимори по возможности помогал и без просьб с её стороны, но обратила внимание на это Ёши только сейчас, да и, несмотря на производимое впечатление, учился Такеши плохо только из-за нехватки времени. Но иногда, когда Такеши думает, что на него никто не смотрит в данный момент, у него слишком серьёзный взгляд, несвойственный ему и абсолютно безэмоциональный. Даже страшновато становится.       Различить черты, не вписывающиеся в созданный самим Такеши образ увлечённого бейсболом и не слишком волнующегося об учёбе парня, прочие одноклассники не могут, наверное, из-за привычки воспринимать его именно так.       В одном Тсунаёши полностью уверена: этот брюнет — её истинный Хранитель Дождя. И Киоко тоже что-то подозревает, даже не являясь её хранительницей, иначе почему бы она так хитро улыбалась, поглядывая на подругу? Нет, для полных веселья взглядов была ещё одна причина, но заострять на ней внимание Киоко пока не стала. Но это только пока, а позднее она ещё припомнит всё подруге.       Напрягало ещё одно — связь. Связь между Небом и его истинным хранителем, которая должна была уже начать образовываться. Только начать, либо быть уже установленной, но вот вопрос: почему Ёши чувствовала оборванную нить связи, которая и должна связывать её с Такеши. Вместо того, чтобы закрепиться или образоваться, связь сейчас восстанавливалась, что вызвало закономерный вопрос у шатенки: какого… демона кто-то посмел разорвать её связь с хранителями?! Понятно, почему её решили в версию прошлого закинуть. А поскольку у неё есть два «набора» хранителей, и все они истинные, то остальные обрезанные неизвестным нити продолжали заставлять Ёши волноваться. Интуиция ненавязчиво намекала, что нужные встречи скоро произойдут, только подогревая этим беспокойство.       — Как ты думаешь, Киоко-тян, с ребятами всё хорошо? — тихо спросила у подруги Тсунаёши, отводя прядь волос с лица. — Думаю, нужно нам, всё же, самим озаботиться сбором хранителей.       Нужно бы, только кто же их отпустит? Даже Нана не разрешит, сказав подождать с этим. Положим, есть шанс попробовать снова поиск хранителей, попасть на базу за нужной книгой труда не составит… Если выбраться из-под контроля Реборна. Вот это посложнее будет… Но когда их пугали трудности? Н-да, наверное хорошо, что разнос за практически угон кланового самолёта и освобождение Занзаса взрослые им устроить не успели, но Реборн всё-таки похуже будет.       Уже целых десять минут как девушки ждали, пока Такеши закончит готовить, а то одноклассник явно не собирался отрываться от своего занятия. Видимо, ему действительно нравится помогать отцу на работе. Можно было и отложить разговор до лучшего времени, но с приездом Реборна это лучшее время наступит ещё не скоро. Раз Ямамото является каким-то там потомком Асари Угетсу, то вряд ли на него не обратят внимания. Да и разобраться в своих ощущениях у Ёши не получалось, но возникала какая-то необъяснимая тяга выпустить Пламя рядом с Такеши. Если бы это было связано с Небесным пламенем, то всё ясно, но в том и дело, что Топазовое пламя Небесным не является ни в коей мере.       Кажется, наставницы упоминали вскользь о том, что пару-тройку раз такое было, и такие желания у глав кланов заканчивались спонтанной инициацией того, рядом с кем было вызвано Пламя, потому что Пламя главы не в пример сильнее, и есть большой шанс пробудить спящее Пламя другого человека, если оно такого же типа. Только появления у Такеши второго типа Пламени им для полного счастья и не хватало…       — За ними такой эскорт отправился, что нужно будет — с боем заберут, — ободряюще улыбнулась Киоко. — Но искренне надеюсь, что они обойдутся мирными средствами. — девушка ненадолго замолчала.       Тсунаёши повеселела и попробовала снова достучаться по связи до Рины. Отклика не последовало, словно и нет того, с кем пытаются установить связь. Ну, либо на Рине стоит мощный блок на Пламя.       — Нужно будет подумать, как незаметно прогуляться домой: вот уж где намного легче отследить местонахождение и состояние клановых ребят. — пробормотала себе под нос Ёши. — А ты что думаешь, Киоко-тян? Обо всей ситуации.       — А-но, тебе не кажется, что мы перегибаем палку? — задумчиво протянула та, метнув встревоженный взгляд в окно, а затем осторожный — на Такеши. — Мне, в любом случае, пока не стоит отклоняться от прошлой линии поведения меня тринадцатилетней, иначе нам будет грустно.       По ощущениям, Реборн неумолимо приближался к суши-бару, в который подруги сразу после школы ушли в надежде, что Аркобалено ещё не оправится от удивления и не помешает им обсудить несколько вещей без привлечения лишнего внимания. Доверять ему причин пока не было.       Проблем и без того хватает. Например, обе они переживают, хотя и не признаются в этом себе, что пока не могут быть уверены в способности защитить себя как от нападения, так и от манипуляций, и светить своей потенциальной силой не стоит. Может, для своего возраста они очень сильные, но против опытного противника по-прежнему не смогут выстоять долго. А помощь будет не сказать, чтобы скоро. Вот если бы полностью воскресить Первое Поколение или наставниц (а лучше и тех, и других) — тогда да, им можно было бы расслабиться и просто жить, потому что семья всегда поможет справиться с проблемами. Здесь играет на руку то, что души не ушли на перерождение, а значит — можно воскресить их почти без последствий, но вот делать это в одиночку не стоит: во-первых, энергии может не хватить, что в лучшем случае выразится в обмороке, а во-вторых, чем больше времени прошло с момента смерти, тем энергозатратнее будет воскрешение. Не очень удобное умение, конечно, но хоть что-то.       Тсунаёши неопределённо пожала плечами, сама понимая, что наглость до добра не доведёт, если она не подкреплена гарантиями безопасности, и прокрутила на безымянном пальце изящное кольцо с неброским зелёным камешком. Тот издевательски сверкнул, напоминая девушке об обстоятельствах своего появления. Девушка мечтательно улыбнулась: может, ей и не понравилось, что Фран сначала пошёл договариваться с её мамой о браке, а уже потом спросил её согласия, но повторное предложение он сделал довольно… Оригинально и романтично, после чего шатенка даже подумала его простить, но потом решила, что пока не время. Иначе никакого воспитательного момента не будет. Тем более, что нормальные парни не устраивают романтику в пять часов утра, не давая нормальным девушкам спать. Нана только посмеивается, глядя на задумчивую дочь, обдумывающую своё поведение с теперь уже женихом, но не вмешивается: соулмейты ведь, сами разберутся. В крайнем случае есть способы расторгнуть связь. Но в том, что Ёши и Фран — отличная пара, Нана уверена.       — Не люблю, когда в мою жизнь так вмешиваются, даже не спросив, нужно ли мне это, но постараюсь держать себя в руках, — нейтральным тоном заметила Ёши, отгоняя непрошенные мысли, которые мешали сосредоточиться на теме разговора. Киоко понимающе кивнула. — Только давай с Курокавой ты сама переговоришь?       — Ок, с Ханой поговорю сегодня-завтра. Однако согласись, что тебе не досталось только из-за того, что Реборн-сан очень удивился, ведь твоё поведение в предыдущие годы создало впечатление не очень умной неуклюжей девочки… Извиняюсь, мальчика, — усмехнувшись, исправилась Киоко. — Постарайся соблюдать легенду подольше.       Ёши обиженно поджала губы, но, не выдержав, тоже захихикала. Вот уж не думала она, что отец не разберётся, что у него дочь, даже к её тринадцати годам. Ладно — в детстве, но сейчас? Видимо, пока грудь не появится, до Иемитсу так и не дойдёт, что пол ребёнка он перепутал.       — Только спокойствие, — глубоко вдохнула Киоко, пытаясь перестать хихикать. Почему-то сразу вспомнились все идеи, которые девочки думали попробовать исполнить, пока Иемитсу остаётся в неведении относительно того, что Ёши девочка. Простор для действий это давало неплохой, очень даже, да и девочку в качестве босса, кстати, некоторым воспринимать будет сложнее, чем парня. Естественно, это относится в первую очередь к отдельным личностям из Альянса, считающим себя самыми умными. — А всё-таки, Хана ведь меня неплохо должна знать…       — И в чём проблема? — выгнула брови Тсунаёши, снова прокрутив кольцо на пальце. — Она почти своя, можно и правду рассказать. Под Посвящение, конечно.       Посвящением они называли полное вхождение в один из кланов: проводился небольшой ритуал, призванный определить предрасположенность к какому-либо клану, и по его итогам можно было получить соответствующий кулон и доступ к клановой способности. И это обычное Посвящение полностью отличалось от того, как оно проходило у будущих глав кланов.       Рассеяно осмотревшись, Тсунаёши вздрогнула и отвернулась обратно к подруге. Ей удалось ощутить, что Аркобалено Солнца находится в данный момент не так уж и далеко, что, впрочем, было ожидаемо. Кажется, она неосмотрительно привлекла внимание к собственному поведению.       — «Ох, он, наверное, уже успел позвонить отцу и теперь собирает новую, более достоверную информацию обо мне», — панически подумала Савада-младшая и прикусила губу, отрицательно качнув головой на безмолвный вопрос Киоко.       Та, почувствовав приближение раньше, понятливо улыбнулась и заранее убрала с лица только вернувшееся серьёзное выражение, про себя подумав, что нужно сначала с братиком поговорить, а потом уже с Ханой, но это можно сделать и дома. Пожалуй, и на глаза Реборну попадаться стоит пореже, и у Изаи совета спросить (только бы они с Шизуо не приехали в гости, нервы жителей Намимори не выдержат этого события), и… Много чего предстоит сделать для подстраховки.       Мысленную связь на близком расстоянии Ёши и Киоко решили не использовать — маловато ещё сил и концентрации, чтобы часто такое поддерживать.       — Хи-и-и, вот я никак не понимаю, — грустно покачала головой шатенка, пользуясь тем, что Реборн пока только наблюдает, а не подслушивает, а Такеши ещё не закончил. — Читал он моё досье. Уверена, что читал! Какие же люди составляли его, если не смогли отличить девочку от мальчика?!       — Очень внимательные. А с твоей причёской и стилем одежды здесь тебя издалека действительно можно перепутать с мальчиком, — прокомментировала Киоко, радуясь, что хоть брак подруге навязать пока не смогут.       Они же не знают, что нужно подыскивать не невесту, а жениха? Вот сюрприз будет, когда выяснится, что у «десятого» есть парень. В то, что Фран спокойно отсидится в стороне от событий, куда втянута Ёши, Киоко не верила.       — Как думаешь, — понизила голос Ёши. — Отца удар не хватит от наличия у меня жениха?       — Не-е-ет, он просто поймёт, что детей нужно воспитывать хоть иногда. И перестань уже разглядывать Такеши-куна, сама ведь про жениха вспомнила!       — И вовсе я его не разглядывала! — возмущённо вспыхнула Ёши.       Татуировка напомнила о себе лёгким покалыванием, но, благодаря не закреплённой до конца связи, более никаких мер не последовало.       И всё-таки, создавать проблемы на ровном месте будущая Десятая умела мастерски. Или не Десятая? Джотто, конечно, был бы очень рад, если Тсунаёши вернёт Вонголу «на путь истинный», как выразился Примо после получения полной информации о том, что сейчас представляет Семья. Риккардо тогда никакого сочувствия не проявил, так как предупреждал когда-то, что именно так всё и закончится, если не предпринимать ничего для предотвращения этого. А Джотто не предпринимал, не понимая, что не все из признанных им наследников обладали необходимым набором личностных качеств для становления боссами.       Однако оказывать давление при принятии решения Примо не собирался. Захочет — станет десятой, не захочет — создаст новую Семью или, вообще, станет главой одного из кланов. Не зря ведь Ёши практиковалась в разборе документов и правильном распределении ресурсов, да и Пламя у Ёши сильное. Вряд ли она откажется от использования своего Пламени, так что вариант с тихой домохозяйкой можно опустить как нереалистичный. Тсунаёши первая же и начнёт возмущаться, если ей предложат вести совсем обычную жизнь.       — Всё, сделаем вид, что мне показалось! — хихикнула Киоко, перестав подкалывать подругу.       Смех был несколько нервным, потому что поводов переживать было достаточно, но жить в постоянном напряжении не стоит. Тем более, что тот же Мукуро сейчас по факту намного лучше умеет использовать свои способности, и Ёши с Киоко ему во время побега только мешались бы. Правда, Киоко нашла способ передавать возлюбленному своё Пламя, чтобы помочь Мукуро, ведь ей самой оно сейчас было почти без надобности.       — Вот вроде бы пока что всё нормально, а мне уже хочется уехать подальше от навязанных репетиторов, — посетовала Ёши, успокоившись.       — Радуйся, что репетитор всего один! Ничего, у нас всегда есть люди, готовые предоставить нам политическое убежище, — утешающе заявила хранительница Тумана и положила руку на плечо Ёши.       В том же Икебукуро их примут с распростёртыми объятиями, ещё и отпускать откажутся; да и сами они не захотят уезжать, так как за Изаей и Шизуо очень интересно наблюдать, особенно когда рядом нет Наны со сковородкой, и никто не мешает им громить окружающее пространство. Но жертв ни разу не было, да и всё сломанное быстро отстраивали, так что никаких претензий.       Шатенка тяжело вздохнула и снова перевела взгляд на Ямамото-младшего, который, наконец, закончил с заказами и подошёл к ожидающим его одноклассницам. Девушки уже успели перебраться в зал суши-бара: на кухне разговаривать было не слишком удобно.       — Всё, я закончил, —возвестил Такеши, открыто улыбнувшись. — Вам принести что-нибудь поесть?       Девушки переглянулись и одновременно кивнули: со всеми условно шпионскими играми они совсем забыли о естественных потребностях, даже бенто в школе не достали. Молодой растущий организм, который работает отнюдь не на пламени, сейчас требовал нормальной еды, а не той химии, которую пришлось пить утром (возвращение хотя бы части пробуждённых там способностей, здесь так же не обошлось без последствий для организма, но, чтобы не привлекать повышенного внимания, пришлось выпить несколько настоев на травах, которые девушкам дала сочувствующе вдыхающая Нана. Ей-то всего и нужно было снять блок с памяти, а вот у дочери и её подруги снятием блока всё не ограничилось).       — Да, мы будем признательны, если ты не позволишь нам умереть голодной смертью, — ответила за двоих Киоко, мысленно пытаясь вспомнить, сколько денег у неё есть с собой, и брала ли она их вообще. Про бенто девушка предпочла не вспоминать, а Ёши его вообще дома забыла.       В памяти всплыло, что немного карманных денег родители дали Киоко перед отъездом, и сегодня утром она совершенно точно взяла свой кошелёк в школу, так что всё нормально. Повезло, конечно, но в следующий раз лучше будет проверить наличие денег до выхода из дома.       Такеши уже встал и терпеливо дожидался, когда девушки соберутся с мыслями. Неправильно поняв задумчивость Киоко, парень рассмеялся и, потерев затылок, хотел уже заверить одноклассниц, что может и сам за них заплатить, но не успел.       — Не стоит беспокоиться. Вам сегодня за счёт заведения, — подмигнул подросткам Ямамото Тсуёши, проходя мимо. И всё-таки, это очень-очень подозрительно, как по мнению Тсунаёши, да и Киоко тоже не понимала, с чего такое отношение. Они ведь раньше почти не общались с Такеши.       Девушки переглянулись, молча решили не настаивать на том, что могут сами расплатиться и остались ждать Такеши, которому доверили выбрать им что-нибудь на свой вкус. Нужно было самим заплатить, наверное, но это ведь недорого, да и смысла отказываться девушки не видели: раньше их всегда угощал кто-нибудь из семьи — Изая, Шизуо, даже Рикено отметился. Правда, о том, что Рикено несколько раз подрабатывал, меняя себе внешность, знала только Киоко, а от Рины и Ёши парень это упорно скрывал.       Вернувшись мыслями к теме будущего разговора, Киоко решилась всё же позвать Тсуёши-сана, но, не успев ничего сказать, вздрогнула и ошарашенно посмотрела на подругу. В голове неожиданно зазвучал очень знакомый голос.       — «Кио-тян, ты чего молчишь? Так мне где вас искать потом? Просто мы сейчас в Италии, Нозоми-тян, Нами-сан и Лилиан-сан тоже, а ещё у нас такое было! Ай ладно, ты всё равно наверняка в Намимори опять, вот туда и будем переводиться. Кстати, Дэни с нами, так что не удивляйся, что его скоро не будет с Куро-куном — клон вряд ли долго продержится, и Куро мы по дороге тоже постараемся подхватить, но приедет он немного раньше. Мы к Изае-нии собрались, жди в гости где-то через месяц, может…», — Рина замолчала, не успев договорить, и снова перестала выходить на связь, оставив подругу радоваться, что с ней всё в порядке и недоумевать, почему Рин снова потеряла сознание.       Киоко ведь не знала, что, по-хорошему, лежать в обмороке Рина должна была ещё с ночи и до вечера, а она только временами вырубается. Причём никто не знает, когда ей захочется «отдохнуть». А в бессознательном состоянии она, как раз, начала получать воспоминания из прошлой жизни, да и позапрошлой тоже. В результате, организм отказался от попыток нормально функционировать, и теперь над девушкой хлопотала Накано, отказавшаяся пускать к подруге вызванного Арией врача. А Пламя Солнца нисколечко не помогало.       — Вот ведь… Блондинка, одним словом, — покачала головой Тсунаёши, сообразив, откуда этот обрыв связи, и почему ей показалось пару часов назад, что Нозоми по связи ругалась на воскрешающих всех без разбора легкомысленных подруг.       Здесь Тсунаёши немного слукавила: в большей степени недовольна она была не поступком Рины, которым та подвергла себя опасности, а тем, что сама не успела провести то же самое, но в отношении некоторых других личностей. Увы, но Киоко неотступно следила за тем, чтобы Ёши не пыталась применить те способности, использование которых может принести временное ухудшение здоровья.       — Ты ещё скажи, что тебе не для того же самого, только в отношении некоторых других ребят, понадобились те вещи, которые ты надеялась незаметно для меня взять в школу, — фыркнула Киоко. — Я, знаешь ли, обещала Нозоми-тян не дать тебе наделать глупостей, а ты именно их делать и собиралась. Вот приедут остальные — тогда и будем заниматься всем этим. — После этих слов Тсунаёши начала лихорадочно вспоминать: где и как подруга могла заметить взятый ею на всякий случай набор. Не дойдя до Тсуёши-сана, Киоко вернулась и села обратно, неожиданно передумав.       Подруга придержала её за плечо и отрицательно качнула головой на вопросительный взгляд Ёши, кивнув на возвращающегося Такеши. Парень снова присел рядом и поставил перед девушками несколько суши-блюд на выбор.       — Спасибо, Ямамото-кун, — благодарно улыбнулась Тсунаёши, думая, что лучше попробовать, и в итоге потянулась к хамачи одновременно с брюнетом.       — Тсуна-тян, у меня, вообще-то, имя есть, — улыбнулся брюнет, подмигнув девушке.       Тсунаёши смутилась: ей из «этой реальности» вообще не приходилось общаться с парнями, хотя Такеши, несмотря на это, по возможности помогал ей с проверочными, а ведь она никогда не просила этой помощи, но и не отказывалась.       А Киоко, в отличие от подруги, подумала, что Такеши как-то очень легко воспринял их желание поговорить, и даже обрадовался, хотя Ёши этого не заметила, списав это на общую жизнерадостность.       — Хорошо, Я… Такеши-кун. Итадакимас!       — Итадакимас! — дуэтом отозвались Киоко и Такеши.

***

      После того, как суши на столе закончились, девушки посмотрели друг на друга и решили, что или сейчас, или ждать как минимум неделю ещё. Гиперинтуиция Ёши ничего против разговора в данный момент не имела, более того: активно намекала, что через неделю случая может и не представиться.       — Такеши-кун, ты не мог бы нам помочь в одном вопросе? — робко спросила Тсунаёши, решившись взять переговоры на себя.       В конце концов, зря она, что ли, себе практику в Изумрудном клане внеплановую устроила? А Киоко лучше сможет отслеживать перемещения репетитора-киллера, и разговор пройдёт без лишних ушей.       — Хорошо, — легко согласился парень, заинтересованно посмотрев в её сторону.       Вся решительность девушки ожидаемо испарилась, оставив неутешительные мысли о том, что реакция Тсуёши-сана может быть далеко не такой, которую они предполагают. Похоже, опыта переговоров ей явно не хватает.       Тсуёши-сана они знают не очень хорошо, как и Такеши, но второй хотя бы потенциальный хранитель Тсунаёши, что делает разговор в его присутствии более безопасным. Собственно, поэтому Ёши и захотела предварительно поговорить с Такеши, а уже потом идти к его отцу: Такеши, как минимум, спокойно выслушает её, причём точно без угроз. Слишком уж легко и бесконтрольно стала укрепляться связь, и это при частично спящем-то Пламени. Определённо, ещё минут десять нахождения вблизи друг друга — и связь окончательно укрепится, а безболезненно разорвать её шансов уже не будет.       Засомневавшись, шатенка неожиданно почувствовала ту самую неожиданно активизировавшуюся связь, по которой к девушке пришла волна спокойствия. Случайно ли, или брюнет уже умеет пользоваться Пламенем Дождя? Если да — то странно, что он только сейчас позволил связи окрепнуть.       — Начнём, пожалуй, с в некотором роде главного вопроса, но хочу сразу предупредить, что кое-что нам нужно будет потом узнать у Тсуёши-сана, и мы надеемся на твоё содействие. — вздохнула Тсунаёши, пытаясь собраться с мыслями. — Вначале можно и так. Что ты знаешь о своём Пламени?       — Только если расскажешь, как тебе удалось о нём узнать, — не задумываясь, моментально ответил брюнет, внешне ничем не выдавав своего напряжения от последнего вопроса. — И давайте тогда поговорим в доме, отца я сейчас предупрежу.       Киоко не удержалась и мысленно прокомментировала, что о наблюдателях одноклассник осведомлён, как и о Реборне, ведь взгляд он бросил точно в ту сторону, где и находился в данный момент Аркобалено. Похоже, Такеши тоже есть, что сказать им, да и о своей наследственности Такеши осведомлён явно больше, чем предполагали подруги, когда шли сюда. Тсунаёши её, естественно, не услышала, так как не видела смысла использовать мысленную связь на таком расстоянии, а вот остальные ребята оценили ситуацию.       Тсунаёши к такой реакции оказалась не совсем готова, потому что, всё же, не слишком надеялась, что одноклассник владеет нужной информацией. Сейчас ей оставалось только ошарашенно посмотреть на Такеши, мысленно порадоваться такому везению и молча пойти за парнем вместе с подругой. Кажется, самое время Тсунаёши вспомнить, что нельзя знать и предугадывать всё, как и недооценивать других. Что-то она за эти два дня расслабилась, в отличие от Киоко, которая явно подозревала что-то подобное, но не считала, что Такеши может представлять для них опасность, поэтому и была сейчас так спокойна.       Так может, и к отцу Такеши идти пока не придётся, а потом уже тот сам с отцом поговорит.