Лунная Семья. Возрождение.

Япония, Намимори, дом семьи Сасагава.       Вечер уже наступил, в комнате было темно и тихо. Киоко, сцепив руки в замок, сидела за столом и мрачно гипнотизировала взглядом дверь, игнорируя тот факт, что заходить в комнату брата без его на то разрешения было невежливо. Мама этого, конечно, не видела, так как была на кухне, а отец вообще приходит домой последние дни очень поздно.       Как бы Киоко не отрицала это, но она сильно нервничала, а в комнате брата ей было значительно спокойнее. Пожалуй, именно теперь она в полной мере осознала, что не всегда рядом будет кто-то, кто возьмёт на себя ответственность. Не всегда можно будет воплощать даже самые бредовые идеи, не волнуясь о возможных проблемах. А вот то, что всерьёз их не воспринимают — несомненный плюс.       Обнадёживала и оставшаяся связь с другими членами Семьи, хотя бы и через Ёши, но нарываться в принципе не лучший вариант. Вот уж эта идея много раз и в разных вариациях проскальзывала и у Киоко, и у Тсунаёши за последние дни.       Тем для размышлений появилось достаточно, но ни к чему конкретному прийти не удалось. Благо, ей, в отличие от Тсунаёши, можно было дома вести себя как угодно: мама точно не была связана со всем этим, и вмешивать её не хотелось, а наигранное поведение у дочери она сразу заметит и заинтересуется. Родителей Киоко любила, поэтому действовать им на нервы не хотелось, хотя отец несколько странно вёл себя в последние дни. Заметно ей это стало только теперь: та, прошлая она, просто не могла соотнести поведение отца с его оговорками и скорый приезд Реборна, так как не знала о последнем.       Разговор с Такеши действительно оказался не лишним, итогами его остались довольны все. Тсуёши-сану в итоге Такеши ничего рассказывать не стал: решил повременить с этим, а заодно напомнил, что нужны хоть какие-то доказательства того, что сведения о Ямамото Нами правдивы. В целом же, в планах ничего особо не поменялось, основное правило осталось тем же: нужно усиленно изображать обычных гражданских детей и следить за обстановкой.       Киоко пока остаётся этаким запасным вариантом, так что ей вообще не стоит привлекать внимание к себе больше, чем как к однокласснице Тсунаёши, а Такеши всё равно скоро будет втянут Реборном в мафию. Сасагава же рассчитывала как можно дольше оставаться в тени, чтобы при необходимости беспрепятственно обратиться за помощью, ведь именно от неё этого не будут ожидать. Главное, чтобы Изая и Шизуо получили воспоминания из той реальности, а то будет очень грустно. Но всегда можно познакомиться заново! Только знакомиться с ним заново будет тем ещё развлечением.       Да и, благодаря постепенно возникающей дружбе между Такеши и Тсунаёши, шатенку позже не будет так раздражать перспектива ходить в школу и делать вид, что знает о мафии только то, что рассказал Реборн. А с координацией даже притворяться не придётся — в нынешнем своём состоянии Ёши часто запинается на ровном месте.       Сейчас подруга ещё не выказывала своё неудовольствие тем, что приходится продолжать ходить в школу, напротив, ей было интересно смотреть на выражения лиц одноклассников во время её правильных ответов на уроках. Показывать что-то сверх того материала, который ей положено знать на данном этапе образования, Ёши, естественно, не собиралась: это было бы уже слишком странно, и привлекло бы ещё больше внимания. Так все просто подумают, что она взялась за ум. Но ведь не пройдёт и месяца, как шатенке станет неинтересно на уроках, ведь по сравнению с уроками у её наставниц и друзей, здесь действительно было скучновато.       Круг общения и интересов с приездом Реборна стоит поменять, это факт. Внешне поменять, по крайней мере.       Мысли чуть не пошли по второму кругу, но дверь распахнулась, и на пороге появился старший брат девушки. И как это она пропустила его возвращение домой?.. Обычно его слышно на весь дом.       — Киоко? — озадаченно посмотрел Рёхей на сестру. Не увидев ту в гостиной, он решил, что Киоко в своей комнате и был очень удивлён, но почти сразу широко улыбнулся ей. — Привет, сестрёнка!       — Привет, Рёхей-нии, — она улыбнулась и задумчиво прикрыла глаза, стараясь успокоиться. — Как прошла тренировка?       — Экстремально хорошо! — бодро ответил брат, но заметил подрагивающие руки Киоко и встревоженно нахмурился. — Что-то случилось?       После того раза, когда из-за Рёхея могла пострадать Киоко, он старался максимально оградить сестру от неприятностей и присматривал за ней в школе. Перед тренировкой всё было в порядке, значит что-то произошло после его ухода.       — Да. Нет. Возможно. Но нам нужно серьёзно поговорить, — усмехнулась девушка и помотала головой. Раньше она была намного увереннее в себе и своих поступках, неужели это перемещение так повлияло… — Ты не против, нии-сан?       Она глубоко вдохнула и начала рассказывать всё с самого начала, не собираясь ничего скрывать. Закончив, девушка облегчённо разжала пальцы и взглянула на брата: всё это время она смотрела в любую сторону, но не на Рёхея: волновалась из-за его реакции.       Он сидел на кровати со странным выражением лица, уголки губ подрагивали. Неожиданно парень рассмеялся.       — Ты что, не веришь мне? — Киоко даже подумала обидеться, но потом решила, что нормальный человек и не поверил бы сразу в это.       — Верю, верю, — отсмеявшись, примиряюще поднял руки Рёхей. — Просто ничего нового ты мне не сказала. Хотя я экстремально рад, что ты мне так доверяешь.       Киоко не нашла слов, чтобы выразить свои мысли. Она здесь нервничала: говорить — не говорить, а он… А как Рёхей может это помнить, если он не терял сознания? Собственно, этот вопрос девушка задала вслух.       — Индивидуальные особенности организма, — пожал он плечами, наблюдая за меняющимся выражением лица сестры. У той было всего два вопроса: почему так повезло только Рёхею и как он может быть таким спокойным? И ведь дома он старается следить за своей громкостью, а на улице окружающих оглушить пытается. — Киоко, не нужно переживать, изменить прошлое ты не можешь. Но можешь изменить будущее.

***

База Лунной Семьи, управляющий центр.       В воздухе витал лёгкий запах свежескошенной травы, совершенно не сочетаясь с красивыми морозными узорами на стенах.       Группа подростков с обречёнными выражениями на лицах застыла посреди тёмной разгромленной комнаты. Уцелела только панель управления с виртуальным экраном, где чуть подсвечивались исключительно нецензурные сообщения от воспитанной и обычно вежливой Элизабет, которая по неизвестной причине не имела возможности даже выйти за пределы комнаты, не то что материализоваться, а единственным способом для неё контактировать с окружающим миром стал этот самый экран и уцелевшая панель. Да и, похоже, восстановить помещение она не способна, вот и остаётся ей только ругаться да блокировать вход, когда появляются незваные гости.       Рури безуспешно попыталась успокоить Элизабет, также находясь в подавленном состоянии и желая придушить виновного в этом как можно скорее, но, увы, не имея такой возможности. Самой светловолосой виртуальной девушке доступ к управлению был вообще заблокирован, а разблокировка возможна только непосредственно действующей главой Изумрудного клана. А действующая глава клана лежит без сознания и не собирается в ближайшее время разбираться с проблемами, да и глупо рассчитывать, что у девушки-подростка получится всё с первого раза, на одной интуиции.       К тому же, Рури вовсе не собиралась признаваться Бьякурану и остальным излишне инициативным доброжелателям в том, где именно находится в данный момент единственная живая, а оттого ещё более важная для Семьи наследница (попытку не дать Рине и Акико посетить Италию Рури восприняла слишком близко к сердцу), поэтому времени у девушек было вполне достаточно. И ведь всё могло быть нормально, если бы некоторые не решили, что в Италии им делать таким составом нечего.       С другой стороны, не реши Бьякуран таким вот способом попробовать оградить подруг от некоторых проблем, что могли возникнуть после их появления в Италии (кажется, парень подозревал, что первым делом те рванут к Варии, раз уж тот мир помешал продолжить знакомство), те не скоро узнали бы о безобразии, творящемся в их доме. Нет, чтобы никого не хватил удар от беспокойства, наводку Рури парням всё же дала, но догадаться может, разве что, сам Джессо, потому что уже имел с ней дело.       Какое счастье, что Бьякуран не знает, кто, кроме Акико, участвовал в побеге с самолёта. Расиэль, например, который до Акико смог достучаться через ментальную связь. Из больницы его быстро вытащили, а потом его Нозоми вылечила: последствия драки с братом так и не прошли к тому времени. Осталось ещё Белу мозги вправить. Опять его по странам отлавливать… Сам-то ни за что не придёт объясняться.       Да, как ни странно, Расиэль Каваллини остался вполне вменяемым, хотя изменения затронули и его. Потеря сестры довольно сильно сказалась на парне, но память о ней же не позволила ему сойти с ума. Хотя воспоминания о ней постепенно стирались из памяти, и только теперь восстановились. В копилку вопросов добавился ещё один: почему он медленно забывал Аврору вплоть до возвращения в этот мир, ведь память у обеих частей души (а в искусственно созданную версию мира была отправлена лишь часть души, временно ставшая самостоятельной) была одинаковая? Видимо, кто-то очень хотел получить к определённому сроку неадекватного психа, что совсем не радовало ни самого Расиэля, ни его подруг. Ещё и Кейт с её хранителями исчезла, словно её и не было. По косвенным признакам можно с уверенностью сказать, что о юной Скайрини также никто не помнил, что напрягает в данной ситуации ещё больше.       Нозоми чихнула и осмотрелась уже внимательнее, вынырнув из своих размышлений о превратностях судьбы.       Общее впечатление от некогда красивого зала было таким, что казалось, здесь маленький ураган прошёлся. Ну, или Алауди с Риккардо снова повздорили из-за Акико, а Джотто наивно рассчитывал справиться с обоими (это вполне объясняло тогда лёд на стенах и на полу, а так же единственный уцелевший, но намертво вплавленный в пол стол). О том, что ранее в помещении была и другая мебель, напоминала только россыпь камней на полу, да кое-где были более крупные обломки, позволяющие даже угадать, чем они были раньше. Стены покрыты тонкой корочкой льда, прямо на панели лежит небольшая книжка, страницы которой пожелтели, однако не испортились от влажности воздуха.       — А гостиная Сапфирового клана сохранилась, странно, — протянула Нозоми, первым делом по прибытии рванувшая проверять медпункт и гостиную, где хранилось много чего важного и жизненно необходимого для неё.       — Вот и сходили домой… — ошарашенно прошептал Даниэль, проведя ладонью по волосам. — Что вообще произошло за те годы, что мы пропустили?       В этот раз Даниэль значительно быстрее оправился от потрясения, которым для него было попадание к Эстранео. А уж на счёт своего пребывания в тюрьме он вообще не переживал: происходящие изменения в строении организма не оставляли никаких сил нервничать ещё и из-за обстановки.       Вторая брюнетка задумчиво усмехнулась и, легонько похлопав Накано по плечу (та испуганно вздрогнула, вновь слишком глубоко уйдя в свои мысли), медленно прошла к панели управления. Несколько минут поводив над панелью руками, девушка прищурилась, и пальцы быстро замелькали над самим виртуальным экраном. По комнате разлился зеленоватый приглушённый свет, на экране вместо сообщений от искина быстро начали высвечиваться ряды цифр и символов, и вскоре брюнетка с довольным выражением лица отошла обратно к своим спутницам.       — Всё, скоро пойдёт обратный процесс, — Акико легко улыбнулась и вернулась на место, после чего задумчиво постучала пальцем по губам, развернулась и скользнула за дверь. — Развлекайтесь, а у меня остались дела. Если Рин очнётся, передайте ей, что как минимум неделю она проведёт здесь безвылазно.       В комнате раздался мелодичный звон, лёд стал постепенно таять. На полу образовались небольшие лужицы, вырвавшие из груди девушки-медика страдальческий вздох: с уборкой магия и Пламя не помогали.       Стоящий рядом блондин сочувственно посмотрел на девушку, но комментировать не стал, как и предлагать помощь. Вообще, он мог уйти сразу, как только довёл их до базы, но чувство ответственности уйти не позволило.       Присутствие Гаммы на самом деле было вынужденным: он оказался единственным свободным на тот момент парнем, который мог заняться транспортировкой тех, кто не мог самостоятельно идти. Помимо серьёзных проблем со здоровьем у Даниэля (перестройка организма так и не закончилась), а также постоянных обмороков у Рины (ладно, её мог понести и Расиэль, благо Бельфегор не видит и не будет кидаться стилетами), причиной присутствия данного блондина здесь стало то, что Ария в последний момент решила не отпускать их без присмотра. Мало ли, куда они ещё с такой удачей влезут без спроса, а самоуверенность до добра никого ещё не доводила. Гамма был не то чтобы недоволен подобным положением вещей, но изначально всё же собирался вернуться сразу после размещения «пострадавших», которое неожиданно затянулось по техническим причинам.       Рина всё ещё была без сознания, но остановкой сердца в этот раз никого не пугала, поэтому Нозоми лишь изредка проверяла состояние подруги, в остальное время полагаясь на держащего её на руках парня.       Надежду вселяла безмятежность главы Обсидианового клана: если уж она не переживала за Арианну, то ничего серьёзного не случилось. Слишком спокойно себя ведёт Акико. Но все рассуждения можно отложить и на потом: сейчас стоит поговорить с Элизабет и выяснить, что же произошло.       — Леди Элизабет, не могли бы вы пояснить нам причину, по которой вы оказались в такой неприглядной ситуации? — учтиво поинтересовался Расиэль, хотя остальные присутствующие в комнате люди выразились бы намного проще.       — Марк, гад такой, и здесь нас нашёл. Поймаю — самого в девушку превращу, чтобы за Каролиной не гонялся. — Элизабет была сильно не в духе, печатая это сообщение. — На базу-то он прорваться не смог дальше этой комнаты, но сами видите, к каким последствиям привела наша самооборона. Увы, но в этом мире мы переиграли сами себя, не учтя вероятность того, что за нами и проследить могут. Попались, как первогодки.       — А что с кланами? — робко поинтересовался Даниэль. — Мы здесь никого не видели.       По сравнению с тем, насколько шумно здесь было ранее, сейчас здание казалось практически не используемым.       — Конечно не видели, у нас за пределами этого здания небольшой подземный город. Там и живут, а клановые гостиные редко используются: в коридорах холодно, пока дойдёшь — замёрзнешь, — хихикнула Элизабет: больно удивлёнными были лица.       Город там действительно был: идею предложила Каролина, но руки никак не доходили воплотить это в жизнь, а вот пять лет назад эту идею услышали и поддержали лорды Алмазного и Обсидианового кланов. У них как раз были одни из самых плотных типов Пламени, к тому же это была хорошая практика для улучшения контроля над Пламенем.

***

Всё ещё где-то в Италии.       Бьякуран уже довольно долго сидел над картой вместе с Беатриче. Поиск ничего особо не дал: они уже десять раз проверили указанное место, и ни-че-го! Нет, люди там есть, но именно Акико и Рины там нету. А ведь поиск не должен давать сбоев, хотя закрыться от него как-то, наверное, можно.       — Не сквозь землю ведь они провалились?! — в сердцах воскликнул сидящий рядом Миша, всё ещё с содроганием вспоминающий вид подруги с алыми узорами на коже. В таком состоянии её лучше найти побыстрее, а они уже чуть ли не день не могут это сделать.       Бьякуран замер на пару секунд и радостно хлопнул в ладони.       — Ну конечно, под землёй!       Беатриче протянула руку и потрогала лоб Бьякурана, сомневаясь в его здоровье. Она знала про подземную базу, но та вроде находилась не здесь: ближайший вход был намного западнее.       — Точно, ни один вход не перемещает в клановые гостиные мгновенно, так что это вполне может быть настоящим местонахождением кланов, — немного подробнее высказался Бьякуран и дёрнулся, когда именно в этот момент у него в кармане зазвонил телефон. Номер оказался неизвестным. — Да?       — Привет, Джессо, — звонившей оказалась Акико. — Мне нужно, чтобы ты срочно проверил, есть ли у друга Арианны какая-нибудь чёрная брошь. Если есть — отбери и уничтожь, быстро, если не хочешь сойти с ума за компанию.       — Может, объяснишься? — напрягся Джессо, отложив в сторону пакетик с маршмэллоу. Такое требование поставило его в тупик: каким образом брошь связана с сумасшествием? Или это завуалированная угроза такая, или Акико умалчивает о чём-то важном.       Ничего не ответив, девушка сбросила вызов, понадеявшись, видимо, на здравомыслие Бьякурана. Парень повернулся к Михаилу и внимательно осмотрел его одежду на предмет наличия броши, о которой говорила брюнетка. Искомая вещь действительно обнаружилась, она практически сливалась по цвету с рубашкой и была неприметной. Когда парень поднял голову, то наткнулся на пристальный взгляд Михаила.       — Не скажешь, откуда у тебя эта брошь?       Брюнет задумчиво посмотрел на украшение, потом перевёл взгляд на собеседника и медленно кивнул. Рассказывать не хотелось, но присутствующие здесь имели право знать.       — Я забрал её у своего брата совсем недавно, буквально вчера. Странно, что он не заметил, но я этому только обрадовался. Наверное, брат сильно задумался, раньше он ругался на меня при попытках взять её в руки. Она… Влияла на него. В позапрошлом году у него ещё не было этой броши, я уверен, и именно после её появления он начал меняться. Позже я нашёл немного информации о ней и узнал, что для того, чтобы свести на нет её влияние, нужно продержать её вдали от этого человека не менее, чем год. Чем больше — тем лучше.       Бьякурану захотелось выругаться. К сожалению, он понял, что это такое. Действительно, уничтожить её нужно как можно быстрее, потому что одержимый будет искать потерянное до победного. Только вот уничтожить эту пакость сложно, и способ ему не известен. А ещё… Он протянул руку и быстро сорвал брошь с Михаила, сразу же отскочив от него на метр. Брюнет попытался отобрать украшение, но ничего не получилось.       — Это пока побудет у меня, если не хочешь тоже измениться под её влиянием, — усмехнулся Джессо и поместил брошь в свой клановый кулон (способный быть хранилищем для ограниченного количества вещей), решив позже поискать нужную информацию о способах уничтожения. - Сейчас, думаю, нам стоит заглянуть в гостиные кланов.