line of life

      Замок Вейдера был слишком тёмным и холодным. Таким он предстал перед Леей. Таким она запомнила его, когда увидела перед собой уже сидя внутри, за широким столом в огромной гостиной. Она будто пребывала в каком-то странном сне. Всё это было словно ненастоящим. Лея сидела на холодном стуле и окинула взглядом помещение, в нём все было выдержано в мрачном, богатом и сложном дизайне. Ей показалось, что даже в каком-то готическом стиле, с использованием грубых материалов для отделки, прошедших минимальную обработку. Гостиная этого дома произвела на девушку драматичный и несколько мистический эффект, потому что в качестве основных цветов здесь были использованы глубокие тёмные тона, вроде чёрного, коричневого, бордового, антрацитового и тёмно-зелёного. Лея ожидала кого-нибудь, кто встретил бы её и все объяснил, при этом размышляя: «Если Дарт Вейдер мой отец, то Люк Скайуокер — мой родной брат. Нет, не может быть такого. Мы же были друзьями, до того момента, как его забрал Вейдер, я думала он сбежит, будет сопротивляться, но нет, Люк остался здесь. На протяжении долгого времени я считала его предателем, а теперь сама стала такой же, — к глазам подступили слёзы отчаяния, — А еще этот невинный поцелуй, чтобы заставить Хана ревновать, о ситхи всемогущие, я поцеловала своего брата!» — с ужасом подумала Лея. Она услышала неторопливые шаги и подняла взор на лестницу в нескольких метрах напротив неё. На самой последней ступени стояла красивая молодая женщина. Она окинула взглядом помещение и направилась к Лее. Женщина оказалась приятной наружности, со светлыми волосами, которые волнами спадали ниже плеч. Ее движения были неспешными и изящными, в ней чувствовались манеры и ощущался изысканный вкус. Она была одета в тёмно-изумрудное длинное платье, верх которого был выполнен из тонкого кружева, а юбка из атласа струилась к низу. Лея поднялась со стула, когда та молодая женщина приблизилась к ней. — Приветствую, Лея, — улыбнулась она, — Меня зовут Мадлен, я помогу тебе здесь освоиться. — Здравствуйте, благодарю вас, — наклонив голову ответила Лея. — В самом деле, что мы как чужие, может перейдём на «ты»? «Надо завоевать доверие этой девушки, — подумала про себя Лея, — Ещё один союзник в империи мне не помешает. К тому же, она не выглядит как простой человек, значит возможно, она сможет помочь мне с побегом». Размышления Леи прервал удивленно-раздраженный возглас: — ЛЕЯ ОРГАНА?! — раздалось откуда-то справа. В комнату вошел не так давно упомянутый Скайуокер и теперь оторопело уставился на неё. Лея подскочила и вцепилась взглядом прямо в его глаза, расширившиеся от удивления при виде девушки. —  Это ты?! — почти хором выкрикнули они. И тут же его световой меч был направлен на гостью, а её бластер на новоиспеченного брата. — Не знаю, как ты оказалась тут, но я… — Быстро убрали оружие! Что это вы себе позволяете? — повысила голос Мадлен и с холодным спокойствием сложила руки на груди. — Мадлен, ты не понимаешь, она хотела убить меня пару лет назад! Подсылала ко мне своих людей из Альянса! — недовольно произнес Люк. — Это ты предатель! Ты даже всей правды не знаешь! Вейдер не посвящает тебя в свои тайны? — злорадно заявила Лея. — Успокойтесь вы оба, — Мадлен взяла на себя роль миротворца, — Быстро остыньте и пожмите друг другу руки. Брат и сестра удивлённо взглянули на Мадлен, но выполнили её приказ. — Что она здесь делает? — спросил Люк, а Лея стиснула зубы от злости. — Люк, помолчи, пожалуйста. Оставь нас на минуту, и я обещаю, что всё тебе объясню. — Вас?! Мадлен, если ты не слепая, это Лея Органа. — Ведёшь себя как ребенок. Люк, выйди! Это ведь твоя сестра. — Кто? Она? — с удивленным взглядом Скайуокер оглянулся на Лею, которая стояла чуть позади с не очень довольным видом. Он невнятно пробормотал что-то и поспешно покинул помещение. Люк сел на кровать в своей комнате и молчал. Он был мертвецки бледен, взгляд выражал беспокойство. Теперь у него есть сестра, все будет по-другому… «Ну что ж, это хорошо, если отец нашёл Лею, значит всё идет по плану, — подумал Люк. — Но ему придётся очень потрудиться, ведь она не горит желанием присоединиться к империи. А переубедить её будет еще сложнее, ведь она упряма, как истинный Скайуокер», — улыбнулся он своим мыслям.

***

— Лея, я ведь правильно понимаю, ты знакома со своим отцом? — спросила Мадлен садясь в кресло напротив падчерицы. — Да, после того как он приказал забрать меня из моего дома, мы перекинулись парочкой слов, — грустно улыбнулась девушка, сказав это таким тоном, словно ничего хорошего в этих словах не было. Мадлен поняла, на что намекает Лея и незамедлительно ответила: — Ты не думай, что он такой. На самом деле он иногда может быть в хорошем расположении духа, — она сама не поверила собственным словам, — Идём, я покажу тебе твою комнату. — Я буду жить здесь? — удивленно спросила Лея. — Не лучшее место, но да. — Нет, я не в этом смысле, интерьер мне очень даже нравится, но я полагала, что меня отвезут в тюрьму и запрут там навсегда. Или еще того хуже, что пойду под трибунал. Мадлен не удержавшись рассмеялась, — Что за глупости? Не будет же твой отец собственноручно приговаривать тебя к смерти, пусть даже и Дарт Вейдер, — она ещё раз усмехнулась и они продолжили путь. Дойдя до нужной двери Мадлен сказала: — Проходи, располагайся. Дроиды принесут твои вещи, — она хотела было уйти, но Лея окликнула её: — Постой! Почему ты мне помогаешь? Кто ты? Этого Мадлен и боялась, она не знала как отреагирует дочь Вейдера, узнав кем эта девушка ему приходится. — Ну, я прихожусь Лорду Вейдеру супругой, — осторожно протянула Мадлен. Лея удивлённо окинула её взглядом, но ничего не ответила.       Спустя некоторое время к Мадлен пришел С3РО и сообщил: — Леди Вейдер, господин велел передать вам, что ваш отец ожидает в кабинете Лорда Вейдера. — Да, спасибо, что сообщил, я скоро приду — рассеянно ответила Мадлен. «Что же такое могло случиться, что отцу срочно понадобилось меня увидеть?» — подумала она. Тело пробрала дрожь, словно должно было произойти что-то важное. Пытаясь успокоить дыхание, она толкнула дверь. Войдя в помещение Мадлен не увидела своего папу, хоть и старательно оглядела каждый угол комнаты. Наконец взгляд наткнулся на Императора стоявшего около большого стола. — Так это вы хотели меня видеть? — спросила девушка, — Мне сказали, что мой отец… — Ожидает тебя в этом кабинете, — Палпатин странно усмехнулся, смотря на испуганную и шокированную Мадлен. Император подошел ближе, с осторожностью взял её под руку и подвел к камину, заботливо усадив на диванчик. Сам он опустился рядом с ней. — Я хотел срочно поговорить с тобой, — серьезным тоном начал Палпатин. — Не понимаю вас. Что-то случилось? — настороженно спросила Мадлен. — Нет, что ты, я буду говорить о другом. Ты готова? — Конечно, ваше величество, — склонив голову сказала девушка. — Итак, двадцать пять лет назад, в те чудесные годы, моя близость с твоей матерью, на протяжении долгого времени принесла нежданные плоды, Мадлен, — говорил он, не убирая руки с её локтя. — И вдруг я подумал: а почему бы и нет? Мы с Сантаром немного сгладили эту ситуацию, ты была рождена как его законная дочь. Нет, не навсегда, но на продолжительное время. В то время было опасно открывать твой статус, государство находилось в пучине реформ и войн, у меня было множество врагов, которые могли воспользоваться тобой. Согласись, ведь собственный ребёнок — это слабость, это привязанность, через него можно влиять, шантажировать. Но вот ты выросла, получила образование, место в обществе, и пришло время всем узнать об этом. До твоего совершеннолетия я не хотел открывать тайну, а после твоя мать была против. — Но как? Что? Почему? — Мадлен в ступоре переваривала новую информацию, но она никак не хотела укладываться в голове. — Как тебе известно, твоя мать, в мою бытность сенатором и канцлером работала моей помощницей, — ситх поднялся и медленно подошел к камину, — Реджина была моложе меня, но я разглядел в ней что-то, что притягивало меня. В свободное время мы могли вечерами напролет беседовать о чем угодно. Вскоре семья решила выдать Реджину замуж за Сантара, она не любила его, но и не сопротивлялась, — Палпатин вздохнул, — Через несколько лет родилась ты, а я стал императором. Нет, я не любил её, но Реджина продолжала служить мне с какой-то особенной фанатичной преданностью. Мадлен не могла выдавить из себя ни одного слова. Она просто смотрела на отца и качала головой. — Я вижу, что ты в состоянии, когда рассудок не способен разбирать происходящее. Со временем ты всё поймешь, а сейчас я хочу, чтобы ты знала: ты — продолжение моего рода и соответственно моя наследница. Теперь ты будешь представлена галактической империи как моя дочь. Мадлен качнула головой, и продолжила рассеянно глядеть перед собой. — Обязательно роди ребенка. Женщине нужны дети, — вдруг начал Палпатин, и Мадлен было ужасно странно слышать это от него, — Роди ребенка, я помогу тебе, сам воспитаю. И вы будете моими наследниками. Не Вейдер, а ты и твой ребенок. Я не горю желанием жить вечно. Долго, но не вечно. Когда твой сын вырастет, править будет он, а я позволю себе умереть. «И конечно же одаренного Силой», — подумала Мадлен и на миг перестала дышать. Иначе и быть не могло, с такой-то родословной. Родить ребенка и видеть в нем черты того мужчины, которого она совершенно не любит и очень маловероятно, что сможет полюбить. Родить наследника и наблюдать, как малыш впитывает идеалы и ценности Империи, стремясь подняться как можно выше по карьерной лестнице в иерархии… Невозможно.

***

Тем временем Дарт Вейдер решил наконец спокойно поговорить со своей дочерью и рассчитывал на адекватную реакцию с её стороны. — Здравствуй, Лея, — произнес ситх заглянув в просторную комнату дочери. — Так вы не собирались меня убивать?! — с порога крикнула девушка, вскочив с постели, тем самым сбив Вейдера с толку. — Нет конечно, что за глупости ты себе навыдумывала? Лея успокоилась и снова присела на край своей кровати. — Ты не против если я войду? — решительно спросил ситх. — Конечно, входи — кивнула она. Вейдер прошёл в комнату дочери, осматривая помещение, наконец он остановился и продолжил: — У тебя все в порядке? Мадлен все рассказала и показала? — Да, но… Но ты не упоминал, что у тебя есть жена. Мадлен сказала мне… — Это правда. Мы женаты, не так давно, — мрачно усмехнулся ситх. — Она была вежлива со мной. И Мадлен очень красивая, — смущенно улыбнулась Лея. После этих слов Вейдер в недоумении посмотрел на дочь. — Я хочу, чтобы ты знала. Ты привыкла видеть меня чудовищем, палачом Императора. Просто ты так воспитана — обществом, которое находилось вокруг тебя, и твоим личным жизненным опытом, — он остановился на мгновение. Дочь внимательно смотрела на него, изучая каждую деталь и слушала. — Но ты ещё очень молода, — продолжил ситх, — Во вселенной нет как такового добра и зла, ты должна понять это со временем. Я уверен, что твои приемные родители рассказывали тебе о моем прошлом. Всё это совершенно не так. Случается множество различных ситуаций, и в некоторых из них ты можешь выбрать только один путь. — Но не путь убийств и зла. Не путь ситха. — прошептала девушка — Согласен, что поступки бывают опрометчивы, но не все люди идеальны. И в тебе есть тьма, как бы ты не хотела этого признавать, она есть во всех. Только у кого-то её меньше, а у других больше. — Я стараюсь тебя понять, но пойми, мне очень сложно. Во мне борются совесть и рассудок.— устало ответила она своему отцу. — Это очень хорошо. Пройдет время, и ты всё разъяснишь для себя. — Сперва, мне показалось, что ты ненавидишь меня. Хочешь поскорее избавиться, — грустно добавила девушка. — Лея, не думай, что я жалею о твоём рождении, нет, даже наоборот, мне было бы интересно начать общение с тобой. Лея поднялась и скрестив руки на груди, подошла к открытому окну. Лёгкий порыв ветра обдал её холодом. В голове царил хаос. Она пыталась совладать с собой, но хладнокровие покидало девушку. Ей хотелось закричать, что ничего общего с Дартом Вейдером не имеет, но в глубине души она осознавала, что ее отец прав, и она должна посмотреть на всё с другой стороны. Попытаться понять и простить, стерев из памяти идеи Альянса, уничтожить то, за что она так долго боролась и принять имперскую тьму. *** — Нет, нет, нет, — повторяла скороговоркой Мадлен лежа на полу в неудобной позе. — Это просто сон. Такого не может быть. Это невозможно. Нереально. Мадлен не могла поверить, что её папа, которого она любила всю свою жизнь, верила ему, оказался для нее совершенно не родным человеком. «Да и мать ничем не лучше! Могла бы намекнуть хоть как-то!» —злилась Мадлен. «Не родной. Не родной. Не родной»… Мысли гулко отдавались голове. Когда наконец слезы иссякли, а тело затекло, она поднялась и, сильно шатаясь, добрела до ванной. Скинув одежду, она встала под теплые струи воды. Приложив лоб к холодной стене, она простояла так с закрытыми глазами долгое время. Словно статуя, она не двигалась, оцепенев от боли и ужаса. Внезапно вздрогнув, она очнулась. Странно, но эта ужасающая, невообразимая истина, теперь перестала пугать Мадлен. Она действительно была дочерью Императора. Палпатин бы не стал так носиться с ней, да и ни с кем вообще не стал бы, но это очевидно, если он с такой уверенностью говорит ей это.