line of life

      — В твоем сыне все мои знания, — будничным тоном сообщил Дарт Сидиус. — Они бесценны и должны жить, ведь я не совсем жив, как ты возможно догадываешься. Скоро Империю настигнут большие перемены, Мадлен, а Стивен будет очень важен. Женщина сделала несколько шагов, сжимая кулаки от бессильной ярости. Она была готова наброситься на Императора и удушить его собственными руками, но понимала, что это бесполезно, и оттого злобы накапливалось еще больше. — Я отдала своего сына. Ты сделал из него ситха. Это было ужасной жертвой, — задушенным голосом прошептала она. — Это было великой жертвой. Только подумай во имя какого могущества! — Сдалось мне это могущество, — огрызнулась Мадлен, резко развернувшись в сторону Палпатина. — Тебе нет, но мне это пригодится. Мадлен находилась в бешенстве. Сверкнув глазами, она взглянула на Императора. — За столько времени пора было научиться смотреть правде в глаза, — презрительно бросил ситх. — Неужели ты наивно полагаешь, что все в этом мире делается честно? — Мало что ты сломал мою жизнь, но и жизнь моего сына тоже! — Такова реальность. Право вершить судьбы остается за сильнейшим. — Значит я таковой стану.

***

На борту Звезды Смерти уже несколько дней присутствовал Император Палпатин со своей свитой, осуществляя личный контроль за строительством. Наконец повстанцы решились нанести удар по Империи именно в тот момент, когда у недостроенной орбитальной станции имелось слабое вооружение, а на ее борту находились ключевые фигуры режима — Император, главнокомандующий и высший офицерский состав. Все эти удачно сложившиеся факторы привели к принятию решения и уничтожению Звезды Смерти. В планах Альянса было проникнуть в лесистый спутник и взорвать генератор щита, защищающий имперскую станцию от любой атаки. После этого флот повстанцев, прибывший в систему Эндора, должен был выстроиться по периметру станции, в то время как истребители проникнут внутрь и взорвут главный реактор, тем самым уничтожа Звезду. Но Имперские командующие оказались довольно неплохими тактиками и планы мятежников неожиданно нарушились благодаря тому, что в одном из секторов появилась огромная имперская армада во главе с суперразрушителем «Палачом», и на корабли Альянса обрушились десятки истребителей и перехватчиков. Дарт Сидиус легко смог загнать Альянс в ловушку, из которой выбраться было достаточно сложно. Через несколько часов битвы Вдруг в ослепительном пламени взрыва исчез один из мон-каламарских крейсеров. Адмирал Акбар был готов давать приказ к отступлению в надежде сохранить хотя бы часть своего флота. Казалось, что капкан Императора сработал, и флот Альянса был зажат между Звездой Смерти и разрушителями Империи. Однако первоначальное мнение стало ошибочным. Повстанцев оказалось не так просто уничтожить, а после того, как они атаковали корабли противника, это сделалось и вовсе, практически невозможным.

***

— Ты должна знать, — с серьезным видом начал говорить Дарт Вейдер. — Палпатин специально заключил контракт с Ксизором. Он сам лично привлек «Черное Солнце» к строительству ради того, чтобы допустить утечку информации о новой боевой станции к повстанцам. — Что?! — пребывая в ошеломлении, переспросила Мадлен и остановилась как вкопанная. Она замолкла не в силах произнести ни слова. — Альянс поверил в точность полученных сведений, — невозмутимо продолжал ситх. — Он все это спланировал, чтобы собрать все силы повстанцев в одном месте и уничтожить их под корень раз и навсегда. — Император оказался намного хитрее, — еле различимым шепотом пробормотала женщина. — Все пошло не по плану… Теперь у тебя не получится легко его устранить! Как нам быть? — она прикрыла глаза и покачала головой, собираясь с мыслями. — Я попытаюсь предпринять что-нибудь. Сегодня Император не уйдет от своей участи, — сказал Вейдер таким холодным и твердым голосом, что Мадлен передернуло от такой решительности. — Но ты должна уходить отсюда, — приказным тоном добавил он, — С минуты на минуту повстанцы будут здесь. Мадлен стояла у него за спиной и издала звук, напоминающий всхлип, но Вейдер даже головы не повернул в сторону жены и намеренно ускорил шаг. Давно прошли те времена, когда его можно было купить на столь дешевые манипуляции. «Она что, за столько лет этого не уяснила?!» — пронеслась мысль в голове у ситха. — Я никуда не уйду! — твердо сказала она и начала прожигать Вейдера взглядом. — Твоего мнения никто не спрашивал! — резким, не допускающим возражений голосом произнес ситх. — Я главнокомандующий и объявляю эвакуацию гражданского персонала! Ты обязана мне подчиняться! — громко гаркнул он. Мадлен поперхнулась воздухом от возмущения и уставилась на мужа сердитым взглядом. — Что нам делать? — с опаской спросил она, когда пол сильно затрясся от того, что один из истребителей повстанцев врезался в борт орбитальной станции. — Нам?! Ты сейчас же идешь на шаттл и летишь отсюда! — потребовал Вейдер с недовольством смотря на жену. — Здесь становится не безопасно. — Не смей указывать мне! — разозлилась Мадлен, — Я хочу помочь! — Не о тебе беспокоюсь. — Так вот в чем дело! Я уж подумала неужели сам Лорд Вейдер снизошел до беспокойства обо мне! — Не время ерничать! — в раздражении бросил ситх. Корабли Альянса смешались с флотом Империи, не давая «Звезде Смерти» вести огонь, который обязательно зацепил бы имперские разрушители. Поэтому повстанцы находились в выигрышной позиции, обстреливая своих противников, а Империя теряла свои корабли с ужасающей быстротой. В это время адмирал Акбар приказал сконцентрировать весь огонь на флагмане «Палач», который представилось возможным уничтожить в замешательстве. Лишившись щитов, защищающих мостик, разрушитель оказался беззащитен против атаки истребителей. Один из них смог протаранить главный мостик «Палача», убив адмирала и весь остальной персонал. Разрушитель потерял управление и начал притягиваться гравитацией «Звезды Смерти» к ее поверхности и стремительно падал на станцию. Огромных размеров клинок «Палача» врезался в поверхность «Звезды Смерти», и сгорел в облаке пламени, унеся вместе с собой множество перспективных офицеров. Все, кто были на борту командного корабля, погибли. Уничтожение «Палача» усилило хаос на поле боя. — Милорд, «Палач» уничтожен, — дрогнувшим голосом сообщил имперский офицер, трясущийся от страха перед своим начальником. Сообщать такую шокирующе неприятную новость было сравнимо с самоубийством, но больше некому, поэтому он с готовностью ожидал реакции главнокомандующего. — Что?! — резко развернувшись в ошеломлении гаркнул Дарт Вейдер и непроизвольно сделал едва уловимый жест левой рукой, отчего сообщивший эту новость мужчина, судорожно схватился за воротник на своей шее, не в силах сделать вздох. Вдруг ботинки офицера приподнялись над полом и тот задергался не в силах высвободиться от невидимой хватки, а через секунду тело упало замертво на холодный металлический пол. Мадлен начала бить мелкая дрожь нервного напряжения. От сирены, которая громко гудела, раздаваясь по всем этажам Звезды Смерти, оповещая персонал о чрезвычайном положении, начинала болеть голова. Вдруг голос по громкоговорителю сообщил, что северный контрольно-пропускной пункт захватили повстанцы, и они продвигаются к главному мостику. — Мадлен, слушай меня! — приказал ситх и резко тряхнул ее за плечи, пробуждая от оцепенения. — Ты умная и сильная. Редко выпадает возможность встретить таких женщин, — сказал он спокойным уверенным тоном. — Ты умеешь понимать и прощать, даже когда сама права. Признаешь ошибки. Иногда проходит много времени, но в итоге ты все равно находишь решение всех проблем, — произнес ситх и сжал ее руку. — А это главное. — Как будто ты прощаешься, — недоверчивым тоном спросила женщина, но получилось утверждение, и она чувствуя, что скоро не сможет сдержать слезы, отвернулась. — Может произойти все что угодно. Обещай мне никогда не сдаваться. У тебя хватит сил пережить все это, поняла? — требовательно произнес ситх. — Ты заслуживаешь большего, чем получила. — Что мне делать? — отрешенно прошептала Мадлен, не понимая почему он так говорит. — Тебе нужно спешить. Помни о том, что ты сильная и тебе есть для кого жить. Предательские слезы, так долго яростно сдерживаемые, выступили наружу и голос дрогнул, но Мадлен не обратила на это внимания и продолжала стоять на месте, словно во сне. Все вокруг казалось каким-то искаженным и неправильным. Такого не могло произойти, все это неправда, ложь… Отряды противника уже наступали и стреляли из бластеров, поливая огнем пространство вокруг. Дарт Вейдер выпустил плечо Мадлен из своей крепкой хватки, развернулся в противоположную от Мадлен сторону и направился в самую гущу сражения, отбивая заряды бластеров, летящие в него на пути со всех сторон, световым мечом, и отбрасывая толпы вражеских солдат с помощью толчков Силы на несколько метров. — Миледи, нужно идти немедленно, — неожиданно произнес адъютант и с нетерпением взглянул на Мадлен. — Что? Нет! — взвилась Мадлен, пытаясь вырваться из цепкой хватки адъютанта. — Пусти меня! — хрипела она, беспомощно отмахиваясь от него. Женщина пошатнулась и рухнула на пол от резкого толчка, который возник из-за взрыва оглушающей гранаты, случившегося неподалеку. Мадлен в последний раз бросила мимолетный взгляд на отдаляющуюся черную фигуру ситха и наконец отправилась в путь, вслед за своим сопровождающим. Они вдвоем шли по бесконечным запутанным коридорам Звезды Смерти, которые отчетливо напоминали лабиринт. Мадлен удивлялась как этот адъютант еще не запутался и не заблудился в этих одинаковых переходах и идентичных комнатах. Мимо них в противоположную сторону пробегали многочисленные отряды штурмовиков с бластерами наготове. — Нам нужен ангар номер триста двадцать восемь. Пройти осталось немного, — на ходу сообщил адъютант, взглянув на Мадлен. Где-то совсем рядом раздался новый оглушительный взрыв, пол под ногами зашатался как от сильных толчков и Мадлен, не удержавшись на ногах, снова упала на колени. Пока она приходила в себя после оглушения, адъютант пытался открыть очередную дверь, которую, как оказалось, заклинило. Приборную панель задело взрывной волной и она оказалась неисправной, а дверь так и осталась заперта. — Ну давай же! Скоро здесь будут повстанцы! Мадлен в панике оглянулась на выход, а затем подошла к панели управления и постучала по ней несколько раз, что оказалось бесполезным. За спиной послышались торопливые шаги отряда, направляющегося прямо сюда. — Миледи, займите укрытие, — шепнул мужчина и бросил ей бластер. Она поймала оружие и крепко сжала его в руках, пригнувшись за ящиками с боеприпасами. В поле зрения появился отряд, но это были не штурмовики и не люди в имперской форме. «Повстанцы», — сказала про себя Мадлен и затаила дыхание. — Ранкор раздери, и тут заперто! — крикнул один из солдат. — Идем в центр управления и снимаем блокировку. Потом возвращаемся сюда и идем к ангарам, — командовал другой мятежник, и вся группа удалилась из помещения. Мадлен выдохнула, успокоившись на короткое время. Через пару минут дверь разблокировалась, и они смогли пройти дальше. Когда они пересекли дверь, то Мадлен развернулась и сделала несколько выстрелов в приборную панель. «Теперь они точно не пройдут. Это их задержит», — подумала она и на негнущихся ногах двинулась дальше, оглядываясь по сторонам. Наконец они добрались до нужного ангара, где находилось огромное столпотворение пилотов, пробирающихся к своим истребителям и персонала станции, которые надеялись как можно скорее эвакуироваться и покинуть это обреченное на гибель место. Неожиданно в ангар на полной скорости влетел истребитель мятежников и с оглушительным грохотом протаранил собой два имперских корабля. Раздался скрежет металла, кто-то истошно закричал и в толпе началась давка. Люди старались убежать как можно дальше от места крушения, чтобы не пострадать от надвигающегося взрыва. Новый взрыв вызвал собой волну обломков и один из осколков прошелся по правой ноге Мадлен, оставив глубокий порез. Нестерпимая боль обожгла ногу, и женщина вскрикнула от неожиданности. К коже словно приложили раскаленное железо и не отнимали, выжигая плоть. Через несколько минут сопровождающий Мадлен офицер смог отыскать ее в общей суматохе и помог подняться на ноги. Она не могла наступать на правую ногу, поэтому их движение намного замедлилось. Вскоре Мадлен уже смогла попасть на борт шаттла, который взлетел с посадочной площадки и построил навигационный маршрут до Корусанта.

***

Одинокая темная фигура стояла около иллюминатора шаттла. Она вглядывалась в иссиня-черное звездное небо и видела отдаляющуюся орбитальную станцию, на которой находился, как она теперь осознала, близкий человек, ставший таковым за все это время. Ситх стал единственным, кому она начала доверять. Мадлен ощущала безопасность находясь рядом с ним, несмотря на их прошлые сложные отношения. Перед глазами пронеслась вся ее жизнь. Слезы ручьями текли по щекам, оставляя мокрые дорожки, а сердце взрывалось тысячами острых осколков от невыносимой боли. Хотелось умереть, лишь бы ничего не чувствовать, ничего не вспоминать, лишь бы не иметь ни одного воспоминания, не терзать себя мыслями о тех, кого уже не вернуть и не чувствовать эту боль никогда… «Возможно он сумеет спастись?» — но эти надежды казались такими призрачными и туманными, что в них верилось с трудом. — Мне нужно осмотреть вашу рану, Леди Вейдер! — осторожно потребовал медик, находившийся на борту шаттла. Она не ответила и никак не отреагировала, продолжая стоять на месте и смотреть на стремительно отдаляющуюся «Звезду Смерти». — Это адреналин позволяет вам стоять на ногах. Через некоторое время вы не сможете… — Отстаньте от меня наконец! — злобно бросила она и с ненавистью взглянула на мужчину. Повстанцы с трудом смогли пробиться к главному реактору и тут же взорвали его залпами протонных торпед. От последовавшей цепной реакции станция начала разрушаться. Адмирал Акбар успел отвести флот на безопасное расстояние и тем самым значительно уменьшил потери в своих рядах. «Звезда Смерти» с оглушительным грохотом и ослепительной вспышкой взорвалась и разлетелась по просторам космоса на множество кусочков. Флагманский корабль «Палач» также был уничтожен и висел грудой космического мусора. Император Палпатин погиб, а флот оказался разобщен. Уцелевшие имперские командующие утратили волю к сражению и не смогли дать отпор, выжившие решили не разбрасывать силы и начали хаотичное отступление с поля боя. Эндорская битва ознаменовалась победой Альянса. Мадлен не выдержала и глухо вскрикнула, закусив кулак, оставляя на нем краснеющие следы. Синяки и ссадины давали о себе знать. Пытаясь отвлечься, она начала рассматривать обстановку каюты. — Извините, миледи, но мне нужно обработать вашу рану. Женщина не ответила и устало прикрыла глаза. — Кровотечения и боли больше не будет. Но для полного заживления потребуется больше времени. В таких условиях я не мог сделать большего. — Благодарю, — сухо ответила она и провела остаток пути в полном одиночестве, думая над произошедшим, и гадая, какое будущее ее ожидает.

***

— Лея, Мадлен, он погиб… — тихо сказал Люк, не в силах взглянуть в глаза своим собеседницам. Ледяные когти сжали сердце Мадлен. Словно гром прогремел в ушах, и мертвящий холод мгновенно охватил все тело. Она пошатнулась, едва удержав равновесие: в голову ударила кровь, и на секунду женщине показалось, что пол уходит у нее из-под ног. Каким-то чудом ей удалось сохранить бесстрастное выражение лица. Но ее состояние выдавали дрожащие руки, которыми она судорожно вцепилась в спинку кресла. — Как это случилось? — дрогнувшим голосом спросила Мадлен и с силой прикусила губу, чтобы не дать слезам выйти наружу. — Император поразил отца молниями, но он сумел скинуть его в шахту реактора, — безжизненным тоном отозвался Люк, — Я не помог ему… — Не вини себя, — всхлипывая произнесла Лея. Мадлен, не проронив ни слова, окинула отрешенным взглядом помещение. Неестественный гул в ее голове стоял до сих пор не прекращаясь. Она до сих пор не могла поверить в реальность происходящего. — Его и правда больше нет? Могущественный Лорд Ситхов… Это невыносимо! Просто ужасно! — глухо прошептала Лея. — Он пожертвовал собой, чтобы спасти всех нас, — ответил Люк. — Нет… Почему никто не остановил его? — Если бы я мог… мне следовало помочь ему, — сокрушенно пробормотал парень. — Ты тоже мог погибнуть! — утирая слезы воскликнула Лея, — Мадлен, скажи что-нибудь! Не молчи! — чуть хриплым голосом прокричала она. — Он поступил так, как счел нужным. Дал мне время, чтобы спастись, — отрешенно прошептала Мадлен, стараясь держать себя в руках, но спокойствие начинало пропадать, уступая место безудержной истерике. — Спастись… — снова повторила она это слово. — Непохоже, что я теперь спасена, — нервно усмехнулась женщина. — Он не хотел, чтобы с тобой что-то случилось. — Откуда ты знаешь, чего он хотел?! — закричала Мадлен вскакивая со своего места. — За это время для меня он стал всем! Почему он не сказал что собирается сделать?! Почему не дал Люку помочь ему?! — вопросительно глядя на своих собеседников воскликнула она с непониманием. Эмоции застилали разум, и женщина сжимала кулаки в бессильной ярости, тяжело дыша от нервного напряжения. Лея с пониманием посмотрела на Мадлен и с грустью покачала головой. — Вот, возьми это, пусть он будет у тебя, — в руках девушки появилась стальная рукоять светового меча. — Ты теперь законная владелица. Люк был с ним до самого конца, но не смог оставить его у себя и отдал первому, кто оказался рядом. Он твой по праву, — Лея протянула ей световой меч Дарта Вейдера. Мадлен дрожащей рукой схватилась за рукоять, которая тут же обожгла ее руку ледяной прохладой металла. Она подержала меч на ладони несколько секунд, словно взвешивая, а потом перехватила рукоять поудобнее и активировала лазер, который мгновенно вырвался из рукояти с характерным жужжанием. — Все произошло так внезапно и сумбурно… — Понимаю. Не нужно вспоминать об этом, — мягко ответила Лея и скорбно улыбнулась. — Мне необходимо время, чтобы привыкнуть… — Всем нам, Мадлен, — кивнула девушка. — Наступают страшные времена. Нужно быть готовыми.

***

Каф, стоящий на массивном столе перед Мадлен, уже окончательно остыл, когда она сделала первый глоток. Затем женщина поставила кружку обратно на поверхность, где она снова затерялась среди творческого беспорядка. Ее взгляд привлекла ваза с причудливыми письменами из символов Общеситхского алфавита. Та очень древняя и массивная. Коллекционный предмет искусства, находящийся в кабинете покойного Императора. У Мадлен ваза вызывает смешанные чувства. Иногда хочется ее грохнуть, разбить, так, чтобы она ударилась об стену и разлетелась на множество мелких кусочков. Эта вещь так напоминает обо всем случившемся. Императора больше нет и Дарта Вейдера тоже. Все они мертвы, а Мадлен почему-то еще дышит и живет. Невзирая на то, что смысла в ее жизни больше нет. Потеря главных фигур режима бросила Империю в хаос из которого трудно выбраться, практически невозможно. Правящий круг, совет моффов, военные начальники и другие влиятельные имперские чиновники боролись между собой за власть. Одни плели интриги, другие становились их жертвами. Из-за этого происходила раздробленность, не предпринимались нужные шаги к обороне, ведению войны и разработке тактики, управление армией было не последовательно и дела шли очень плохо. Ей тридцать пять, но она чувствует себя женщиной уже давно умудренной жизненным опытом. Счастливая судьба и спокойная жизнь обошли ее стороной в тот день, когда она узнала имя своего будущего супруга. Было больно, но она пережила, пока мать стискивала ее хрупкие холодные ладони в немом жесте поддержки… Почему все не может быть так просто? Всю жизнь ей завидовали, потому как состояние ее семьи считалось одним из самых больших в Империи. Раньше, до совершеннолетия, Мадлен сама испытывала зависть наблюдая, будто со стороны свою легкую жизнь, наполненную радостью и роскошью. Но оказалось, что не все так просто. — Мам, мы несмотря ни на что очень сильно тебя любим, — с готовностью произнесла дочь. Стив и Дженнифер накинулись на Мадлен с крепкими объятиями. Ее лицо озарилось улыбкой и женщина на секунду отвернулась от детей смахнуть слезы, которые мгновенно наполнили краешки глаз. Она не могла показать им свою слабость. «Что я им скажу? Как они теперь будут жить? В постоянном страхе за свою жизнь?!» — подумала Мадлен сердясь на саму себя. «Извини, Дженнифер, возможно совсем скоро, как только ты станешь совершеннолетней, мне придется выдать тебя замуж за того высокопоставленного чиновника или военного, поддержка которого понадобится мне, чтобы удержать власть?! Пусть он будет тебе неприятен и не любим, но потерпи, дочка, ведь это ради семьи!» Мадлен нахмурилась и брезгливо поморщилась от своих мыслей. Она не могла позволить собственному ребенку испытать такое на себе. Повторить ее судьбу. Этого нельзя допустить. «Или еще лучше», — ехидно шепнул голос в ее голове: «Прости меня, Стивен, ты должен нести на себе это бремя. Ты еще маленький, но обязан быть сильным. Пока что ты ничего не понимаешь в управлении, поэтому я стану твоим регентом и буду помогать тебе во всем. Ничего не бойся и можешь на меня положиться. Только не слушай посторонних, они обязательно станут говорить про меня плохое, чтобы настроить тебя против меня. Но ты не слушай их…» «Как я теперь буду смотреть в глаза своим детям?!» — судорожно думала Мадлен, сильно зажмурив глаза, и барабанила пальцами по поверхности стола. Внутри было очень больно, хоть она и старалась показывать внешнее спокойствие. Мадлен искренне не понимала как справиться со всем, что обрушилось на нее. Женщина прикрыла лицо руками и с силой прикусила губу. Через пару секунд она почувствовала солоноватый привкус крови. Времени, чтобы раскисать и жалеть себя не было. Мадлен глубоко вздохнула полной грудью и распрямилась гордо подняв подбородок. — Мы справимся, я уверена, — твердо заявила она. Никто не должен видеть ее слабость, даже дети.