Цветок мертвых

Сириус выглядел плохо. Азкабан основательно подкосил его здоровье — как физическое, так и психическое. Том варил восстанавливающие зелья, я даже провела неприятный ритуал, который все же помог Сириусу пойти на поправку быстрее. Начертила черным мелом на полу ритуального зала сложную восьмиугольную звезду, зажгла по периметру свечи, перерезала горло черному петуху ножом, рукоять которого была обмотана красной нитью. Затем эту нить окунула в петушиную кровь, прочла несколько заклинаний на латыни и сожгла нить в центре фигуры с прядью волос Сириуса. Ощущения от ритуала были мерзкими. Все же своими руками убить животное совсем не то же самое, как просто взмахнуть палочкой. Ритуалы — могущественная отрасль магии, но не самая приятная. Пусть здоровье Сириуса начало улучшаться, он начал набирать вес, но морально ему стало хуже. Видимо, после побега из Азкабана он некоторое время держался на энтузиазме и силе воли, а сейчас этот запас прочности исчерпал себя. Теперь Сириус плохо спал, вскакивая посреди ночи от кошмаров, заговаривался. Ему все время казалось, что он все еще в тюрьме, а временами — что Лили и Джеймс еще живы, и ничего не случилось. Он называл меня Джеймсом, а Тома — Регулусом. И все порывался извиниться перед погибшими Поттерами. Чувство вины, усугубленное годами Азкабана, присутствием дементоров, наследственные проблемы с психикой — все это разом навалилось на него. Как помочь Сириусу, я не знала. Психотерапевт тут вряд ли поможет. Мы с Томом собрались обсудить этот вопрос.  — Послушай, Ликорис, — начал Том, — ему просто нужно дать время. Он скоро оправится и ему должно стать лучше. После контактов с дементорам всегда так. Но, — тут он замялся, — не жди существенных улучшений. Может, внешне он будет выглядеть нормальным, но…  — Чувство вины будет медленно убивать его изнутри, — тихо закончила я фразу. Том только кивнул.  — Думаю, он не успокоится до тех пор, пока не решит, что получил прощение Поттеров.  — Что ты предлагаешь? Показать ему портрет Джеймса?  — Нет, портрет — это совсем не то. Но, — он посмотрел мне в глаза, — ты можешь воспользоваться Воскрешающим камнем. Я невольно кинула взгляд на массивное кольцо.  — Ты все-таки догадался. — ну, рано или поздно это должно было произойти. Хорошо, что благодаря клятвам он не может даже попытаться забрать кольцо у меня.  — Да. Я был в ярости. Сначала злился на тебя — ты очень ловко меня провела — а потом уже на себя. Все же, сделать из такой реликвии крестраж…. Я был большим дураком, — закончил он тихо. — Но сейчас это не важно. Мы можем просто попробовать воспользоваться камнем. Лили и Джеймс поговорят с Сириусом. Возможно, это поможет.  — А если нет?  — Об этом подумаем после. Возможно, стоит попробовать легилименцию. Затереть болезненные воспоминания…. Но любое вмешательство в память меняет личность, так что это оставим на крайний случай.

***

Самая большая сложность состояла в том, как именно устроить разговор. Не стоит Сириусу знать про камень. Это может только ухудшить его состояние. Он забудет про реальность, будет поглощен общением с давно умершими. Это очень опасно. Именно поэтому многие владельцы камня сходили с ума. Так что я решила призвать души Поттеров ночью, чтобы Сириус решил, что это сон. Так я и поступила. Не знаю, о чем там почти час говорили Лили и Джеймс с Сириусом, но на следующее утро тот пошел на поправку. Медленно, но верно он возвращал себе рассудок. Нам нужно было обсудить много важных вещей, вроде Снейпа, Малфоев, крестражей и Беллатрикс, но стоило сначала подождать, пока Сириус не оправится.

***

На каникулах я много переписывалась с Гермионой. Она интересовалась ритуальной магией. Я отправила ей несколько книг для начинающих из библиотеки Поттеров — ничего запрещенного, только основы и общие факты. Гермиона заинтересовалась, однако признала, что это не ее область магии. Ей больше по душе чары и зелья. С Роном я тоже общалась больше, чем прошлым летом. Тот наткнулся в одной из книг на упоминание ментальной магии, и заинтересовался. Мне ни окклюменция, ни легилименция не давались — к сожалению — а вот у Рона проснулся интерес. Так что ему я тоже отправила несколько книг. К сожалению, Рону приходилось читать их по ночам, пряча от семьи. С Луной мы продолжали поддерживать связь. Сейчас девочка жила у родственников со стороны матери и изучала артефакторику. Она даже подарила мне очень интересный защитный артефакт — кусок пивной пробки с бусиной на ниточке. Несмотря на странный вид, этот артефакт должен был хорошо защищать от ментальных атак. Так что я была благодарна Луне. Девочка кстати, в прошлом году сдружилась с Невиллом, и летом они продолжали общение. Кажется, у них было много общих тем — Луна тоже любила растения.

***

Это были отличные дни, полные спокойствия. Я читала книги, тренировала заклинания с Томом, спорила о заклятиях с Гермионой, обсуждала магических животных с Дадли и Роном… Но это было затишье перед бурей. Раздосадованное Министерство все же решило отправить дементоров охранять Хогвартс. Общественность негодовала, Фадж оправдывался. А я должна была за короткий срок освоить заклинание Патронуса.  — Экспекто Патронум! — тонкая струйка серебристого дымка, и больше ничего. Уже целую неделю я пытаюсь выучить это заклинание, и это — мой лучший результат. Если так пойдет дальше, то о моем зародившемся плане по добыче чаши Хаффлпафф придется забыть.

***

 — Ну, Ликорис, соберись! Даже у меня нашлось достаточно счастливое воспоминание! — а вот Том был в ярости. Еще никогда я так долго не застревала на одном месте. Его Патронус — змейка, словно в насмешку проплыл передо мной. Я выдохнула и собралась. Что у меня счастливого в этой жизни? Наверное, близкие люди. Я бы ничего не добилась, не будь у меня поддержки и помощи. В одиночку я бы и года не протянула в этом мире. Самое ценное, что я приобрела тут — моя семья. Петунья, Вернон, Дадли, настоящая Ликорис, портреты, Сириус, даже Том — все они помогают мне и поддерживают. Мои друзья всегда готовы помочь мне. И все они мне дороги. Никакие богатство, никакую власть, никакое могущество я не променяла бы на тех, кто мне дорог.  — Экспекто Патронум! — надо же, получилось. Мой Патронус — полосатая крупная кошка, сорвался с кончика палочки и сделал круг по комнате. Где — то в углу зааплодировал Сириус — он тоже пришел посмотреть на мои занятия.

***

 — Ну вот так я воскресила Тома Реддла. — я закончила непростой и долгий рассказ и посмотрела на шокированного Сириуса. Только что я рассказала ему про крестражи.  — То есть, он разделил свою душу на семь частей, и две из них — этот с виду безобидный Том? И еще одна часть в сейфе моей кузины Беллатрикс? И чтобы ее достать, нужно или ограбить Гринготтс, или проникнуть в Азкабан? — я кивнула. — Хах, с Джеймсом тоже было всегда весело! Ты пошла в него. Ну, раз ты взяла с Реддла клятвы, пусть живет, — Сириус хихикнул, — а вот насчёт чаши ты задала мне задачку. Ну ничего, мы справимся!  — Ох, мне бы хоть немного твоей уверенности, Сириус…