Меж двух огней. Книга первая: Старый король

Пир окончился лишь к поздней ночи, около двух часов. Все гости захватили с собой все оставшиеся кувшины с горячительным напитком ярко-красного цвета. Король же вместе с Тайбером перешёл в тронный зал, где его ожидал гонец, посланный на проверку в деревню Лисинка. Он выглядел весьма уставшим, так как гонцу пришлось срочно искать старые данные и поздно вечером скакать в деревню. — Мой король, я вновь приветствую вас. По вашему поручению я отправился во владения лорда Торвик — деревню Лисинку— и добыл необходимые вам сведения! — Это очень хорошо, Миер, рассказывай всё, что узнал по моему вопросу, и можешь идти отдыхать, я дам указ не беспокоить тебя до завтрашнего вечера. — Спасибо, мой король. Сначала я пошёл в библиотеку, в особую секцию, от которой вы дали мне ключ. Тамошний библиотекарь отыскал для меня старую перепись, где значилось, что население Лисинки в прошлом году состояло из 964 взрослых душ, 186 детей в возрасте от десяти до четырнадцати лет и 128 детей в возрасте от нуля до десяти лет. При этом имелось 112 беременных женщин. После я, взяв с собой двадцать солдат, отправился в Лисинку, чтобы проверить численность населения. В итоге, по всем нашим подсчётам, на сегодняшний день в деревне Лисинка должно быть 1390 душ. Никакой информации о побегах или случайных смертях не было. По приезде в деревню, я собрал всех, провёл перепись и обнаружил, что не хватает девяти мужских душ и семи женских, а также одного ребёнка до десяти лет. После я провёл допрос стражников, они неохотно отвечали, что все, кого не хватает, — сбежали. Далее был осуществлён обыск в личных покоях лорда Торвика, стража пыталась запретить нам проходить в рабочую комнату Торвика, но меч около горла их командира заставил их передумать и пропустить нас. Проведя осмотр личных вещей и одежды, а также его стола и шкафов, я не обнаружил ни одного документа, в котором был бы отмечен побег или пропажа хотя бы одного жителя, которые должны были быть в обязательном порядке. Затем были опрошены некоторые жители деревни, а также их старейшина, обращающийся к лорду от лица жителей деревьев. Жители говорили неохотно, а старейшина рассказал нам про каждого человека, которого мы не досчитались. Более всего нам было интересно отсутствие ребёнка, с которым, скорее всего, сбежали родители. Но, оказалось, что всё было гораздо страшнее. Это действительно была семья, по рассказу старейшины, мужчина серьёзно провинился перед лордом Торвиком. Но всех подробностей он не знал. Чтобы всё выяснить, мы взяли за горло командира стражи и под угрозой пыток он поведал нам, как всё было: Лорд Торвик в наказание взял его жену, заставляя смотреть на всё это. Мужик этого простить не смог и попытался напасть на Торвика, но стража его остановила. Когда лорд Торвик кончил, он убил их ребёнка, пятилетнего сына, а затем прикончил жену и, метнув ему в ногу нож, оставил мужика в комнате, рядом с трупами своих домочадцев. Нетрудно догадаться, что произошло дальше, он просто перерезал себе горло… Рассказал эту жуткую историю один из стражников. Остальные, по словам старейшины, также были убиты им за какие-то провинности, а на вопрос о том, почему об этом ужасе никто ничего не рассказывал, он ответил следующее: «Лорд Торвик пообещал, что если кто-то узнает об этом, то перед тем, как его поведут на плаху, он отдаст своим «цепным псам» приказ перебить всех жителей и сжечь деревню», поэтому все молчали, боялись смерти. Я оставил там всех своих бойцов, чтобы они не дали страже навредить жителям деревни. Они заперли всех стражников в погребе и обороняют его. — Я всё понял, эта собака заслуживает смерти. Ты узнал что-то о Гелотте? — Да, но нет. — Как это понимать? — Старейшина знает всех жителей деревни… но когда я просил, есть ли среди них бывший рыцарь по имени Гелот, то получил отрицательный ответ, в деревне никого по имени Гелот не живёт, и не было таких там уже десять лет, после того, как старик Гелот — кузнец —заразился скверной и был отправлен на остров Мид. — Тогда кто приходил ко мне, кто рассказал обо всём, что происходит в деревне? — Я не знаю, мой король, старейшина ничего не знает ни о каком Гелотте. Если хотите, то я пошлю людей и они привезут его к вам. — Не стоит более беспокоить старика, скоро я сам наведаюсь в эту деревню и подойду к старейшине. Прости, но тебе придётся взять с собой ещё двадцать человек и возвращаться в деревню. Лорд Тайбер отдаст распоряжение о том, чтобы солдаты перешли под твоё командование. Я беспокоюсь за жителей, завтра я устрою показательную кару для этого ублюдка. — Да, король, я и сам хотел бы всё проконтролировать, а то мало ли, что может произойти. — Тайбер, я прошу тебя отправить туда двоих бойцов из «гранатовых браслетов», как только отдашь распоряжение, организуй постоянный присмотр за нашим далеко не самым дорогим гостем. — Хорошо, мой король. Миер и Тайбер покинули тронный зал, немного посидев и обдумав всё услышанное, Гавет последовал примеру своих бойцов и отправился в свои покои. Завтра предстоял долгий и весьма насыщенный день… Ночная жизнь во дворце проходила спокойно, в коридорах, после пира, не было никаких похождений, возни и прочих буйств. Все гости валялись пьяными в гостевых комнатах, кто-то втихую продолжал банкет в компании двух-трёх собутыльников, кто-то развлекался с девками, а кто-то мирно посапывал на полу, так и не дойдя до кровати. Стражники делали вид, что патрулируют коридоры, но это было совершенно не нужно, ведь сегодня все дебоширы были абсолютно пьяны. Гавет проснулся от звона колокола, который оповещал гостей о том, что пора идти завтракать. Быстро одевшись во вчерашнюю одежду, он двинулся на приём пищи. Гости ещё не отошли от вчерашней попойки и только начинали стягиваться в зал, где вчера происходила вся эта содомия. Кто-то держал в руках графин с одурманивающей жидкостью, кто-то не отпускал от себя девок из «дома» мадам Грей, ну, а кто-то продолжал досматривать свои пьяные сны, только уткнувшись носом не в подушку, а в стол. Ваус на завтраке не присутствовал, видимо, так и не смог оклематься после столь грандиозной попойки. Лорд Торвик сидел один, вяло пережёвывая куски мяса, поданного слугами в качестве завтрака. Неподалёку находился хмурый Верес, он ел более оживлённо, но не забывал постоянно косить глаза на лорда Торвика, приглядывая за тем, чтобы тот, доев, никуда не свинтил. Гавет удовлетворённо хмыкнул, увидев, кого послал Тайбер выполнять его поручение, тут уж можно быть спокойным, Верес с него глаз не спустит. Король поприветствовал гостей, сам поел похлёбку с большими кусками мяса, поднялся со своего стула и объявил следующее: — Вчера был замечательный день! Мы все собрались за этим столом, чтобы отпраздновать завершение большой охоты! Весело провели время, пили, вкусно ели и устроили просто невероятный пир! Сегодня я хочу объявить вам всем о том, что среди нас есть человек, оказавший огромную услугу нашей стране и сильно отличившийся передо мной! Этот человек — Лорд Торвик из дома Торков! И сегодня, на главной площади, при всех жителях Ирадола, я представлю его к награде за все заслуги перед гражданами Илаи. Торвик, до этого молчавший и с тоской смотрящий в свою тарелку, доедая остатки похлёбки, от неожиданности поперхнулся и встал, недоуменно смотря на короля и пытаясь понять, что же здесь происходит вокруг него, казалось бы, весьма скромной и мелкой, относительно других присутствующих в зале министров, персоны. Поёжившись, он всё же решил задать Гавету свой вопрос. — Но что я сделал, мой король? — Каков скромняга! Он даже не причисляет то, что сделал к ряду своих заслуг. Ну, сегодня ты получишь за всё сполна! Тень улыбки и гордости проскользнула на лице Торвика, и тот удовлетворённо сел обратно на свой стул. Гавет сделал то же самое и стал ожидать прибытия слуги, который должен был объявить о том, что народ на площади уже собрался. Долго сидеть не пришлось, нужный человек прибыл довольно быстро, и король вновь обратился к собравшимся. — А теперь, господа, попрошу пройти на главную площадь, народ уже собрался! Все министры повставали со своих стульев и двинулись к выходу из дворца. На улице тем временем уже собралась огромная толпа. На главной площади города все улюлюкали и кричали при виде короля, облачённого в кольчугу. Гостей поставили в ряд на большом помосте. В самом центре этого не самого стройного ряда стоял и лорд Торвик. Люди радовались тому, что по королевскому указу почти всех дёрнули с работы, на своих местах остались только кузнецы, в этот самый момент кующие оружие или новые доспехи, да и просто людям, которым нельзя было прерывать свою работу, чтобы не пришлось всё переделывать. Гавет встал на краю трибуны, поднял руку, прекращая улюлюканье и крики толпы. — Я приветствую всех жителей гордого города Ирадола! Как вы все знаете, вчера была завершена «Большая охота»! Толпа вновь одобрительно закричала и засвистела, поддерживая короля и выражая ему свою любовь и уважение. — Вчера прошёл просто невероятный пир, в котором принимали участие все министры! Также хочу сказать о том, что завтра будет проведён пир, на котором будут чествоваться обычные граждане, рыцари и простые воины, отличившиеся перед короной в этом году! Также в этот день всем беднякам будет выдана двойная порция обеда в общественной столовой миссис Сторкс! А вот тут толпа действительно загудела и начала буквально молиться на своего правителя, даже поднятая рука короля не могла успокоить разбушевавшуюся толпу. Король усмехнулся и прокричал на всю площадь, обращаясь к людям. — Каждый министр и крупный лорд многое делает для короны, но далеко не каждый делает то, что было по силам совершить человеку, присутствующему здесь, на этой площади, прямо перед вами! Лицо Торвика в то время, когда Гавет говорил эти слова, налилось краской, и необычайная гордость заполнила всё его существо. Он никак не мог вспомнить, что же такое сделал, чтобы король его так чествовал, но его это устраивало, может быть, король просто перепутал его с кем-то, но какая разница, если это была его минута славы! — Этого замечательнейшего человека, — слово «замечательнейшего» он проговорил с такой интонацией, что только глупец мог не заподозрить что-то неладное, — зовут лорд… Торвик из дома Торков! Толпа одобрительно загудела, пытаясь поддержать смущённо выходящего на центр площадки, хотя им ещё и не объяснили того, что он сделал. Пока Торвик махал рукой ликующей толпе, король положил руку на рукоять своего меча. А сзади стражники подкатили колодки, на которых и планировалось чествовать Торвика. Сам лордёнок так ничего и не заметил, ведь был слишком увлечён помахиванием толпе. — А теперь, друзья мои, позвольте мне рассказать о том, что вынудило меня призвать на главную площадь города этого… человека, — улыбаясь, произнёс король, вновь обращаясь к толпе. — Этот человек — убийца. — С этими словами Гавет в мгновение ока нанёс удар по животу Торвика рукоятью меча, даже не вынимая его из ножен. От чего тот упал на колени и начал жадно хватать ртом воздух. — Я прошу убрать ваших детей с площади, отправить их домой, ведь сейчас здесь будет проходить очень жестокая казнь, которая может плохо повлиять на ваших детей. Даю вам минуту, а пока я, пожалуй, расскажу, чем отличился этот ублюдок, — продолжил король, плюя в раскрасневшееся лицо Торвика. — Он — жалкий убийца, вор и насильник! Человек, который убил целую семью с маленьким ребёнком! И ещё множество людей в количестве семнадцати человек. Сегодня он получит своё заслуженное наказание, оно не станет мягким, смерть для него — слишком лёгкое наказание. Что вы предпочитаете? Плети, огонь или же четвертование?! Толпа загудела, предложения короля вызвало одобрение народа, жаждущего хлеба и зрелищ. В конце концов, путём многих криков и споров было принято решение наказать эту тварь плетьми, а после, если он не умрёт во время сотни ударов плетью, отрубить голову. Пока толпа решала, стражники заковали Торвика в колодки и выкатили их к толпе, а палач, который и должен был исполнять наказание, уже хлестал плетью рядом с подвешенным за руки и ноги ублюдком. — Торвик из дома Торков! Тебе есть что сказать в своё оправдание, ты хочешь попытаться защитить себя и как-то оправдать свои преступления перед короной и народом?! — Нет, король, ты просто глупец, скоро придёт посланник от моего бога, и ты познаешь всю злость и жестокость тех, кого ты погубил, твоя семья будет разрознена, а сам ты будешь лежать в могиле, и изнутри тебя будут пожирать черви! Сдохнешь, а твои владения распадутся! — Это всё? — спокойно спросил Гавет, делая вид, что зевает, но ответа так и не получил. — Маэстро, приступайте, — обратился Гавет к палачу, кивая на уже раздетого Торвика. Палач нанёс первый удар, и кожа незадачливого убийцы разорвалась, а из него вырвался такой крик, которой слышали только ветераны во время войны. Второй, третий, четвёртый… все эти удары разрывали плоть преступника и заставляли его орать от невыносимой боли. Толпа продолжала поддерживать и мотивировать палача хлестать сильнее. На семидесятом ударе на спине провинившегося не осталось видно ни одного живого места, а куски плоти, которые отхлестнул палач, валялись внизу на помосте. Всё вокруг было залито кровью. Но, что удивительно, несмотря на то, что вся спина была в крови и, казалось, на Торвике уже не было живого места, он был живым. Такое, конечно, случалось, но крайне редко. Поэтому Гавет принял решение завершить муки бывшего лорда и отрубить ему голову. Самим убийством, по традиции, занимался уже не палач, а король, ведь говорилось, что только тот, кто выносит приговор, может его исполнить. Окровавленного Торвика подвели к плахе и опрокинули вниз. Он уже абсолютно ничего не чувствовал, был в отключке и поэтому валялся, как мешок с коровьим дерьмом. Гавет поднял меч, и улюлюкающая толпа замерла в ожидании решающего удара… Меч опустился на шею преступника, и его голова, слетев с плеч, покатилась по помосту. Палач подал тряпку, и король вытер свой меч, а затем засунул его в ножны. Спокойной походкой, как будто бы ничего экстраординарного не произошло, Гавет двинулся к краю помоста, а затем поднял руку и обратился к ликующей толпе, давая знак, что сейчас настало время говорить королю. — Граждане, этот человек заслуживал тяжёлой смерти, я извиняюсь за то, что не узнал об этом раньше, а теперь посмотрите на всех министров, которые стоят здесь. Ни один из них не будет вас ущемлять, а если я узнаю об этом, то с провинившимся будет то же самое! Я стремлюсь защитить вас от козней обнаглевших и сильно поверивших в себя министров! Я верю, что вскоре мы сможем полностью забыть ужас той войны! Я хочу, чтобы наша страна процветала, а наш народ был счастлив являться гражданином нашей великой страны! Толпа вновь одобрительно закричала, не позволяя своему королю покинуть помост… Гавет, Гавет, Гавет — запустили волну горожане и только через десять минут отпустили своего короля. Он сошёл с помоста и в сопровождении Тайбера двинулся в сторону дворца в тот момент, как опешившие министры не могли дёрнуться с места, увидев своими глазами столь страшную картину такой жестокой казни. Каждый из них понимал, что в случае какой-то серьёзной провинности любой из них может занять место Торвика на этом помосте, чего, конечно же, не хотелось абсолютно никому. Министры знали, что за ними тоже имеются некоторые провинности и уже думали, что сделать, чтобы быстрее их исправить. Ну, или хотя бы придумать, как сделать так, чтобы король ничего не заметил и не отправил на помост. Человек в тёмном балахоне стоял, облокотившись на стену, его лицо было скрыто капюшоном так, что был виден только его улыбающийся рот. А потом, когда весь процесс завершился, таинственный человек ушёл в тень и пропал из виду…