Математический апокалипсис

      — Послушайте, Вы должны меня отпустить, — с мольбой в голосе твердил я, с надеждой вглядываясь в бездонные, чёрные, как сажа, глаза парня, когда мы наконец-то вошли в его кабинет.       — Не стоит указывать директору, молодой человек. — Тот лишь пригрозил мне пальцем. — Тебе придётся посидеть здесь пятнадцать минут, и только после этого сможешь пойти. Но если я вновь поймаю тебя за нарушением правил, придётся удвоить наказание.       — Но ведь... Но он...       — Кто? Балди? — поинтересовался Директор.       — Да, он, — прошептал я.       — Ты в первый раз в этой школе? Хотя... — Парень прошёлся по мне изучающим взглядом. — Не припомню, чтобы раньше видел тут кого-либо в очках и с окрашенной в салатовый цвет чёлкой. Можешь представиться и объяснить цель своего прихода?       — Меня зовут Джей, — начал я. — Мне шестнадцать, учусь в десятом классе. Сюда пришёл для того, чтобы забрать тетради друга. Послушайте, у меня совсем нет времени! Балди хочет меня убить!       — Значит, опять он за своё... — вздохнул Директор.       Пока я смотрел на него вопросительным взглядом, парень прошёлся до окна, остановившись у него на несколько секунд и бегло пройдясь глазами по коридорам, и затем вернулся ко мне. Вздохнул ещё раз, уже более тяжело. Я всё не мог понять, что происходит. Моё сердце билось с бешеной скоростью.       — Он... — пробубнил себе под нос Директор. — У него свои тараканы в голове, понимаешь?.. Я не хочу слишком глубоко вдаваться в подробности, так что... Я не знаю, как тебе это объяснить. Он трудный человек. Докопаться до истины, скрытой в дебрях его души, практически невозможно. Ты и не пытайся. И да, эта школа — странное место, не нужно мне об этом говорить. Отсюда сбежали почти все учителя, и тому причина — Балди. Я теперь, как видишь, не только директор, но и дежурный по коридорам. Что за участь...       — Можно ли что-нибудь сделать по поводу наказания? — взмолился я. — Прошу, что угодно!       — Если хочешь, я могу попробовать ненадолго отвлечь Балди. — Парень лишь пожал плечами. — Но от наказания уходить нельзя. Это также против школьных правил.       С этими словами он вышел из кабинета и вскоре исчез из поля зрения. Я посмотрел на часы и начал отсчитывать минуты до окончания наказания. Время тянулось, словно улитка. В один момент я всё-таки решил оторваться от этого скучного дела и вместо этого немного изучить кабинет. Лишь тогда я заметил, что кругом висели портреты. Однако... Между ними были пустые места, будто бы там до этого висели ещё портреты, которые, в конце концов, сняли. Должно быть, школа действительно опустела... Я принялся внимательно рассматривать те портреты, что были в кабинете. На одном из них была изображена девочка со скакалкой в руках. Не знаю, что она делала в этой школе. Возможно, являлась чей-то младшей сестрой и была вынуждена проводить время здесь, поскольку дома никого не было. На другом портрете был изображён крепкого телосложения парень, а крупная надпись внизу гласила «Хулиган». Видать, прославился тем, что его чуть ли не каждый день оставляют в школе после уроков за плохое поведение. Затем мой взор пал на автоматическую швабру-уборщика, забавный носок с приклеенными к нему искусственными глазками, самого Директора, некого робота-гуманоида, занявшего первое место на некой научной выставке, и, наконец, самого Балди. Его портрет я принялся изучать с особым трепетом. Белая табличка с информацией справа твердила: «Отличный учитель засчёт своего великолепного слуха! Слышит не только звук каждой открывающейся двери, но и точно знает, кто его издал!»       — Что за псих... — прошептал я самому себе, надеясь, что хоть этого учитель не услышит.       Посмотрев на часы, обнаружил, что до окончания наказания оставалось ещё шесть минут и девять секунд. Вздохнул. Удалось ли Директору задержать Балди? Пока я раздумывал над этим, в одно из окон кабинета неожиданно постучали. Невольно вздрогнув всем телом, я резко повернул голову в сторону, откуда донёсся звук. За окном стояла та самая девочка со скакалкой и широко улыбалась, махая мне своей маленькой ручкой. Может быть, она смогла бы помочь мне выбраться отсюда?       — Хей... Привет, — тихим голосом обратился к ней я, на цыпочках подкрадываясь к окну. — Ты не могла бы открыть мне дверь? Пожалуйста! Мне очень нужно идти!       — Могла бы! — Девочка хихикнула. — Ох уж этот Грей, опять наказывает! Ну вот зачем нужны всякие там правила и наказания? Честное слово, не брат, а настоящий ходячий кошмарик!       — Грей? Ты имеешь в виду директора этой школы? Это его имя?       Девочка кивнула. Теперь уже имело смысл нахождение в его кабинете её портрета. Должно быть, он очень любил свою младшую сестру, хоть и, возможно, был с ней строг.       — Я тебя выпущу с одним условием! — продолжила она. — Попрыгай со мной пять раз на скакалке! Пожалуйста!       — Но у меня нет скакалки... — виновато ответил я.       — Ничего, я всегда ношу с собой запасную, чтобы поделиться с теми, с кем я хочу поиграть!       — Хорошо, я попрыгаю с тобой, только прошу тебя, открой дверь!       Девочка вновь кивнула мне и затем вприпрыжку направилась к двери кабинета. Ловко управившись с наружной дверной защёлкой, открыла мне долгожданный путь к свободе. Я хотел было бежать, но вовремя вспомнил о своём обещании и поспешил взять протянутую мне скакалку.       — Раз, два, три, четыре, пять! — радостно напевала девочка, считая наши прыжки.       Закончив, я вернул ей скакалку.       — Т-Ты первый, кто согласился п-поиграть со мной... — со слезами на глазах сказала она. — Как жаль, что ты мне не брат... Сыграем как-нибудь ещё раз?       Я уж собрался сказать ей, что не планирую когда-либо возвращаться в эту школу, но не смог... Её пухлое личико с нежно-розовым румянцем на щеках, бездонными чёрными глазами, как у её брата, и непослушными волосами цвета воронова крыла выражало такую надежду... Всем своим видом, даже той одеждой, что она носила, а именно широкими синими брючками и ещё более широким красным свитером наподобии платьица, она создавала образ той младшей сестры, о которой я всегда мечтал. Я любил детей. К сожалению, я был единственным ребёнком в семье. И да, я был «странным». Хоть я и неплохо ладил со своим колективом, я всегда чувствовал себя немного... чужим. У меня никогда не было отношений или влечения к кому-либо на более чем дружеской почве. Я не мог относиться к жизни так же просто, как остальные, и поэтому всё время завидовал им. В конце концов, я не мог понять своей цели...       — Так сыграем? — вновь обратилась ко мне девочка, заставив меня опомниться.       — Конечно! — улыбнулся я ей в ответ, встав перед ней на правое колено. — Только сначала скажи мне, как тебя зовут?       — Мэри! — с гордостью сказала та.       — Какое прекрасное имя! Очень тебе подходит.       — Спасибо! — воскликнула Мэри, и румянец на её щеках из нежно-розового превратился в ярко-красный. — А тебя?       — Джей, — ответил я с улыбкой.       — Тоже красивое имя! — Мэри хихикнула. — Ой, это ведь по-английски название птички такой, да?       — Да, «джей» — это сойка. Любишь соек?       — Да-а!       — Слушай... — сказал я, только сейчас вспомнив, что убегаю от Балди. Тем не менее, щелчков линейки всё ещё нигде не было слышно, так что, по всей видимости, Грею удалось задержать его. Пока что я был в безопасности, но в любом случае нельзя было оставаться на месте. — Я должен сейчас идти, но мы с тобой позже обязательно ещё поиграем, хорошо?       — Хорошо! — радостно воскликнула Мэри и обняла меня на прощание, а затем ускакала прочь.       Я проводил её с улыбкой, но пришло время вновь переключиться на поиски оставшихся пяти тетрадок Коннора. Убедившись, что рядом никого нет, я как можно тише проследовал в коридор, ведущий в противоположную сторону школы...