Лиза, Кристина
25 декабря 2018 г., 23:29
Ключ в дверь замка попал не с первого раза.
Дом казался тихим, словно окутанный видениями и снами, сизыми, плавными, спокойными. Без кошмаров или тревог. И каждый звук был куда более пронзительным, как пожарная сирена, а ведь будь сейчас день — просто скрип старых половиц, шорохи позднего гостя и неловкие движения в темноте.
Хотя дом Лиза знала прекрасно.
Хорошо, что все спальни на верхнем этаже, не хотелось никого будить или тревожить, но всё-таки она старалась незаметно прокрасться на кухню, подхватив с полочки удобные тапочки.
Налив стакан ледяной воды с лимоном, устроилась у приоткрытой форточки, чтобы вытягивало табачный запах, которым всё равно пропитались и волосы, и старая потёртая косуха. Всё ещё чуть великовата, зато очень тёплая для ночей ранней осени.
Коротко остриженные волосы, выкрашенные в ярко-красный, щекотали шею, а во рту ещё ощущался сладковатый вкус последнего коктейля.
Щёлкнул выключатель, и слишком яркий свет лампы неприятно ослепил глаза.
— Чёрт!
— Лиза, три часа ночи, — на пороге кухни застыл отец в халате поверх полосатой пижамы, сам щурясь на свет. — Все уже спят давно.
— Ну прости! Я не хотела никого будить.
— Как ты до дома вообще добралась? Надеюсь, не на байке?
Лиза с раздражением отложила в сторону телефон, как раз дописав благодарность другу, что подвёз до дома. Один из немногих в их компании, кто всегда предпочитал скорость любым другим средствам расслабления и легко соглашался докатить до дома.
И до сих пор казалось, что именно его запах сигарет въелся в кожу куртки, а улыбался он так часто, что в уголках глаз уже появились морщинки.
Но допрос отца из раза в раз начинал надоедать.
— Нет, меня друг подвёз.
— Друг. Ясно. При сестре хотя бы не кури, ладно? И проветри здесь всё, воняет дешёвым табаком. Увидела бы тебя мама такой…
— Не увидит, — глухо сказала Лиза. — Уже больше года не видит никого из нас.
Повисло неловкое молчание, а отец вошёл на кухню и молча занялся кофе. Готовить он не любил, хотя и умел, а вот варил перемолотые зёрна всегда с удовольствием. Получалось крепко и ядрено, Лизе нравилось, а Кристина морщилась.
Голова начала легонько кружиться.
— Ты бы подумала, чем дальше будешь заниматься, а? Лавка уже держится как надо, хотя помощь никогда не помешает.
— Пап, ты выбрал просто лучший момент, чтобы обсудить мою карьеру!
— Так тебя целыми днями нет, пропадаешь с друзьями.
— И работаю на тебя, — резонно напомнила Лиза, которая отлично помнила, где и когда надо быть, вела ежедневник и выполняла все необходимые задачи.
Её клонило в сон, но запах кофе уже будоражил ноздри.
— И что дальше? Так и будут вечные дороги и великий поиск себя? Может, найдёшь ещё занятие, кроме нашей лавочки?
Отец поставил перед ней кружку с кофе и сел напротив, внимательно глядя на старшую дочь. Лиза представляла, что выглядит далеко не благовоспитанной прекрасной девушкой, что от неё пахнет мужским одеколоном, что дырок на джинсах слишком много, а объёмная косуха скрывает фигуру и вообще делает похожей на мальчишку.
Но всё это был её выбор.
— Вы с мамой всегда хотели, чтобы мы были самостоятельными. Хоть ты и говоришь, что всё в порядке, лавкой надо ещё заниматься. А потом посмотрим.
О своих сокровенных мечтах Лиза предпочитала не говорить пока. Отмахивалась от комплиментов, что хорошо поёт, гнала мысли, что музыкальная школа не казалась адом, как для других.
— Тогда хоть возвращайся пораньше. А то…
— Нет.
— Что? — отец недоуменно и даже сердито посмотрел на неё.
— Я люблю этот дом, но я перееду в город.
— Здрасьте приехали! И куда, позволь спросить? К какому-нибудь другу, который выгонит через пару недель?
— А вот в мою личную жизнь не лезь. Мне уже не десять лет, и даже школа окончена.
— И на какие деньги ты будешь жить?
Лиза пожала плечами, не пугаясь неопределенности. Но ей хотелось своего угла и места — хотя дом она любила, и все они поддерживали уют и тепло, собирались вечерами на посиделки с горячим вином.
Просто ей казалось, что стоит двигаться дальше. Может, это даже случилось бы раньше — после жаркого лета и путешествия по странам с компанией друзей по дорогам мира, пропитанного солнечными днями, ночами у костров и ветром в спину.
Но потом умерла мама. И Лиза была нужна здесь — ей самой было нужно быть рядом с близкими, уходить с головой в семейное дело и переплетать в кристаллах магию.
Кофе слегка горчил, а отец сам пододвинул к себе тёмно-синюю пачку и впервые с похорон закурил.
— Кристина расстроится. Она привязана к тебе.
— Знаю. Но однажды поймёт, когда захочет тоже что-то сделать сама. А она захочет, уж поверь мне, а не ей-маленькой-тихоне.
— Так как ты будешь оплачивать жильё? Тебе дать денег?
— Только если на первый месяц. Но я верну, обязательно.
— Ладно. Ладно. Только звони иногда, чтобы я знал, что никакой подозрительный хрен тебя не обижает. Да и вообще… мало ли что.
— Пап! Я же не на другой континент уеду! Спасибо за кофе.
— Не уезжай!
Кристина крепко обняла сестру, словно желая оставить себе хотя бы ощущение её присутствия.
— Да я заеду на выходных, ладно? Эй, чего ты?
Лиза видела в сестре ещё того, кто потерял самого родного человека и цеплялся за тех, кто остался. Больше всего почему-то — за дедушку и старшую сестру. Ей хотелось быть рядом с ними от страха, что они тоже больше никогда не вернутся. Как мама из больницы.
Из-за толстого стекла с надписью «интенсивная терапия».
И с красной мигающей лампочкой.
— Просто без тебя здесь будет тише, — пожала острыми плечами Кристина.
— Можешь брать диски из моей комнаты. Только потом верни! И не лезь в шкаф, тебе всё равно ещё всё велико. Зато сможешь ко мне в гости приезжать, когда я устроюсь.
— Правда?
— Конечно. Поболтаем о мальчиках.
— У тебя все разговоры о мальчиках.
— А у тебя ещё нет? — скептически хмыкнула Лиза, вспоминая свои тринадцать лет. — Не скучай. Скоро увидимся.
Лиза легко спрыгнула с крыльца и, когда в маленькую грузовую машину сунули последнюю из коробок, села на байк. Щёлкнула застёжка шлема.
Впереди приятной щекоткой предвкушения стелилась дорога.
