Грозовые истории

      Кирилл каждый год приезжает на день рождения матери.       Изабель никогда не настаивает — она прекрасно понимает, как занят её сын, что он проводит в Службе и городских патрулях больше времени, чем многие другие, но всегда рада его видеть.       Весна в Лондоне благоухает цветами и цветущими деревьями, и мамин сад не исключение. Кирилл подныривает под ветви декоративной вишни и идёт по узенькой дорожке к дому. Ещё только раннее утро, и пригород тих и безмятежен.       Но на веранде уже валит пар от кружки с чаем и разносится запах тёплого яблочного пирога.       Изабель выходит из дома в простой хлопковой рубашке и коротких брючках с пятнами земли на коленках. Ахает от радости, когда видит сына, и торопится спуститься ему навстречу. Она ниже его на целую голову, и поднимается на цыпочки, чтобы поцеловать его в щёку. Кирилл замечает в чуть вьющихся волосах несколько травинок, значит, точно уже возилась в оранжерее.       — Как ты вырвался? Опять ночным рейсом?       — Взял пару дней отпуска, больше не получилось. Завтра буду с вами и еще один день на свои дела. Да ничего, так даже удобнее.       — Чай будешь? Или поспишь?       — Я буду пирог, — улыбается Кирилл, когда поднимается на веранду и скидывает на пол рюкзак с кучей лямок и ремешков.       — Отца дома нет, он уехал в другой город разбираться с незаконным использованием амулетов. Но завтра уже вернётся. Как Служба в Москве? Как Николай?       Кирилл хочет помочь с чаем и пирогом, но Изабель только шикает и показывает рукой, в которой зажат нож, на один из плетеных стульев с флисовым пледом. Для неё всё это важно — уют дома, ровный газон, кусты роз разных сортов, стеклянная широкая оранжерея за домом, где она выращивает помимо прочих и магические травы и растения.       Так же было и в Москве, пока родители не переехали, оставив Кириллу пустые выпотрошенные комнаты дома, пару инструментов с горшками в куда более маленькой оранжерее и голые стены.       Кирилл отмахивается от этих воспоминаний и подробно отвечает на все вопросы, пока ест пирог и запивает обжигающим чаем с мятой. Щурится на яркое солнце, которое заливает сейчас веранду и даже немного греет. В Москве ещё холодные промозглые ветра, а Лондон уже в цвету.       — Иди-ка спать, — Изабель сама поднимается, чтобы собрать всё после чаепития. — Ещё вечером поговорим.       — Спасибо, мам. Только проверю защиту дома на всякий случай.       Кирилл обходит сад по периметру, касается деревянных стен дома, проверяет, надежны ли заклинания от теней.       Здесь нет его комнаты детства, он не рос здесь долгие годы, на потолке нет вырезанных ножом цитат или плакатов рок-музыкантов. Всё это осталось в Москве, но он всё равно рад приезжать сюда. Место, которое теперь тоже считает домом.              — Как ты справляешься с огнем?       Они снова вдвоём сидят на веранде, после целого дня возни по мелким делам в доме. Кирилл даже без рубашки, на левом предплечье ярко видна геометрическая татуировка, ноги в старых кроссовках вытянуты вперёд. Изабель кутается в теплое пончо, а вместо чая сейчас у неё вино, у Кирилла — виски.       — Концентрация, — усмехается он и тянется за пачкой сигарет. — А еще учусь крутить пои. Шорохов посоветовал, ты знаешь, правда помогает.       — О, это наверняка красиво!       — У меня есть видео, правда, темное и там мало что понятно. Но могу показать, если интересно.       — Ну конечно, мне интересно! Мог бы и почаще что-нибудь присылать.       Изабель смотрит внимательно, а потом просит показать еще раз и заодно прислать по интернету, обязательно поделится с подругами. Сама делится планами на отпуск и досадует, что в этом году плохо цветут нарциссы.       Кирилл закуривает новую сигарету так, чтобы дым улетал в сторону от неё, и слушает, наслаждаясь лёгким чувством умиротворения и спокойствия. Вечер тих и полон сладких запахов цветов, и оба некоторое время просто сидят в тишине.       — Почему вы тогда уехали, ничего не сказав?       Вопрос вырывается сам по себе, Кирилл сам удивляется. Он никогда не спрашивал, почему несколько лет назад родители забрали все вещи из дома, оставили ему одну пустоту и уехали в Лондон.       Отцу тогда дали повышение и должность, о которой он мечтал много лет, но Кирилла волновало не это. Почему просто было не сказать?       Ему кажется, мама теперь избегает смотреть на него. Или пейзаж сада вдруг стал удивительным и необычным.       — Знаешь, сейчас кажется, что это все было правильно. Твой отец получил повышение неожиданно, и надо было быстро собраться и переехать. Мы хотели сказать тебе, как только устроимся — как раз накануне летних каникул. А ты вернулся с учебы раньше.       — Да, у нас был короткий семестр, я предупреждал отца.       — Он мне не говорил.       — Ты представляешь, каково было войти в пустые комнаты, где никого нет? Знаешь, сколько пронеслось вариантов в моей голове? Еще вы оба не сразу на телефон ответили.       В его словах звучит горечь, о которой он уже жалеет. Изабель теребит кисточки пончо и пригубливает вино, прежде чем что-то ответить. Она выглядит даже немного растерянной, словно он сам того не желая задел то, что не хотелось обсуждать.       Наверное, такие темы есть в каждой семье. То, что случилось не так, как хотелось, неправильно, но о чём никто не заговорит, прожевывая переживания внутри. Вот только Кирилл никогда не отличался терпеливостью и сдержанностью.       Впрочем, родители никогда особо не возились с ним и достаточно рано считали вполне самостоятельным. Только отец удивлялся, когда Кирилл начинал при этом перечить.       — Мы были не правы, — тихо признаёт Изабель.       — Или просто тогда отец был важнее.       Кирилл быстро докуривает сигарету и тушит её в пепельнице. По крайней мере, понятно, в кого он такой эгоистичный. Он ждёт, чтобы Изабель возразила, хотя бы намекнула, что он не прав, что всё не так… неважно, как.       — Мне казалось, ты достаточно взрослый, чтобы жить и без нас. Я даже не заметила, как пролетели те дни. Спохватилась, когда увидела твои звонки.       Кирилл не настаивает на других ответах и переводит тему на другое.       — Кстати, Николай передал новые настойки. Я даже рискнул попробовать… отцу точно понравится.       — Он будет рад.       — И наверняка не удержится, чтобы сказать, чтобы завтра я вёл себя прилично.       — Будет несколько дочерей подруг, так что….       — Мам!       Она улыбается уголками губ и поворачивается к нему:       — Спасибо, что приехал.       Кирилл кивает. В конце концов, он тоже рад.