Прости меня, Шрам..

" Тихий солнечный день: где-то слышатся песни жизнерадостных воробушков, веет приятный холодный ветерок, который помогает избавиться от душного ощущения липкой жары. На небе ни единого облака, которое могло бы оповещать о дожде или же о плохой погоде. На улице проезжают машины, гуляют дети и влюбленные парочки. Слышен детский смех. Повсюду гармония. Так тихо и хорошо, но что-то здесь не так... - Шрам!- раздается из ниоткуда знакомый голос. - amigo, не так быстро. Мы все хотим,- ещё один голос. "Неужели это голоса классического Боба и Эля? Но... Как? Они же мертвы. Нет. Этого не может быть!" - кричит в своих мыслях Шрам. Он не верит всему этому. Парень видел собственными глазами их смерть. Быструю смерть. Вдруг кто-то кладет свою тяжелую железную руку лидеру на плечо. Теперь Шрам понимает, что это происходит по-настоящему. Он поворачивается лицом ко всей своей команде с такой навязчивой и глупой улыбкой ребенка. Из глаз катятся слезы, но не от горя, а от счастья. Его голос дрожит. Команда, не мешкая, сразу же бросается навстречу лидеру. Они крепко обнимают его. - Мы рады тебя видеть, Номер Один, - говорит один из Бобов. - ч..что? - спрашивает Шрам. " Видимо, мне показалось," - уверяет себя лидер. Вдруг кто-то хватает его за плечи и начинает трясти, говоря одни и те же слова: "Номер Один, просыпайся! Просыпайся, я сказал! - крик повторяется несколько раз." Всплеск воды. - н-но.. - какой же ты наивный, Номер Один. Даже не можешь отличить реальность от собственного сна. Интересно, что тебя так заставило улыбаться? - с некой иронией спрашивает Диктор, зная, что давит на больное. Этого он и хочет, ведь никто не отменяет план уничтожить своего любимчика морально. Шрам молчит. Он чувствует боль, ведь этот сон ничем не хуже реальности. Хочется просто накинуться и избавить мир от этого светловолосого ублюдка, но увы. Парень не понимает зачем и почему Диктор делает это. Ради денег? Славы? Или же ради утоления своей жажды насилия.. Вновь лидер слышит тот самый топот, который значит, что Диктор приближается все ближе и ближе к нему. Тишина. Холодные руки садиста вновь навещают Номера Один. Они тянутся к повязке, которая не дает возможность глазам видеть солнечный или просто электрический свет. Шрам сглатывает от неожиданности. Он готовится к очередному удару, но его не следует. Открыв свои прекрасные алые глаза, он видит яркий свет. Конечно, он безумно слепит. Через пару минут его глаза привыкают к освещению, поэтому могут видеть и комнату, и самого садиста. Шрам находится в недоумении, ведь не может понять с какой это радости Диктор решил предоставить ему возможность видеть? Разве не легче, если бы он мучился в незнании того, где сейчас находится? Видимо, у Ди на него имеются совершенно другие планы...