Drowning Sorrows

Я глубоко вздохнул, поднимаясь по каменным ступенькам крыльца дома под номером двенадцать на площади Гриммо. Я бывал тут нечасто, несмотря на то, что это был дом моей младшей сестры. Слишком много тут было воспоминаний о тёмных временах. Дом всегда заставлял меня думать о Сириусе, Дамблдоре, Люпине, Тонкс и других членах Ордена, которых мы потеряли во время войны. Хотя я понимал, что если буду бывать тут чаще — новые светлые воспоминания вытеснят мои мысли… Я остановился прямо перед потрепанной черной дверью и постучал дверным молотком в виде змеи. Дверь открылась: меня встретил очень старый домовой эльф, кланяясь. — Добро пожаловать в резиденцию Поттеров, мистер Уизли. Мисс Грейнджер ждет вас, — прохрипел он. Я усмехнулся про себя. Несмотря на то, что он был таким же уродливым и морщинистым, как и пять лет назад, Кикимер теперь выглядел чистым и опрятным, как и идеально чистая простыня, обернутая вокруг его тела. А его манеры… Трудно было поверить, что этот маленький эльф ходил когда-то, бормоча о грязнокровках и предателях крови. — Привет, — я оглянулся в коридоре. — Спасибо! На стенах, прямо на светлых обоях, висели портреты знакомых лиц, улыбающихся мне. Старые стеклянные светильники были отполированы и приглашали меня пройти дальше, моргая теплым светом. Голов домашних эльфов больше не было на стенах. Я усмехнулся, когда увидел место, где когда-то висел портрет злой миссис Блэк. Мне и Джорджу потребовалось больше двух месяцев, чтобы придумать способ снять это жуткое полотно! И Гарри с Джинни согласились, что это был лучший свадебный подарок, из всех, что они получили. — Мисс Грейнджер ждет вас на кухне, сэр. Мне вас проводить? — Спросил домовик. — Нет, спасибо, Кикимер. Думаю, я справлюсь сам. Я медленно шел по длинному коридору, разглядывая ослепительную люстру. Признаюсь, это место теперь выглядело так элегантно. Джинни действительно много постаралась. Я шагнул в дверь слева от меня, которая вела к узкому пролету каменной лестницы, а оттуда вниз к подвальной кухне. Я остановился у двери и глубоко вдохнул через нос. Что-то вкусненькое. Я постучался, чтобы не напугать Гермиону и ступил на кухню. — Привеееет, — я поздоровался, заглядывая внутрь. — Фред! Я так рада, что ты все же пришел! — Приветствовала Гермиона. Она вытерла руки о свой полосатый передник и спрятала прядь волос за ухо. Ее волосы выглядели ещё более растрепанными. — Прости, но я не успеваю! Ужин почти готов. А вот стол я ещё не сервировала… — Объяснила она, достав две тарелки с высокой полки. — Тогда позвольте помочь вам, — предложил я, кривляясь. — Ты пока закончишь с ужином, а я накрою на стол, — я забрал тарелки из её рук. — Отлично, — она отвернулась вновь к плите. — Что ты готовишь? — Я повертелся за её спиной. — Пахнет божественно. — Стейк, пирог с почками, жареный картофель, морковь и салат. А! И ревень тушится! Я посмотрел на две тарелки, которые уже поставил в самом конце длинного стола. — Ты еще кого-то пригласила? — Спросил я в замешательстве. — Нет! С чего ты взял? — Ты много наготовила! Для двоих это просто пир, — я примостил кувшин со сливочным пивом. — Ты, наверное, не один час над этим трудилась. Мне бы хватило и чая с вареньем. — Ты готовил для меня несколько месяцев. Поэтому я подумала, что нужно тебя отблагодарить особым ужином, — она достала стейк и пирог с почками и поставила их на стол рядом с салатом. — И я подумала, что ты можешь взять с собой потом порцию для Джорджа. — Ты такая милая, Гермиона… Ты вообще в курсе? — Я сел на свое место. — Ну, пробуй! — Она сняла свой фартук и присела рядом, окинув стол гордым взглядом. — Ух ты… Думаю, что ты можешь соперничать с мамой, — я откусил и кивнул. Ее щеки стали алыми. Гермиона разложила ревень на десертные тарелки и с нетерпением попробовала. Я с любопытством посмотрел на неё, но она уставилась на стол, задумавшись. — Что такое? — Спросил я. — Тебе не нравится? — Что? Нет! В смысле — да! Нравится! Я просто тут подумала… — О чем? — Мне очень понравились эти последние несколько недель, — она повернулась ко мне и улыбнулась. — Мне тоже! — Я улыбнулся ей, но внутри меня будто чего-то не хватало. — Но… — Но что? — Её улыбка угасла. — Но я бы не хотел, чтобы это всё было секретом, — ответил я. — Я понимаю. Я хотела бы всем рассказать, но просто не знаю как… — Она отвела взгляд. — Все просто на самом деле! Просто скажи… — Нет, не просто. Все начиналось сложно, и хоть сейчас всё хорошо, мне кажется, что эта новость всех удивит! И это… Ну, неприлично, что ли? — Гермиона замялась. — Почему неприлично? — Я скажу, Фред! Правда скажу, — остановила она меня. — Я просто еще не знаю, как. Она снова посмотрела на меня, и я утонул в её мягких карих глазах. Мое сердце чаще забилось. Я заметил, как ее взгляд упал на мои губы, а мои глаза всё ещё изучали её лицо. Дыхание сбилось. — Фред, я… Я чувствовал, что меня тянет к ней невидимая сила; та же сила, которая тянет её ко мне. Я подвинулся ближе, касаясь своими коленями её колен. Губы наши, наконец, встретились. Я целовал её раньше, но в этом поцелуе было что-то совсем другое. Не просто поцелуй. Мысль о том, что нужно остановиться физически делала мне больно.

***

Мои бедра качнулись против её, когда я глубоко толкнулся вперёд. Мы так страстно целовались, как будто умрём, если нас разлучат. Её тело было таким гладким и мягким под моим. Я не понимал, как наш невинный ужин привел нас к этому, но казалось, что это уже не имеет значения. Единственное, что имело значение — стать, как можно ближе к прекрасной женщине подо мной. Наши губы, наконец, расстались, и мы задохнулись. Я разглядывал её красивое лицо. Она выглядела такой милой. Она была великолепна. Казалось, я тонул в глубоких карих глазах Гермионы. Легкие брызги веснушек попали на её нос и раскрасневшиеся щеки. Ее мягкие непослушные локоны раскидались по всей подушке. Она была самой красивой девушкой, которую я когда-либо видел. Было даже интересно, почему мне потребовалось так много времени, чтобы это понять. Ее бедра поднялись навстречу моим, и тело вздрогнуло. Голову она откинула назад, когда простонала мое имя. Я застонал, кончая прямо внутрь неё, пытаясь не задохнуться от ощущений, когда она сжала мой член. — Гермиона… — Хрипло прошептал я. — Тихо, — вдруг резко прошептала она. Ее тело застыло. Она выглядела испуганной. — Отличный матч! Закончился через пять минут! — Голос Рона звучал где-то ниже этажом. — Да, у вашей команды удивительный ловец. — Это был Гарри. — Эй, Гермиона! — Дверь вдруг распахнулась. Я смотрел через плечо девушки на свою младшую сестру, которая стояла в дверях. — О, Боже! — Она закричала. Ее ладонь прикрыла открытый от удивления рот. Мы с Гермионой смотрели на нее, как два оленя, пойманные фарами автомобиля. — Что там? — Голова Рона появилась в двери. Его глаза были широко раскрыты от удивления, а рот открыт в полном неверии. — Рон! — Джинни закричала. Она вытолкнула брата из дверного проема и захлопнула дверь. — Мне так жаль, Гермиона! Я сел рядом с Гермионой на кровати. Я понятия не имел, что делать, говорить или думать. Мне было и страшно, и… — Что такое? — Спросил Гарри из коридора. — Ничего, — автоматически сказала Джинни. Я проигнорировал разговор за дверью, когда Гермиона сидела рядом со мной. — Черт, — застонала она. Девушка схватила свою палочку и быстро заперла дверь, приглушая наши голоса. Шум заставил остальных замолчать. — Проклятие… Не могу поверить! Она встала и стала расхаживать по маленькой комнате. Её пальцы крепко вцепились в волосы. — Гермиона… — Начал я тихо. — Я не могу поверить, что это происходит! — Она резко повернулась, плюхнулась в кресло в углу и снова дернула себя за волосы. — Гермиона… — Снова начал я. — Гермиона, может лучше ко мне? Она посмотрела на меня: лицо её выражало сейчас слишком много эмоций, так что я не мог сказать, что конкретно она чувствует. Она выглядела униженной, грустной, злой, обиженной, нервной — все эмоции на её лице были негативные. Она кивнула. Я встал, взял ее руку в свою и перенёс нас прямо в мою комнату.