Лунный цветок.

      После уроков Лили сразу же решила прогуляться. Ей надо прочистить разум и обдумать некоторые вещи. За эти несколько проклятых дней на неё обрушилось слишком много неожиданной информации. Свежий воздух поможет всё это переварить.       Лили весь день даже взглянуть на Джеймса боялась. А вот чего боялась — не знала. Может, издёвки... безграничную гордыню или пошлые шутки? А может, это не она? Не у неё единственной глаза цвета изумруда. Хотя, с другой стороны... кто кого пытается обмануть? У людей зелёные глаза встречаются не чаще, чем у рыжей тигрицы рождаются белые тигрята. Один на десять тысяч. «Погода пасмурная, но дождя не наблюдается».       Из за тумана всё казалось плоским и выцветшим. Деревья стали похожи на кружевные салфетки дымчатого цвета. Когда девушка отошла на приличное расстояние от школы, очертания Хогвартса стали расплывчатыми и сырыми, напоминая гигантский пух. Вокруг замка не было ни одной души. Она спускалась к озеру по дороге, которую сейчас скрывал густой туман.       В этом призрачном мире звуки были на удивление реальными. Спеша по тропинке на берег, Лили слышала собственное дыхание и постукивание камушков об ноги. Неровная тропинка перешла в песчаный пляж, и теперь каждый шаг отдавался высоким "ш-ш-ш", когда подошва впадала в песок. Утром деревья выглядели массивнее и были чернее чёрного. Теперь они напоминали обрывки серой бумаги. Казалось, если бросить в них камень, они порвутся.       Она всматривалась в колыхающуюся гладь воды, поблёскивая во мраке. Другой берег озера скрывался в тумане. Неаккуратно сделав ещё шаг, Лили споткнулась, чуть не подвернув лодыжку. Подобрав мантию, она села на булыжник.       Эванс прикрыла рот обеими руками, не уверенная, заплакать ей от безысходности или от радости. Солёная вода потекла из глаз. Какой бы Поттер ни был плохой, это ЕЁ сын. ОНА его выносила и родила! Не он! Пусть издевается, сколько хочет, она всё равно будет ему благодарна. Благодарна за самый дорогой подарок, который мужчина может подарить женщине. Ребёнка.       Она — не эгоистка, она — человек. Человек, который безнадёжно влюбился в своего врага.

***

      Джеймс весь день ходил сам не свой. Он сделал что-то не так. "Что-то", что оттолкнуло Лили. Но он не хотел. Он не не успел ничего сделать.       Она испугалась. Или, может, настолько сильно теперь его презирает, что начала бояться. Ему хотелось извиниться. Извиниться за всё на свете, что совершал и что когда-нибудь совершит.       Побыть в одиночестве. Ему надо побыть в одиночестве. Огибая прохожих, Джеймс вышел из замка. Туман густой стеной заполонил всё. Спускаясь к озеру по каменистой тропинке, он заметил одинокую фигуру. Силуэт сидел на камне, прижав ноги к груди и обхватив их руками. Голова была спрятана в коленях. Это девушка. И она плакала.       — Лили? — спросил парень полушёпотом.       Девушка вздрогнула и обернулась, поднимая на него заплаканное лицо с красными от слёз глазами. Её волосы были заплетены в высокий тугой хвост. Лили удивлённо смотрела на пришедшего ясными, но пустыми очами. Краски отхлынули от её лица. Вдоль щеки свисал рыжий локон, подрагивавший на ветру. В этом была какая-то детская беззащитность, и горло Джеймса сжалось.       Он импульсивно потянулся к девушке, но отдёрнул руки, боясь, что она убежит. Он не смог обнять Лили. Если он это сделает, что-то внутри неё сломается.       Но произошло то, чего парень точно не ожидал: Эванс сама бросилась к нему и сжала в медвежьих объятьях. Её плечи затряслись, и послышался вой. Она ревела надрывно, во всю глотку. Поттер, не зная, что делать, одной рукой обхватил её талию, а вторую положил на затылок и медленно гладил. Она начала успокаиваться.       Лили, шмыгая носом, извинилась, прося простить её. А Джеймс не понимал, за что? Он хлопал ей по спине, бормоча успокаивающие слова, не понимая кого успокаивает больше — себя, или — её.       — Нам надо выяснить... надо спросить. Я не уверенна... я... я...       — А я уверен. — Джеймс посмотрел девушке прямо в глаза. — Уверен...       Поттер улыбнулся, зная, что никогда бы ни на кого её не променял.       После небольшой беседы они пришли к выводу: нужно спросить обо всём самого Гарри. Подобрав себя в кучку, оба направились в школе.

***

      Мародёры сидели в кабинете зельеварения и с тревогой ждали профессора Снейпа. Называть Нюниуса "профессором" было хуже, чем глотать живую жабу. Но попасть к профессору МакГонагалл с выговором за дерзость учителю — вообще самоубийство.       Шестой курс Гриффиндора занимался совместно с Хаффлпаффом. Почему-то директору ударили по голове, и он решил соединить эти два факультета. Холодок и сырость в воздухе заставляли кожу покрываться крупными мурашками. Такое ощущение, что под одеждой бегала стая муравьёв. Очень неприятное чувство.       Джеймс, щёлкая ногтями, пытался прожечь дырку в рабочем столе. Ему не удалось спросить Гарри о его родословной. Лили, тихо сидя по правую руку, очень сильно волновалась по этому поводу.       После того, как они оба пришли в гостиную, Рон со скучающим видом сообщил, что мадам Помфри вызвала Гарри к себе для дополнительного обследования. Дабы убедиться, что с ним всё в порядке. Пришёл "больной" ближе к отбою и сообщил, что он как огурчик: здоровый и может начать играть в квиддич уже через семь дней. Джеймс порадовался, что травма в спорте не сильно навредила сыну. А то всё могло окончиться плачевно. «До обморока довёл меня, паршивец!»       В класс влетел учитель, мантия за его спиной размашисто развевалась. «Ну, вылитая летучая мышь!» Он подошёл к своему столу и предупреждающе зыркнул на "горе-путешественников", вспомнив, как умолял его директор, не обращать на них внимание. Глубоко вздохнув, он начал:        — Сегодня вы должны будете сварить зелье Омораны. Работайте в парах. Напоминаю, что после потребления зелья вы сможете понимать и разговаривать на языке любого животного. Предупреждения: временная потеря голоса. Рецепт на доске. Хочу напомнить, что это зелье очень взрывоопасно. Если хоть капля крови попадет в него, взрыв будет обеспечен. Приступайте.       Лили встала в пару с Поттером. Сириус и Ремус, сидящие позади, тоже объединились. Эванс изучила рецепт и принялась за руководство. Ведь Джеймс в Зельеварении полный ноль.       — Ладно, зелье нетрудное, тут нужно только порядок компонентов не напутать, — девушка внимательно изучала состав. – Принеси ингредиенты, а я пока разожгу огонь.       Поттер подошёл к шкафу, в котором хранились ингредиенты, и начал рыться в нём, разгребая клубки непонятной сушёной травы и волосы из хвоста единорога. Найдя всё то, что нужно, парень пошёл обратно. Подойдя к своему столу, он увидел, что Лили уже разожгла огонь и вылила в котёл основу зелья – «воду обыкновенную».       — Я всё принёс, — Сохатый вывалил на стол все ингредиенты.       — Нужно порезать корень валерианы...       — Всё будет сделано! — парень отдал "салют" и взялся за нож.       Прошло пол-урока. Класс заволокло серебристым паром. Лили с Джеймсом продвигались быстрее всех: их зелье уже приобрело вид «однородной массы белого цвета, с особым перламутровым блеском». Люпин, потный, с сажей на носу, пытался понять свою ошибку – его зелье никак не хотело приобретать нужный цвет. Заметив, что Снейп отвернулся, Эванс бросила записку Сириусу с надписью: «Вы не добавили чешую болотной лягушки.»       "Рыжая" выдавила сок из древесных бобов и наблюдала, как белое с почти незаметным блеском, зелье булькнуло и посерело. Оно готово. Идеально!       Профессору, как это ни странно, было не к чему придраться, и Гриффиндор заработал пятнадцать баллов. Лили была довольна собой. Её настроение наконец-то поднялось.