На пути домой

— С этим срочно надо что-то делать, — твёрдо определил для себя Даркфолз. — Всё заходит уже слишком далеко! Так больше не может продолжаться! Мехлинг находился в крайне непростом положении. Он обещал родителю Кхгахала, Гхаарсу, что во что бы то ни стало вернёт того к его белковым собратьям на Рэквием. Но на деле же, обременённый долгом подчинённого, бот попросту застрял на союзной станции «Ковчег». Он продолжал топтаться на одном и том же месте на протяжении всего периода своего пребывания там. Всё, что он смог сделать для этого крохи, — создать все возможные условия, чтобы уязвимый к внешним воздействиям малыш не погиб в первые и, как мех искренне на то надеялся, последующие дни своей жизни. Даркфолз стремился делать всё, что было в его силах, чтобы его забота о доверенном детёныше была максимально эффективной. Бот поил его, кормил, омывал, пеленал, разговаривал с ним, играл и как мог успокаивал, когда тот в этом нуждался. Он совершал и другие подобные вещи — то по чьей-то подсказке, то благодаря собственной сообразительности. Но благоприятная пора мирного младенчества Кхгахала постепенно стала сходить на нет. Ящер стремительно преображался во всё более крепнущую особь своего вида. По мере того как гуманоид рос и развивался, его опекун, беспокоясь о его постоянном благополучии, мало-помалу исчерпывал свой внутренний потенциал стрессоустойчивости. А также — заполученные им органические резервы пищи и прочие материалы с рухнувшего рэквийского корабля. После последнего посещения хранилища мехлинг всерьёз начал опасаться, что вскоре ему совсем нечем будет кормить юного ящероида. Это, как он понимал, привело бы к ужасным последствиям. И хотя Орка Блю ответственно заверял Даркфолза, что сделает всё возможное, дабы помочь осиротевшему существу увидеть родину своих предков, в действительности же мех ни разу не услышал ни единого слова о том, что изначально поднятый им немаловажный вопрос как-либо обдумывается и кем-то решается. Этот процесс неведения растянулся на подозрительно долгий срок. Это выводило бота на очевидную мысль: всё происходящее походило на обычное эгоистичное игнорирование серьёзной проблемы, поставленной кем-то, кто не имел особого влияния на вышестоящее окружение. Ему и раньше приходилось сталкиваться с подобным. И не раз. Власть и приходящее с ней давление ответственности и всеобщих ожиданий способны менять сущность личности до предельной неузнаваемости. По его первичному и последующему наблюдению за поведением Орки Блю — своего давнишнего хорошего знакомого ещё со времён отстаивания притесняемой кограми колонии на Скеллигане — мехлинг установил: капитан «Ковчега» изменил своей некогда простодушности и сопричастности к дилеммам непосредственного окружения. Сопоставив некоторые факты, рядовой бот поверил в свои наихудшие опасения. Если он окажется прав в этих никем не подтверждённых выводах, это определённо причинит вред. Не ему — но Кхгахалу. Вероятно, Орка Блю мог не в полной мере осознавать, насколько же сильно уязвим этот живой организм. Но его дилетантизм во взаимодействии с органиками нисколько не оправдывал его текущего бездействия. Даркфолз был возмущён таким халатным подходом. И даже больше — он был зол. Взыгравшие эмоции позволили меху перейти черту дозволенности. В стремлении вывести командующего на разъяснительный диалог бот отправился лично повидаться со старым отдалившимся товарищем. Он пришёл без предупреждения, но даже так члены караула позволили ему беспрепятственно пройти на главный мостик. Даркфолз был угрожающе стремителен в своих действиях. — Прости, что так в открытую к тебе врываюсь, Блю, — бойко выпалил разгорячённый праведным гневом мехлинг. — Но у меня имеется к тебе крайне безотлагательный вопрос, и ты обязан мне на него ответить. — Его тон выдавал неподдельно агрессивный настрой. Окликнутый капитан тотчас же отвлёкся от своих дел, концентрируя всё внимание на возмущённом вторженце. — Ты не располагаешь тем статусом, чтобы заявляться сюда и предъявлять мне какие-то претензии, Даркфолз, — строя суровую гримасу, опустил подчинённого Орка Блю. — И тем не менее, твои лакеи снаружи меня пропустили, — продолжал негодовать вошедший бот. — А теперь скажи, каким же таким образом ты здесь распределяешь задачи по приоритетности их выполнения? Ты знаешь, о чём я говорю. Я ждал, Блю. Долго ждал. Сам знаешь сколько. Одна просьба. Всего одна. Я не просил у тебя чего-то сверх меры. Я сказал: «Дай мне пилотировать машину». Пришёл к тебе. Объяснил ситуацию. Ты сказал: «Нет». Я согласился на твои условия. Пошёл работать. Как ты и велел, на деле применял свои навыки, терпел присутствие Скоффера и по совместительству как мог сохранял жизнь крайне хрупкому существу. И что в итоге? Ты наверняка даже не думал искать Рэквием, так? Насколько же сильно ты изменился с тех пор? Давай, можешь наказать меня — работой или камерой. Но неужели повышение действительно напрочь лишило тебя совести? В таком случае какой из тебя автобот, Блю? Сомкнув перед собой кисти манипуляторов, Орка Блю терпеливо выслушал излагаемую в его адрес тираду. — Если бы ты имел ещё хотя бы малую крупицу должного терпения, то понял бы, что, как ты выразился, так называемые «лакеи» пропустили тебя сюда лишь потому, что я сам послал за тобой, — размеренно заговорил капитан. — А теперь слушай меня внимательно. Несмотря на твоё неподобающее поведение, я рад сообщить тебе хорошую новость. Да, всё верно. Я совершенно точно знаю, в какой именно системе находится нужная тебе планета, с точностью до одного прыжка. И если ты прямо сейчас передо мной извинишься, я, так и быть, не пошлю тебя менять заклёпки на внешней обшивке старого сектора на срок ближайшей ротации. Даркфолз опешил. — Т-ты сейчас серьёзно? — растерянно вымолвил бот. Командующий демонстративно свёл свои надбровные щитки. — Я всё ещё жду от тебя извинений, — произнёс он выразительно настаивающим тоном. — Д-да, прости. Прости, Блю, — спохватился слегка потрясённый известием мех. — Я… погорячился. Но ты должен меня понять. Я ответственен за жизнь этого органика. С меня взяли слово, и я не могу никого из них подвести. — Хорошо. Теперь я тобой доволен, — одобрительно отозвался Орка Блю, пойдя на снисхождение. — И переходя к твоему вопросу… Раз уж ты сам заговорил о полётах, я считаю, что будет разумно послать с тобой на эту миссию кого-нибудь ещё. Скажем… как насчёт упомянутого Скоффера? Его кандидатуру я всецело одобряю. — Что?! — выпалил ошарашенный рядовой мехлинг. — Нет! Почему именно он?! Я ведь уже извинился! Зачем ты так со мной поступаешь?! — Я же тебе уже говорил, что у нас нет свободного транспорта, — принялся пояснять капитан. — К тому же изначально я свёл вас двоих для того, чтобы вы наладили между собой прежние мирные отношения. По крайней мере, как я понял, у Скоффера с этим не возникло никаких проблем. С тобой же ситуация обстоит иначе. И почему ты так упрямишься? Мне ни к чему грызня среди членов моего экипажа. По крайней мере та, о которой мне стало известно. Уж прости, но при таком раскладе только Скоффер узнает о нужных тебе координатах. И сообщит он их тебе только тогда, когда вы двое вместе покинете «Ковчег». Таково моё решение, и я не собираюсь его обсуждать. — Если мы не вернёмся, знай: скорее всего, один из нас вынес другому мозги, — нервно процедил Даркфолз. — Только давай без преувеличений, — отмахнулся Орка Блю. — К тому же разве тебе не нужно возвращаться к своему органику? Я дам знать Скофферу о его новом задании. Удачи, Даркфолз. Можешь идти.