***
POV Кэролайн Стук в дверь. Я кричу: "Войдите!" - и оборачиваюсь. Это лорд Николаус. Неужели уже утро? - Леди Кэролайн, игра изменилась. Вы остаетесь и не спрашивайте причин. Думаю, мисс Пирс будет рада провести эти пару месяцев с кем-то близким; Марта осталась слишком далеко. Как ваши покои, что-нибудь принести? Служанки послушны? - Благодарю, ничего не надо. Спасибо за новое платье, оно очень красиво. Вы сказали пару месяцев, а что дальше? - паника охватывает меня. Так мало времени, чтобы продумать план убийства и не умереть самой. Если не удастся, Кэтрин тоже несдобровать. Все должно быть идеально. На его лице кровь и ухмылка, кажется, она там застыла навечно, как и эти демонические огоньки в глазах. - Это не должно вас заботить. Кстати, скоро к вам присоединится еще одна дама, так что грустить вам не придется. Доброй ночи, - он вышел. Молчаливая служанка помогла мне снять одежду и подготовила ванну. Время еще есть. Игра началась. Вот и новая глава. Теперь я буду писать чуть-чуть реже из-за школы, но постараюсь возмещать это объемом. Читайте, оставляйте отзывы, надеюсь вам понравится:3Глава 4. Game on.
2 апреля 2013 г., 22:04
POV Кэролайн
Если честно, я всегда ненавидела такие моменты - навечно застывшие. Словно после каждого движения тебе приходится останавливаться в максимально выгодном свете, чтобы показать себя во всей красе. Глупый обычай нашей эпохи - предварительный круг перед танцем; преимущественно хозяйская привилегия, чтобы тешить тщеславие. Так и сейчас, только правила игры слегка изменены.
Однажды мне уже приходилось испытывать это чувство. Как подарок на свадьбу Нед заказал мой портрет у одного знаменитого художника. Я стояла час позируя. Каждое случайное движение, вздох были чреваты воплями гнева и едкими высказываниями. Стоять перед ним было сплошным мучением, однако результат того стоил. Сейчас портрет висит где-то под лестницей, да и совсем неважен.
Но вернемся в реальность. Позволю напомнить вам (ну или себе), что я, Кэролайн Форбс в длиннющем, запятнанном грязью и пылью бархатном платье, которое так и норовит запутаться в лодыжках, иду под руку с малоизвестным мужчиной в сияющем камзоле, от взгляда которого все вокруг рыдают и благоговеют. Вроде бы неплохо, но только надо добавить один пункт: я должна его убить. В таком случае еще один пункт: он немного не человек. Скорее, далеко не человек. Вампир. Самый главный, самый страшный и жестокий. Полный набор, видите. Отсюда возникает другая проблема: я человек, что значит - меня могут съесть в любой момент. И съесть в прямом значении. Мысленные фанфары тревожно гудят, раздаваясь медью в ушах.
Наверно, мне должно быть страшно. С самого детства мне рассказывали старые сказки о сверхъестественных существах или, как я думала, сказки. А потом и отец утром. Все произошло еще сегодня, а кажется, что вечность назад. В порыве эмоций я убежала к подруге поговорить, а теперь здесь, в странном поместье посреди леса, наполненном кровожадными существами, поглядывающими на меня, как на кусок мяса, но рядом с подругой, которая непонятно по каким причинам тоже находится здесь. Хотя несложно догадаться. Все больше и больше причин убить вас, лорд Никлаус. И если удастся, то я стану героем.
И все-таки мне определенно должно быть страшно.
Круг завершился. Мы встали в самом центре зала под огромной хрустальной люстрой, заженной миллионном свечей, чьи огоньки пламени игриво танцуют в гранях камней. Пути назад нет. Не хочется вырваться и убежать обратно к своей малышке, к папе. Я смотрю в глаза своего партнера по танцу. Они ярко-зеленые, с темными крапинками; я вижу, как в них прыгают те самые огоньки, и представляю, как всажу кол ему прямо в сердце, чтобы древесина впитала в себя всю мерзость и грязь, отомстив за похищенные им дущи, за наших друзей, за близких, Неда...
Я любила мужа. С самого детства. Но в один день увидела, как он целует другую девушку. Уже после нашей помолвки, которую нельзя было расторгнуть. Самое большое разочарование всегда в близких и любимых. Я была убита, подавлена, но никому не подавала виду, даже Кэтрин. Вся моя детская наивность растворилась в горечи увиденного. Но я все равно любила его, пусть и совсем не так.
В своих размышлениях я и не заметила, как начался танец. Клаус изучал меня, пристально вглядываясь, пытаясь выявить мои намерения:
- Мисс Форбс или леди Кэролайн, как бы там ни было. Мы оба понимаем, что вы здесь не ради вашей подруги. Неужели она запудрила вам мозги настолько, что вы готовы сделать все ради нее? Глупо, очень глупо.
- Мне кажется, у вас проблемы с доверием или паранойя. Я пришла сюда по своему желанию, хитростью и обманом. Никто не знает, что я здесь, а моя милая подруга совсем не рада моему появлению. Правда, это вполне объяснимо. Если вы позволите, я могу уйти отсюда так же, как и пришла, и больше никогда вас не потревожу, - конечно, невинные взгляды здесь не помогут, не спасут из этих крепких лап, в которые я сама себя завела, но надо задержать время.
Мужчина мгновенно посерьезнел. Недоверие было во всем: взгляде, губах, движениях. Только это был не самый подходящий момент, чтобы выходить из себя:
- Уйти, серьезно? Вы же прекрасно понимаете, где находитесь. Оглянитесь! Эти люди вокруг ждут лишь одного движения, взмаха ресниц, чтобы наброситься и растерзать вас. Уйти! Ха-ха! - он выглядел угрожающе, будто бы сам разорвал меня на месте. Желудок вжался в стенку, в глазах стало мутнеть - долгожданный страх. - Наконец-то вам хотя бы страшно. А теперь еще раз. Кто вы и зачем сюда пришли? Попробуете соврать и не успеете моргнуть, прежде чем упадет на этот пол обескровленной, - Клаус вдавил свои пальцы в мою кожу так сильно, что проткнул ее до крови. Стоявшие к нам близко вампиры почувствовали её запах, упиваясь очередной волной экстаза. Хозяин дразнил своих питомцев. - И учтите, я могу и внушить вам сказать правду.
В этот момент он опускает голову куда-то вбок, будто вслушиваясь во что-то; его лицо искривляет гримаса. Танец продолжается. Мой ход.
- Я Кэролайн Форбс. Дочь местного капитана, чьих солдат вы в последнее время так любите использовать в роли ужина, - боже, я еще и шутить умудряюсь. Жизнь ничему меня не учит. - Моя лучшая подруга - Кэтрин Пирс - прибыла пару лет назад из Англии в наш город. Сегодня я узнала, что мой муж пал очередной жертвой вашего голода, и пошла к Кэтрин поговорить, но её не было. Я проследила за её служанкой, чтобы найти подругу, и попала сюда. Ничего преступного в моих действиях нет.
Клаус продолжал елозить по мне взглядом, пока я старалась сохранять самообладание и холодность, надеясь, что это продлит мне жизнь хоть немного.
- Хорошо. И чего вы хотите теперь? Уйти вы не можете, во всяком случае не живой, - он ядовито ухмыльнулся и продолжил: - А причин оставлять вас здесь у меня нет. Что скажете?
- Вы правы, причин нет. Но если вы меня убьете, то меня начнут искать и обязательно найдут, - слабая попытка, Кэр.
- Забавно. И вы серьезно думаете, что я должен бояться стайки слабых людишек? Вы не кажетесь глупой, однако ваше поведение говорит об обратном. Даю вам ночь. Придумаете стоящую причину - остаетесь, нет - то c’est la vie.
Дальше мы танцевали молча. Он погрузился в свои мысли, а я в свои. Утро казалось недосягаемым; от этого кошмара перед глазами снова все поплыло. Вернувшись на место, он приказал:
- Эдвин, проводи, пожалуйста, леди Кэролайн в гостевые покои и принеси ей другое платье - это никуда не годится. Полагаю, вы измотаны, располагайтесь удобнее. Надеюсь, вам понравится ваша комната, - издевательские интонации так и сквозили в словах. Тошнота подбиралась все выше и выше. Кого-то ожидает ночь без сна.
***
Кэтрин и Клаус остались наедине. Девушка поедала его глазами, ожидая хоть какой-нибудь реакции:
- Клаус! - он поднял глаза. - Что ты решил?
- Твоя подруга поступила очень глупо. Вернее, это ты подвергла её опасности, поэтому её выживание ложится полностью на твои плечи. Но я бы предпочел её съесть, выглядит крайне аппетитно, - мужчина облизал свои алые губы.
- Я знаю, что виновата перед тобой и должна искупить вину, поэтому не имею права просить о чем либо, но, пожалуйста, оставь её здесь или отпусти, - лицо Кэтрин было таким жалобным, что любой бы, кто увидел это, заплакал от горечи. Клаус в удивлении поднял брови:
- Ви-но-ва-а-а-та? Оста-вить? Детка, да ты в своем уме? - он был в ярости, - Я что, должен подчиниться какой-то девице только потому, что она одинока и по собственной глупости привязалась к кому-то? Я убил всю твою семью, и мне явно не составит труда лишить жизни эту милую девушку, - Клаус прижимал Кэтрин за горло к стене, что по ней пошли мелкие трещинки. Девушка не могла дышать; слезы текли медленно, падая на камзол и оставляя мокрые пятна. Мужчина убрал её волосы и вцепился в шею, высасывая кровь, но в этот момент подошел Элайджа:
- Брат, мне нужно срочно уехать. Она не может больше ждать, - Клаус остановился. Рот был весь в теплой суспензии, стекавшей по подбородку на пол.
- Возвращайся быстрее. Надеюсь, она будет не слишком ругаться на нас, брат. Девушка остается, планы изменились. Да, Кэтрин, именно так, - ответил он, заметив удивленное выражение на её лице. - Ты сказала, что ей нельзя внушить и это не вербена. Почему?
- Я не знаю. Просто так есть, - откашливаясь, прошептала брюнетка. Голос так до конца не восстановился.
- Хм, поживем - увидим. В любом случае она составит приятную компанию дамам и не позволит им передраться в первый же день. Пойду скажу нашей гостье, - произнес Древний и удалился.
Кэтрин посмотрела на Элайджу, который, наоборот, отводил глаза, лишь бы избежать лишних соприкосновений.
- Я знаю, что ты тоже злишься на меня. Прости, - она взяла его за руку, но он её сразу выдернул.
- Катерина, я должен уехать. Если ты хочешь поговорить, мы сделаем это после моего возвращения, - произнес Элайджа и поспешно вышел из зала, оставляя девушку в своих сожалениях.