Демон позади

Everybody's back in town Give me the armor and let me prepare It can be easy or difficult to steer your heart and breath Death cheats death it's clear Band of Skulls - Navigate POV Кэролайн Мне следовало лишиться чувств в ту же секунду. Мне хотелось лишиться чувств в эту секунду. Но нет. Вместо этого я продолжала смотреть, как Гвендолин невозмутимо пьет чай, игнорируя мое присутствие. - Мне интересно, тебя парализовало, или от ужаса ты позабыла про манеры? - её интонация звучала повседневно, словно она спрашивает, довольна ли я погодой или, о боже, чем угодно. - Зачем ты здесь? - стараясь не показать испуг, привычно наказывавший меня своим появлением, ответила я. - Очевидно, пью чай, - с тем же невыносимым спокойствием говорит она и, взяв паузу, добавляет: - А также жду тебя. Знаком я даю ей понять, что жду продолжения, на что она впервые поднимает голову и пристально вглядывается сквозь меня. - Не бойся, вреда я не причиню. - Ее голос звучит печальной песней, льющейся по этому бескрайнему полю. Я слышу бессилие в этих переливах и, когда я заглядываю в ее глаза, те самые, что ранили льдом и заставляли мерзнуть в их безразличном выражении, вижу, что она не лжет. В них нет ни угрозы, ни холода, ничего... - Звучит сомнительно, не правда ли? - Сделаем вид, что это не ты пыталась переломать все мои кости, а после этого осушить кровеносную систему, почему я должна тебе верить? - О доверии, кажется, речи не было. Послушай, - она вздыхает, - все, что я хочу, - довести тебя домой в полной сохранности. - Ты будешь разочарована, но у меня нет проблем с ориентированием на местности. - Тогда почему ты не можешь выйти из этого леса весь день? - усмехнувшись, парирует она, оставляя меня в паническом оцепенении. - Что? Нет, ты ошибаешься. Еще даже не темнело. - Посмотри наверх. Не знаю, что я приняла за солнце, но Гвендолин была права. Когда я выходила от Клауса, было раннее утро, сейчас же сумерки стремительно заливали своей тенью поляну, а звезды аккуратно вплелись в небесное полотно. - Хорошо, допустим. Что тебе с этого будет? Но все, что она произнесла, было: - Нам пора. Время вернуться домой. И я знаю, что она права. Я чувствую это так ясно, что ответы перестают волновать, но вместе с тем душу прожигает беспокойство, совсем не связанное с тем фактом, что придется терпеть ее общество. Оно значит, что теперь ответы потребуют от меня.

***

Удивительно, но с Гвендолин путь продвигался намного быстрее. Удивительно вдвойне, что, когда я пробиралась в поместье Клауса, весь путь занял не более трех часов. - Ты так и не собираешься отвечать на вопросы? - в очередной раз решив попытать удачу, я спросила у Гвен, которая стремительно направлялась вперед, стараясь совсем не оглядываться на меня. - Знаешь, подобное молчание сейчас не самый лучший вариант. - Может, я и не могу внушить тебе замолчать, это не значит, что я не могу заставить тебя сделать это вообще. Ответы ничего тебе не дадут, так к чему терять время, м-м? - ускоряясь, отвечает девушка. Её движения так легки и изящны, что кажется, будто она летит. Но в то же время кажется, что вся она связана невидимыми цепями, сковывающими жизнь внутри этого тела. Я игнорирую её сопротивление. - Мы встречались только раз, и для обеих встреча оставила не лучшие впечатления. Почему ты, а не..? - Томас? - Гвен так внезапно остановилась, что я споткнулась о подол ее платья и едва не упала. Когда она развернулась, на ее лице было почти звериное выражение восторга, глаза оживились смехом. - Ты слишком хорошо думаешь про моего брата, дорогая. Не думаю, что в этом был бы смысл. - То есть ты хочешь сказать, в этом он есть? - теперь мой голос звучал совсем растерянно, но она лишь загадочно улыбалась, лишая меня права на получение ответов. Гвен рассекает рукой воздух, указывая вперед, откуда начинают виднеться огни и флаги, сообщающие о приближении места назначения. Вместо всеобъемлющей радости меня охватывает безотчетная тревога. Такая же сильная, как и прежде. Даже Гвендолин замечает это, но вопросов не задает. По мере приближения я понимаю, что не так: на посту у ворот стоят посторонние, а те флаги, что украшают вход, окрашены в черный. Городской траур. Но даже он не объясняет неизвестные лица, поставленные на охрану города. Гвендолин жестко просит накинуть на себя плащ - я повинуюсь. - Мы можем обойти, я знаю путь, - почему-то мой голос западает, но она слышит и качает головой. - Проблема не в этом. В любом случае моя работа окончена: ты дома. - Прошу, всего лишь проведи меня через ворота, а дальше наши пути навсегда разойдутся. - В любом случае не могу. - Она выглядит напряженной, чем-то вымотанной изнутри. - Ни один вампир не сможет переступить черту города, прости. Только если... - Если что? - Мне нужна твоя кровь. Тогда я сделаю это.

***

В первый раз, когда она пыталась меня убить, я испытывала блаженство, чувствуя прикосновение острых зубов, впившихся в мягкую плоть. Сейчас я не чувствовала ничего, кроме жжения в запястье. Оно стало частью меня, будто всегда здесь и было. В ответ на эту мысль сердце в безумном страхе разбивалось в груди. Несложно было заметить изменения в её лице, когда она вернулась в норму. Прекрасная принцесса, случайно заплутавшая в лесу. Глаза ее светились, губы изогнулись подобно полумесяцу в улыбке. Она стала такой же, как тогда - в замке. Прежнее изнеможение испарилось вместе с количеством высосанной из меня крови. - Кэролайн, - тихо позвала она, покрываясь легким смущением, которое, казалось, было совсем не про нее, но, когда она начала говорить, я поняла, что поспешила с выводами: - Ты безрассудно глупа, если позволила мне сделать это еще раз. Но спасибо. Я сдержу обещание. Или я была права? Вскоре мои ноги ступили на знакомую каменную кладку - пыльную, грязную, тоскливо родную. Но отчего-то это все еще не ощущалось домом... Послышались тяжелые шаги по затертой дороге, такие же гулкие голоса. Ощущение, будто мы попали на ярмарку, только без развлечений, бойкой торговли и суеты. К нам вышли двое мужчин в свинцовых латах. В их руках оружие, чтобы быть готовым к любому развитию событий. Тот, что был повыше, раскатистым басом продекламировал: - Королевская армия приказывает: назовите ваши истинные имена. Хотелось солгать, но почему-то я была уверена, что ложь мгновенно будет раскрыта. - Кэролайн Элерин Маджента Форбс. - Мужчина кивнул. Была очередь Гвен, которая с опущенной головой стояла чуть позади, вероятно, чтобы лучше владеть ситуацией. Она медлила с ответом и мужчина вновь спросил: - Ваше имя, мадемуазель? И она произносит два слога, застрявших на границе реальности и кончике ее языка: - Уна. - Это не полное имя, - сурово возражает второй страж, на что Гвен, так же, не поднимая взгляда, сипло отвечает: - Этого будет достаточно, чтобы город меня пропустил. - Не тебе решать, девочка! - предупреждает первый, и моя компаньонка в ответ улыбается - хищно и ядовито, что от одного взгляда на это заставляет меня поежиться. - Но и не вам. - Она двинулась вперед своей царственной походкой, словно говоря им: "Почему бы вам не попробовать меня остановить?" И, как только мужчины, чьи движения были скованы тяжестью обмундирования, ринулись в сторону Гвен, за их спинами возникла появившаяся из темноты фигура, спокойным, даже ленивым голосом заставившая их остановиться. "Их", включая Гвендолин или Уну, как она себя назвала. - Можете идти, девушки больше не ваша забота. Я лично ими займусь. - Голос принадлежал женщине, и я могла поклясться, что, возможно, некогда я его уже слышала. Но лицо её было скрыто под капюшоном, откуда можно было заметить несколько темных прядей. Подождав, пока стражники скроются за воротами, женщина произнесла: - Все же вы здесь, хорошо. Милая Уна, благодарю, что ты все-таки решила сделать это. А теперь идите за мной, не задавайте вопросов. В любом случае ответы вы получите завтра, хотя, может, кому-то из вас будет уже не до этого. Мы движемся в том же направлении, что и исчезнувшие охранники. Голова идет кругом. - Позвольте узнать хотя бы ваше имя, - умоляюще прошу окончательно сконфуженная я. Ситуация окончательно выходит из-под контроля. - Сейчас оно тебе ни к чему. Впрочем, ты его знаешь, как и уже встречала меня. Думаю, тебе стоит поспешить домой. Вот что намного важнее, не так ли? Это отрезвляет. Со своим желанием охватить происходящее, понять его суть, я вконец позабыла, ради чего вернулась. Я покорно киваю и в неком сомнамбулическом трансе покидаю и Гвендолин-Уну, и знакомо незнакомый голос под капюшоном, срываясь на бег вперед по измученным мраком узким улицам. Чувствую, как болят ноги от непривычного бега и долгой ходьбы, как мелкие камешки до крови впиваются в ступни, а песок щекочет пальцы, но останавливаюсь, только достигнув взглядом место назначения. Вместе со мной замирает и время, позволяя отдышаться и оглянуться на мгновение назад. Передо мной каменный дом, который отстроил мой отец. Вручную и без чьей-либо помощи. Горячие пальцы касаются его поверхности, что холодней льда, что обжигают теперь своей внешней неприступностью. Я поднимаюсь по лестнице и стучусь. Ответом служат увесистые шаги за дверью, которая мгновенно отворяется. Мы окружены рыхлой тишиной, которую следовало сразу же уничтожить, но отец молча отодвигается от входа и пропускает меня внутрь. Эта тишина окончательно разрушает мой прежний ход мыслей. Она мешает. - Папа, - зову я и получаю блеклую, но все же согревающую улыбку. - Я распоряжусь, чтобы тебя напоили и накормили. - Он берет меня за руку, добавляя: - Сейчас ты дома и это главное. Переоденься и приходи ко мне в кабинет. Я вижу, как его ссутулившаяся фигура исчезает где-то в глубине дома и задумываюсь: чего стоили нам прошедшие дни.