Метро

Как оказалось, Юнги пожалел, что взял Чимина к себе. Еще в дороге. Парень никак не хотел приходить в себя, а только вздрагивал от любого шума и иногда ронял слезы на свои пухлые щеки. Мину было жутко стыдно, но теперь уж ничего не поделаешь. Он всю дорогу приобнимал светловолосого и иногда шептал что-то успокаивающее. Получалось у него, конечно, не очень. Юнги вообще не умел успокаивать людей. Но он пытался. За всю дорогу Чимин не проронил ни слова и только покорно плелся за Мином. Как только ключ в замке небольшой миновской квартиры повернулся, на телефоне Юнги высветился номер его начальника и заиграла немного раздражающая от долгого прослушивания пиликающая мелодия. «Надо сменить ее, а то заебала уже», — мысленно выругался Юнги и провел пальцем по экрану, попутно указывая Чимину на кресло в коридоре. Парень послушно опустился в него, вздохнул и обнял себя руками. — Да. Здравствуйте. — голос Юнги был совершенно спокоен, ни чуточку не выдавая близкое к панике состояние его хозяина.  — Ну, здравствуй, Мин Юнги, — раздался чуть ли не крик шефа. Он явно не мог сдержать свои эмоции. — Через час придет господин Чон, тебя долго еще ждать?! Ты должен был быть на работе сорок минут назад! Где тебя носит? — Простите, но я не приду сегодня. И завтра. Я немного приболел, так что выйду на следующей неделе. Еще раз извините за то, что не предупредил. — Голос Юнги оставался все таким же размеренным и спокойным. — Еще одна такая выходка, Юнги, и я тебя уволю! А на этот раз оставим без премии. — вынес свой вердикт начальник и отключился. Мин вздохнул с облегчением и хотел уже пойти на кухню и открыть баночку пива, как вспомнил про суицидальное чудо, оставшееся у него в кресле. Тут-то Мин и задумался. Ну привел он Чимина домой, и что дальше? Юнги все-таки решил сходить за алкоголем, но только покрепче. — Будешь соджу? — осведомился Юн, протягивая бутылку Чимину.* Ответа он так и не дождался, так что бесцеремонно всучил выпивку в руку светловолосого. Чимин трясущимися руками откупорил бутыль и сделал неуверенный глоток. Юнги выжидающе смотрел на него, но ничего так и не дождался. Чимин сидел, смотрел пустым взглядом куда-то в никуда и иногда глотал соджу. — Ты говорить-то собираешься? — никакой реакции, — Значит нет. Тогда говорить буду я. — снова молчание, — Так, если я не ошибаюсь тебя зовут Чимин? — тишина в ответ, — Ладно, молчание знак согласия. Не бойся. — Мин увидел как Чимин посмотрел на него. Как-то боязливо и осторожно. Юнги вообще не представлял себе, что нужно спрашивать у парня. Хотя, что бы Мин не спрашивал, все равно Чимин не ответит. Так что Юнги продолжал вести свой монолог. — Меня зовут Мин Юнги. Я привел тебя в свою квартиру, чтобы помочь. Я не буду издеваться над тобой. Я не хочу, чтобы ты совершил самоубийство. Универ — это не повод. — После сказанного Юнги замялся, не зная, какие еще слова подобрать. Но тут у Чимина зазвонил телефон. Парень тут же переменился в лице, выйдя из безразличного состояния. Юнги бы это обрадовало, если бы лицо Чимина не выражало страх. Он трясущимися руками потянулся к телефону, но отложил его, когда увидел номер своей матери. На его лице выразилось отчаяние. По крайней мере, так показалось Юнги. А вот сам вызов Чимин сбросить забыл, так что Мин поднял вибрирующий телефон и ответил на звонок. Увидев это, Чимин встревожился еще сильнее и поджал ноги к себе, словно опасаясь, что их кто-то съест. Из трубки тут же раздался голос: — Пак Чимин! Где тебя носит? Ты же должен был быть дома еще час назад! Отец уже все приготовил! Да где же ты постоянно шляешься? — При словах про какие-то приготовления Пак (видимо, он носил такую фамилию) весь передернулся и уставился на Мина своими большими глазами. Юнги даже понятия не имел, что все это значит, но продолжал выслушивать крики чиминовской мамаши. — Простите, госпожа Пак, что не предупредили. Чимин сейчас у своего… друга. Да, у своего друга Мин Юнги. Если вы скажете адрес, то я привезу вам Чимина. — Но услышав эти слова Чимин только быстро замотал головой и начал что-то очень тихо шептать.  — У Чимина с роду не было ни одного друга. Не обманывайте меня, Мин Юнги. Почему Чимин не берет трубку? — Юнги чуть не матернулся от такого грандиозного провала. — Он отошел. — Брякнул Мин и отключился. Юнги подошел ближе к Чимину и настойчиво спросил, почему тот так отреагировал на звонок матери и просил не отвозить его домой. На это, как и ожидал, он не получил никакого ответа, только обреченный взгляд. Юнги уже собирался повернуться и уйти, как услышал негромкий голос позади себя. — Они отследят телефон, приедут, и тогда нам двоим будет плохо. Отвези меня домой. Мин резко обернулся и удивленно вскинул брови. — Ну уж нет. Если из-за того, что твои родители приедут тебя забрать по выслеженному телефону, нам будет плохо, то если я отвезу тебя к ним, будет плохо тебе. А ну, рассказывай, почему ты так их избегаешь и боишься. — Юнги попытался применить свои навыки на практике, не зря же он учился на психологическом. — Нет. На трезвую голову я этого точно не сделаю. — Еще тише сказал Чимин и отпил еще соджу. Мин спокойно, ну или почти, ждал пока тот напьется. Или хотя бы чуть-чуть охмелеет. *** Спустя полбутылки Юнги выжидающе взглянул на Пака и попросил его все-таки рассказать, что у него там происходит. После недолгих колебаний и уговоров в перемешку с обещаниями о сохранности секретности информации, Чимин неуверенно начал свою повесть: — Мой папа… он не совсем нормальный. Он делает ужасные вещи со мной, — всхлип, — мама… мама хорошая, но боится его. Они говорят мне, с кем можно разговаривать, кого можно касаться, что читать или смотреть и так далее. С тобой, Мин Юнги, мне точно нельзя разговаривать. Я нарушаю запрет. За это папа… — Пак замолчал, покраснев и пряча глаза. — Папа накажет меня. — Он зажмурился и передернулся, представя себе это. — Так. Мне надо знать, что твой отец с тобой делает, чтобы избавить тебя от этого. Ты ведь хочешь? — Кивок. — Ладно. Он тебя бьет? — - Отрицательное мотание головой. — Унижает? — В какой-то степени. — Хорошо. Так… Эксплуатирует? — Нет. — Отлично. Тогда… Заставляет тебя делать что-то, что тебе не нравится? — В каком смысле? — Ну, — Мин замялся, — Я даже не знаю, как объяснить… Гм, съесть тухлое яйцо, к примеру. — Лишь спустя пару секунд Юнги понял, какую сморозил глупость. — Нет, ничего подобного, — фыркнул Пак. У Юнги в голове не осталось больше никаких идей. Но, постойте-ка. Есть одна. Маловероятно, но попробовать стоит. — Может… Изнасилование? Будем надеяться, что нет. — Ответа не последовало. Пак только еще больше потупил взгляд и поджал губы. — Понятно. Значит, изнасилование. Это оказалось проще, чем я думал. — Победно проговорил Юнги, но тут же пожалел об этом. Чимин плакал. Беззвучно. Слезы лились у него из глаз, если не непрерывным, то устойчивым потоком. — Эм… Прости, мне надо было узнать. — Он еще больше растерялся. Никогда еще в его жизни не было настолько насыщенного дня. Никогда он еще не общался с таким количеством с незнакомымых ему людей. Но помочь этому Чимину надо, потому что… ему ведь плохо. Так учили Юнги родители. Если видишь, что человеку плохо, то помоги ему, и он ответит тем же. Но что делать дальше, Мин не представлял. Никогда еще он не сталкивался с таким. Единственное, что пришло ему в голову — сообщить в полицию об изнасиловании. За это, вроде как, сажают. Если ему не изменяют его знания, полученные в универе, за это дают пять лет.** — Тогда, Чимин, скажи мне, пожалуйста, как зовут твоего отца? — Что ты собираешься делать? Зачем тебе? — Чимин недоверчиво посмотрел на Юнги. — Я хочу сообщить в полицию об изнасиловании. — Юнги не видел смысла врать, ведь так он только подорвет все их «общение». — Нет. Не делай этого, прошу. О… — закончить ему не дал внезапно раздавшийся звонок, и снова с его телефона. Пак устало поднял телефон с пола, недоумевая, как он там оказался. Взглянув на номер, он тут же придал лицу то испуганное выражение. Скрывать свои эмоции он умел плохо. Юнги тут же нахмурился, увидев название контакта. — Здравствуй, папа. — чуть дрогнувшим голосом проговорил Чимин. — Привет, Тэ. Я заждался тебя. Приходи скорее, а то я приеду к тебе. Ты говорил сегодня с кем-то? — Голос мужчины звучал спокойно, но как-то слишком… хищно, что-ли. — Не-ет… — Врать Чимин не умел совсем. Как только он услышал «Тэ», то сразу понял, что отец не в настроении. Ох, как не в настроении. И если он ни никуда не приедет, то его, и Юнги заодно, ждет жесткая кара. — Не ври мне, Тэмин! Я, Пак Джиху, умею распознавать ложь! С кем ты говорил? — Чимин обреченно вздохнул. — C Мин Юнги. — тихо ответил парень. — Жди меня, Тэмин.