Жизнь социопата и военного врача

— Джон, прошу тебя, будь осторожнее, — прошептал Шерлок и кинулся вдогонку за очередным маньяком. Они долго готовились к этой операции, Холмс даже не надел свой любимый костюм, вместо этого облачившись в военную форму, так что его силуэт быстро затерялся между деревьями, что составляли огромный и мрачный лес. Куртка Ватсона была безнадёжно испорчена во время драки, так что он остался в одной майке болотного цвета и камуфляжных штанах. В ноябре в Лондоне холодно, тело доктора покрылось мурашками; из-за долгой беготни и нескольких бессонных ночей голова отказывалась работать. Шерлок был далеко впереди, его задача была заманить преступника в ловушку, где полиция бы его схватила, а задачей Джона было прикрывать тыл и не дать противнику напасть со спины. Данные, что были у Ватсона, гласили, что всего у маньяка трое помощников, один из них убит метким выстрелом Лестрейда, остальные оставлены где-то в лесу истекать кровью после схватки с бывшим военным врачом. Джон не позволял себе расслабиться, но разум потихоньку отказывал, ноги становились ватными, кровь, выступившая на ранах, засыхала. Он шёл вперёд, несмотря ни на что, надеясь, что сил хватит на то, чтобы догнать Шерлока и помочь ему, если будет нужно. Но сил практически не осталось, Джон споткнулся о корень огромного дуба и упал. Он лежал на земле и кусал губы, стараясь не закричать. Он не хотел, чтобы детектив его услышал и бросил погоню. Руку пронзила адская боль, железные клыки мёртвой хваткой вцепились в руку, и Ватсону оставалось только лежать и ждать, когда его найдут. Капкан был установлен специально для него, подумал Джон, этот маньяк часто устанавливал ловушки для тех, кто будет за ним гнаться. В прошлый раз Шерлок удержал его за руку, не дав порезаться о тончайшую стальную нить, протянутую вдоль калитки, но в этот раз Холмса рядом не было. Звать на помощь — значит отвлечь детектива от преследования и провалить задание, на подготовку к которому они потратили несколько недель. Джон лежал на сырой после дождя земле, холод подбирался к самому сердцу, боль заставляла кусать губы и молча лежать в надежде на то, что полиция уже схватила преступника и что Шерлок находится в безопасности. Прошло около двух часов. Никто так и не пришёл на помощь. Доктор лежал, дрожа от холода и боли, и пытался убедить себя, что с детективом всё хорошо, что он и полиция смогли поймать преступника, что у Шерлока нет никаких травм или ранений. Он надеялся, что за ним не пришли, не потому что маньяк зарезал всех и скрылся. Спустя какое-то время солнце начало подниматься из-за горизонта, освещая своим слабым светом деревья, под кронами которых лежал бывший военный врач и умирал. Кровь из его ран продолжала покрывать землю тёмной пеленой, Джона клонило в сон из-за холода, но он всё равно надеялся, что вот-вот появится Шерлок и спасёт его. Мозг отказывался работать, глаза закрывались, но маленький огонёк надежды не переставал гореть ни на секунду. Восходящее солнце закрыло тучи, и жители Лондона вместо неба видели только серый туман, а Джон уже не видел ничего.

***

Шерлок наматывал круги по кабинету инспектора Скотленд-ярда. Он не понимал, почему Джон так сильно отстал и отстал ли вообще? Может, помощников было не трое, а больше? Может, он получил какую-то травму, которую не заметил великий сыщик? Может, он потерялся или наткнулся на волка или какого-нибудь другого зверя, пока следовал за ним? Самые разные мысли проносились в гениальной голове, самые страшные сценарии происходящего возникали яркими вспышками и мешали адекватно воспринимать реальность. — Шерлок, пожалуйста, прекрати! Ты мешаешь нам думать! — прокричал инспектор Лестрейд. — Ого, ты думаешь, полезное занятие. Занимайся им почаще. А сейчас пошли всех, кто у тебя есть, в тот грёбаный лес и найди, наконец, Джона! Очередное высказывание по поводу мыслительного процесса присутствующие пропустили мимо ушей, но ругательство — нет. Лестрейд редко слышал ругательства в свою сторону из уст великого детектива, олицетворявшего высшую степень элегантности и галантности. Грег и Салли быстро переглянулись и начали раздавать указания, прекрасно понимая всю серьёзность ситуации. Спасательная служба была у леса уже через полчаса. Шерлок шёл вместе с полицейскими и безостановочно кричал: «Джон! Джон, где ты? Джон!». — Сэр, я, кажется, видел волка, — сказал молодой парень, недавно присоединившийся к команде Лестрейда. — Куда он побежал? — сразу спросил детектив, решив, что зверь мог напасть на след Джона. — На северо-запад, сэр. — Быстро идём в ту сторону! — скомандовал Шерлок, и никто не осмелился его ослушаться. Остальное Холмс помнил, словно это было во сне: нечётко, неясно, просто расплывающиеся перед глазами картинки, сменяющие друг друга. Через полчаса они нашли Джона, лежащего на земле, еле дышащего, без сознания и с рукой в капкане. Агенты Лестрейда сразу принялись за капкан, пока медики накладывали кислородную маску. Тело доктора с трудом донесли до машины скорой помощи, медики не хотели пускать детектива внутрь, но сдались по просьбе инспектора. В больничную палату Шерлоку всё-таки войти не дали, поэтому он сидел на стуле в коридоре и думал о том, что случилось бы, если бы начинающий полицейский не обратил внимания на волка. Из чертогов разума его вывел врач, сказав, что Джон очнулся, и Шерлок может к нему зайти. Детектив остановился перед дверью в палату и вздохнул, стараясь успокоиться. Открыв дверь и войдя в палату, он увидел, как Джон открыл глаза и, заметив Шерлока, улыбнулся. Холмс тоже улыбался, хотя хотелось совершенно обратного. Многочисленные синяки и порезы покрывали почти всё тело доктора, на один глаз была наложена объёмная повязка, множество пластырей не улучшали картину. Но Джон был жив, и это самое главное. С остальным они как-нибудь разберутся. Холмс подошёл к кровати, сел на табуретку рядом с ней, взял руку Ватсона в свою, осторожно поднёс к губам и нежно поцеловали костяшки пальцев. — Прости, что так долго, — прошептал он. — Я рад, что с тобой всё в порядке, — ответил доктор. Шерлок поднял недоумевающий взгляд на Джона. Как он может такое говорить? Он чуть не умер, а радуется тому, что на Холмсе нет и царапинки. Он должен быть зол на него за то, что его искали так долго, но он улыбался. Холмсу это было непонятно. — Почему ты не кричал, не звал на помощь? Я был недалеко, я бы услышал и вернулся. Почему, Джон? — Не хотел отвлекать тебя от дела, — честно ответил Ватсон. — Вы же поймали преступника, верно? — Шерлок кивнул. — Это — главное. Больше никто не пострадает от рук этого сумасшедшего маньяка. — Джон, ты мог умереть. Ты же понимаешь это? — Зато в мире стало на одного преступника меньше. Иди сюда, — сказал Ватсон и поманил Шерлока к себе для поцелуя.

***

Неугомонные журналисты никак не хотели дать инспектору сказать и слово по поводу поимки последнего маньяка. Когда, наконец, воцарилась тишина, Лестрейд начал рассказывать про дело. Журналисты задавали стандартные вопросы, инспектор, детектив и доктор давали стандартные ответы. В конце пресс-конференции Шерлок встал и сделал объявление: — Это дело было морально сложным для всех нас, поэтому я обещаю, что никогда больше не буду работать над поимкой преступников в одиночку. Я всегда буду делиться своими выводами со Скотленд-ярдом и никогда больше не разделюсь со своим напарником Джоном Ватсоном. После этого он вышел из-за стола и направился к выходу, точно зная, что доктор последует за ним.