Птица

Утренние пробежки стали ритуалом для каждого из новичков. Они бегали и бегали по всей территории Бесстрашия, останавливаясь лишь на пару мгновений, пока Фор перекидывался парой фраз с кем-то из дежурных. И каждый раз, оказываясь напротив группы изгоев, Райан не упускал возможности указать на происхождение Трис, Птицы и Алекса. Все трое реагировали по разному. Трис молча уходила; Птица бросала какую-нибудь колкость; Лексу же очень тяжело давалось не врезать этому подонку. Каждый раз он напрягал кулаки так, что ногти впивались в ладонь, с нетерпением ожидая того дня, когда их поставят в спаринг. Но этим утром терпению бывшего дружелюбного пришел конец. - Смотри, убогий, - Райан подбежал к Алексу, который пристально наблюдал за несколькими изгоями, - твоя будущая семья. Тебя ждут. Алекс резко развернулся и схватил Райана за горло. В его глазах появилась нешуточная ненависть. - Ты чего... сук...сын, - хрипел Карр, пытаясь вырваться из стальной хватки. - Больше никогда не смей так говорить о них. И если ты ещё раз подойдешь ко мне, я скину тебя в Пропасть, - зло процедил Лекс, прежде, чем Фор и пара других бесстрашных, оттащили его от Райана. - Больной ублюдок, - прокашлявшись, бросил Карр. - Что случилось? - рявкнул Фор, обращаясь скорее к Лексу. - Ничего, - выдохнул тот, успокаивая бурлившую в крови ярость, - вспылил. - Все, запомнили раз и навсегда, - вкрадчиво начал вещать Фор, - все свои личные проблемы можете решить в Яме, в честном поединке. Но душить собрата категорически запрещено. Вы меня оба поняли? Алекс кивнул. Райан пренебрежительно фыркнул, но тоже мотнул головой в знак согласия. - Отлично. Бежим дальше, - бросил Фор, и вереница людей в черной одежде потянулась за ним. - Чего это он так? - поинтересовалась Кристина у Птицы. Трис тоже вопросительно взглянула на подругу. - Ну, - протянула Канарейка, - я могу ошибаться, но вероятнее всего это из-за издевательств Райана над изгоями. - А что в этом такого? - Крис закатила глаза и непонимающе пожала плечами, - Этот бритоголовый и раньше называл его убогим. Да и не только его. - Дело не в том, что он так обращается к Алексу. Оскорбления в свой адрес он стерпит... Всю жизнь терпит. - Кого-то из его близких изгнали? - предположила Трис. - Наоборот, вернули. - Что? - хором отозвались девушки. - Позже расскажу, - Птица вылила на себя немного воды, - а то дыхание совсем сбилось. Девушки в недоумении посмотрели на маленькую фигурку, удаляющуюся от них. Новички вбежали в зал, обустроенный специально для стрельбы. На стенах висели самые разнообразные виды пистолетов и автоматов, загороженные стальной сетью. По всей площади были разбросаны бетонные и деревянные блоки, заграждения, расставлены мишени, на которых многие поколения бесстрашных оттачивали навыки стрельбы. Или просто выпускали агрессию. Скорей всего именно этим и занимался Эрик. Когда перешедшие остановились, ожидая указаний Фора, молодой лидер даже взглядом их не удостоил, продолжая выпускать пулю за пулей в уже видавший виды манекен. - Берем Desert Eagle. Чистка, перезарядка. Стрельба с девяти метров. Начали. Фор всегда раздавал четкие команды, обозначая поставленную задачу. Ничего больше, ничего меньше. Он никогда не позволял себе унижать подопечных (в отличии от того громилы, который перешел уже на третью обойму). Поэтому Птица научилась ловить кайф от этих тренировок. Тело постоянно болело, костяшки были сбиты в кровь, но эндорфины, вырабатывающиеся вместе с адреналином, только сильнее распыляли её. Сейчас же, на стрельбище, у нее появилась возможность немного перевести дух и почувствовать себя лучшей. Огнестрельное оружие приятной тяжестью лежало в руке. Разбор пистолета, чистка каждой детали стали личной медитацией Птицы, но сейчас уйти в себя ей не удалось. - Так что там с Алексом? - заговорщицки прошептала Крис. - Ничего особенного, - пожала плечами Птица, не отрываясь от своего занятия, - просто его мама родилась в семье изгоев. Трис с Кристиной выжидающе уставились на подругу. Птица вздохнула и принялась собирать свой Desert Eagle. - Я сама не знаю всех подробностей. Только общие черты. Амели осталась сиротой в 13 лет. Она скиталась по разным притонам, пока не прибилась к какой-то шайке. Не знаю, что там происходило, но к шестнадцати она решила, что не хочет жить такой жизнью, поэтому направилась в Дружелюбие, где смогла уговорить Джоанну дать ей второй шанс. Ведь, по сути, она ничего не сделала, просто родилась не в той семье. Джоанна смогла убедить Маркуса разрешить Амелии пройти тест. Ну, она и прошла, присоединилась к Дружелюбным. А дальше все как по маслу: влюбилась, вышла замуж, родила троих детей. Истинное счастье истинной дружелюбной! На последней фразе Птица фыркнула. Она уже стояла на позиции, вытянув руки с пистолетом. Первый выстрел дал понять Кристине и Трис, что разговор продолжится только тогда, когда этого захочет Птица. Девушка выпустила еще несколько пуль, угодив в голову и грудь манекена напротив. - Дети в Дружелюбии не всегда добрые и понимающие, - неожиданно для подруг продолжила Птица, перезаряжая пистолет, - над ним постоянно издевались. Его называли выродком, обливали грязью, запирали в хлеву со свиньями. - Это ужасно... - ахнула Трис. - Вот же засранцы, - сплюнула Крис и продолжила стрелять. - Так мы с ним и подружились, - ухмыльнулась Птица, в очередной раз спуская курок, - мелкая сопля и выродок. Это неплохо сплачивает. - Разговоры! - неожиданно рявкнул Эрик, отчего Трис чуть не выронила пистолет. - Убожество, - выплюнул лидер и пошел дальше. - На себя бы посмотрел, - буркнула Птица. Тренировка шла своим чередом. Менялись позиции, оружие и задачи. Время летело довольно быстро, и вот был объявлен долгожданный перерыв. Некоторые решили вернуться в общежитие, чтобы сменить одежду, а кто-то так и остался на стрельбище. В их числе была и Трис. Стрельба давалась ей с трудом, и Птица, уже стоявшая на выходе из зала, все же решила вернуться и помочь подруге. - Руки держи выше и жестче, - инструктировала Птица, - не зажимай плечи... Её речь прервалась выстрелом и последовавшим за ним криком. Сердце Птицы пропустило удар. Кричал Алекс. Она всегда узнает его голос. - Ублюдок! - орал Лекс, держась за верхнюю часть бедра, - Твою мать! Сукин ты сын! Чтоб ты подох, мразь! Птица бросилась к другу, расталкивая тех немногих, кто всё ещё находился в зале. Краем глаза она заметила Райана, быстро отложившего пистолет в сторону. - Держите этого подонка! - крикнула девушка, а сама упала на колени перед Алексом, который к этому моменту уже сполз по стене, оставляя за собой кровавые подтеки. Эрик быстрым шагом направился в сторону Райана и схватил того за воротник накинутой рубашки. - Какого хрена это было?! - рявкнул он, припечатывая парня к ближайшей бетонной колонне. - Я случайно, - поднял руки Карр, прямо смотря в глаза Эрика и не удосужившись стянуть самодовольную ухмылочку с лица, - я просто чистил оружие после использования. Птица слышала лишь звуки голосов, но не разбирала слов. Она судорожно разорвала окровавленную штанину и лихо начала соображать, что делать дальше. Кровь была тёмной и текла довольно медленно. Была задета вена. - Потерпи, потерпи, Лекс, - шептала Птица, сдавливая кожу вокруг раны и ища какой-нибудь предмет для наложения повязки, - ты же сильный, всё обойдется. Ранение не смертельное, да и кости, судя по всему, целы. Всего-то царапина. Наконец она наткнулась на нужный ей осколок камня. Приложив его чуть ниже пулевого отверстия, она собрала все свои силы и начала накладывать повязку. Алекс в очередной раз взвыл от боли. - Что ты делаешь? Отойди! - пытался докричаться до девушки Фор, но, казалось, весь мир для неё перестал звучать. Камень впивался в кожу, но всё же выполнил свое предназначение. Кровь остановилась, и Алекс часто задышал, запрокинув голову назад. - С...спасибо, - сумел выдохнуть он, когда Птица поднялась на ноги. Она лишь кивнула в ответ, и приободрила его облегченной полуулыбкой. - Отнесите его кто-нибудь в лазарет! - гаркнул Эрик с другого конца зала. Фор уже поднял Алекса на здоровую ногу, закинув его руку себе на плечо. Арс подхватил Лекса с другой стороны, и троица двинулась к выходу. Перерыв уже кончился, и новички потихоньку стягивались обратно на стрельбище. Гул голосов и перешептываний постепенно нарастал. Все хотели первыми узнать подробности произошедшего. Птица следовала за удаляющейся троицей, но тут ненавистный доброй половиной Бесстрашия бас остановил её. - Пташка, вернись на место. Птице показалось, что она ослышалась. Неужели этот белобрысый кретин не понимает, что её лучшего друга ранили, и она обязана находиться рядом с ним?! - Ты меня плохо слышишь? - в этом голосе звучала власть, звучало упивание этой властью. Девушка замерла на месте, чувствуя, как сердце начинает стучать всё быстрее и быстрее, а тело начинает дрожать от плохо сдерживаемой ярости. Дыхание учащалось, глаза расширились, ноздри раздувались, а губы рефлекторно сжались в тонкую линию. Птица медленно развернулась лицом к Эрику. Трис с Кристиной тихонько ахнули и даже Райан непроизвольно поежился. Птица напоминала разъяренную фурию. Мелкие пряди выбились из колоска и прилипли к лицу, на котором была размазана кровь. Грудь ходила ходуном, ладони сжались в кулаки так, что даже под многочисленными синяками можно было разглядеть побелевшую кожу. Она дрожала всем телом, и каждому было понятно, что сейчас может случиться нечто с большой буквы "Н". И лишь Эрик сохранял спокойствие и хладнокровие. Он всё также непоколебимо стоял, скрестив руки на груди, и выливал все свое самодовольство на девушку, чей взгляд застилал неподдельный гнев. - Почему. Я. Должна. Вернуться. - Птица прикладывала все усилия, чтобы не сорваться на беспомощный крик и оскорбления. Ведь тот, кто первый повышает голос, сразу же проигрывает в споре, - Моего. Друга, - глубокий вдох, - ранили, и я обязана пойти к нему. - Перерыв уже окончен, - отчеканил Эрик, - это касается всех! Вернулись к тренировке! - Ты издеваешься?! - сквозь зубы прошипела Птица, подойдя практически вплотную к лидеру. - Что за неуставное обращение? - с возмущением спросил Эрик. Он как будто просто не замечал, что Птица вот-вот скатится в истерику. Или же замечал, но очень хотел ускорить этот процесс. - Хорошо, товарищ Лидер-Инструктор, - елейно прошептала Птица влив в это обращение столько яда, словно всю жизнь прожила в змеином гнезде, - но если бы не ваша халатность, в вопросе раздачи оружия всяким ублюдкам, которые могут использовать его в личных целях, то Алекс, мой лучший друг, сейчас бы прыгал здесь как молодой козлик. Но, повторюсь, из-за вашей халатности он истекает кровью в лазарете, так что я, на правах человека, спасшего ему жизнь, могу сейчас же пойти к нему. Эрик смерил девушку, которая бы в прыжке еле-еле достала ему макушкой до носа, оценивающим и слегка снисходительным взглядом. Затем наклонился к ней так, что его дыхание обожгло и без того разгоряченные, красные щеки Птицы. - Послушай меня, девочка, - сказал он так, будто разговаривает с психически отсталым человеком, - перерыв давно окончен, и ты сейчас задерживаешь всех. С твоим дружком ничего не случится, рядовая царапина. А насчет ублюдка поспорю. Да, он сказочный рукожоп, но доказательств того, что выстрел был специальный у тебя, сколько бы ты тут ни пыжилась, нет. Так что сейчас же прекрати раздуваться как жаба, возьми в руки ствол и продолжай стрелять! - последнюю фразу он выкрикнул, и тут Птица не осталась в долгу, закричав в ответ. - Я буду стрелять только в него! - Карр к мишени! - рявкнул Эрик, не прерывая зрительного контакта с Птицей. Каждый, кто находился в зале, почувствовал обрушившуюся тишину физически. Никто и до этого не разговаривал, но сейчас, когда замолчали и Эрик с Птицей, эта тишина словно начала звенеть. Райан не шевелился. Он не верил своим ушам. - Я что-то непонятное сказал?! Встал к мишени или катись нахер из фракции! - рявкнул лидер, всё таки удостоив Райана взглядом. Тот боязливо сглотнул, но все же двинулся с места. Эти девять метров до линии манекенов показались ему ничем иным, как дорогой на эшафот, но всё еще, где-то внутри себя, Райан надеялся, что Эрик не позволит этой сучке взять оружие и спустить курок. Но когда он развернулся к Птице, то прочел на её лице смятение и недоумение. В этот момент Райан четко осознал, что она не выстрелит. Кишка тонка. Эрик тем временем вытащил из своей кобуры личный пистолет и протянул его девушке. - Давай, отомсти за "лучшего друга". Птица уставилась на рукоятку, не до конца веря в то, что все это происходит взаправду. Неужели Эрику настолько наплевать на чужие жизни? Тем более жизни тех, кого ему доверило начальство? Она подняла глаза на Райана, смирно стоящего у мишени, и гнев снова разлился по кровяным сосудам. Пусть так. Почему, если Эрику насрать, то ей не должно быть? Все ей только спасибо скажут. Птица уверено приняла пистолет. Он оказался тяжелее, чем те, из которых ей доводилось стрелять, но ненамного. Она сделает это. Тысячу раз всаживала эти стальные шарики в дерево, бетон, силикон и прочую бутафорию. Только из бутафории никогда не лилась кровь. А здесь брызнет немного, что такого? Вон, в Бесстрашии на каждом углу кровоподтеки. Одним больше, одним меньше. Просто вдох выдох. Вдох. Выдох. Голова Карра виднеется в мушке. Осталось нажать на спусковой крючок. Вдох. Выдох. Кровь шумит в ушах, а сердце колотится как бешеное. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. - Ну, долго ждать-то? - со скучающим видом уточнил Эрик, и она сжала курок. Череда выстрелов эхом разнеслась по залу. Кто-то из девушек отвернулся, вроде, это была Трис. Райан упал на землю, закрыв голову руками. Его тёмно-серые штаны стали черными. Но крови не было видно. - С...с...с... - Карр заикался, скрючившись на полу, - сукаааааа! Он заорал, и с этим криком Птицу отпустило. Нет, она не убийца. Она не Эрик. Девушка перехватила пистолет за дуло и протянула его владельцу. - Он что, обоссался? - спросил кто-то из толпы, откуда стали доноситься нервные смешки. - Довольна? - спросил Эрик, возвращая оружие на место. Птица лишь кивнула. - Эта тварь меня задела! - верещал Райан, отрывая от плеча окровавленную ладонь. - Я чистила пистолет лидера, по личной просьбе, - отчеканила Птица, а Эрик покосился на неё с довольной ухмылкой. - Поднимайся, убожество, она даже насквозь не прострелила, - крикнул лидер, даже не смотря на раненного, - минус двадцать очков за ссыкливость. А тебе минус пять за несдержанность. Птица просто прикрыла глаза, потому что сегодняшняя эмоциональная мясорубка выжала из неё все силы. Пусть так. Всё равно она и так находилась где-то в середине красной зоны. - И плюс пятнадцать за меткость, - вдруг добавил Эрик, - тренировка окончена. Выметайтесь все отсюда нахрен!

***

- Хэй, - Птица осторожно заглянула в кабинет и сразу сощурилась от яркого света. Она привыкла к полумраку, царившему в коридорах Бесстрашия, но медицинское крыло требовало освещения получше, - Как ты, Лекс? Парень сидел на одной из кушеток в окружении Арса, Трис, Кристины и Уилла. Сама Птица решила, что шокировать друга лицом, перепачканным в его же крови не стоит. Поэтому она забежала в первый попавшийся зал, куда был подключен водопровод, ополоснула разгоряченные щёки и шею и пулей рванула в лазарет. К её огромному облегчению, Лекс слушал Уилла с улыбкой на лице и иногда морщился, задевая чистую повязку на ноге. Увидев Птицу, вошедшую в кабинет, он собирался было вскочить, но был быстро посажен на место бдительным Арсом. - Я в порядке, - поспешил он успокоить подругу, когда та кинулась его обнимать, - всё благодаря тебе, Канарейка! - Пустяки, - заулыбалась Птица, - просто не хотела, чтобы кто-нибудь после тебя подскользнулся на луже крови! - Ну спасибо, сестричка, - Алекс пихнул девушку в плечо, - очень мило с твоей стороны. Уилл тут, кстати, рассказал о твоём подвиге. Он реально напрудил в штаны? - Ага, - опередила Птицу Кристина, - этот самодовольный кретин думал, что она не выстрелит! - С чего ты это взяла? - Трис скептически изогнула бровь. - Да ладно, это было видно по его идиотской ухмылке! - Я согласен с Крис, - подал голос Арс, а брюнетка победоносно взглянула на Трис, - этот мудак надолго запомнит урок! - Очень на это надеюсь, - хмыкнула Птица. - Меня больше другое волнует, - продолжил Арс и, сощурившись, посмотрел на Канарейку, - первое, почему это Эрик позволил тебе так с ним разговаривать и заставил эту сволочь встать к мишени, только чтобы ты выпустила пар? И второе, зачем ты подложила камень ему под жгут? - Меня, кстати, тоже этот вопрос интересует, - Алекс с укором взглянул на Птицу, - это было немножечко дискомфортно. Совсем капельку. Самую малость. Я просто чуть не охрип, когда его вытаскивали. - Первое, - Птица подняла указательный палец, - я понятия не имею. Может и в этом напыщенном куске имбицила есть хоть капля справедливости. В конце концов, стал же он как-то лидером. Второе, книжек надо больше читать, - она потянулась и легонько щелкнула Алекса по носу. - Я изучал книги по оказанию первой помощи, - вклинился Уилл, - но такого не видел. Не знал, что в Дружелюбии изучение медицины на таком уровне. - Ну хоть чего-то наш всезнайка не знает! Чудо! - засмеялась Птица, - Это обыкновенная давящая повязка для слабого венозного кровотечения после огнестрела. И, кстати, так, для расширения кругозора: в Дружелюбии в основном имеют дело с колото-резанными ранами от серпов и тесаков. Так что в тамошних лазаретах можно научиться только красиво шить. Про все остальное я, представь себе, узнала из книжек Эрудиции. - В смысле? - нахмурился Уилл, - Наши библиотеки доступны только эрудитам. - А, я понял, - подал голос Алекс, - ты про того парня... как же ты его называла? Про Книжного червя? Четыре пары глаз синхронно переместились на Птицу, а та в свою очередь укоризненно посмотрела на Лекса. - Да про него. Просто, когда мне было лет восемь - девять, я хотела стать эрудиткой и заняться медициной. Ну, знаете, спасать жизни и всё такое. Я хотела было напроситься помощницей в лазарет, но мне сказали, что я ещё маловата. Однако моё детское любопытство и полное отсутствие инстинкта самосохранения, коими я обладаю и сейчас, сверлили у меня в одном месте, поэтому я, пораскинув мозгами, решила, что надо идти прямо к эрудитам. А что, я же всё равно потом к ним перейду, так можно начать готовиться уже сейчас. Ну вот в один прекрасный день я забралась в вагон отходящего в город товарняка. Помню, какое впечатление на меня тогда произвела Эрудиция. Огромные здания, чистенькие дорожки и лужайки, тетеньки на высоких каблуках. Я то в своей жизни видела лишь засеянные поля, деревянные домики и далеко не элегантные деловые костюмы. Это было потрясающее приключение! Вот только об одном я не подумала: маленькая босая девочка с растрепанными волосами в сарафане дружелюбия будет резко выделяться на фоне прилизанных и утонченных деток Эрудиции. Ну меня и сцапал какой-то пацан, лет на пять старше, и начал допрашивать. "Что ты здесь забыла, дружелюбная?" - "Не твоё дело, эрудированный!" Он посмеялся, но из хватки не выпустил. "Тогда мне придется позвать взрослых." - "Ты этого не сделаешь!" - "Ещё как сделаю! Вдруг ты воровка. Такая маленькая сорока-воровка!" - "А ты тогда противный книжный червяк!" Так слово за слово, я всё таки объяснила ему, что хочу взять книжек по анатомии и медицине. И он, почему-то, мне поверил. До сих пор не знаю, почему. Принес мне из библиотеки все то, что я хотела, только с условием, что надо будет вернуть эти книги. Мы условились, где он будет ждать, во сколько и все такое. Только потом мы оба осознали, что так и не спросили имён друг друга. А дальше и смысла не было, он называл меня Сорокой, а я его Книжным червём. Наша конспирация продлилась год, а потом он ушел из Эрудиции. Вот и вся история. - Мда, - протянул Арс, - ты уже в детстве была знатной занозой в заднице. Ребята рассмеялись, а Птица встала и демонстративно присела в реверансе.