Птица

Птица отлетела в дальний угол ринга, не хило приложившись головой. Из глаз посыпались искры. Крики болельщиков снова слились в единый белый шум. Который раз за поединок? - Вставай! Вставай и дерись! Эрик возвышался прямо над ней, сложив руки на груди. - Не могу, - просипела Птица, - Я больше не могу... За шесть дней, проведенных в качестве гладиаторши, девушка успела привыкнуть к бесстрашному, который то и дело появлялся и отпускал язъвительные комментарии. Да, она привыкла к своим галлюцинациям. - Кого ты из себя строишь?! - орал лидер, - Ты долбанная бесстрашная! А теперь поднимайся и дерись! Дерись, мать твою! Птица прохрипела в ответ что-то невнятное. Слова выходили изо рта вместе с кровью. - Неужели это конец для нашей дорогой Гусыни? Неужели мы больше не увидим её на нашем ринге? Девушка стояла на четвереньках. Её нынешний противник - паренек лет пятнадцати - пинал противницу в живот. Но мышцы, которые Птица так старательно наращивала, посещая спортзал и днем, и ночью, не давали её телу окончательно обмякнуть и упасть. - Ну-ка дерись! - закричал Джавар, подлетая к клетке, - Дерись я сказал, или я скормлю твое тело подзаборным шавкам! - Ты слышала его, - Эрик стоял рядом с хозяином боёв, - или ты, или тебя. Левая рука согнулась в локте, и девушка повалилась набок. Парень, представившийся Ягуаром, не смог удержать равновесие и по инерции упал на спину, крепко приложившись затылком. Птица подползла к противнику и ударила того в пах. Ягуар застонал и скрючился от боли. Тогда девушка, собрав оставшиеся силы, впилась ногтями в лицо мальчишки. Большие пальцы вдавливались в глазницы, вызывая невероятный приступ боли у Ягуара. Птица бы остановилась, услышь она его крики, но её уши заложило; Птица бы остановилась, если бы почувствовала, как ногти проникают под глазные яблоки, но её пальцы онемели; Птица бы безусловно вскочила и отбежала, увидь она себя со стороны, но она уже не понимала, что на ринге находится именно она. Птица бы не стала убивать, если бы не теряла рассудок. Ягуар извивался, пытаясь вырваться, и, в конце концов, ему это удалось. Он оттолкнул от себя девушку и поднялся на ноги. - Я... Я не вижу... - бормотал он, - Я ничего не вижу... Парень начал перемещаться по кругу, выставив вперед руки и повторяя одни и те же слова. Птица вставала постепенно. Удары ногой в живот не прошли даром. Всё тело напоминало одну сплошную открытую рану. Еле переставляя ноги, она подошла к пареньку, уворачиваясь от его рук, и с абсолютно отсутствующим взглядом нанесла удар ему прямо в горло. Парень захрипел и повалился на ринг. Птица опустилась перед ним на колени и локтем проломила ему висок. Ягуар полежал, несколько секунд содрогаясь в предсмертных конвульсиях, и, наконец, затих навсегда. - Прости, - на автомате прошептала девушка. - И всё таки Гусыня одерживает верх в этой тяжелой схватке! Давайте подбодрим её нашими бурными аплодисментами! Болельщики бесновались. Многие из них сделали ставку на Гусыню и не прогадали. Дверь в клетку распахнулась, и на ринг вышел здоровый амбал. Он подошел к девушке, которая продолжала сидеть на коленях перед телом, и поднял её на ноги. Но стоять самостоятельно девушка не смогла. Тогда амбал взял её на руки и вынес с ринга. - Ты вечно напрашиваешься на покатушки, Пташка, - довольно улыбался Эрик, идя рядом с победительницей, - сначала я, теперь этот. - Поздравляю с победой, - ухмыльнулся амбал, и Птица признала в нем вечного охранника Джавара - Яниса. - Я завидую ему, - прошептала девушка, чуть шевеля губами. - Кому? - Тому, кто сейчас лежит на ринге, - ответила Птица и разрыдалась, а затем отключилась. Открыла глаза она в комнатке, где раньше никогда не была. Это помещение было куда меньше её прошлой камеры, окон не было вообще, а дверь была намного массивней и прочней. Лежала Птица на подстилке - другого названия этой тряпке она дать не могла. Свежие раны были перевязаны, а вокруг живота что-то примотано. Немного сдвинув повязку, девушка увидела какие-то листья. Она со стоном вернула повязку на место и в тысячный раз прокляла медицину изгоев. - Шая бы матерился очень и очень долго, увидь он такую самодеятельность, - хмыкнул Эрик, который сидел напротив Птицы. - Точно, - кивнула девушка, - а потом бы бросился изучать эти цветочки. Эрик улыбнулся. - И где мы? - продолжила разговор Птица. - Алё, я - твое больное воображение. Так что я знаю ровно столько, сколько и ты. - Дерьмово, - выдохнула девушка, - а я-то думала, ты будешь моим ангелом-хранителем. Ну знаешь, таким, который не на путь истинный наставляет, а всех моих врагов из пулемета расстреливает. - Хм, - Эрик задумчиво почесал подбородок, - думаешь, мне пойдет нимб? - Не знаю про нимб, но хвост в твоей заднице тебе точно покоя не дает. - Если у меня есть хвост, значит я - дьявол. - Дьявол был ангелом. - Хочешь себе демона -хранителя? - Судя по тому, что происходит, именно так оно и есть, - грустно улыбнулась Птица и отвела глаза. - Ты сходишь с ума, - сказал Эрик, присаживаясь рядом с девушкой. Птица молчала. Она прекрасно это понимала. За последние дни она убила уже трех человек, и каждый раз ей казалось, что она физически ощущает, как частичка её самой погибает вместе с противником. И она не знала, сколько в ней таких частичек. Птица боялась, что когда последний осколок её души исчезнет во мраке, она перестанет жить. И это будет хуже смерти. Она бы просто продолжала существовать и умертвлять людей по указке Джавара. Девушка обычно тут же усмехалась подобной мысли. Ведь до этого не дойдет. Кто-нибудь прикончит её намного раньше, чем это произойдет, потому что удача не будет сопутствовать ей вечно. И тогда она сможет отдохнуть. Тогда она ощутит спокойствие... - Эрик, - тихо позвала она, - ты видишь их глаза? Перед смертью. Что в этих глазах? - Я вижу только то, что ты. - Я знаю, - прошептала Птица, - поэтому и спрашиваю. Что в них видишь конкретно ты? - Страх, - отрезал Эрик, - и неудачу. Они все приходят за деньгами, но упускают свой шанс. А еще осознание конца и их беспомощность перед ним. В общем, противное зрелище. - А я вижу облегчение. Будто их наконец отпускает постоянная боль. - Но ведь я - часть тебя. - Именно. Массивная дверь с протяжным скрипом отворилась. Птица подняла глаза. На пороге стоял Джавар, а за его спиной маячил Янис. - Ну здравствуй, Гусыня. Его голос как всегда был ласковым, но в этот раз у девушки пробежали мурашки по коже. Вся мягкость была показной и наигранной. Он сделал шаг внутрь помещения и присел на корточки напротив Птицы. Та старалась не смотреть ему в глаза, поджимая губы. Джавар длинными пальцами обхватил подбородок девушки, заставив её развернуться к нему. Он долго вглядывался в её побитое лицо: рассеченная бровь, разбитые губы, вправленный нос. Она изменилась. Будто бы её черты постепенно грубели и заострялись. Щеки становились впалыми, а скулы просматривались все четче. Под глазами залегли темные круги. Птица всё больше походила на воскресший труп. Мертвец, пришедший с того света, чтобы забирать души живых. - Яхонтовая моя, почему же ты меня так разочаровываешь? В её глазах не осталось презрения или гордости. Лишь боль. Птица балансировала на краю пропасти, готовая обессиленно рухнуть и развалиться. - Я слабая, - качая головой, произнесла она, - слабая... - Ну-ну-ну, что ты! Ты не можешь быть слабой. Девушка ощущала его горячее дыхание на своем лице, и только сейчас поняла, насколько в этой комнатушке было холодно. Птица сидела на полу в простой маечке и шортах. Пошевелив пальцами ног, она поняла, что не чувствует ступней. - Где я? - уставшим тоном спросила Птица. - В камере для бойцов, на которых я не особенно надеюсь. Так, всего лишь жалкие оболочки некогда хороших вложений. Вложений, которые принесут свой последний доход, когда я поставлю на их противников. - Мне холодно... - Я знаю! Знаю, яхонтовая. Неужели ты хочешь провести здесь свои последние дни? Девушка молчала. Она не знала, что ему ответить. - Где та горделивая и яростная бесстрашная, сумевшая разбить мне нос? Где презрение и пренебрежение ко всему тебя окружающему? Что случилось с той прекрасно опасной девушкой, противостоящей этому гадкому и грязному миру? - Умерла. Вместе с Цикадой. - С кем? - нахмурился Джавар. - Той девушкой, которая захлебнулась в собственной крови. - Ох, яхонтовая моя... Мужчина присел рядом с Птицей и заключил её в свои объятия. Она не сопротивлялась, а тупо позволила мужчине гладить её по спине и волосам. Девушка прикрыла глаза и стала вслушиваться в его сердцебиение. - Неужели ты так и не поняла основного принципа? - жарко зашептал ей на ухо Джавар, - Белоручкам здесь не место. Думаешь, почему я забрал тебя? Почему поселил в лучший номер? Потому что я увидел в тебе готовность замарать руки, ради собственной выгоды. - И какая же мне выгода? Что я получаю, убивая этих изгоев? Джавар легонько прикусил мочку ее уха, и Птица резко отстранилась от него, забившись в угол. - Нееет, - протянул мужчина, расплывшись в улыбке, - Ты еще не безвольный кусок мяса, выполняющий рутинную работу по указке своего хозяина. В тебе есть стержень, в твоей душе еще теплится желание жить и быть живой. Благодаря этому ты сейчас сидишь здесь и ты хочешь меня ненавидеть. Ну же, давай! Ненавидь меня, проклинай меня, пытайся меня убить. Потому что в этом твоя сущность, это твое естество, загнанное в рамки морали и нравственности, но разве ты жалела меня, когда я запускал свои руки к тебе в трусики? Спрашиваешь, что ты получаешь? Ты получаешь новый день. Новый шаг на пути познания самой себя. Но тебе кое-что мешает. Твое прошлое, внушившее тебе понятия о том, что "хорошо" и "плохо". Расстаться с этим, отпусти себя. Птица всегда слушала его речи завороженно. Джавар говорил и говорил, говорил о разных вещах, и все они сразу становились значимыми. - Ну как? - мужчина приблизился к девушке, будто пытался поцеловать, но остановился буквально в сантиметре от её губ, - Ты готова отпустить прошлое? Рот Птицы был чуть приоткрыт, но она все равно дышала через раз. Она не знала, что Джавар будет делать дальше и это, наверное, была самая страшная черта его характера. Он был непредстказуем в своих действиях. И вот он слегка подался вперед и осторожно поцеловал Птицу. Та замерла, боясь пошевелиться, и, как оказалось, не зря. Девушка почувствовала что-то теплое, прижавшееся в её бедру. Она хотела взглянуть, но была полностью поглощена темными глазами напротив. - Ты мне очень нравишься, - Джавар немного отстранился от нее, - и я даю тебе еще один шанс. Шанс выбрать: остаться в прошлом, или узнать себя в будущем. Предмет, прижатый к голой коже, стал постепенно подниматься все выше и выше, и Птица поняла, что Джавар приставил к ней небольшой кинжал. Он мягко вложил лезвие ей в руку и, резко поднявшись, удалился.

***

- Нам говорят: надо жить. А объяснил бы кто зачем. Птица который час сидела в углу и смотрела на данный Джаваром кинжал. После того, как за ним закрылась дверь, она приставила лезвие к запястью, но, подняв глаза, встретилась с непонимающим и осуждающим взглядом Эрика. - Живи ради фракции. - Они уже и не помнят меня. - Ради друзей. - Это смешно! Девушка всплеснула руками, нервно хохотнув. - Они понятия не имеют, где я. И не мне тебе говорить о порядках в Бесстрашии. Уверена, им уже внушили, что я сбежала... - Семья? - Мать меня никогда не любила, отец переживет, а Клэри, скорее всего даже не узнает о том, что я пропала. Эрик молчал, смотря куда-то поверх головы Птицы. Та тоже не спешила продолжать разговор, вертя в руках кинжал и водя пальцем по острию. - А как же я? - подал голос лидер, переведя взгляд на лицо девушки, - Ты обещала, что будешь подниматься назло мне. - А ты вообще меня помнишь? - грустно улыбнулась Птица, - Думаю, ты уже забылся в объятиях какой-нибудь бесстрашной. - Тогда я скажу, что люблю тебя. Птица выронила клинок из рук и замерла. Дыхание сбилось, а сердце пропустило удар. Она сжала кулаки, уронила лицо в колени и накрыла голову руками. Из глаз полились слезы, и грудную клетку стала раздирать боль. Побои на животе тоже заныли, но их боль была не такой сильной. Девушка кричала. Впившись зубами в коленку, она вкладывала в полу хрип, полу стон все отчаяние и безнадежность. - Нет, нет, нет... - твердила она, хватаясь за волосы, - Нет, это не ты... Ты... Ты не он, и он меня не любит, потому что здесь ты, а он там, и он не будет здесь, а ты... Ты говоришь... - То, что ты хочешь услышать, - кивнул Эрик. Птица закусила кулак и смотрела на него сквозь пелену слез. Его образ был расплывчатым и нечетким, но все таким же узнаваемым. Другая рука нащупала кинжал и подняла его. Птица снова поднесла лезвие к запястью. - Тогда живи безо всяких на то оснований, - пожал плечами Эрик, - Живи ради себя. Ведь иногда для этого требуется куда больше мужества. Птица ударилась затылком о стену и закрыла глаза. Ей было больно, ведь где-то внутри ломалось кое-что важнее костей. - Эй, - раздался тихий голос за дверью, - Пташка, ты здесь? Птица разлепила веки. Она узнала этот голос. Это был Суини. - Да, - прохрипела девушка. - О, прекрасно. Я пришел тебя проведать, так сказать. - В смысле? - нахмурилась Птица, продолжая смотреть в потолок, - Тебя что, не запирают? - Не-а, - весело протянул голос, - Я же не пытаюсь сбежать. Джа мне доверяет. - Ясно, - коротко ответила Птица. По факту, ей было все равно. - Как сама, детка? - Херово, - не стала лукавить девушка. - Что так? - Сдохнуть хочу. - Бывает, что не хочется жить, но это не значит, что жить не хочется. - Глубокомысленно, - фыркнула девушка. - Я серьезно, Пташка. Знаешь, в первые годы моего пребывания здесь, моим соседом стал паренек по имени Джейкоб. Он также, как и ты, оказался здесь не по своей воле. Мне нравилось с ним болтать, хоть он и не был самым приятным собеседником. И это мягко говоря. Я словно со стенкой разговаривал, так сказать. Я лишь слышал его рыдания. Знаешь, в Бесстрашии учат презирать таких, но мне было его жаль. Парнишка все же молодой и довольно таки несчастный. Я пытался вытянуть из него хоть слово, но он либо отмалчивался, либо говорил что-то односложное. Но однажды он первым начал разговор. Джей позвал меня и задал странный, как мне тогда показалось, вопрос. Он спросил: "Суини, что делают боги перед тем, как убить человека?" Я ответил, что они должны послать ему пару горячих цыпочек и бутылку отборнейшего виски. А Джей помолчал, а затем ответил: "Сначала они сводят его с ума." Я не придал этому значения, потому что он больше ничего не сказал. И в принципе больше ничего и никогда не говорил. Его нашли повешенным. - Суини, - дрожащим голосом позвала Птица, - что делать, если я уже сошла с ума? - Возвращайся обратно. - Как? Как ты можешь жить с кровью на руках? Суини молчал. Он долго что-то обдумывал, а Птица все это время держала кинжал, приставив его заостренный кончик к самому сердцу. - Знаешь... - медленно начал Суини, - Я каждую ночь благодарю их. Все те, кто погиб на ринге, отдали свою жизнь, ну, так сказать, ради меня. Чтобы жил я. За это и держусь. За то, чтобы их смерти были не напрасными. Птица медленно поднялась на ноги. Её губы дрожали, а в глазах стояли слезы. Кинжал так и был направлен в сердце. Из-за трясущейся руки, его кончик все же проткнул побледневшую кожу, пуская наружу тонкую струйку крови. Девушка смотрела, как алые капельки скатываются по ее груди, впитываясь в ткань майки. Эрик стоял напротив. Его взгляд был решительным и твердым. Птица посмотрела на него и почувствовала дорожки слез, появившиеся на ее щеках. - Я просто хочу домой, - одними губами прошептала она. - Я знаю, - Эрик сделал шаг к ней, - Знаю. - Я устала... - Да, - шаг. - Мне тяжело... - Понимаю. Его рука взяла кулак, сжимающий кинжал. - Цикада, Горящий, Ягуар... - Сколько ещё имен добавится в этот список? - теперь Птица дрожала вся, абсолютно не понимая было это от холода, или от неимоверного напряжения, которое высасывало из неё последние силы. - Столько, - Эрик начал опускать её руку вниз, - сколько потребуется. Для того, чтобы ты выжила. И вернулась домой. - Дом... - закрыв глаза, выдохнула Птица. - Дом, - повторил Эрик, заставляя её пальцы разжаться. Раздался звон падающего металла. - Пташка, ты там как? - поинтересовался Суини. - Я в порядке, - произнесла девушка, пристально смотря в глаза Эрика, возвышавшегося над ней. - Ага, именно поэтому тебя определили на продажу. - Что? - В этих камерах Джа держит тех, кто его не удовлетворяет. Так что тебя ждет последний бой. Проверочный, так сказать. Если выживешь, он тебя продаст. Ну, а на нет и суда нет. - С-спасибо... Спасибо, что предупредил. - Да не за что, Пташка. Ладно, я пойду, у меня бой. - Ага... - И что мы будем делать? - вопрошающе изогнул бровь Эрик. - Сражаться, я думаю. - Верно думаешь, - кивнул он.

***

- Слушай, я - это ты! Чему-то новому я тебя вряд ли научу. - Ну хоть попытайся! Поройся в моих воспоминаниях что ли! - Бей по ногам. - Это я и так знаю! Подавленность и полное безразличие к происходящему вокруг сменились нервозностью и мандражом. Вот уже пару часов Птица ходила из стороны в сторону, держась за голову. Открывшееся с новой силой желание жить теперь свербило во всех местах, вступая в спор со здравым смыслом. - Слушай, может поспишь? - Некогда, - отмахнулась девушка. - Знаешь, вообще-то кое-чему я могу тебя научить. Если уснешь посреди схватки, то тебя стопроцентно убьют. - Я так и не поняла, ты - темная сторона моей души, или здравый смысл? - Что мешает мне быть и тем, и другим? - как ни в чем ни бывало пожал плечами Эрик. - Я не могу сейчас спать. - Думать такой головой тоже. И вообще, если ты сейчас же не ляжешь спать, я буду тебе мешать. - Ты этого не сделаешь. - Доброе утро, Вьетнам! - во все горло заорал Эрик, заставляя Птицу заткнуть уши. - Ладно, ладно! Только заткнись, умоляю! - Так-то лучше, - довольно улыбнулся бесстрашный. - Как ты умудряешься выводить меня, даже являясь галлюцинацией? - О, дорогуша, это талант, оттачиваемый годами. - Все я легла. Доволен? - Буду, когда закроешь свои глазки. Птица проворчала что-то невнятное и закрыла веки, моментально проваливаясь в глубокий сон. Она не знала, сколько прошло времени, но разбудили её выстрелы, раздававшиеся за дверью. Птица подняла голову, с трудом открывая глаза, и вслушалась в звуки чей-то речи и топота ног. Внезапно что-то тяжелое ударилось в дверь так, что девушка на полу подскочила. Удар повторится еще несколько раз и дверь буквально выпала, чуть не придавив Птицу. Девушка успела отпрыгнуть и не сразу поняла, кто стоит на пороге. На нее смотрел Алекс. Он был в полной боевой амуниции, на спине висел автомат, а в руках Лекс держал небольшой таран. - Собирайся, Канарейка, - произнес он таким теплым и родным голосом, что на глаза Птицы навернулись слезы. - Лекс, - всхлипнула она, - я так рада тебя видеть! Она бросилась обнимать парня. Тот опустил таран на пол и притянул её ещё ближе. - Я думала... Думала вы забыли обо мне... Думала, что вы меня бросили... - шептала она, цепляясь за парня так, будто он сейчас исчезнет. - Ну-ну, Канарейка, как мы могли? У тебя ведь бой. - Что? Девушка отстранилась от Алекса, но он продолжал держать ее. - Тебе пора на ринг. Внезапно раздался звук гонга. Он был оглушающим и, казалось, исходил со всех сторон сразу. Птица закрыла уши руками и, не удержавшись, упала на пол. Звук нарастал, будто кто-то невидимый добивался того, чтобы у девушки взорвалась голова. Птица закричала, но её голос утонул в грохочущем звуке. Стены вокруг начали рушиться, и вот на Птицу полился солнечный свет. Гонг затих. Девушка смогла подняться и оглядеться. Был теплый летний день. Люди в синих одеждах сидели на скамейках, читая книги или последние новости. По залитым солнцем дорожкам бегали дети. Стайки мальчишек и девчонок прятались за высокими белыми зданиями, где в окнах маячили ученые в халатах. - Я в Эрудиции... - Птица обняла себя за плечи и сделала шаг вперед, - Но почему? - Потому что ты хотела учиться! Девушка обернулась и увидела мальчишку, который держал в руках стопку книг. - Что, не узнаешь, Сорока? - Я не... - попыталась разъяснить ситуацию Птица, но посмотрела себе под ноги и поняла, что стоит босая на земле. Одетая в свой желтый сарафан. - Книжный червь? - с изумлением она перевела глаза обратно на мальчика, но на его месте возвышался Эрик. - Защищайся. Птица приняла боевую стойку и сглотнула. Но тут она перевела взгляд на здание, стоящее рядом и ужаснулась. В стеклянных дверях отражалась дружелюбная девочка лет семи. - Я не смогу с тобой драться! Это будет нечестно! Ты же больше меня! - Твои проблемы, - хищно усмехнулся Эрик и бросился на девочку. Она взвизгнула и побежала, но земля под ее ногами будто начала двигаться в обратном направлении, заставляя Птицу топтаться на месте. А Эрик приближался. Его глаза горели неподдельной яростью и решимостью. В конце концов, Птица запнулась и упала. Бесстрашный схватил её за шкирку и оторвал от земли. - Проиграла, - прошипел он ей прямо в лицо и со всей силы бросил в стеклянное здание. Птица очнулась и принялась хватать ртом воздух. Она села на подстилке, суча ногами и руками во все стороны, пока окончательно не опомнилась. - Это всего лишь сон... - утирая пот со лба, прошептала она, - Очередной кошмар. Девушка села на пол и подтянула колени к груди. Дыхание постепенно восстанавливалось. - Что приснилось? - Я могу отдохнуть от тебя хоть несколько минут?! - взвилась Птица, кинув в Эрика тряпкой, на которой спала. Бесстрашный увернулся от подстилки и тактично исчез. Птица закусила губу, прикрыла глаза, и сосредоточилась на дыхании. Неужели Эрик был тем мальчишкой? И что он имел ввиду, говоря об обучении? Девушка открыла глаза. Ответ родился неожиданно, будто кто-то дернул рубильник в её голове. Она поднялась на ноги и схватила кинжал. Источником света в комнатке была одна слабенькая лампочка, но этого было вполне достаточно. Птица встала к стене и аккуратно выцарапала лезвием свой контур. Отойдя в сторону, она оценила полученное изображение и принялась утолщать границы человеческого силуэта. - И что ты творишь? - поинтересовался Эрик. - Готовлюсь к сражениям. Силой мне не взять. Будем использовать мозги. Теперь на стене было выведено отчетливое изображение человека. Птица приставила острие к макушке и выцарапала там крест. - Темя... Затем подобные крестики появились на месте глаз и носа. А вот чуть ниже плеча Птица вывела кружок. - Передние мышцы плеча... - Эй, Чикатило на минималках, ты что творишь? - Отмечаю болевые точки и нервные окончания. Пытаюсь вспомнить абсолютно все, что знаю. Кстати, знаю я это благодаря тебе. Птица обернулась через плечо и улыбнулась лидеру, стоящему за ней. - Вспомнила меня, Сорока. Девушка чуть опустила глаза и вернулась к своему занятию. - Серединный нерв... Плавающие ребра... - Хочешь, кое-что еще посоветую? Эрик нагнулся прямо к её уху, и девушка была готова поклясться, что ощутила его дыхание, щекочущее шею. Птица не рискнула к нему развернуться, а лишь кивнула, неуверенно сглотнув. - Неплохо было бы избавиться от этого. Он медленно провел пальцами по косе девушки, свисающей вдоль позвоночника. Она вздрогнула. - Зачем? - робко спросила Птица. - Вспомни свои сражения, - он принялся накручивать косу на руку, - вспомни, как легко тебя схватить. С этими словами он дернул девушку на себя, отчего та прогнулась в спине и из её рта вырвался стон. - Да... - прошептал Эрик, - Именно так... - Ты... Ты прав! - Умница. Хватка тут же ослабла и девушка вернулась в первоначальное положение. Легким движением руки коса темных волос упала на землю. Вот теперь все начинается.