Прививка любовью, или Чувства, обмененные на принцип

Появление нового начальника оживило не только «аквариум», но и степенную жизнь всего нашего участка. Парни-оперативники и более старшие по званию сотрудники-мужчины отзывались о Максе как об умном и целеустремлённом человеке, а девчонки и дамы глубоко бальзаковского возраста пели дифирамбы его воспитанию, внешности, обаянию и харизме, попутно активно флиртуя с ним при любой удобной возможности. Меня это дико злило, я ужасно ревновала, когда замечала, как стройняшки в погонах (это было их единственное преимущество передо мной, я тоже мечтала получить звание и надеть, наконец, личную форму) подходили к нему вплотную, давая возможность заглянуть в чуть расстёгнутую голубую рубашку на уровне декольте. Весь женский персонал словно сошёл с ума, каждая улыбалась при его виде на все тридцать два и нарочито громко смеялась, если Максим озвучивал какую-нибудь шутку. Единственные женщины, которые оставались невозмутимыми при нём были я, потому что не привыкла вешаться на парней, даже на тех, в которых была безумно влюблена; Жанна, которая благодаря моей фразе о слитой переписке попала к нему в немилость; и тучная бабуся-АХОшница, которая хоть и была в целом неплохим человеком, в силу возраста из рук вон плохо выполняла свои обязанности, за что на каждой планёрке получала от шефа нагоняи. В течение его первого месяца работы в участке полетели первые «головы», стало понятно, что Максим настроен на серьёзную работу, и многие стали опасаться за свои кресла. Особенно, это касалось Жанны. Она ходила хмурая, разговаривала со мной подчёркнуто вежливо и даже пару раз на пальцах рассказала несколько лайфхаков, которые существенно упростили мою работу и избавили от некоторой части ошибок в профессии. А уж когда Резо вынудил специалиста по АХД написать заявление по собственному, Жанна встревожилась не на шутку. В глубине души я наслаждалась её поражением и ждала, когда же я смогу сделать ей в трудовой книжке запись об увольнении, однако внешне никак это не показывала и продолжала с ней общаться так, как общалась до этого. На освободившееся место в АХО Макс привёл своего человека, очень интеллигентную симпатичную женщину, которая была на пару месяцев младше моей матери и имела дочку — мою одногодку, и у меня, наконец, появился близкий по духу человек. Она сразу разобралась, кто есть кто в нашем серпентарии, увидела всю суть бухгалтерии и первого зама, но в виду того, что каждая из них сейчас держалась за своё место, она не догадывалась, что холодное общение сейчас — это лучше, чем то, что было до этого. Впрочем, она тоже на себе испытала всю гамму пребывания среди крыс-людоедок, поскольку непонятные моменты в работе ей тоже никто не спешил объяснять, и мы стали с ней вместе думать над производственными задачами. В итоге из нас получилась великолепная команда. Максим был доволен, и это главное.

***

— Марина Андреевна, как вы смотрите на то, чтобы поужинать в ресторане? — вкрадчиво произнёс шеф, с лёгким прищуром заглядывая мне в глаза и передавая только что подписанные документы. Я приняла из его рук папку с всего двумя листочками и едва удержала её в руках, такой уж она показалась мне невероятно тяжелой. — Э-э-э… Максим Игоревич… что вы имеете ввиду? — я смущённо опустила ресницы. Ужины с любимым, но женатым мужчиной, абсолютно не входили в мои планы. Макс лукаво откинулся на спинку кресла и впился в меня взглядом: — Ну, знаете… Прошёл месяц с момента моего назначения, пора бы уже нам познакомиться поближе… Я окончательно залилась краской и абсолютно не знала, что ответить. Резо с удовольствием наблюдал эту картину. Когда он, видимо, решил, что представление окончено, то изменил интонацию на будничную и как ни в чём не бывало продолжил: — В эту пятницу я планирую собрать в ресторане на ужин весь аппарат и провести время в дружественной атмосфере. Поболтаем все вместе, узнаем друг друга получше. Я почувствовала, как папка вновь стала лёгкой, с меня спало напряжение, а дыхание выровнялось. Всего лишь ужин с коллегами по поводу назначения. Мог бы и сразу так сказать, зачем было начинать «из-за печки». Я подняла на шефа взгляд и негромко сказала: — Я думаю, это очень хорошая идея. Наверняка начальники отделов будут очень рады вашему предложению. — Вы не поняли, идёт вся приёмная, — Макс с напором произнёс эту фразу и сверкнул глазами, — В том числе вы и секретарь. Я вздохнула и постаралась как можно более миролюбиво объяснить свою позицию: — Максим Игоревич… Я очень ценю ваше предложение, но я и так провожу с ними очень много времени в виду служебного этикета, в рабочее время мы вынуждены общаться вежливо, но вне рабочего времени хотелось бы общаться только с приятными людьми… Босс с тем же видом, с которым мы в первый день столкнулись у зеркала, посмотрел на меня: — Марина Андреевна… Разумеется, никто вас заставлять приходить не будет, — Макс наклонился через стол и снова вкрадчиво произнёс, — Но вы не думайте о них. Ведь вас зовут не на их праздник. Вас зовут на празднование назначения нового начальника. Мне было бы приятно ваше присутствие. От его вида и проникновенной речи у меня снова перехватило дыхание, а папка начала наливаться свинцом. Преодолевая смущение, я проговорила: — Хорошо, Максим Игоревич, я подумаю. С этими словами я поднялась со стула и поспешила на выход, иначе ещё через пару секунд папку пришлось бы тащить волоком по полу. К концу рабочего дня в «аквариуме» и среди начальников только и было разговоров, что о предстоящем ужине в пятницу. Это оживление совсем не передавалось мне, но через пару дней, в четверг, я зашла в конце рабочего дня к Максиму и сообщила ему о том, что принимаю его приглашение. Такой расклад порадовал его. Про себя я отметила, что добиваться желаемого для него своего рода фетиш, а такие мужчины как он совсем не привыкли получать отказы. Ужин прошёл великолепно. Повезло с погодой, август на то время выдался довольно дождливый, но именно в пятницу был невероятно тёплый день. Максим был самим очарованием. Он полностью оплачивал банкет, а мы, в свою очередь, скинулись ему на подарок от коллектива. Шеф щедро закупил алкоголь и вовсю подливал сидевшим рядом с ним дамам. Жанна пыталась заискивать перед ним и умудрилась занять себе место по правую руку. Я же совершенно случайно оказалась почти напротив Максима, рядом с Натальей Борисовной, вторым заместителем, которая была приятной в общении женщиной и никак не выказывала неудовольствия на мой счёт, в отличие от первого зама. Такое моё расположение за столом относительно босса позволило ему весь вечер бросать на меня странные взгляды. В какой-то момент мне пришлось отвлечься на телефонный звонок: курьерская служба сообщила мне, что приехала моя посылка с заказом, которую можно будет забирать с Центра раздачи. Видимо, я разговаривала с ними чересчур обрадованным тоном, поскольку Макс, заметив моё оживление, поинтересовался, что произошло. Я сказала, что это служба доставки и что приехал бисер, поделками из которого я увлекаюсь с начальной школы. — Ух ты! Это очень интересно, — его голос звучал и вправду заинтересованно. — Я вот с детства коллекционировал метательные ножи. Учился техникам бросков. До сих пор часть ножей где-то хранится, правда, при переездах много экземпляров потерялось. — А мы с мужем привозим национальные костюмы из стран, в которых бываем, — вставила своё слово Наталья Борисовна. — Вот их хоть и сложно потерять в переездах, но место они дома занимают нехилое. Все рассмеялись. Макс опрокинул ещё одну рюмашку водки на пару с рядовым юристом и оживлённо проговорил: — Сл-у-у-у-шайте! А давайте устроим в свободном кабинете выставку с нашими коллекциями? Вроде наших хобби и увлечений? Думаю, у каждого найдётся, чем поделиться. Марина Андреевна, займитесь этим на следующей неделе. В понедельник на планёрке сообщите коллегам, пусть начальники отделов подготовят списки, кто у них чем увлекается. Я не пришла в восторг от этой идеи, потому что это грозило дополнительной нагрузкой во время и без того напряжённого рабочего процесса, но, естественно, никак не показала этого, а лишь пообещала обязательно заняться этим. Остальные же стали оживлённо обсуждать эту затею и высказывать комплименты Максиму по поводу его гениальности. Ближе к девяти часам гости начали потихоньку покидать ресторан, из «аквариума» остались лишь я, вся бухгалтерия, юрист, секретарша и Елена Эдуардовна. Меня сегодня должна была забирать мама на папиной машине, потому что он был в отпуске и всю неделю помогал своим родителям на даче. Она знала в каком ресторане мы сидим, а телефон у меня успел разрядиться, поэтому, чтобы зря не ждать, пока я сама начну звонить, она вошла в здание и без труда разыскала наш столик. Поздоровавшись со всеми, она спросила, едем ли мы домой, или я предпочту поехать позже на такси. Я решила, что уже вполне можно ехать домой и стала собираться. — Как?! Уже?! — спросил Резо и с интересом уставился на мою маму, остальные, поздоровавшись, вернулись к беседе, и только Жанна и первый зам принялись раздражённо её обсматривать. Зная в общих чертах их внешность и отношение ко мне, она поняла, кто есть кто и одарила обеих таким взглядом, что они резко принялись разглядывать стены и прочую окружающую обстановку ресторана. Когда мы уже попрощались и пошли на выход, краем глаза я заметила, как Макс с тоской и в то же время с неким раздражением провожает нас взглядом. Проследив, куда он смотрит, я услышала нарочито весёлый голос Жанны, которая втирала шефу: — Максим Игоревич, а давайте ещё что-нибудь закажем? Тот рассеянно пробормотал утвердительный ответ и принялся подзывать официанта. Мы вышли за пределы ресторана, прямиком в свежую августовскую ночь, и поехали домой. Ужином я осталась вполне довольна, но у Максима были на завершение дня абсолютно другие планы. Но за это мне предстояло получить только в понедельник.

***

На планёрке под одобрительный взгляд Максима я сообщила коллегам радостную (для кого — как) весть о предстоящей выставке «Хобби и увлечения». К концу рабочего дня я уже имела список из полутора десятков сотрудников, которым было, что показать, и отпросилась у секретаря на визит к шефу, чтобы озвучить ему собранные данные. Мы кратко обсудили предстоящие приготовления к выставке, которой я должна была заниматься на пару с Людмилой Валерьевной, нашей новой АХО-шницей, и, когда я уже стояла у двери кабинета на выход, Максим вдруг вновь заговорил про пятничный ужин. — Что же вы, Марина Андреевна, так быстро убежали, — мрачно проговорил он, буквально буравя меня своими холодными синими глазами. — Неужели нельзя было посидеть, неторопливо поговорить? Куда это вам так приспичило? — от раздражённых ноток в его голосе меня невольно передёрнуло. Я почувствовала, как ступни в босоножках холодеют, а дыхание снова сбивается. Опустив взгляд в пол, я невнятно пробормотала что-то про то, что у меня были дела в субботу утром, а, поскольку я привыкла жить по режиму, к десяти вечера меня уже начинает сильно клонить в сон. Максим поднялся со своего места и неслышно, словно удав к кролику, подошел ко мне. Когда я подняла глаза, шеф успел подойди очень близко, встав аккурат напротив меня. Он поднял правую руку и положил мне её на левое плечо, точнее куда-то сбоку на бицепс. Его длинные пальцы при этом касались меня в районе лопатки. Я поймала себя на мысли, что это самое длинное по времени прикосновение с момента его трудоустройства к нам, до этого мне доставались лишь мимолётные касания, но я не придавала им особого значения, хотя в эти краткие мгновения мир переставал существовать для меня. Очевидно, что Макс замечал такую реакцию, а потому сегодня он решил поиграть со мной в кошки-мышки чуть дольше. Босс проникновенно смотрел мне в глаза, а я совершенно забыла, как надо дышать. Из-за его высокого роста я едва доставала ему до плеча, а потому непрерывный контакт наших взглядов, который, для меня, был направлен снизу вверх, не прошел бесследно для моей шеи. Тем более, что тело в принципе стало каким-то деревянным, и потому я снова опустила голову, чтобы хоть немного размять успевшую затечь верхнюю часть тела. Максим довольно хмыкнул и убрал руку. Место прикосновения стало мгновенно охлаждаться, и до меня только сейчас дошло, какой волной жара меня накрыло за эти несколько секунд. Он забрал из моих рук список на выставку и пробежался по нему глазами. Снова довольно хмыкнув, он протянул мне бумагу обратно со словами: — Пришлите мне на почту такой же, пожалуйста. Я не сразу сообразила, что список можно забрать, а когда очнулась и протянула руку за ним, поймала на себе любопытно-насмешливый взгляд шефа. Неловко выдернув листок, я кивнула, впечатала взгляд в пол и с торопливым видом вышла из кабинета. Перед тем как закрыть дверь, краем глаза я заметила хищную и кривую ухмылочку начальника и всё тот же насмешливый взгляд.