Misery and pain

Кэролайн тихо опустила тело Клауса на пол, потрясённая этой мыслью. Провела рукой по волосам мужчины, по лицу, по щеке… Слёзы капали ему на грудь, а Кэролайн не замечала ничего вокруг. – Может быть, я даже любила тебя… Девушка нежно поцеловала Первородного. Странное чувство, целовать мертвеца. Время словно остановилось. Секунды тянулись вечность. Да, я любила тебя. Какой же я дурой была всё это время! Как же я была слепа! Только ты, мне нужен был только ты. Только ты в моём сердце. И ты уже никогда не узнаешь, никогда… Кэролайн беззвучно рыдала, прижимая к себе безжизненное тело, словно самое дорогое, что было у неё в этой жизни. Сейчас всё казалось таким мелким и глупым по сравнению с её потерей… Никогда больше не услышать его смех, не заглянуть в его глаза… Мужчина резко вдохнул и закашлялся. Боже мой! Я знала, я знала! Ты не мог умереть! Боже мой!.. Кэролайн чуть не сошла с ума от счастья. Бережно обнимая его, боясь причинить боль, она смотрела сияющими глазами в его лицо, шептала что-то. Хриплый стон вырвался из груди Клауса. – К-Кэролайн… Что ещё мне ждать от тебя? Какие пытки ты готовишь мне? Счастливое выражение лица Кэролайн сменилось растерянным и недоумённым, когда взгляд Клауса обжёг её ненавистью, смешанной с отчаянием и болью. – Тебе не надоело издеваться надо мной? – болезненная усмешка тронула его губы. Кэролайн чувствовала себя так, будто воздух закончился в лёгких. Она только что поняла, что любит его, и готова была признаться ему в этом, здесь же, сейчас же, – и натолкнулась на ненависть. Галлюцинации, это галлюцинации… Ты ведь знаешь, я не могу причинить тебе боль. Или?.. – Это галлюцинации, Клаус, – прошептала девушка, напряжённо вглядываясь в лицо мужчины. – Я никогда не смогу причинить тебе боль. Ты мне веришь? Клаус молча смотрел на неё. Казалось, он пытался поверить, пытался осознать что-то. Эти мгновения были для Кэролайн пыткой. – Галлюцинации?.. – прошептал он наконец с усилием. Кэролайн погладила его по волосам. Такой родной, такой любимый… Как она раньше этого не понимала? – Я люблю тебя, – прошептала она, не сознавая, что говорит. Галлюцинации?.. Верю?.. Любишь меня?.. Клаус отчаянно пытался собрать вместе обрывки мыслей. Любишь меня? Ты любишь меня? Кэролайн, ты?.. – Повтори… – Я люблю тебя, Клаус, – уверенно произнесла Кэролайн, смотря прямо в глаза. На лице Клауса отразилась целая палитра эмоций. Он боялся, что это лишь сон, как прежде, сон, который снился ему каждую ночь – её лицо и этот тихий шёпот. Я люблю тебя. Это был не сон. Клаус боялся поверить, но это был не сон. Она, такая любимая, единственная, родная, сказала это. – Кэролайн… – каждый звук, слетавший с губ мужчины, приносил ему боль. – Я люблю тебя, Кэролайн. Я верю тебе. Лица обоих озарились улыбками. Перестать бегать от чувств. Перестать бояться любви. Этот момент они запомнят на все оставшиеся года. Рваный стон Клауса нарушил оцепенение Кэролайн. Боль, боль, которую и она ощущала, непрекращающаяся боль. Я сделаю всё, чтобы помочь тебе, Клаус. «Любимый», – мысленно произнесла она в первый раз.