Цветы, что режут меня изнутри

      — Дань, Дань, Дань, — девушка накинулась на спину парня, который что-то делал на кухне.       Новый год уже наступает на пятки, и Данила готовит очередной салат, что не доделала его девушка. Сейчас они находятся в квартире парня, которая тщательно вымыта, и украшена руками русоволосой девушки. На столе была ваза с редкими любимыми цветами маленькой девчушки, что недавно была обижена на него из-за нечаянно уроненой вазы, которая разлетелась на тысячу осколков (как когда-то сердце Лизы), там стоял очень дорогой букет, что подарил ей её друг, когда она вышла из больницы. Кашин конечно же был вне себя от ярости, что ноздри раздувались, а злость подкатывала комом в горле. Тогда тот только фыркал на все слова Неред, что пыталась хоть как-то утихомирить злющего парня, что ходил темнее тучи.       — Ну что ты дуешься, — она потискала его за щёчки, что были надуты от злости, и обиды на любимую девушку, — честное слово, ты похож на хомячка, что жуёт какой-нибудь фрукт, — положив ладони на щеки, она приблизилась их друг к другу, из-за чего его губы напоминали клюв утки. Она быстро чмокнула его в губы, а тот начал радостно лыбится, что хоть какая-то реакция на его ухаживания уже появляется.       В тот же день, он радостно прыгал по квартире, не замечая ошарашенное лицо Руслана, и его девушки. А сейчас, она приехала к нему на новый год, чтобы отметить вместе раз уж они связаны. Конечно она не забыла о пёсиле, что радостно прыгал по ступенькам квартиры, постоянно бегая то от комнаты Кашина до ног хозяйки, что радостно гладила его шёрстку.       — Да, Лизон, ты что-то хотела? — он нарезал колбасу для оливье маленькими кусочками. Та начала поглаживать пресс парня, и прижалась щекой к его широкой, и мощной спине.       — Дань, Данечка, — она начала гладить его руки, — а давай я быстро сбегаю в магазин, и мы вместе с тобой сделаем суши? — Та как маленький ребёнок посмотрела на парня, и мило улыбнулась, оголяя свои железки с разноцветными резиночками.       Тот лишь усмехнулся, понимая, что она все ещё ребёнок, которая слишком многое пережила из-за него. Он мило хихикнул в пол голоса, но девушка услышала это, и буркнула:       — Ты что, смеёшься надо мной? — она яростно метнула на него взгляд, и отошла от парня на три метра, шумно опускаясь на стул.       Он развернулся к ней, и присел около девушки на колени, чтобы взять её руки в свои крупные ладони, и зацеловать каждый пальчик. Он посмотрел на её шоколадные с нотками зелёного чая глаза, и умилялся её эмоциям, она выглядела жутко мило, когда обижалась на него. Но как только Лиза попала в больницу, он сразу же решил, что все сделает ради неё. Сейчас он мило улыбнулся, и начал целовать её ладошки, смотря прямо в глаза девушке.             — Я не смеялся, но ты мне очень напомнила маленького ребёночка, что обижается на родителей из-за шоколадки.       — Ах, я ещё и маленькая? — возмутилась Неред, и отвернула лицо от парня, — ну и ладно, я сама сделаю суши, а ты сиди и отдыхай, раз не хочешь провести время со мной, — она безжалостно вырвала свои руки из больших лап Кашина, и пулей побежала в прихожую, дабы уже выйти из этой ненавистной на данный момент квартиры.

***

      — Ну, Лиз, ну как ты так-то? — девушка сидела на диване в гостиной, и весело болтала ногами, совсем не обращая внимания на сильную боль в руке, и то, что она не могла ей двигать.       Девушка шла по заснеженной аллее, не смотря под ноги. Она думала о Кашине, что ворвался в её жизнь так незаметно, но как узналось, это тот парень, что каждую ночь приносил ей боль. Сначала было обидно за себя, что такой мудак смог испортить ей первую половину жизни, ведь по её подсчётам, она не проживёт и сорока лет, ведя худший образ жизни. Лиза увидела супермаркет, что стоял совсем рядом, в метрах пятидесяти от самой девушки.       Купив все нужные продукты, и целый набор для приготовления, она поспешила в квартиру, шла русоволосая настолько быстро, что сама не заметила скользкое место, и упала прямо на левую руку.       — Черт бы тебя побрал, — она яростно вскрикнула, и стукнула левой рукой об лед, что сыграл с девушкой плохую шутку. Но не тут то было, рука заболела ещё сильнее, и двигать ей было просто невозможно. Тогда Лиза кое-как встала, и аккуратно дошла до дома своего соулмейта.       — Нуууу, я не заметила лёд, и поскользнулась, — она виновато опустила взгляд вниз, — Зато купила все для суши, ну что, сделаем? — также виноватым взглядом посмотрела на парня, и нелепо улыбнулась.       — Какие суши? Тебе нужно идти в травмпункт и делать рентген, — он засветился, и начал натягивать на неё шапку, нежно убирая пряди волос за уши, — Прости что начал смеяться над тобой, просто ты выглядила такой маленькой, что я не смог не посмеяться над твоим милым личиком, — Кашин заботливо взял в руки кроссовки, которые казались очень лёгкими для зимы. Так же осторожно завязав их, тот поднял её на ноги, и начал одевать на девушку тёплую куртку, хоть где-то заботится о своём здоровье.       — Эй, ну ладно, я могу и сама надеть куртку, — она начала вырываться из крепкой хватки парня, и попыталась сама натянуть куртку, но выглядело это крайне комично, парень лишь тяжело вздохнул, и аккуратно просунул больную руку девушки в рукав куртки. Он нежно чмокнул своими шершавыми губами девушку в щёчку, и оставил её в коридоре, а сам же убрал салат, и все продукты, что принесла Неред из магазина. После натянул на себя куртку, обул кеды, и взяв Лизу за здоровую руку, закрыл квартиру, и вызвав лифт спустился вниз, сразу впихивая себя, и девушку в машину.

***

      Лиза и Даня подошли к кабинету травматолога, и сели на скамью. Людей здесь было много, а значит ждать нужно будет довольно долго. Есть время поговорить обо всем, и узнать друг друга ещё лучше, например спросить: почему же он так поступал на протяжении лет двух или трех лет, она уже сбилась со счета. Девушка поудобнее расположилась на его плече, и сплела их пальцы вместе, смотря на противный зелёный цвет, в который были окрашены стены. Мысли пожирали её изнутри, и ей стало очень интересно:       — Дань, а почему именно синие розы? — она посмотрела в его голубые глаза, и переложила свой подбородок на массивной плечо парня, — и, кстати, почему на нас все так странно смотрят?       — Я просто без понятия, Лиз, может потому что я достаточно популярная личность, — тот поправил свои рыжие волосы рукой, на которой была красивая татуировка, — а Розы, то я просто без понятия, они такие красивые, что готов часами на них смотреть, — тот печально улыбнулся.       Мы удалили оставшиеся стебли из организма, у неё чуть не остановилось сердце       Чуть не остановилось сердце       Остановилось сердце       Ему бы правда её не хватало, вся её неуклюжесть, ребячество, улыбка, каждого тонкого пальчика, каждой шутки, ему бы сильно не хватало всего этого.       — Лиз, а почему Лотос? Он же такой редкий, — Даня заглянул в её шоколадные глаза, и увидел там грусть.       — Дело в том, что когда я была маленькая, лет десять мне было, у меня умерла бабушка, которую я очень сильно любила, а когда она умирала, попросила на её могилу положить несколько лотосов, ведь это её любимые цветы, — она шмыгнула носом, и уткнулась в куртку Кашина.       Она всегда будет помнить свою бабушку, что ухаживал за ней, когда родители были в разъездах. Как готовила оладушки с утра, как будила её нежно теребя за плечо, как гордилась каждым её успехом.       — Лиз, ну ты чего? — он взял её подбородок в огромную руку, и быстро поцеловал её в губы, затягивая в объятия.       Так они просидели большое количество времени, пока очередь не подошла к ним.       Зайдя в кабинет, они увидели медсестру, которая что-то набирала у себя в компьютере, а потом и вовсе забрала листки из принтера. И врача, которые что-то писал в карте больного.       — Здравствуйте, присаживайтесь, — он показал головой на рядом стоящий стул, и дальше уткнулся в бумажки.       Даня лишь кивнул, подтолкнул девушку в сторону стула, и нежно погладил её по голове, как бы говоря, что будет рядом. Лиза села на стул, и стала ждать когда же все-таки доктор обратит на неё внимание. Спустя секунд пятнадцать, доктор перестал писать, и посмотрел на больную.       — Так, давайте карту и скажите как вас зовут, — Парень отдал тоненькую карту, которую они завели только сегодня, и сел рядом на кушетку, — Угу, Елизавета Романовна, что случилось, на что жалуемся?       — Ну, я подскользнулась, и упала на руку, теперь больно двигать, — она посмотрела в глаза доктору, и опустила взгляд.       — Кхм, если будет больно, то говорите, хорошо? — русоволосая кивнула и выдвинула руку к мужчине, а потом начал ощупывать её. Пройдя от локтя до кисти, он нащупал болевые точки, и отправив девушку на рентген.

***

      — Ну Лиза, ну блин, — он тяжело вздохнул, и начал натягивать куртку на возлюбленную.       — Ну, это ведь ничего не значит, да? Я же ведь смогу сделать суши? — она начала спрыгивать со ступенек, и выходит из здания, пока Даня накидывает на себя куртку, снимает бахилы, и идёт дальше за девушкой, что уже подошла к такси, и открыла дверь.       — Ну конечно, а меня подождать? — буркнул парень, и также сел в такси рядом с Лизой, — какие тебе суши? Ты теперь и на шаг не отойдешь от меня, а если суши хочешь, то будешь сидеть со мной на кухне, и смотреть как я их делаю.       — Ну это же таааак скучноооо, — простонала Неред и захныкала.       — А нехуй было под ноги не смотреть, — он обнял одной рукой девушку, и прижал к себе зарываясь носом в волосы девушки, которые пахли каким-то шампунем, но нельзя описать это как божественный запах, — вот и как мы будем новый год справлять?       Лиза вздохнула, пожала плечами, а потом и вовсе прилегла на плечо парня, закрывая глаза, ведь сильно вымотана, и ей хочется скорее поспать.       — Дань, а когда мы ляжем спать? — она сладко зевнула, и укутавшись в куртку посильнее, видимо она сильно замёрзла. Он сильнее прижал девушку к себе, дабы хоть как-то попытаться её согреть.       В то время Лиза закрыла глаза, и заснула в объятьях соулмейта. Было так удобно, и уютно, что глаза просто не могли не закрываться.       — С вас пятьсот рублей, — Даня быстро кивнул, и достав купюру, отдал водителю, подхватил Лизу на руки, чтобы не будить милое создание.       Когда они поднялись в квартиру, то Кашин положил девушку на свою кровать. А сам решил воплотить желание Лизы, и пошёл подготавливать место.

***

      Когда Лиза проснулась, было уже темно. Свет нигде не горел, значит её парень уже спит. В горле все пересохло, она направилась на кухню, и открыв холодильник, чтобы достать минералку, увидела приготовленные суши. Не такие идеальные, конечно, но явно Даня старался, и ей очень приятно, посмотрев на диван, она увидела парня, что свернулся в три погибели, и видно, что спина болела на этом жутко неудобно диване. Лиза подошла к парню, и поцеловав его в щёчку, начала его тормошить, дабы он встал с дивана, и пошёл спать вместе с ней, и Альфредом, что лежал в ногах Неред.       — Ты чего не спишь? — Кашин поднял свое веснушчатое лицо, и посмотрел на улыбчатое лицо девушки.       — Пошли со мной спать, тебе же неудобно здесь, — Даня встал с кровати, и поплелся за возлюбленной, — почему ты вообще сразу не пришёл ко мне?       — Я не хотел тебя будить, ты так устала после сегодняшнего, — рыжеволосый зевнул, и лёг на постель, вместе с Лизой, и обняв её за талию, притянул к себе ближе.       Она повернулась к нему, и положила на его грудь свою ладошку.       — Спасибо, — она чмокнула его в губы, и закрыла глаза.       — За что? — недоумевал рыжеволосый парень, и отпустил девушку, ведь ей неудобно лежать со сломанной рукой.       Лиза легла на спину, и повернула голову в сторону Дани, мило улыбнулась.       — За все, за твою заботу, за то, что терпишь меня такую несносную, то что я постоянно косячу, и ты мне даже не слова не сказал, — она взяла правой рукой его руку, и сплела пальцы, дабы ощущать, что Даня рядом, и он сможет её защитить.       Кашин лишь приблизился к ней, обнял за талию, утыкаясь в её волосы, вдыхая её аромат, хоть и нет ничего особенного, она будет всегда его девочкой, и он будет всегда заботиться о ней, переживать, и помогать всегда, независимо в ссоре они или нет, он всегда будет рядом с ней, а она будет в его сердце.

***

      Проснулся первый в доме Альф, что начал вилять своим хвостом и скулить, прося, чтобы его уже выгуляли. Кашин тяжело простонал, и перекатился на живот, так не хочется, а нужно идти с ним гулять.       Выводя Альфреда из комнаты, Данила аккуратно прикрыл дверь, дабы не разбудить любимую, и нацепив куртку как на себя, также и на Альфреда, застегнул ошейник, и вышел на улицу.       Лиза проснулась спустя минут пять, и обведя взглядом комнату, заметила, что Кашина и Альфреда нет. Она быстро вскочила с кровати, понеслась на кухню, но и там их не застала, значит ушли гулять, а она пока попытается хоть что-то приготовить.       Яичница не удалась, ведь одной рукой было сложно что-либо сделать, все-таки удалось только налить чай, а вот приготовить еду никак. Придётся опять Кашину все делать, он и так много уже сделал, а тут хочется его порадовать, но не получается.       Входная дверь заскрипела, и в коридор зашёл Данила, вместе со снежной собакой, что отряхивалась по пути на кухню. Парень лишь отряхнул обувь, и правой рукой смахнул снег с волос. Он разулся, кидая холодную куртку на диван, и удивлённо смотря на его девушку.       — Ты уже не спишь? — он посмотрел на неё, и та кивнула на только что приготовленный чай. Даня улыбнулся, и благодарно кивнул, — я бы сам все сделал, тебе же неудобно?!       — Ну я же не беспомощная, да и тем более, мне очень приятно заботится о тебе, — она села напротив него, обхватив кружку рукой, и поднесла к слегка шершавым губам.       Он лишь счастливо улыбнулся, и чувствовал себя как в мечте, любимая девушка сидит около него, он пьёт свежеприготовленный чай, и смотрит на соулмейта, что ответно смотрит в его глаза, скрывая ухмылку за цветастой кружкой.       Сегодня тридцать первое декабря, и сегодня они собираются с друзьями отмечать новый год похоже уже дома, раз Лиза сломала руку. Даша и Алишер, Света, и Руслан, и конечно же они, такая маленькая компания, но им достаточно.       — Уже к новому году все готово, во сколько будешь звать друзьяшек? — шутливо спросил Кашин, ставя подгоревшую сковородку в раковину, которую в течение дня, стоит помыть.       — Давай часам к десяти, чтобы все разложить, а потом и вовсе поболтать, — она подошла к нему, и обняла одной рукой, прижимаясь одной щекой к его груди.

***

      — Господи, да какие же вы медленные, — пробурчала Лиза, которая сидела на диване, и ждала, когда Алишер откроет вино, ведь минут через пять президент начнёт толкать свою однообразную речь, из которой правды только небольшая часть.       — Да подожди ты, кто так его запаковал? — Моргенштерн психанул, и впихнул бутылку в руки Руслана, тот без проблем открыл.       — Запоминай, а если не запомнил, запиши, — темноволосый подмигнул другу, и налил в бокалы девушкам алкоголя.       Речь президента, уже подходит к концу, и начинают бить куранты.       Двенадцать — Ты радостно ждёшь новый год, ведь прошлые были одной большой болью.       Одиннадцать — ты понимаешь, что никогда не бросишь свою компанию.       Десять, Девять, Восемь, Семь, Шесть, Пять, Четыре, Три, Два       Один — новая жизнь наступает.