целовали мы небо сухими губами

      Сегодняшний день был бы скучным, если бы не ребята, которые позвали гулять, а потом на ночевку к Джеку Финна, а тот в свое время вытащил меня из дома, когда я отнекивалась, говоря, что они звали его, а не меня. Но, на самом деле я совсем не пожалела, что все-таки согласилась пойти с ними.       Сейчас мы сидим в доме у Грейзера, из колонок звучит музыка, в гостиной довольно темно, только разноцветная подсветка позволяет видеть хоть что-то, у меня в руках картонный красный стаканчик с колой, в которую похоже подмешали алкоголя, что не дает заснуть, все весело смеются, в воздухе чувствуется такая дружеская атмосфера, рядом со мной сидит София и говорит, что очень рада меня видеть, на что я ей отвечаю взаимными теплыми словами. Как же я обожаю этих ребят, я в душе благодарна Вулфарду за то, что он когда-то познакомил меня с ними. Когда София встала и ушла танцевать к парням, я от нечего делать, достала телефон и стала листать ленту Инстаграмма, даже там не было ничего интересного, глаза начали болеть от довольно яркого света экрана из-за того, что долгое за долгое время они привыкли к темноте. Сзади послышался какой-то грохот, пришлось повернуться и посмотреть. На кухонную столешницу пытался залезть Джейден. Все стояли и удивлялись, а я в это время заливалась хохотом, которым заразила и остальных, после четырех неудачных попыток у него все-таки вышло. — Дамы и господа! — он сделал глоток из точно такого же, только желтого картонного стакана, после чего театрально развел руками. — На основании того, что мы танцуем уже довольно долго, и некоторым стало скучно, — Либерхер посмотрел на меня и вскинул брови. — Предлагаю сыграть в игру. «Правда или Действие», дорогие друзья, прошу всех на диван! — парень поклонился и стал слезать со стола, что опять вызвало у меня смех.       Все сразу согласились, я решила просто промолчать и продолжила сидеть в телефоне. Ребята пришли сюда и расселись по кругу, кто-то уместился со мной на диван, а эти кто-то: Финн и София, а остальные сели на другую сторону, а вот Грейзер один развалился на огромное кожаное кресло. Они обсуждали что-то мол, выполняем все и говорим правду, как и нужно, только я хотела встать и уйти на верх, так как делать тут уже было нечего, но меня резко остановили. — Аннабель, правда или действие? — Джей посмотрел на меня вопросительным взглядом и сложил на груди руки в крест. — Правда, — приходится сесть обратно на диван, что собственно я сейчас и сделала, после чего чья-то голова легла мне на плечо. Финн. Его кудри щекотали мне шею, а запах шоколада остановился у меня перед носом. Что он делает? — Так, — Либерхер потирает руки и почти сразу спрашивает. — По твоему мнению, Финн предал тебя? Ты его простила? — Тебя это очень интересует? Ладно, окей, я отвечу, раз уж мы говорим правду, — опускаю глаза в пол, набираю больше воздуха в легкие и пытаюсь связать все мысли между собой, что ни сразу выходит. Руки сами начинают закручивать волосы на палец от страха наверное, закусываю нижнюю губу и окончательно собираюсь. — Я не люблю обвинять людей в предательстве, ведь, знаете, я тоже предавала. И предавала тех, кого не должна была. Тех, за кого следовало бы ухватиться обеими руками и никогда не отпускать. Но я предавала, отпускала, иногда даже прогоняла людей прочь из своей жизни. И эти люди меня простили, хотя следовало бы не делать этого. Ужасное чувство понимать, что ты не достоин человека, или просто его внимания. Каждый из вас предавал. Вы просто не замечаете этого, вы видите лишь когда оставили вас, поступили так, как вы зачастую поступали с другими, но из-за своей гордости, завышенной самооценки не замечали этого. Я помню, когда произошла самая первая наша с Финном ссора, мне было больно, я винила весь мир в несправедливости и измене. Но со временем я задумалась и поняла, что это всего лишь бумеранг, вернувшийся из прошлого и ударивший с еще большей силой, в сто или даже двести раз сильнее. Все всегда возвращается. Может сегодня или на следующий день, через неделю, месяц, год, два вы почувствуете ту боль и обиду, что когда-то причинили сами человеку, совсем не заслуживающему этого. Я предала Финна, и он меня. Но сейчас я осознаю, что так мне и надо. И да, Финн, за эти дни я поняла, что стоит вернуть все то, что было когда-то в детстве, что стоит вернуть нашу дружбу. Я простила тебя, — поднимаю глаза на Вулфарда, от чего он поднимается с моего плеча и, не зная, что ответить просто смотрит мне в глаза и кивает, показывая то, что он тоже больше не держит на меня обиду и уместился обратно на плечо, щекоча своими пушистыми, кудрявыми волосами мою шею, от чего я пыталась сдержать смех. — Ого… — прошептал Джек. Все сразу стали очень серьезными, и атмосфера значила в себе напряженность. — Вы чего покисли сразу? Давайте дальше. Уайатт, правда или действие? — я хлопнула в ладоши и потерла их друг о друга. Все пытались отойти от моих слов. Неожидала я. — Действие! — в его глазах загорелся огонек увлеченности, он даже подскочил с дивана. — Залезь на стол и танцуй, а мы будем должны заснять это и выложить в историю! — с разных концов посыпались фразы: «Сейчас будет веселье!», «Давай, Уайатт, зажги!»       Парень сначала сопротивлялся, говорил, что это совсем какая-то глупость, но мы же договаривались, а уговор есть уговор. Он забирается на стол, а я достаю телефон, после чего кто-то включает музыку и я командую Олеффу, что он может начинать. Со стола летят пустые бутылки из-под газировки, грязные картонные стаканы, какие-то остатки еды, а парень продолжает танцевать, у всех уже болит живот от смеха, но в скором времени шоу заканчивается, а Уайатт чуть ли не падает со стола, обещая мне отомстить, на что я усмехаюсь, выкладывая видео. Он возвращается на место и ищет взглядом следующую «жертву». — Хей, Финн, что ты выбираешь? — Действие, — он улыбается, еще не зная, что его ожидает. Олефф посмотрел на меня, а потом на Финна, который продолжал мирно лежать на моем плече, да я и не была особо против. Уайатт хитро улыбнулся, что мне совсем не понравилось. — А поцелуй Аннабель, — его улыбка становится еще шире. — Что?! Я протестую! — пришлось вскочить с дивана и кинуть подушку в Олеффа. — Бель, уговор есть уговор, сама мне говорила, — я буквально прожигаю его взглядом, а мои щеки становятся настолько красными, что можно разглядеть даже при таком освещении, красными не от того, что я очень зла, а больше от того, что я, черт возьми не целовалась ни разу в жизни, не считая того поцелуя на Рождество, когда мне было шесть.       Я и Финн сидим под большой рождественской елкой, стоящей в гостиной — зеленая и пахнущая смолой и хвоей, горящей разноцветными огнями, от чего комната заливается теплым светом. Мы знаем, что ночью должно произойти чудо. Утром елка окажется в игрушках, конфетах и стоящими под ней подарками, обернутыми яркой, цветной упаковочной бумагой. «Дети, вы должны смотреть на мир добрыми глазами. Чтобы вы оттаяли от обиды. Вы, как маленькие разноцветные паруса в ожидании ветра. И я бы хотел, чтобы эти паруса наполнял ветер ласковый, добрый, сказочный». Так говорил нам мистер Вулфард.       Ближе к полуночи появился Санта Клаус, который тогда казался нам действительно настоящим волшебником, а не отцом Финна с накладной бородой, смешными круглыми очками и одеждой из магазина карнавальных костюмов. Мы стараемся незаметно пройти мимо зала, где Санта кладет конфеты в красные носки. Как же мы потом удивлялись этому. Бегали по всей комнате, весело смеясь и искренне, как и следует детям, радовались подаркам. — Дети! Пора дарить подарки, — кричит моя мама, после чего я резко вскакиваю и бегу из своей комнаты вниз, к маме за подарком, который я очень долго выбирала, чтобы Финну действительно понравилось. Вроде бы, что нужно семилетнему мальчишке, чтобы стать счастливым, но Финн не был просто маленьким мальчиком, мечтающим о недавно вышедшем крутом бластере или о большом игрушечном трансформере из «Dilly Dally Toy Store», он мечтал о гитаре, он очень много мне говорил о том, что безумно хочет попробовать играть. Именно этот музыкальный инструмент мы с мамой искали в самых разных магазинах, пока не наткнулись на ту, что очень понравилась мне и скорее всего, как позже оказалось именно та, о которой и мечтал Финн. Можно считать, что с моего подарка началась карьера Финна, как музыканта.       Я быстро забрала у мамы большую коробку, обернутую разноцветной бумагой, и побежала по лестнице, несколько раз упала поцарапав колени, и чуть не порвала пышное платье, но я так хотела вручить Финну подарок, что в скором времени оказалась у себя в комнате, где Вулфард все еще сидел по елкой, держа в руках маленькую коробочку и ожидая меня. Как только я подошла к нему, то мальчишка сразу поднялся и мы в одно время начали поздравлять друг друга, а после чего в один голос засмеялись. Финн протянул мне подарок, который я сразу же принялась разворачивать, а друг опустил от смущения глаза в пол, ожидая моей реакции. После того, как я открыла крышку маленькой коробочки, перед глазами появился маленький кулон в форме сердца, а если его открыть, то можно увидеть нашу фотографию. Глаза засияли от счастья, я подбежала к Финну и обняла так крепко, что казалось, он сейчас не сможет больше дышать. Он обнял меня в ответ, а я уже отдала ему подарок и просила его поскорее открыть.       Мы стоим под елкой вокруг пахнет хвоей, а сердце начинает биться чаще, ведь Финн уже открывает саму коробку. Вот, он достает гитару и на его лице появляется широкая улыбка. Мальчишка прыгает от радости, подбегает ко мне с криками: «Спасибо!», кладет гитару на пол, берет меня за руки и быстро, так по-детски, смущаясь целует меня. Щеки заливаются румянцем, а Финн хватает гитару, кричит мне, что сейчас вернется и убегает вниз, показать родителям свой подарок. А я остаюсь в своей комнате наедине с разноцветными огнями и хвойным запахом, недоумевая от того, что только что произошло. — Финн, я даже не умею, — шепчу я ему, и опускаю глаза в пол, дергая край футболки. — Просто доверься мне, хорошо? — он смотрит на меня довольно серьезным взглядом. — Ты не должна ждать или сразу отвечать, цепляясь руками. Поняла? — он дождался одобрительного кивка и сразу после этого протянул одну руку за моей спиной по дивану, а вторую расположил сбоку от меня. — Закрой глаза. Ты готова? - опять киваю, и Финн приближается ко мне. Последнее что я увидела перед тем, как мир провалился в темноту — темные, миндалевые глаза и удивленные лица друзей. — Вырази свои чувства и все получится, поверь. — приятный вкус шоколада и колы остались на языке, а потом его губы опять коснулись моих, издавая чмокивающий звук, такой непривычный для меня, от чего руки не по моему желанию схватили белую футболку Финна. В следующее мгновение вкус шоколада уже начал чувствоваться лучше всего через одно незначительное движение. Финн коснулся языком моей губы, углубляя поцелуй. — Вот и все. Не так уж это и сложно, — он приближается к моему уху и очень тихо шепчет. — Я не знаю, как так вышло, Фарфоровая кукла, но кажется, я полюбил тебя.       Наклоняюсь к нему и мы опять целуемся. — Возможно, у тебя есть шансы, Финни-бой, — мы отстраняемся друг от друга, а все вокруг сидят и молчат, а мы объясняем все тем, что просто выполнили действие, хотя сами понимаем, что это больше, чем глупое задание в игре.