All this time

— Значит так, Пит, на счёт «три» — раз, два… сейчас! — орёт Тони, и Питер, торопливо и чуть неуклюже подпрыгнув, взмывает в воздух в своём обновлённом костюме, который они со Старком как раз тестируют. Хотя по большей части тестирование сводится к исправлению разнообразных неполадок и недоделок прямо на ходу. Вот и в этот раз, едва Питер пробует выстрелить паутиной из второй перчатки, чтобы «перелететь» через весь ангар на базе, как в ней раздаётся громкий треск и вместо длинной нити паутины перчатка выдаёт тонкую струйку сизого дыма. Судорожно взмахнув руками, Питер камнем летит вниз. Конечно, Клинт загодя вывел из ангара джет, а Тони застелил пол матами, но падает парень с приличной высоты и приземление обещает быть весьма… чувствительным. Вот только пола он так и не достигает: Стивен, который наблюдает за процессом тестирования со своего скромного места на стуле у стены, успевает поймать его при помощи магии. — Наверное, шланг резервуара с паутиной в правой перчатке забился, — задумчиво изрекает Тони, пока Стивен аккуратно переворачивает изумлённого и слегка дезориентированного Питера головой вверх и мягко, плавно опускает его на маты. — Ох… Спасибо большое, доктор Стрэндж, — помотав головой, искренне благодарит тот и тут же обиженно обращается к Тони, который уже торопится стянуть с него неисправную перчатку: — Мистер Старк! Вы сказали: «на счёт три», а сами крикнули совсем другое! — Несущественно, — неразборчиво откликается Тони сквозь зажатую прямо в зубах ручку отвёртки. Наконец, отсоединив злосчастную перчатку и, хвала Небесам, выплюнув отвёртку, он резко разворачивается к успевшему вернуться на своё место Стивену: — А вот ты… — Что — я? — Не значит ли виденное мною сейчас, что ты сможешь, в случае необходимости, ловить меня или Питера во время испытаний? — вкрадчиво интересуется Тони, ловко прокручивая отвёртку между пальцами. — Я не смогу находиться при вас безвылазно, у меня самого есть работа, которую нужно выполнять, — на всякий случай предупреждает его Стивен. — Но сегодня, сейчас — конечно, без проблем. — Серьёзно? Где же ты был всю мою жизнь? — театрально взмахнув руками, Тони направляется к стоящему поодаль рабочему столу, заваленному разнокалиберными инструментами и деталями будущего костюма Человека-паука. — Ты не представляешь, сколько раз мои спина, задница и другие части тела с размаху встречались с полом и другими твёрдыми поверхностями в мастерской или гараже! — Отчего же? Очень даже представляю, — Стивен тяжело вздыхает, потому что действительно с лёгкостью может представить себе многочисленные синяки, ссадины и ушибы, полученные Тони в процессе работы над его изобретениями. Тихонько хихикнув, Питер спешит присоединиться к Тони у стола. Хотя от Стивена здесь не так уж много толку, а в Санктуме его дожидается куча важных дел, он рад, что пришёл посмотреть на сегодняшние испытания. Во-первых, он, как выяснилось, всё же может быть полезен Тони и Питеру, а во-вторых… Во-вторых, Стивену действительно интересно наблюдать за Тони, пока тот работает над очередной модификацией костюма, своего или Питера, либо над каким-то другим из своих невероятных изобретений. Ему нравится видеть, каким Тони становится в такие моменты: как он буквально горит, весь захваченный какой-нибудь невероятной идеей, либо, наоборот, становится непривычно серьёзным и тихим, сосредоточенным на чем-то, что требует предельной аккуратности и точности. С Тони будто слетает всё наносное, вся бравада, весь пафос и даже определённая часть фирменных язвительности, ершистости, которые служат ему своеобразной бронёй от внешнего мира. Взамен остаётся только самое важное, настоящее: гениальность, изобретательность и искренняя увлечённость своим делом, невероятное упорство и настойчивость, скрупулёзность и мастерство в работе… и да, та самая фирменная язвительность, остроумие, без которого Тони не был бы самим собой. В мастерской или даже здесь, за импровизированным рабочим столом в ангаре, среди инструментов, непонятного назначения маленьких и больших деталей костюмов и механизмов, окружённый мерцающими голографическими чертежами и проекциями, Тони Старк находится в своей стихии, в своём собственном мире — и это зрелище завораживает Стивена. Порой он даже жалеет, что не может как-нибудь помочь, поучаствовать в том, что делает Тони. То есть, Стивен, конечно же, помогает Тони и остальным Мстителям в их «работе», сражается вместе с ними против их врагов и против тех, кто, подобно Дормамму или Таносу, является врагами всему живому. Однако в том, что касается всех этих механизмов, вычислений, всей этой инженерии он помочь не в силах — точно так же, как Тони не может, к примеру, вместе с ним творить заклинания. С другой стороны, у Тони есть Питер, который, по всей видимости, так же технически одарён, как и его наставник — и столь же сильно увлечён вознёй с компьютерами и программами, костюмами и механизмами. Стивен усмехается: даже если Моргану каким-то чудом удастся избежать страстной влюблённости в работу инженера и изобретателя — при таком-то отце! — Тони всё равно сможет передать свои знания и умения хотя бы одному необычайно талантливому мальчику, Питеру Паркеру. Собственно, прямо сейчас Стивен наблюдает за тем, как Тони передаёт ему свои знания и умения. Питер впитывает их, как губка, но вместе с тем оказывается способен не только соглашаться с обожаемым наставником, но и спорить, и даже возражать против, как ему кажется, не самых удачных идей и решений. Тони явно ценит его стремление отстаивать собственную точку зрения: он не приказывает и не запрещает, но с удовольствием вступает в дискуссию с Питером, а то и позволяет ему на собственном опыте убедиться в том, что «эта деталь совершенно необходима, видишь?». Стивен, которому тоже частенько выпадает на пару с Вонгом проводить занятия для будущих магов в Камар-Тадже, может с полной уверенностью заявить, что Тони, как это ни удивительно — прирождённый учитель, способный не просто передать знания, но, что гораздо важнее, зажечь, заразить ученика любовью к своему предмету. Тем же счастливым умением обладает и Вонг, тогда как Стивен не всегда уверен в том, что ему это удаётся. Что же, значит, есть ещё к чему стремиться. Тем временем испытания в ангаре идут своим чередом: Тони с Питером обсуждают, спорят и мастерят у стола, и время от времени Питер вновь облачается в улучшенный костюм, чтобы проверить ту или иную его функцию. Стивен, не позволяя себе отвлечься на загодя прихваченную из дома небольшую книгу заклинаний, бдительно страхует паренька, а в случае необходимости и открывает портал в мастерскую Тони, чтобы тот мог взять какую-нибудь недостающую деталь или инструмент. В ответ Старк всякий раз осыпает его явно преувеличенными, чрезмерными благодарностями и комплиментами, которые заставляют Стивена либо насмешливо фыркать, либо страдальчески вздыхать и закатывать глаза, вопрошая себя самого и высшие силы, как это его угораздило связаться с этим невозможным человеком? Даже привычный к их общению Питер время от времени невольно закашливается, краснея щеками и кончиками ушей, хотя Тони не говорит Стивену ничего такого — но явные проявления восхищения и нежности, похоже, смущают парня сильнее пошлостей. Они втроём обедают предусмотрительно заказанной Пятницей пиццей, тут же, в ангаре, и после небольшого перерыва работа закипает с новой силой. Стивен, который, вообще-то, планировал побыть с Тони и Питером только до обеда, а потом вернуться к своим делам в Санктуме, в итоге остаётся с ними на весь день, чтобы наблюдать, страховать и обмениваться с Тони беззлобными подколками и шутками. Он даже не возражает против грохочущего рока, который Тони, разумеется, запускает в ангаре на всю катушку, потому что тот чередует его с любимыми старыми соуловыми и джазовыми композициями Стивена. Некоторым он даже негромко подпевает, потому что знает, насколько это нравится Тони — приблизительно настолько же, насколько его изумляет и даже бесит способность Стивена на слух узнавать, кажется, каждую композицию из обширной музыкальной базы Пятницы. В очередной раз безошибочно называя исполнителя и даже год выпуска звучащей песни, Стивен проказливо ухмыляется — и едва удерживается от смеха, когда Тони кривится или возмущённо ворчит, что встречается с человеческой версией Шазама*. Правда, они оба сходятся во мнении, что над музыкальным образованием Питера не мешало бы ещё поработать. Наконец последнее на сегодня испытание нового костюма Человека-паука подходит к концу. Тони и Питер, одинаково довольные проделанной работой, торжественно пожимают друг другу руки. Костюм отправляется в мастерскую для окончательной доработки и шлифовки, маты с пола они складывают в неаккуратную высокую стопку у стены, а со сваленными на столе лишними или испорченными деталями Тони легкомысленно обещает разобраться позже. Попрощавшись, Питер уходит домой, на ходу отвечая на телефонный звонок от, вероятно, обеспокоенной его долгим отсутствием Мэй Паркер — и Тони со Стивеном остаются одни. — Похоже, ты доволен тем, как прошёл день, — замечает Стивен, подходя ближе и пальцами стирая с запястья Тони тёмное пятнышко машинного масла или чего-то в этом роде. Тони, который до этого всё же что-то переставлял и передвигал с места на место на рабочем столе, не столько наводя порядок, сколько перемешивая детали и инструменты ещё больше, оборачивается и улыбается ему: — Ну да. Питер — славный парень. И это будет хороший костюм. В общем, как по мне, так день прошёл замечательно, — Тони легонько толкает его плечо своим плечом. — А ты что скажешь, волшебник? Не заскучал тут с нами, простыми механиками? Стивен фыркает — простые механики, как же! — и отрицательно качает головой: — Ничуть, и ты это отлично знаешь. Я прекрасно провёл время. — Знаю, — Тони улыбается ещё шире, — но услышать это от тебя самого чертовски приятно. Поужинаем? — Давай. Снова закажем что-нибудь или попытаемся приготовить сами? — интересуется Стивен, когда они выходят из ангара в коридор. — Дай-ка подумать… Я создаю крутые супергеройские костюмы, ты владеешь магией… Ни малейших шансов на то, что мы сумеем состряпать что-нибудь стоящее, — добродушно хмыкает Тони, нажимая на кнопку лифта. — Но попытаться можно. В крайнем случае, позовём на помощь кого-нибудь из Мстителей. Либо, действительно, не будем морочить голову себе и им и закажем что-нибудь съестное на дом. — Звучит как отличное завершение отличного дня. — Не скажи. Но у меня есть парочка идей для действительно отличного его завершения, — многообещающе роняет Тони и притягивает Стивена к себе для короткого, но жаркого поцелуя. Стивен охотно ему верит. Они, конечно, разводят на кухне ужасный бардак, а ужинают, в итоге, и с горем пополам приготовленной сообща, и заказанной из любимого ресторанчика тайской кухни едой, но это не столь важно, потому что идеи переполненного энтузиазмом Тони оказываются действительно, гм, отличными. И прекрасный день, как и было обещано, завершается восхитительно.