Красная шапочка

В Париже, городе любви, находили своё счастье многие люди. Не обошло оно стороной и чету Дюпэн-Чен — владельцев небольшой пекарни, славящейся своей необычайно вкусной выпечкой. Том Дюпэн — довольно крупный мужчина, бесконечно нежно любящий свою жену, — был очень счастлив в этот обычный январский день: Сабина, наконец-то, подарила ему дочку. У новорождённой малышки были иссиня-чёрные волосики и голубые глазки, да и вся она словно маленькая куколка, вышедшая из какой-нибудь сказки. Недолго думая, родители назвали её Маринетт. Шли годы, девочка росла и становилась краше. С самого детства она увлеклась дизайном и загорелась мечтой попасть в мир высокой моды, стать на одну ступеньку с ведущим модельером Франции Габриэлем Агрестом. А пока Маринетт придумывала свои дизайны и шила по ним одежду, которую носила с большим удовольствием. Девушка была весёлой и общительной и, поступив в коллеж Франсуа Дюпона, сразу же обзавелась друзьями, которыми стали практически все её одноклассники. Единственным исключением была мадемуазель Буржуа — дочь мэра Парижа, — чем безмерно гордилась и всячески об этом напоминала. Хлоя привыкла быть единственной и неповторимой, поэтому всячески пыталась унизить Маринетт и выставить её в глупом свете. Но всякий раз всё шло не так, как хотелось, что злило Буржуа ещё сильнее и заставляло с новыми силами строить козни дочери простых пекарей. В новом учебном году в класс Маринетт перевелись сразу двое новеньких: Аля Сезер, с которой она сразу же подружилась, и Адриан Агрест — сын её любимого модельера и, как оказалось, друг детства Хлои Буржуа. Дружба с Хлоей не способствовала быстрому нахождению друзей в классе, так что парню в свой первый день было не очень комфортно. Кто же захочет дружить с приятелем такой особы? Но, как выяснилось, Адриан был полной противоположностью зазнавшейся дочери мэра. Вежливый, добрый, скромный, с безупречными манерами поведения и готовый протянуть руку помощи в трудную минуту — он казался принцем, сошедшим со страниц книги сказок, так что не удивительно, что Маринетт впервые в жизни влюбилась. Влюбилась так, что в его присутствии не могла связать и двух слов, спотыкалась на ровном месте и становилась крайне неуклюжей, и если бы не Алья, которая всячески её поддерживала и подбадривала, и в нужные моменты уводила от объекта воздыханий, постоянно ходила бы словно во сне. Бесконечное число провальных попыток признаться в любви не способствовало укреплению самооценки, а наоборот тянуло вниз, и единственной радостью девушки стало наблюдение издалека за своей любовью. Эта влюблённость заставляла делать неимоверные глупости: Маринетт обклеила все стены своей комнаты изображениями Адриана и сделала огромный плакат с его расписанием, которое выучила наизусть. Ещё больше неуверенности придавали попытки Хлои уверить всех, что они с Агрестом идеальная пара, и выставление напоказ их дружбы. Адриан действия Буржуа не поощрял, но и не опровергал, хотя и пытался уходить от слишком навязчивой подруги. Маринетт страдала и жаловалась на то, что не может нормально общаться с Агрестом: — Аля-а-а… Что мне делать? У меня ещё ни разу не получилось поговорить с Адрианом и не перепутать слова. Как я смогу ему признаться? Он же такой, такой… — она вновь унеслась в страну своих мечтаний, выпадая из реальности, –…потрясающий! — Да-а, подруга. Не расстраивайся. Впереди ещё много времени, и ты сможешь донести до него свои чувства, нужно только больше уверенности в своих силах. У тебя всё получится, я уверена в этом. — Аля покровительственно погладила Маринетт по плечу и добавила: — Я знаю, что может тебя утешить. Новые фото с Адрианом! У него утром была фотосессия. И я тебе их отдам всего лишь за одну твою улыбку-у-у… Новые фотографии, как и положено, заняли своё почётное место в галерее на стенах комнаты, подняв тем самым настроение Дюпэн-Чен. Много ли для счастья надо? — Как я тебя люблю, Аля! Ты права, всё ещё впереди, у меня куча возможностей. Главное — не сдаваться, и тогда у нас будут свидания, свадьба. А потом мы будем жить в большом красивом доме и заведём двоих детей. Нет, лучше троих. Или собаку. Или кошку. Нет, не кошку, хомячка. Обожаю хомячков! Так и проходили дни Маринетт, состоящие из попыток признаться, оплакивания провалов этих самых попыток и утешения в дружеских объятиях подруги. На своё семнадцатилетие от крёстной — весьма экстравагантной особы — Маринетт получила отрез потрясающей ткани. Несмотря на яркий, насыщенный цвет — красный в чёрный крупный горох, — ткань ей безумно понравилась, и она сразу же захотела сшить из неё платье для ежегодного бала в честь Дня взятия Бастилии. В этом году решили устроить бал-маскарад. До праздника было почти полгода, поэтому времени на создания наряда было предостаточно. Можно было тщательно продумать детали и выбрать подходящие аксессуары. А делать это следует не торопясь, ведь платье должно очаровать возлюбленного девушки и придать сил для признания, которое, как решила Маринетт, всенепременно должно быть удачным. Должно же хоть в чём-то повезти, если в остальном удачи явно не хватает.