Corrupted by light / Поражённый светом

Следующим утром Гермиона проснулась в полной тишине. В подземельях Слизерина было трудно определить время суток, так как единственным источником света всегда были лишь серебряные лампы, свисающие с потолка. Гермиона застонала, когда посмотрела на часы. Первое занятие должно было начаться через двадцать минут, и никто её не разбудил — да что там, Гермиона не исключала вероятность того, что Эмилия может наложить на нее спящие чары, чтобы она пропустила завтрак и занятия. Прошлой ночью она пожелала девочкам спокойной ночи, лишь бы они прекратили разговаривать. К сожалению, это было временное решение, но это было лучшее, что Гермиона могла придумать на тот момент. Отныне всё, вероятно, может обернуться полной неразберихой, поскольку девушки официально стали её врагами. «Отлично, теперь я должна беспокоиться о том, что меня задушат во сне маленькие Пожиратели Смерти, если Темный Лорд не убьет меня первым», — Гермиона закатила глаза. Она лишь собиралась оставаться в ванной до тех пор, пока девушки не уйдут. Когда они продолжили настаивать, Гермиона приняла душ. От горячей воды её стало клонить в сон, и она задремала, но сон оказался долгим. С другой стороны, Гермиона почувствовала себя более бодрой, хотя и немного сонливой. Она спала слишком долго, но это дало её ошеломленным мозговым клеткам шанс оправиться от атаки интеллектуальных игр Тома Реддла. В её животе заурчало. Если она доберется до Большого Зала достаточно быстро, то, возможно, ещё успеет позавтракать тем, что осталось. Гермиона засунула зубную щетку в рот, в то время как её руки судорожно пытались провести расческой по волосам, но чем сильнее она тянула, тем больше волосы пушились и собирались в узел. Мерлин! Если бы она знала, что это окажется таким кошмаром, она бы потрудилась высушить волосы магией, прежде чем лечь спать. Когда Гермиона зашла в Большой Зал, там все ещё осталось несколько студентов. Её взгляд машинально скользнул по столу Слизерина, и она с радостью обнаружила отсутствие Тома Реддла и девочек. Гермиона подошла к столу с надеждой, хотя она ожидала этого, но всё равно была разочарована, обнаружив, что завтрак был магически убран, за исключением еды в тарелках студентов. Гермиона опустилась на скамейку, признав поражение, её желудок снова жалобно заурчал. Она задумалась, не планирует ли будущий Темный Лорд использовать голод как средство, чтобы сломить её. Незаметно для себя Гермиона начала подсчитывать в уме, сколько раз по вине Реддла она пропускала прием пищи. Был случай в Запретном лесу… ну, вчера и сегодня утром технически он не был виноват… «Нет, — решительно отрицал её разум, — это была его вина». Пока Гермиона размышляла о Томе Реддле и его глупой тактике, к ней потянулась рука и поставила перед ней тарелку с круассанами. Круассаны были манящими, и от их аромата её рот наполнился слюной. Гермионе потребовался весь ее самоконтроль, чтобы удержаться от того, чтобы просто съесть его, не обращая внимания на последствия. Раздраженная, Гермиона обернулась. Почему-то она не удивилась, обнаружив, что позади нее стоит Том, этот мерзавец всегда умел подходить к другим бесшумно. — Доброе утро, Полин, — вот она, наигранная жизнерадостность. Реддл присел рядом с Гермионой, как будто он был её другом. — Ужасно рада тебя видеть, — пробормотала девушка себе под нос, но это почему-то не испортило хорошего настроения её собеседника. — Теперь будь повежливей, Полин, — и снова этот покровительственный тон. — Чего ты хочешь? — Гермиона сегодня была довольно раздражительной. Утро было ужасным, и не похоже, остальная часть дня пройдёт лучше. Словесная игра с Тёмным Лордом, которому доставляло удовольствие размахивать тарелкой с вкусной едой перед голодным человеком, которым оказалась она сама, явно не возглавляла список развлечений Гермионы. — Как насчет того, чтобы начать называть меня по имени? — самодовольное выражение лица Тома не помогало ей успокоиться. — Может, уберешься с линии моей видимости? — зашипела Гермиона. — Как пожелаешь, — слизеринец беспечно поднял тарелку со стола. Гермиона бросила на тарелку очередной печальный взгляд, пока он не видел, и мысленно попрощалась с круассанами, потирая живот. Как только Реддл повернулся, чтобы уйти, ее желудок жаждал, чтобы он остался… буквально и шумно. Том выглядел, как кот, наевшийся сливок. Он выглядел как никогда самодовольно, когда сел рядом с Гермионой и помахал тарелкой перед её глазами, как ребенок с новой игрушкой. — Ты уверена? — взгляд девушки невольно проследил за едой, но она упрямо покачала головой. — Ты никогда не научишься отступать, не так ли, — раздраженно огрызнулась она. — Ты будешь винить меня в желании получить то, что я хочу? — это определенно звучало как невиновное заявление. Взгляд Гермионы осторожно перемещался с еды на его темным глаза, ей приходилось напоминать себе, что она имеет дело с будущим Тёмным Лордом, который явно не был невиновен. — Значит, ты хочешь, чтобы я называла тебя по имени, — медленно подчеркнула Гермиона. — И чтобы ты съела свой завтрак. Попробуй это, в конце концов, он не такой плохой, как ты думаешь, — он настоятельно убеждал её. Девушка на мгновение заколебалась. Её мысли были сосредоточены на двух сказанных им словах: «попробуй это». Попробовать что? Называть его по имени или попробовать круассаны? Он что-то добавил в еду? Её желудок побуждал её просто сказать это проклятое слово, но она нашла мысль о подчинении Тёмному Лорду оскорбительной и возмутительной. Она не станет такой де, как его прихвостни Пожиратели Смерти. — Зачем мне принимать еду от того кто только два дня назад пытался убить меня? — от аромата круассанов у неё потекли слюнки. Том на секунду опустил тарелку с совершенно невинным лицом. — Я пытался понять, кто ты, ты же не думала, что староста сможет убить студента, не так ли? — какая нелепая ложь. — И ты понял, кто я? — Гермиона бросила ему вызов, хотя знала, что не должна разговаривать с будущим Тёмным Лордом. Это только позволило бы ему получить от неё больше информации. Не то чтобы она действительно могла остановить его после их сделки, а голод, должно быть, сделал её более смелой, чем обычно. — Голодная девушка, которая слишком упряма для ее же блага, — он ответил тем же раздражающим спокойным тоном. — А ты — упорный лицемер, который использует титул Старосты, чтобы беспокоить девочек! — Гермиона не могла не повысить голос, кто, по его мнению, может разговаривать с ней таким родительским тонном? — О, так ты хочешь, чтобы я тебя беспокоил, — промурлыкал Том Реддл, — ты хочешь, чтобы я исполнил это желание? Его лицо медленно приблизилось к ней, а в тёмных глазах появился опасный блеск. — В конце концов, мой долг как старосты — сделать так, чтобы студенты… наслаждались своим пребыванием в Хогвартсе. —… — пробормотала Гермиона и потрясенно уставилась на него. Том Реддл кинул мимолетный взгляд на её выражение лица, затем, смеясь, откинулся на стул. — Хорошего дня, мистер Реддл, — Гермиона встала, её взгляд последний раз упал на еду, прежде чем слизеринец быстро направился с ней на кухню.