Любовь – это химия

Будильник в сотке противно запиликал, но я выключила его и повернулась на другой бок. На часах шесть тридцать, нужно вылезать из-под теплого одеялка, собираться и идти в школу, но стоило мне открыть глаза, как стены комнаты стремительно поехали куда-то вбок. Голова раскалывалась, в ушах гудело, перед глазами всё плыло. События вчерашнего дня вспоминались довольно смутно: я встретилась с Пашкой, тот повел меня в какой-то клуб, попасть в который было довольно трудно, но у Паши имелся пропуск. Там мы немного потанцевали, потом я выпила коктейль, после которого мне стало ужасно дурно. Пашка стал ко мне приставать, но я вырвалась и убежала домой. Кажется, он что-то подмешал мне в тот коктейль, иначе почему мне до сих пор так плохо? Я сто пятьсот раз пожалела, что решила встретиться с Пашкой – неужели я надеялась, что он изменится? Но вчера мне было так плохо на душе, что я даже не могла нормально соображать, мне всего лишь хотелось забыть подлый поступок Дмитрия Юрьевича. Вставать ужасно не хотелось. Я почти не пропускала уроки в этой четверти, можно мне хотя бы один день не ходить в эту дурацкую школу? В комнату зашла мама. – Оля, уже полседьмого, вставай! – она потянула одеяло, стаскивая его с меня. Кот Джек, запрыгнув на кровать, подошел к моей голове, мягко ступая лапами, и стал фыркать в мои взъерошенные волосы. – Мама, у меня сильно болит голова. Можно я не пойду в школу? – жалобным тоном спросила я, потянувшись. Мама присела на край кровати, включила ночник, стоящий на тумбочке и потрогала мой лоб. – Странно, температуры нет. Я же говорила, нельзя столько времени сидеть за компьютером! Ну вот, как всегда, у мамы во всем виноват компьютер. Получила плохую оценку – из-за компьютера, болит живот – снова он виноват! – Ну ладно, можешь сегодня в школу не ходить, – вздохнула мама, – Спи. – Спасибо, мамочка! – воскликнула я и, совсем забыв о головокружении, собиралась подскочить на кровати, но вовремя вспомнила, что я умирающий лебедь. – Эй, а голос у тебя не такой уж и больной, – подозрительно прищурилась мама, – Ну ладно, лежи-лежи. А я пойду собираться на работу. Я закрыла глаза и легла поудобнее, но спать не хотелось. В голову лезли разные мысли. Дмитрий Юрьевич… Он любит эту Нинель. Чтобы избавиться от неприятных размышлений, я взяла плеер и включила любимую музыку, потом решила почитать книгу. Хлопнула входная дверь - мама и папа ушли на работу. От чтения книги меня отвлек зазвонивший сотовый телефон. На экране высвечивался номер Паши. – Алло? – Олька, привет. Ты че не в школе? – раздался в трубке недовольный голос парня. – Заболела по твоей милости, – раздраженно ответила я, – Ты чем меня вчера напоил? – Я? – Пашка явно очень удивился, - Ты сама наклюкалась! Сама же сказала, что хочешь забыться, вот я тебе и помог. Но тебе в глотку-то никто ничего не заливал, верно? Ну ладно, пофиг. Сегодня встретимся? – Да пошел ты, – сказала я и выключила телефон. Мне кажется, или в дверь звонят? Что за безумный день: то телефон, то дверь. Надеюсь, это не Пашка. Я встала, закуталась в одеяло и медленно пошла в коридор, держась за стены. Голова по-прежнему сильно кружилась. Я подошла к двери и посмотрела в глазок. Наверное, у меня глюки. За дверью стоял Дмитрий Юрьевич. Да ну, бред, он ведь даже моего адреса не знает! Еще один настойчивый звонок в дверь заставил меня открыть ее. Действительно, на пороге стоял мой классный руководитель. Он окинул меня удивленным взглядом. Еще бы не удивиться, видок у меня еще тот – взлохмаченные волосы, одеялко, под ним пижама с медвежатами и домашние тапочки. – Здравствуй, Оля, – сказал Дмитрий Юрьевич, старательно пряча улыбку. – Извините, я пойду халат надену. А вы проходите в кухню. Знаете ведь, где она? – Да уж запомнил. Я, подобрав полы одеяла, пошла в свою комнату, но, запутавшись в одеяле и почувствовав очередной приступ головокружения, чуть не упала. «Ну давай-давай, вообще тут цирк ему устрой», – мысленно обругала себя. Почему я всегда предстаю перед ним в таком смешном виде? Но сегодня я ведь не ожидала, что он придет, иначе бы уж точно напялила бы джинсы и топик, и плевать, что в такой одежде мне неудобно ходить по дому. В комнате моего халата не обнаружилось, поэтому пришлось надеть мамин халат, который висел на стуле у кровати. – Давайте я вам чай сделаю, – сказала я Дмитрию Юрьевичу, выйдя в кухню. – Если не трудно, – пожал плечами он, внимательно глядя на меня. От этого его взгляда я всегда краснею. Я аккуратно его обошла, не сводя взгляда, включила электрический чайник, достала с верхней полки чашки. Все это время я ощущала на себе его внимательный взгляд и не могла забыть того неприятного момента в кабинете информатики. За это хотелось сильно съездить по его лицу сковородкой, скалкой... Но вместо этого я налила чай и поставила перед ним на стол чашку. – А зачем вы пришли? И откуда узнали, где я живу? – Глупый вопрос, – усмехнулся он, с интересом разглядывая рисунок собачки на боку чашки, – Если ты не забыла, я твой классный руководитель, а значит, у меня есть информация о каждом ученике. К тому же... я ведь уже был у тебя дома. – Аа, ну даа… – протянула я, мысленно ругая себя за тупость. – А пришел для того, чтобы узнать, почему ты не пришла сегодня в школу? Я захихикала. – Дмитрий Юрьевич, в нашем классе 25 человек, вы так к каждому домой наведываетесь в случае отсутствия на уроках? – спросила я. – Забавная чашка, – вот опять он переводит тему, увиливая от вопроса, – Так почему ты не пришла? Теперь настала моя очередь выкручиваться. – У меня сильно кружится голова, меня тошнит, я вчера отравилась. Вышло как-то неубедительно, хотя на лице Дмитрия Юрьевича появилась едва заметная тревога, которую он старательно скрыл за насмешкой. – Надеюсь, ты быстро поправишься. Странно, я думал, ты не пришла из-за вчерашнего, – тихо сказал он. Я покраснела. – Дмитрий Юрьевич, ну я же сказала, что мне абсолютно все равно. Это ваша личная жизнь. И плакала я вчера не из-за этого, и не пришла сегодня только потому, что заболела. – Хитростью ты заболела, – пробормотал он, встряхнул волосами и встал. – Ничего и не хитростью! Почему вы мне не верите? – возмутилась я. – Ну хорошо, хорошо, верю. Большое спасибо за чай, я пойду. Выздоравливай. – А вам спасибо за заботу, – пролепетала я. Мы пошли к двери. Голова не переставала кружиться, длинные полы халата мешали нормально переставлять ноги, а от того, что учитель был рядом, ноги вообще сделались ватными. Наступив на волочащийся по полу пояс халата, я неуклюже плюхнулась на четвереньки прямо перед учителем. – Горе ты мое луковое! – учитель помог мне подняться. – Я же говорила вам, что у меня голова кружится, – торжествующе воскликнула я, – А вы не верили! – Верю… Мы вдруг оказались слишком близко друг к другу, как в тот день на балу, но сейчас вокруг не было толпы. Учитель притянул меня к себе за плечи и осторожно, будто бы спрашивая разрешения или боясь спугнуть, прикоснулся к моим губам своими. Я ответила на поцелуй, его язык проник в мой рот, проложив себе дорогу между разомкнувшихся зубов, исследуя его. Постепенно его поцелуй становился все настойчивее и жестче. Халат упал на пол с моих плеч, рука мужчины проникла под мою пижаму, нежно гладя меня по спине. Это было чудесно, как в трансе почувствовать его теплые губы на своих… Но, к сожалению, в природе существует закон подлости. Едва я отстранилась от преподавателя на секунду, чтобы вдохнуть немного воздуха, как оглушительно зазвонил мой сотовый телефон, который я оставила в коридоре на столике. Господи, почему именно в этот момент?! Волшебство мгновения было разрушено. Дмитрий Юрьевич вздрогнул, словно бы отойдя от оцепенения и отошел от меня на шаг. Я трясущимися руками схватила телефон и посмотрела на экран. «Паша». Переборов непреодолимое желание разбить сотку об стену, я пообещала себе непременно убить Пашку. – Номером ошиблись, – сказала я учителю, выключив телефон. Дмитрий Юрьевич кивнул и тихо сказал то, что я ну никак не ожидала: – Да уж, не идет тебе эта пижамка, не идет. Тебе бы больше подошла черная прозрачная ночнушка с кружевами. – Эм… Что? – удивленно посмотрела на него я. – Ничего, – Дмитрий Юрьевич взглянул на часы, – Что ж, мне пора, мне еще уроки вести. Еле-еле уговорил Людмилу Георгиевну по физике подменить меня на один урок. – Да, конечно, – закивала головой я, понимая, что из-за Пашки шанс упущен, – Идите, Дмитрий Юрьевич. Он надел пальто и вышел за дверь, еще раз пожелав мне выздоравливать. Я прислонилась к дверному косяку и счастливо улыбнулась. Кажется, жизнь налаживается. А телефон в кармане продолжал пиликать. P.S. Эту главу я хочу посвятить своей хорошей подруге, Диане. Диаш, с днём рождения! =)