Любовь – это химия

Вот уже три дня, как я учусь в новой школе. Хотя «учусь» – слишком громко сказано. Я пока еще только привыкаю к классу, к учителям, к новой обстановке. За это время я услышала слово «новенькая» раз сто, не меньше. И это уже начинает бесить. Вика оказалась совсем не такой, какой показалась мне сначала. За этот короткий промежуток времени мы с ней здорово сдружились. В первый же день она устроила мне экскурсию по школе, познакомила меня с одноклассниками, и даже записала их имена на листочке, чтобы я не забыла – все-таки в первое время сложновато запомнить имена и фамилии всех двадцати пяти человек. Напротив имен некоторых мальчишек она в скобочках записала: (дебил) или (идиот). Едва начиналась перемена, как ко мне подходили мои новые одноклассники и интересовались, откуда я к ним перешла, были ли у меня в прежней школе друзья, есть ли у меня хобби, люблю ли я кошек... Я чувствовала себя звездой, у которой берут интервью. Сейчас, во время большой перемены, я стояла, облокотившись о перила лестницы. По этой лестнице редко кто ходит, поэтому здесь легко спрятаться и побыть в тишине. Но Вика и здесь меня нашла. – Ты чего здесь? – удивилась она, – Обидел кто-то? – Нет-нет, – поспешно ответила я, – Наоборот, мне очень понравился ваш класс. – Это ты пока Пашку не видела, – загадочно сообщила Вика. Я заинтересовалась: – А что за Пашка? – Да есть тут один, – хмыкнула Виктория, – Псих и хулиган. Хорошо, что тебя посадили со мной, а то с ним я уже заебалась сидеть! Но в классе его уважают почему-то. А еще он спортом занимается. Только он прогуливает часто, а всем говорит, что в каких-то спортивных соревнованиях участвует. Но мы-то зна-аем..! Я хотела что-то ответить, но Вика уже сменила тему: – А как тебе наш классный руководитель? Правда, он классный? Я пожала плечами. Вика, усевшись на перила лестницы и поправляя плиссированную юбку, самозабвенно продолжала: – В него влюблены все девчонки нашей школы, и даже некоторые молодые училки. Он преподает в нашей школе два года, а год назад стал нашим классруком. Ему 27 лет, а главное – он не женат! Некоторые называют его Зельеваром, потому что он химию ведет. Ну скажи, Оля, правда ведь Димочка – няшка? Не нравятся мне эти слова типа «няшка». Но с Викой лучше не спорить. – Ладно, пошли в класс, тут скучно стоять, – Виктория спрыгнула с перил и потащила меня за собой, уводя из обволакивающей тишины лестницы в шумный школьный коридор. Когда мы зашли в класс, я увидела на своей парте здоровенный черный рюкзак, а на моем месте парня крепкого телосложения, одетого в спортивный костюм. Каштановые волосы торчали ежиком. Карие глаза зло сузились, когда он увидел меня. – О, Пашка приперся, – пискнула Вика за моей спиной. – Э, коза, убирай отсюда свои манатки. Это мое место! – «вежливо» обратился Пашка ко мне. Коза?! В прошлой школе меня называли «лисой» – из-за фамилии и цвета волос. Это было терпимо, но «коза»… Я молча подошла к парте и расстегнула молнию на его рюкзаке. Парень явно удивился: – Ты чё делаешь, дура? Он обозвал меня уже второй раз! Я так же молча достала из его рюкзака какой-то толстый учебник и с размаху долбанула парня по башке. Удар получился несильным, я не отличаюсь большой физической силой, но Паша явно был в шоке от моих действий. Потом я отшвырнула его учебник куда-то в сторону, а за ним на пол полетел и рюкзак. – Уяснил? – спросила я с вызовом. Тут раздался звонок. Пашка встал, поднял портфель и пошел куда-то на заднюю парту. – Сссука… – услышала я шипение. Третий раз обозвал, вот это наглость! А Вика восхищенно глазела на меня. – Вау, – только и смогла сказать она. – Но после уроков он тебе… будь осторожнее, ладно? После уроков я и не думала «быть осторожнее» и, как обычно, без всяких опасений поплелась домой. Благо, идти было недалеко. Уже оказавшись в своем дворе, я услышала позади оклик: – Эй, рыжик! Стой! Я обернулась и увидела… Кого бы вы думали? Пашку. Это я-то рыжик?! Он обозвал меня уже четвертый раз за день! Можно сказать, рекорд по обзываниям побил. Да я его… Паша подбежал ко мне и, тяжело дыша, выдал: –Ты это, слушай… извини. – А что, совесть проснулась? – я удивленно подняла брови. – Можно сказать и так, – хмыкнул он, – Ну так простишь? – И ты бежал за мной почти до моего дома только для того, чтобы извиниться? – продолжала удивляться я. – Да нет. Я здесь живу, в этом дворе. А ты тоже? – Да. – Классно! – обрадовался Пашка. Мне это «классным» совсем не показалось. Жить рядом с таким идиотом… Почему мы переехали именно в этот дом? – Слушай, если я с тобой разговариваю, это еще не значит, что я тебя простила, понял? И вообще, не называй меня Рыжиком! Никогда. – Ладно, – улыбнулся Паша, обнажая белые зубы и наморщив курносый нос. – Знаешь, круто ты меня долбанула. До сих пор болит. – Я очень этому рада, – саркастически ответила я. – Да не злись! Я же не знал, что Зельевар сам тебя туда посадил. А откуда ты к нам перешла? Пашка явно собирается завязать со мной интересный разговор. Мне этого совсем не хотелось, а хотелось домой, есть и спать. – От верблюда, – огрызнулась я. – Извини, но мне домой пора. – До завтра, – сказал парень, глупо улыбаясь. Я ничего не ответила, развернулась и быстрым шагом пошла к своему подъезду.