Восстановление мертвых Родов

      Глаза Гарри распахнулись с первыми лучами солнца. Полежав пару минут в кровати, он приказал эльфам накрывать завтрак в малой гостиной, которая соединялась с его спальней незаметной дверью, и пошел приводить себя в порядок. Хотя «в порядок» слишком громко сказано. Сколько бы Гарри не пытался хоть немного пригладить волосы, он добился совершенно противоположного результата: вместо творения подушки, которое волшебник ласково именует творческим беспорядком, он получил прическу «Жертва урагана». Впредь он не станет спорить со своим креативным парикмахером-стилистом — Подушкой.       Поедая вафли с сиропом, Гарри морально настраивался на занятие с Северусом Снейпом. Он старался собрать в кучку все имеющиеся у него знания по зельеварению, чтобы не выглядеть совсем уж невеждой перед профессором. Впрочем, он понимал, что его потуги абсолютно бесполезны. Уж Снейп то найдет к чему придраться. Без десяти минут девять Гарри уже стоял в зале с камином. Зеленоглазый знал, что если он придет раньше договоренного времени, то это очень не понравится Снейпу. Поэтому он зашел в камин только тогда, когда стрелка начала отсчитывать последние две минуты.       — Поместье Принцев, — громко и четко проговорил Гарри и тут же исчез в зеленом пламени перемещения. Шагнув в знакомую по прошлому визиту гостиную, Гарри тут же столкнулся взглядом с профессором.       — Доброе утро, сэр!       Снейп поморщился, как будто само присутствие бывшего ученика причинял ему боль, и сказал: Для кого как, Поттер. Не будем терять время, в отличие от Вас у меня еще запланировано много дел.       Гарри поджал губы, но промолчал и поплелся за профессором. Юный волшебник был очень удивлен, когда они вышли из дома. Оказалось, лаборатория находилась в маленьком саду, выглядевшем довольно заброшено, на задней стороне здания. Это было маленькое каменное строение с узкими окнами, обвитое незнакомым Гарри растением, похожим на дикий виноград. Внутри оно оказалось таким же маленьким, как и снаружи. Профессор забыл, как пользоваться Капациус экстремис*? В центре комнаты стоял грубый квадратный деревянный стол, заполненный котлами разных размеров. Стены были полностью покрыты полками, аккуратно заставленными разноцветными пробирками. Гарри узнал дымчато-зеленое Болтливое зелье** (и зачем спрашивается оно Снегу?!) и зелье Кристаллы Купидона по матовому блеску, виденное в магазине братьев Уизли в Косом переулке.       — Начнем с зелья средней сложности. Экстракт бадьяна, — без предисловий начал Снейп. — Надеюсь, Вы догадались, что он делается из бадьяна? Это зелье, позволяющее быстро залечивать раны, — как всегда монотонно вещал бывший профессор, — не оставляя ни следов, ни шрамов. Способствует быстрому срастанию кожи на ране. Минус зелья — очень болезненный процесс лечения. Поттер, не хотите на себе проверить его действие? Чтобы волшебник или волшебница полностью исцелились, им будет необходимо провести несколько дней в постели. Ингредиенты: валериана, спорыш, сушеная крапива, глаза черных жуков, толченые листья бадьяна. Поттер! Вы к полу прилипли? Я для кого это рассказываю?       Гарри вздрогнул и понял, что как истукан замер возле двери. Сконфузившись, он кинулся к полкам с ингредиентами. Найдя нужные, волшебник аккуратно перенес их на стол к котлу средних размеров.       — Замечательно. Продолжим. В воду, нагретую до 70 градусов, положить крошеную сушеную крапиву и глаза черных жуков. Держать на медленном огне двадцать минут, помешивая против часовой стрелки. Зелье должно приобрести мятный оттенок. Затем добавить семнадцать цветков валерианы и пять листков спорыша. Темно зеленый цвет, легкий травянистый запах. Через десять минут положить толченые листья бадьяна. Кипятить тридцать минут, по готовности дать настояться. В итоге зелье должно получиться травянистого оттенка. Запомнили, Поттер?       — Да, сэр, — сквозь зубы пробормотал Гарри, спешно записывая все сказанное и стараясь ничего не упустить.       В общем, все прошло довольно благополучно, если не считать, что он чуть не перепутал листья спорыша и листья бадьяна. Может, надо было начинать с травологии? Но это еще ничего по сравнению с тем, что он чуть не снес три полки с зельями Снейпа. Это была абсолютная случайность! Он просто хотел убедиться в легком травянистом запахе! Кто ж знал, что легкий он только если его нюхать на расстоянии метра. А дальше все получилось довольно банально: из-за «легкого» запаха у него закружилась голова. И вот Гарри уже изображает сошедшую с ума мельницу, а бедные, ни в чем неповинный полки просто попали под руку, но им повезло — они отделались легким испугом. Что нельзя сказать о Гарри. Когда мир вернулся на положенное ему место, т.е. пол стал полом, а потолок — потолком, волшебник настороженно посмотрел на Снейпа. Гарри мог поклясться, что в этот момент у профессора дернулась бровь. Упс.       Но, кажется, Фортуна сегодня была благосклонна к Гарри. Снейп, не кинув даже язвительного комментария, хотя зеленоглазый был уверен, что он пробормотал что-то вроде «дернул же меня Мерлин», вышел из лаборатории. Все оставшееся время готовки зелья, профессор только время от времени заглядывал проверить нерадивого ученика. А то вдруг он со своим «талантом» умудриться разнести его лелеемый кабинет? С него станет. И вот решающий момент. Нервы. Улыбка на губах. Фейерверк в голове. У него все получилось.       — Неплохо. Впрочем, это зелье испортить практически невозможно. Улыбка сползла. Неплохо?! И все?       — Спасибо, — выдавил из себя Гарри.       — Спасибо, сэр, — поправил Снейп.       — Сэр.       Так проходило каждое занятие. Без лишних слов они проходили в лабораторию, профессор рассказывал о зелье и выходил (видимо, ему все же дороги собственные нервы), Гарри готовил, если у него что-то не получалось, Снейп в своем обычном стиле объяснял допущенные ошибки, хотя это больше походило на одну большую насмешку. Но несмотря на все Гарри не мог не заметить свой прогресс в зельеварение. Он научился готовить Амортенцию, Аконитовое зелье, которое когда-то Снейп давал Люпину, чтобы он сохранял человеческое сознание, когда превращался в волка, зелье Сопротивления магии, Оборотное и многие другие. Даже с его язвительным, саркастическим и отстраненным характером, Северус Снейп был хорошим учителем, который превосходно знал свой предмет.