Инь Ян

Предсказания старших учеников насчет тренировки были правдивы: некоторые в конце действительно оказались настолько вымотаны, что буквально волочились по полу к раздевалкам. Наконец найдя Марну, Иккель вместе с ней и увязавшейся за ними спарринг партнером даркианки отправились в баню. Полукруглая пристройка предназначалась для снятия напряжения после тренировок и для того, чтобы разгоряченные и потные подростки могли освежиться. Когда они пришли, большая часть каменных лежанок была свободна — Марна и Иккель пришли одними из последних, обыскавшись друг друга повсюду. Сейл решил остаться вместе с ними, хотя его друзья уже ушли, но получеловек выглядел так, словно сильно нуждается в новой компании и общении, поэтому Иккель, вспомнив, как тот смотрел на унесенного помощниками Хельвига снежного призрака, явно ему знакомого, не могла отказать, хоть и не хотела сейчас находиться в большой компании. Сидя рядом с Марной в полотенце, Иккель старалась не смотреть в сторону девушек, проходящих рядом совершенно обнаженными, при этом ни капли не стесняясь. Даркианка, поливающая ее волосы водой из пиалы и расчесывающая их гребнем, также не накинула на себя ничего. Иккель была единственной, чье тело прикрывала одежда. Если не считать Аскеля, старательно буравившего ее лицо уже долгое время. Иккель подумала, что он нарочно сел прямо перед ними, чтобы раздражать ее своим видом. — Икки-и, ну как тебе может быть удобно? — в который раз возмутился Сейл. Сидя по другую сторону от сосредоточенной на расчесывании Марны, он маялся, то и дело тянулся к гребню даркианки, но получал по загребущим рукам и недовольно шипел, — в этом же нет ничего такого. Зачем стесняться собственного тела? Оно же твое. Вот будь твое тело как у рака или у водоросли, то это уже было бы страшно. Но надо признать, что тогда бы ты была крайне аппетитна. «Что за чушь несет этот снежный призрак?» — вздохнула мысленно девушка. — Слайзер, — очень спокойно произнесла Марна, даже не смотря на получеловека. — А знаешь, сейчас ты тоже ничего так, — словив блеснувший взгляд даркианки, быстро заметил Сейл, — так бы и съел. Хаха. Их спутница хохотнула в ответ на его шутку, и Сейл, почувствовав себя уверенней, посмотрел на них. Марна закатила глаза, Иккель вздохнула. Все это время она ловила взгляд Аскеля, поэтому особо не вслушивалась в бред получеловека. И вдруг ей стало интересно, как тот отреагирует на ее действия. Любопытство прожгло грудь, и ее уже было не остановить. Действительно, разве нормально смущаться себя? — Ты прав, Сейл, — смотря прямо змеевику в глаза, медленно произнесла Иккель, — тело мое, мне нечего стыдиться. Получеловек заинтересованно склонил голову набок, наблюдая за ее действиями, его губы исчертила заинтригованная усмешка, а пепельные радужки глаз засверкали. Придержав руку Марны, чтобы та прекратила ее расчесывать, Иккель искусно развязала узелок на спине. Не отрывая взгляда от лица напрягшегося парня напротив, она встала. Так она бросала вызов не только ему, но и себе, боявшейся чужих взглядом. Заинтересованные взгляды ее спутников следили за ней, также как и постепенно звереющие глаза Аскеля. Он выглядел словно зверь, чья желанная добыча внезапно оказалась вне его досягаемости. Позволив полотенцу стечь к стопам, Иккель захватила пальцами ног его край и откинула в сторону. Вызывающе смотря в злое лицо напротив, она ощущала покалывание во всем теле. Будоражаще. Как же ей нравилось окутавшие грудь свобода и вседозволенность. Будто впервые. Как бы ее неудавшийся надсмотрщик не злился, помешать или заставить ее надеть это полотенце обратно он не мог. Не смел. Не здесь, когда вокруг такие же обнаженные полулюди, которые не поймут его возмущения. Не сейчас, когда рядом с ней вольготно расположились принцесса Дарка и аристократ из древнего рода, телохранитель принцессы Лайта, и их мягко сверкающие довольные глаза следят за каждым ее действием. «Чувствуешь? Хаа. власть надо мной, которая утекает сквозь твои пальцы. Меня это очень освежает. А тебе, должно быть, не очень хорошо». Кому она это говорила? Аскелю, находящемуся прямо перед ней? Племени, которое покинула на три года? Отцу, оставившему ее здесь? Иккель думала, что каждому по отдельности и всем им вместе. Наконец осознание собственной свободы укоренилось в голове, даря эйфорию. Тяжесть, сковывавшая ее, отступила. Аскель в этот момент будто не мог стерпеть, желая встать и, подлетев к ней, хорошенько побить: крылья его носа яростно вздувались, а глаза налились неестественной голубизной. Зрачки сузились до размера двух игл. О, несомненно, тот представлял, как ставит наглую девчонку на место перед ее защитничками. Как они ничего не могут поделать, когда он, схватив тонкое запястье, уводит ту вперед. На Олухе девушкам запрещалось показываться перед мужчинами в подобном виде. Нравы у них были куда строже, чем у полулюдей, поэтому Аскель, воспитанный в подобных традициях, едва сдерживался от того, чтобы перевоплотиться и наподдать зарвавшейся малявке. Она еще и осмелилась усмехаться ему в лицо! Тела коснулся приятный пар, и Иккель вдохнула поглубже витавший в воздухе аромат сандала и какой-то незнакомой душистой травы. Она не в первые оголялась перед людьми здесь, раньше девушка делала это в раздевалке, но быстро и рвано, желая поскорее спрятаться за одеждой. Намеренно Иккель сделала это впервые, и пусть было страшновато, но бурлящее в крови возбуждение и пыл почти перекрыли боязнь. Сейчас она чувствовала себя всесильной. Властвовать над собственным телом было гораздо приятней, нежели управлять кем-то другим. Очаровательно улыбнувшись Аскелю напоследок, она удобно уселась на подогретую каменную поверхность и немного неуверенно огляделась. Некая скованность все еще осталась, поэтому ей важно было услышать, что они скажут. — Ваах, это было красиво, — поделилась получеловечка, привязавшаяся к ним, — у тебя очень сочная грудь и талия невероятная. Ты очень изящна. — Тот парень выглядел так, будто готов сожрать тебя прямо сейчас, — хитро хихикнул Сейл, — и я его понимаю. Бунтарский вид тебе к лицу. Иккель слабо улыбнулась в ответ. Комплименты согрели ее подобно материнским объятиям. Лицо Марны также сохраняло хитрое выражение; та выглядела полностью солидарной с Сейлом, что являлось редкостью. Разговор завязался сам собой: Сейл с получеловечкой рядом поспорил, какой лайтский род самый древний, Марна изредка вставляла свое слово, наслаждаясь вместе с Иккель душистыми белесыми парами, окутывающими баню. Сейчас можно было отдаться моменту, забыв про постыдные шрамы, собственное смущение, Аскеля, что в ярости удалился, оставив парочку полудраконов и липнувшую к нему до этого получеловечку в растерянности. Можно было забыться и отдохнуть… как же тягуче-сладко в груди. Иккель опустила голову на плечо Марны, в блаженстве прикрыв глаза. Та мягко провела рукой по ее волосам, пропуская мокрые пряди через пальцы, бросив что-то недовольное в ответ на смешок Сейла. Змеевик определенно нажалуется Стоику, девушка не сомневалась. Что ж, пусть рассказывает, здесь отцу ее не достать, что заставляло ее испытывать злорадство. Дуновение ветерка рядом оповестило о незваном госте. Нега заполнила тело девушки, удобно устроившейся на плече подруги, и та даже не соизволила открыть глаза. Ее спутники же обратили внимание на подошедшего человека. — Господа, могу я присоединиться? — вопрос был задан очень степенно и медленно, при этом говоривший юноша делал странные паузы между словами. Мгновенно получив разрешение от сообразившего быстрее всех Сейла, юноша сначала нацелился было на место рядом с Иккель, но, услышав предупреждающее недовольное шипение Марны, сел подальше, и, судя по тому, как Сейл и получеловечка, имя которой Иккель до сих пор не знала, в два голоса подозвали его, устроился он рядом с ними. Ревниво хмыкнув, даркианка продолжила гладить ее по волосам. Сонно разлепив глаза, девушка отыскала взглядом их нового знакомого и не смогла зацепиться взглядом ни за какую особенную черту. Обыкновенная аура, обыкновенная внешность, обыкновенное тело. Ничего такого, что могло бы заставить ее задержать на нем взгляд, однако почему-то Иккель продолжала смотреть на него слабыми глазами. — Понравился? — увидев ее взгляд, с сомнением спросила Марна, будто сама не верила тому, что сказала. И правда, такие люди непримечательной наружности обычно начинали привлекать после длительного общения. Иккель не могла бы сказать, что тот ей нравился, хотя бы потому, что вид парня ее напрягал. Не понять, что не так, однако его движения, какой-то неестественный смех, которым он отвечал на шутки Сейла, делал его искусственным, неживым. — С ним что-то не так. — Поэтому он и не сел рядом с нами. Странный тип, — цыкнула Марна, и Иккель вдруг вспомнила привычку Медвежонка цыкать. Не подцепила ли от него ее подруга? — Сейл так спокойно с ним общается, — поделилась Иккель, перестав гипнотизировать взглядом парня и отвернувшись. — В его характере быть таким общительным со всеми. Не могу понять, раздражает меня это в нем или восхищает, — Марна игралась с локоном ее волос, задумавшись, — наверное все же раздражает. — И все же тот парень меня напрягает, — внутри Иккель не унималось беспокойство. Она потерлась головой о плечо Марны, устраиваясь поудобней. Та была не против. Пожалуй, им обеим нравилось возникшее между ними ощущение комфорта в этот момент. — Говоря честно, наш снежный призрак гораздо подозрительней этого паренька, — тихо произнесла Марна. И в этот момент возникшую с обеих сторон тишину прорезало ледяное и негромкое, но от этого не менее пугающее: — Убери от меня эту дрянь. Откинув руку получеловека, в которой тот что-то протягивал ему, Сейл холодным взглядом смотрел на замершего паренька. Девушка справа от него затихла, удивленно и испуганно смотря на них. Иккель и Марна также повернули голову на источник звука. Сейл до этого был крайне расслаблен и сыпал шуточками направо и налево, довольно улыбаясь, как ящер, пригревшийся на солнце. И Марна, и Иккель впервые видели его в таком настроении. — Хочешь вылететь из академии? — ласково-холодно предложил Сейл ошалело смотрящему на него пареньку, — или мне самому стоит разобраться с тобой? Полагаю, Кнуд простит мне убийство его сына, если узнает, что тот едва не опозорил собственный род. Так как хочешь отправиться на встречу к Хелль? — не убирая леденящей сердце улыбки с лица, он, словно змей, склонился над пареньком, мягко проведя отросшим когтем от одного края подбородка жертвы до другого, — содрать слой кожи с лица? Или, — его рука коснулась кожи над пупком, — продырявить тебе живот? Я так взбудоражен, — его губы тронула чуть безумная улыбка, а глаза сверкали, — даже не знаю, что из этого всего выбрать. Ты же поможешь мне, верно, малыш? Тот дернулся, но Сейл легко удержал парня, вытянув руку и крепко сжав его шею. Ощущение дрогнувшего кадыка под ладонью разрядом молнии прошлось по руке снежного призрака, вызвав еще более радостную улыбку на его губах. — А теперь расскажи, кто же такой умный заставил тебя пропихнуть сюда эту траву? Марна закатила глаза, смотря на представление перед ней, а Иккель, пораженная, внезапно увидела на влажной плитке какой-то мешочек. Кажется, именно его предлагал этот получеловек. Наклонившись к нему, взяла его в руки, когда Марна вдруг выбила его. — Не трогай эту мерзость, — ее лицо выражало недовольство, — еще пропахнешь ею. Как мы тогда обниматься будем? Меня ж от тебя воротить будет. Слегка удивленная грубостью слов, Икки все же покаянно произнесла: — Хм, извини, — Марна взяла ее ладонь в свои руки и подула на нее, будто пытаясь избавиться от оставшегося запаха. Выглядело странно, но Иккель почувствовала разлившееся внутри тепло, — я не подумала об этом. Действительно так сильно пахнет? — конечно же, нюх даркианки был острее, чем у обычного человека. — Еще бы. Но этот парень носил мешочек столько времени и не пропах, тогда с какой стати Иккель должна пропахнуть? Иккель вздохнула, но послушалась, проводив тоскливым любопытным взглядом мешочек, как кошка смотрит на ускользнувшую в нору мышь. Догадка, мучавшая ее, застряла на языке. Голубой олеандр. Ядовитый для всех, кто обладает внутренним драконом. Настоящее проклятие, уносящееся жизни сотен полулюдей и полудраконов без разбору. Раньше его выращивали на людских островах: для употребления в еду и борьбы с драконьими захватчиками, но после падения людского союза племён полулюди вместе с полудраконами — в этом вопросе они были на удивление едины — сожгли все поля с губительным цветком. Но это не мешало периодически вспыхивать эпидемиям в разных частях архипелага: контрабандисты, прознав об интересных наркотических свойствах цветка, тайно продавали его. Прекрасный олеандр вызывал зависимость, если принимать его в малых дозах. И если не есть ядовитые лепестки, а лишь приятное на вкус соцветие, то ощущаешь прилив сил, бодрости и хорошего настроение. Однако заканчивалось это всегда плохо. Икки, заинтересованная, предпочла просто посмотреть на развитие событий. — Господин Сейл, я д-действительно ничего не знаю. — простонал парень, но его слова и реакция были все также заторможены. Снежный призрак сузил глаза, подумав о том, что пришло в головы и остальным. — Ты и сам употребил перед тем, как подойти, я прав? — ответ даже не требовался. Улыбка медленно сошла с его лица.