Там, где цветет вереск

      Прибытие новоиспеченных супругов в гостиницу прошло практически незаметно для служек и прочих постояльцев. Исключение составил мистер Терн. От внимательного взгляда его не укрылось появление в зале графа Эррола, пропустившего вперед миловидного и юного омегу. В нарядно одетом молодом человеке, хозяин гостиницы с трудом, но все же узнал недавнего спутника шотландца. Опознать его ему помогли огненно рыжие волосы омеги.       Поспешив навстречу, Терн легко поклонился, однако, без излишнего подобострастия. — Столик, Ваша Светлость? - взгляд его перескакивал с альфы на омегу и обратно. — Нет, мы пройдем сразу в номер, — заметив, как напрягся толстяк, Алистер чуть улыбнулся. — Мистер Терн, дабы избежать ненужных вопросов и недоразумений, позвольте представить Вам моего супруга, Дани, - чуть понизив голос, граф склонился к владельцу гостиницы, - Мы только-только из церкви, Терн, и какое-то время хотели бы побыть наедине. Прошу Вас, сохраняйте наше положение в тайне как можно дольше, желательно до нашего отъезда. Не хотелось бы отвлекаться на прием посетителей, желающих нас поздравить.       Мистер Терн с понимающей улыбкой кивнул Алистеру, поклонился Дани и, завладев рукой омеги, поцеловал самые кончики пальцев. — Поздравляю Вас! От всей души поздравляю! - с умилением глядя, как щеки омеги заливают пятна румянца, Терн пришел в еще больший восторг. Обернувшись к графу, он схватил его руку и ощутимо потряс. - Поздравляю граф! Вы можете быть совершенно спокойны, никто не потревожит вас! Может быть, Вы желаете сменить номер? — Не стоит. Нынешний номер нас вполне устроит. Распорядитесь, пожалуйста, прислать нам обед.       С этими словами Алистер раскланялся с радушным хозяином, и под его взглядом повел Дани к лестнице, ведущей на второй этаж.       Остановившись в дверях, Дани разглядывал обстановку. Широкую кровать в правой половине комнаты, небольшой диванчик у стены, кресло у камина, стол у окна и пару стульев вокруг него… Все было лаконично и удобно. И уютно. Тепло, идущее от огня в камине, лучи солнца, падающие на пол через распахнутые шторы…       Уютно. Гораздо уютнее, чем в его комнате в родовом особняке. — Годится? - граф раскинув руки обвел комнату.       С момента, как за ними закрылась дверь, он не спускал глаз с Дани, оценивая его реакцию. Все чувства и мысли омеги так явственно проступали на его лице, что Алистер без труда считывал все о чем думал его супруг.       Кивнув, Дани едва заметно улыбнулся. — Да, более чем…       События сегодняшнего дня развивались для него чересчур стремительно.       Утром его буквально сдернули с кровати. Под присмотром и командованием незнакомого омеги, слуги выкупали его в горячей ванне, что уже было странным, так как он накануне вечером принимал ванну. Его тщательно оглядели и удалили редкие волоски, кои осмелились появиться на теле, а затем облачили в совершенно новый, не виданный им ранее костюм: белоснежные бриджи, глубокого зеленого цвета рубашка и светло-серый сюртук, вышитый серебряными нитями, с белым жилетом под ним.       Тягостное, тревожное предчувствие владело им. Наряжали его явно неспроста. Худшие опасения подтвердились, когда его позвали на завтрак вниз, в столовую, где Юстас и рассказал о предстоящем венчании.       Дани и так не отличался аппетитом, но в тот момент желание есть пропало вовсе. Его прежние мольбы к опекуну, его побег… Ничего не помогло, а только лишь ускорило приближение страшного обряда.       Стараясь не смотреть на чуть ли не потирающего от довольства руки Юстаса, Дани поковырялся в тарелке, так и не поднеся ко рту ни единого кусочка. Так же безрадостно оглядел холл особняка, с отчаянием взглянул на осмелившегося показаться Саймона, старого камердинера отца, сосланного Юстасом на кухню. С едва сдерживаемым отчаянием, спустился он по лестнице, удерживаемый за локоть самим Харландом, и обреченно сел в экипаж.       Все его существо словно заледенело от ужаса предстоящего действа. Он безучастно смотрел в окно и ничего не видел. Не слушал и не слышал, что ему вещал ненавистный родственник. Не заметил, как короткое путешествие подошло к концу. Не видел, как довольный Юстас открыл дверь и ждал, пока слуга опустит подножку. Но зато он прекрасно увидел, как распахнулась дверь перед ним, как из темноты остановившейся рядом кареты протянулась рука и сдернула его с мягкого сидения. Тут же, уже обе руки неизвестного, подхватили его подмышками и перетащили в другой экипаж.       Дани слышал позади себя крики Юстаса, слышал, как возница понукал лошадей, как все громче, все быстрее стучали колеса по мостовой, но видел перед собой только его - уже знакомое лицо графа Эррола и его смеющийся глаза.       Он не знал, что на него нашло, что заставило кивнуть там, в той церквушке, но стоя сейчас в одной комнате с графом, он впервые четко осознал, что перед ним стоит его супруг. Не барон, к браку с которым его готовил и настраивал Юстас, а этот довольно молодой, самоуверенный, практически незнакомый ему, альфа.       И впереди была ночь.       Их первая брачная ночь…       Дани побледнел, не решаясь взглянуть на графа, но тот сразу заметил исчезнувшую улыбку и залившую щеки омеги бледность. Быстро подойдя к Дани, он положил руки ему на плечи и развернул к себе. — Что с Вами, Дани? Вам нехорошо?.. Присядьте.       Поддерживая его, Алистер проводил Дани к креслу у камина и бережно усадил в него.       Опустившись на одно колено, он аккуратно, но довольно интенсивно принялся растирать холодные ладони супруга, опасаясь, что тот грохнется в обморок, подобно многим изнеженным столичным омежкам. Но тот, остановив графа, убрал руки. — Все хорошо. Я в порядке… — Какой уж там порядок, - буркнул Алистер. - Вы побледнели, как смерть. Что Вас так взволновало?       Вспомнив о причине, Дани покраснел и опустил голову, избегая взгляда альфы. — Вы знаете, Дани, у Вас удивительная способность быстро менять цвет, - с улыбкой произнес Алистер.       Он начинал догадываться о том, что тревожило омегу и постарался отвлечь его. — Может быть Вам что-то нужно, Дани? Здесь есть все необходимое, но если Вам хочется чего-то особенного, я распоряжусь достать. — Нет-нет, не надо, ничего не нужно! - вскинулся Дани и увидел улыбку графа. — Вам не стоит бояться меня, Дани. Я не трону Вас без Вашего на то разрешения, - совершенно серьезно произнес Алистер. - Но я хотел бы просить Вас не скрывать от меня своих мыслей и чувств, дабы мы могли скорее и лучше узнать друг друга. Мы все же связаны с Вами отныне, и я желал бы сделать этот союз максимально комфортным и приятным для нас обоих.       Дани глядел на альфу, сидящего у его ног, слушал его и внезапно поймал себя на мысли, что у этого молодого и красивого мужчины наверняка был или есть любимый человек, или любовник. Омега, что ждет его возвращения домой. Спрятав лицо в ладонях так, что на виду остались лишь глядящие на Алистера взволнованные глаза, он тихо прошептал: — О, Боже… Граф, простите меня, прошу! Это все из-за меня, из-за моей дурацкой выходки! Простите меня! — За что Вы извиняетесь, Дани? - недоуменно спросил Алистер. Раскаяние омеги было столь порывистым и искренним. — Но как же… Если бы Вы не наткнулись на меня в порту, если бы не вмешались во все это, Вы были бы свободны… И Вас, наверное, ждут дома… Простите!       Смутившись своего спутанного объяснения, Дани замолчал, сцепив пальцы перед собой, чем не преминул воспользоваться Алистер. Обхватив их своими руками, он легко поцеловал каждую из ладоней. — Да, Дани, меня ждут дома. Ждут мои люди, дела, мои друзья и родственники. Но меня никто не ждет в том смысле, в котором подумали Вы. Не беспокойтесь об этом.       Дани с удивлением глядел на графа. — Никто? - он никак не мог поверить, что такой человек, как Алистер, может быть свободен. — Никто, - подтвердил тот, уверенно кивнув головой. — Я бы Вас ждал, - внезапно произнес Дани, не сразу поняв, что озвучил свои мысли вслух.       Солнечно улыбнувшись, Алистер поднялся на ноги. — У Вас будет такая возможность, Дани.       Охнув, омега закрыл лицо руками, а граф негромко рассмеялся. События сегодняшнего дня явно выбили его из колеи. Легко коснувшись плеча Дани, он отошел к столу и опустился на стул. — Не стоит смущаться. Мы только знакомимся, узнаем друг друга и неловких моментов будет еще предостаточно впереди. Не ходить же нам все время красными от этого, — улыбнулся супругу Алистер, видя, как тот опустил ладони и взглянул на него.       Прервал их дальнейшую беседу короткий стук в дверь. — А вот и наш обед.       Открыв дверь, Алистер пропустил слуг в комнату. И пока двое сноровисто накрывали на стол и расставляли на скатерти блюда, третий положил на постель дополнительный, к уже имеющемуся, комплект полотенец. Хозяин гостиницы предусмотрительно прислал его в номер, позаботившись о новом постояльце. — Может быть, Вы хотите умыться или сменить рубашку, Дани? - спросил граф, закрывая дверь за последним из слуг.       Дани поднялся на ноги, оглянулся и нерешительно замер в ответ на слова альфы. — У меня ничего нет с собой, - негромко проговорил он.       Обернувшись к супругу, Алистер озадаченно и с изрядной долей растерянности посмотрел на него. — Черт! Я совсем не подумал об этом…       Его досада была столь искренней и настолько не характерной для графа, что Дани невольно улыбнулся. — Вы же не знали, что Ваш день закончится … этим. — Это не меняет дела, Дани. Мои действия повлекли данные неудобства для Вас. К тому же теперь я ответственный за Ваш комфорт мне и решать создавшуюся проблему. Вот только все портные уже закрылись и мы вряд ли сможем что-либо купить сейчас. Придется ждать до утра. Возможно, если Вы согласитесь, я могу дать вам что-нибудь из своих вещей или у хозяев найдется что-то подходящее.       С сомнением оглядев высокую, широкоплечую фигуру графа, Дани покачал головой. — Не думаю, граф, что мне подойдут Ваши вещи, - улыбка вновь мелькнула на губах. - И, если позволите, у меня есть идея получше. —  Расскажете? - с ответной улыбкой спросил Алистер. — Конечно, но... - кивнул Дани и осторожно продолжил, - давайте поедим, а то все остынет. Негоже, когда старания повара пропадают зря... — Вы голодны, - граф с теплотой смотрел, как румянец вновь заливает щеки омеги. - Похоже, как супруг, я уже провалился по всем статьям, - покачал головой Алистер, тем не менее, продолжая улыбаться. - Лишил Вас привычного окружения, гардероба, да еще и морю голодом. — Это не Ваша вина, граф, - Дани всерьез воспринял слова супруга. - Да и я не возражаю против перемен. — Не стоит меня оправдывать, Дани, заботиться о вас моя прямая обязанность.       Отодвинув стул, Алистер подождал, пока Дани сядет, и придвинул его к столу, потом занял свое место напротив. Наполнив кубки легким вином, предусмотрительно присланным мистером Терном, граф протянул один из них супругу. - Попробуйте, Вам понравится.       Дани осторожно взял его и заглянул внутрь. — Это вино, - пояснил Алистер. - Оно легкое и не обжигает.       Поднеся кубок к губам, Дани сделал осторожный глоток. Действительно, вино не обладало той огневой горечью, что херес, предпочитаемый Юстасом, и не перехватывало дыхание, как виски, которое довелось ему попробовать в компании графа в прошлый раз. Легкое, наполненное пряными нотками трав и винограда, оно разлилось внутри приятным теплом. — Вкусное, - смущенно улыбнулся Дани, поднимая глаза на графа. — Рад, что Вам нравится. Приятного аппетита, Дани! — Приятного аппетита, граф! - Кивнул омега.       Покачав головой, альфа протянул руку и накрыл ладонь Дани уже коснувшуюся приборов. — Меня зовут Алистер. Думаю, это будет более уместно, чем «граф» в нашем случае.       Склонившись к руке, он поцеловал самые кончики пальцев омеги, а затем повторил: — Приятного аппетита, Дани! — Приятного аппетита, … Алистер! - зардевшись, запнувшись на имени выдохнул омега.       Некоторое время, они молча трапезничали, изредка бросая на соседа по столу короткие взгляды. Вернее, это Дани поглядывал изредка, Алистер же в открытую наблюдал за супругом. В отличие от многих великосветских жеманных красавцев, супруг его не раздражал вовсе. Ему нравилось все в этом юноше. Омега вел себя немного скованно, что вполне объяснимо сложившейся ситуацией, но, тем не менее, естественно.       Когда обед уже подходил к концу и оба наслаждались воздушным яблочным пирогом, граф обратился к супругу. — Так, что у Вас была за идея, Дани?       Тот мгновенно отложил приборы и посмотрел на Алистера. — В доме есть слуги. Юстас привез с собой только двоих. Остальной штат остался еще со времен моего отца. Все они неплохо ко мне относились, но не могли в открытую противоречить новому графу. Новую работу найти сложно и никто не рисковал, - словно оправдываясь, пояснил Дани. - Камердинер моего папы, Саймон, был сослан на кухню, но он целиком и полностью на моей стороне. Можно послать кого-нибудь к нему, и он соберет мои вещи. Только лучше это сделать не с парадного входа, а с черного. Я, правда, не знаю, какова сейчас обстановка в доме, но раньше Юстас уезжал каждый вечер в клуб. — Он игрок? - поинтересовался Алистер. — Страстный. Не пропускает ни одного вечера, - кивнул Дани. — Возможно, что он и сегодня не изменит своей привычке? — Вполне. Такая незначительная фигура, как я, вряд ли может нарушить его планы. По крайней мере, мой предыдущий побег их точно не отменил. Я сам видел.       Поднявшись, Алистер прошелся по комнате, обдумывая свои дальнейшие действия. — Саймон, верно? — Да. Невысокий, худощавый и седовласый омега. — Хорошо, - задумавшись на мгновение, Алистер продолжил. - Я сейчас Вас покину, Дани, попробую разузнать, что и как. Может статься, что Ваш план не так уж и безнадежен. — Это хороший план, - кивнул омега, поднимаясь со стула. - Только я поеду с Вами. — Это исключено! - возразил альфа. — Исключено, что я останусь тут ждать в одиночестве и неизвестности, - заупрямился Дани. - Кто знает, может, Юстасу удалось выследить нас и, как только Вы уйдете, он ворвется сюда и заберет меня. Я еду с Вами!       Новая, решительная сторона в поведении омеги, вызвала улыбку у графа. — Переубедить Вас мне не удастся?       Дани отрицательно покачал головой. — Что ж, так, может быть, будет даже лучше… - задумчиво произнес Алистер, наблюдая за супругом. — Лучше взять закрытый экипаж и не подъезжать напрямую к дому. Там есть маленькая, плохо освещенная улочка недалеко. Можно будет остановиться на ней. И нужно будет где-то найти мальчишку, чтобы послать на кухню… - размышлял вслух Дани, собирая в стопку опустевшие тарелки. — Дани, - граф прервал его размышления, перехватил руки и развернул к себе. . — Что? - вскинув голову, тот посмотрел на Алистера. — Ничего, - улыбнулся Алистер. - Оставьте это. Идем. — Что? Я слишком много говорю? - смутился Дани. — Нет. Просто хотел сказать, как я рад, что именно с Вами меня свела судьба. — Вы смеетесь надо мной? — Нет, отнюдь. Вообще, мне кажется, что Вы воплощаете в себе все те черты, что я бы хотел видеть в своем спутнике жизни. По невероятному стечению обстоятельств, именно им Вы и являетесь с сегодняшнего дня. — И все-таки Вы смеетесь надо мной, - смутился омега. — Нет.       И таким твердым и уверенным было это «нет», что Дани, откинув все сомнения, поверил ему. Вложив руку в протянутую ладонь Алистера, он вышел с ним из номера и спустился вниз. Уже на улице, он поежился. — Холодно? - чутко отозвался на его поведение граф. — Нет. Это скорее волнение… — Все будет хорошо, Дани, но даже если ничего не получится сегодня, завтра закажем Вам гардероб на первое время, а дома пошьем новый. Не волнуйтесь. — Да я не из-за одежды волнуюсь, хотя и из-за нее тоже, но что ждет нас в особняке… Вот что меня волнует. — Ничего. В особняк ни один из нас не пойдет, - Алистер встал перед омегой. - Дани, что бы ни случилось, пообещайте мне не покидать экипаж. Это очень важно. Вас не должны видеть. Никто. Ни слуги в Вашем доме, ни в соседних.       После секундного колебания, Дани согласился. — Я обещаю Вам это. — Я буду с Вами, поэтому оставьте свое волнение здесь и поедем, прокатимся по вечернему городу.       Сопротивляться озорной, мальчишеской улыбке Алистера было невозможно, и Дани невольно улыбнулся в ответ.       Следуя четким указаниям графа, наученного подсказками омеги, возница остановил карету там, где его и просили, на темной и малолюдной улочке. Приоткрыв дверь и, подозвав пробегающего мимо мальчишку, явно одного из мелких служек, Алистер передал ему записку адресованную Саймону и строго-настрого наказал передать ее точно в руки получателя. Сопроводив слова мелкой монеткой, исчезнувшей в кармане мальчишки, Алистер закрыл дверь и выпрямился на сидении напротив Дани. — Вот и все. Первый шаг сделан. Осталось только ждать.       Повернувшись, граф приоткрыл маленькое окошко, служащее для общения с кучером, и напомнил тому о ранней договоренности: при первом же сигнале со стороны пассажиров, трогать немедля ни секунды.       Время потянулось с тягучей медлительностью. Словно липкая патока оно еле-еле ползло, отсчитывая мучительные минуты ожидания.       Стемнело. На соседней, широкой улице зажгли фонари. Меньше стало пешеходов, больше экипажей…       Дани внимательно вглядывался в темноту сумерек за окном. Внезапно он встрепенулся, что сразу же насторожило и графа. — Это он, - выдохнул Дани, встретившись глазами с графом и снова впиваясь взглядом в приближающийся силуэт.       Распахнув дверь, он тут же втянул в карету запыхавшегося от быстрой ходьбы и волнения старика. Омеги обнялись, не сдерживая эмоций. — Саймон! — Дани! Слава богу, мой мальчик, ты жив! Ты жив! - Старик, чуть отодвинувшись, внимательно осмотрел молодого человека. - Юстас вернулся из церкви взбешенным так, что все, и даже Сора с братцем, попрятались кто куда. Он кричал, что тебя похитили. Это правда?.. — Правда, - прервал его Алистер.       Саймон, резко обернувшись к альфе, принялся изучать его, чуть прищурив подслеповатые глаза, чем вызвал легкую усмешку на губах графа. — А Вы собственно кто? - со свойственной старым слугам прямотой, спросил он у альфы.       Чуть улыбнувшись, Дани положил ему руку на плечо в успокаивающем жесте. — Саймон, не нужно так. Позволь представить тебе графа Эррола. Это он увез меня от церкви и от венчания с бароном. — А у него-то что за интерес до всего этого? - все так же нахмурившись, изучал графа старик. - Какие у него планы в отношении тебя? Можно ему вообще доверять? — Саймон! - задохнулся от несправедливых подозрений в сторону Алистера Дани. - Граф спас меня, потому что я его просил об этом. Мы встретились с ним, когда я сбежал из дома. Я рассказал ему свою историю и вот, что из этого вышло. — Это хорошо, что он помог, но можно ли ему верить? Он же может… — Не может, - возразил Алистер, вновь прерывая слугу. - Дани упустил одну маленькую деталь в своем рассказе. Сегодня днем мы с ним обвенчались по особому разрешению короны и архиепископа. Дани мой супруг и причинить ему вред последнее, что может прийти мне в голову.       Дани вспыхнул, а Саймон, переводя взгляд с одного на другого, остановил его на омеге. — Это правда? — Да, — Дани смущённо покосился на графа.       Саймон тут же расслабился и промокнул уголки глаз большим клетчатым платком, извлеченным из кармана. — Вот и хорошо… Вот и славно, что муж, - бормотал он. Замерев на мгновение, он вновь взглянул на альфу. - Граф Эррол?.. Уж не тот ли Вы шотландец, что поставляет ко двору шерсть?       Алистер лишь рассмеялся в ответ на осведомленность старого омеги. — Именно он. Алистер МакЭлрой, граф Эррол. К Вашим услугам, Саймон.       Саймон хлопнул себя ладонями по коленями и подмигнул Дани. — А он мне нравится! - Поднявшись с сидения, старик, довольно ловко для своего возраста, открыл дверцу и спрыгнул на тротуар. - Ждите меня здесь, я скоро. Твои вещи собраны и готовы к отправке в дом супруга. Кто же знал, что дом будет другой, - негромко хохотнув, Саймон исчез из поля зрения. — Мне он тоже понравился, - улыбнулся граф Дани. - И видно, что любит Вас. — Да. Сколько себя помню, Саймон всегда был рядом. И даже когда Юстас отправил папу в монастырь, он не пожелал оставить меня, согласившись работать на кухне. И он втайне все еще надеется на его возвращение. — А Вы, Дани? — И я, но это было невозможно. В тот монастырь можно войти, но не выйти.       Они замолчали, каждый думая о своём. Молчание в карете не тяготило, но было пропитано лёгкой грустью.       Спустя почти час, к экипажу вернулся Саймон в сопровождении молодого парня, тащившего два увесистых тюка. В нем Дани узнал Пирса, малоразговорчивого бету, помогавшего на кухне. — Не знал, что у меня столько вещей, - озадачено проговорил Дани, наблюдая, как тот крепит поклажу на месте для багажа. — Здесь ещё и мои вещи, - бросил Саймон, забираясь в экипаж. - Я еду с вами.       Старик с вызовом посмотрел на графа, но тот лишь молча кивнул в ответ. Передав Пирсу несколько монет, он стукнул по передней стенке экипажа, и карета тронулась с места.       Ободренный и обрадованный присутствием Саймона, Дани мельком посмотрел на графа, стараясь разглядеть недовольство или гнев на самоуправство старика, но ничего этого не нашел.       Алистер же, с едва заметной, понимающей улыбкой на губах, просто смотрел на супруга, с удовольствием отмечая радостный блеск в его глазах. И то, что он видел, ему нравилось. Дани буквально расцветал от улыбки. Легкий румянец оживлял бледную матовую кожу, глаза сияли. Нетипичная для Британии внешность омеги только еще больше располагала к себе графа, выросшего на просторах Шотландии в окружении рыжеволосых людей всех оттенков.       Дани был похож на красный уголек костра, готовый в любую минуту вспыхнуть ярким, живым огнем.       Отблески того огня сейчас играли в глазах, на щеках и губах омеги.       Незаметно для супругов, Саймон наблюдал за их обменом взглядами и от того, что он примечал, ему становилось тепло и спокойно на душе. Молодые люди тянулись друг к другу. Пусть они сами еще не осознали этого, но он-то, старый служака, хорошо разглядел все признаки их обоюдного интереса. Удовлетворенно вздохнув, Саймон поудобнее устроился на сидении, прижимая к себе небольшой, прямоугольный сверток.       Дальнейший путь проходил в тишине и занял всего несколько минут. — Мистер Терн, - хозяин гостиницы чуть не подпрыгнул от неожиданности, услыхав за спиной голос графа.       Обернувшись, он заметил своего постояльца, его супруга и какого-то старика, стоящего чуть поодаль. — Мистер Терн, - вновь обратился к нему Алистер. - Свободен ли номер, что занимал мой секретарь? Мне бы хотелось поселить там камердинера Дани, если он еще не занят. — Свободен, Ваша Светлость. Как есть свободен. Никто не занял, он же сообщается с Вашим. Как можно… - обрадовался Терн. Граф всегда платил щедро за арендованные комнаты.       Услыхав желаемое, Алистер указал слугам, куда нести свертки и, сопровождая Дани, поднялся наверх. Когда старик оказался в своей комнате, так же, как и все вещи, супруги подошли к уже знакомому номеру.       Замявшись у дверей, Дани осторожно тронул графа за рукав. — Граф, может, будет удобнее, если я переночую вместе с Саймоном? - Он краснел, не смея поднять глаз на супруга и опасаясь его гнева. — Я же сказал, что не трону Вас, Дани, - с легким укором произнес Алистер, отчего омега покраснел еще больше. - Но, если Вам так будет спокойнее, то извольте. Препятствовать Вашим желаниям я не стану. — Спасибо, граф! - с облегчением выдохнул Дани и поспешил к соседней двери. — Дани, - позвал его альфа. — Да? - обернувшись, рыжик озадаченно взглянул на него. — Мое имя Алистер, - улыбнулся граф. - Доброй ночи! — Доброй ночи, … Алистер! - улыбнулся в ответ Дани.       Дождавшись, когда супруг закроет за собой дверь, граф вошел в свой номер. — Что это, Саймон? — спросил Дани, когда старик вручил ему сверток, всю дорогу не выпускаемый им из рук. — Посмотрите сами. Я подумал, Вы не захотите оставить это в руках Юстаса.       Развернув пеструю ткань, оказавшуюся наволочкой, Дани увидел знакомый ларец из красного дерева, искусно украшенный резьбой и драгоценными камнями. — О, Саймон, — выдохнул он, приподнимая крышку. Слезы невольно показались на глазах, когда он увидел содержимое. Все, абсолютно все украшения, принадлежащие лично его отцу-омеге. С едва сдерживаемыми рыданиями, он ласково коснулся серег, брошей, жемчужных нитей, виденных им ранее на отце. — Папа! Бедный мой…       Шмыгнув носом, Саймон громко высморкался и тут же развил бурную деятельность. — Ладно. Что уж тут сырость разводить. Нужно Вас переодеть поскорее. Негоже заставлять супруга ждать. Это, конечно, хорошо, что Вы проведали, как я устроился, но все должно быть в меру... Где же она? Ведь точно помню, что брал… Старик метался по комнате, доставая и раскладывая вещи Дани на всех поверхностях. — Ээээ, Саймон, - позвал его Дани. -- Я вообще-то собирался переночевать с тобой. — Что?! - слуга остановился посреди комнаты. - Даже не думай! - Вскричал он. - Бросить мужа, ради старого слуги? Да ты что! Хорошо еще, что я омега! Сейчас мы тебя умоем, переоденем и отведем к супругу. Даже не возражай!       Дани и слова не успел сказать, как Саймон сноровисто и быстро раздел его. Смочив кусок фланели в тазике с водой, камердинер принялся протирать кожу молодого человека. — Саймон, ну постой же ты! Я и сам могу умыться! - выхватив ткань, Дани стал сам смывать с себя дневную пыль и пот. - Почему я не могу остаться с тобой? — С ума сошел! Мальчик мой, кто сейчас находится за стеной от нас? А? Ответь мне. — Граф. — Твой супруг!       Вспыхнув, омега потупился, но затем, вновь поднял глаза на верного слугу. — Но я его практически не знаю, Саймон! Сегодня второй день нашего знакомства! — А также день Вашей свадьбы! - возразил старик. - Барона ты знал и того меньше… И, вообще, как ты собираешься лучше узнать мужа, если будешь ночевать со старым, ворчливым Саймоном? — Ты самый лучший, - попробовал подлизаться к старику Дани. — Я знаю, - кивнул тот. Накинув на плечи молодого человека полотенце, Саймон быстро обтер его и надел через голову тонкую ночную рубашку, с нежной отделкой узким кружевом по вороту и рукавам. — Но дела это не меняет.       Ловкими, умелыми пальцами пробежав по волосам Дани, Саймон вынул две заколки, удерживающие огненные пряди за ушами. Проведя несколько раз по волосам омеги расческой, Саймон удовлетворенно кивнул. — Ты готов. — Саймон, позволь мне остаться с тобой! - предпринял еще одну попытку молодой человек. — Нет.       Схватив Дани за запястье, Саймон направился к двери, соединяющей две смежные комнаты, и громко постучал. Подтолкнув Дани ближе, сам отошел вглубь комнаты.       Граф, незадолго до этого успевший освежиться и переодеться в халат, распахнул дверь и на мгновение опешил от увиденной картины. Дани стоял на пороге комнаты в одной лишь тонкой рубашке. И пусть ткань укутывала его почти до пят, но горящий за спиной омеги камин делал ее практически прозрачной. Точеная подтянутая фигурка Дани вся как на ладони предстала перед Алистером. С трудом оторвавшись от разглядывания супруга, граф, наконец, обратил внимание на его крайне смущенный вид. — Что-то случилось, Дани? - чуть охрипшим от волнения голосом поинтересовался он. — Гр… Алистер, - покосившись на Саймона, начал омега. - Можно мне войти?       Переведя взгляд с пылающего лица супруга на довольного старика, Алистер чуть заметно улыбнулся. — Конечно можно, Дани, - отойдя в сторону, граф пропустил его в номер и, поклонившись Саймону, закрыл дверь, соединяющую комнаты. — Что же все-таки случилось? - переспросил он у омеги. — Саймон случился! - Скрестивший руки на груди Дани представлял собой довольно милую картину обиженного омеги.       Тихо хохотнув, Алистер подвел его к кровати. — Ложитесь спать Дани. Стоять босым на голом полу не самая удачная идея. Кровать довольно большая. Уверен, мы спокойно разместимся там вдвоем и не помешаем друг другу.  — Я ворочаюсь, - глухо заметил Дани, забираясь под одеяло. — Тогда, Вам лучше лечь у стены, и Вы не упадете.       Дождавшись, когда супруг устроится, Алистер подошел к столу, чтобы задуть свечи, и только после этого скинул халат и лег.       Дани задержал дыхание и замер, стараясь не шевелиться, чтобы не сдвинуться ненароком ближе к альфе. Было довольно непривычно чувствовать рядом тепло другого человека.       Разделенные несколькими сантиметрами они лежали в темноте. Оба с открытыми глазами. Оба прислушивались к дыханию друг друга и к своим ощущениям. Но то ли усталость взяла свое, то ли вера в слова супруга, обещавшего не трогать его без разрешения, то ли насыщенный событиями день, а, скорее всего, все вместе взятое, но скоро Дани успокоился и уснул. Уже позже, когда и Алистер стал проваливаться в сон, он перевернулся на бок и, прильнув к согревающему теплу, удобно устроился под боком у альфы.       Сонливость графа как рукой сняло.       Омега, прижавшийся к нему…       Рыжий локон, щекочущий подбородок…       Легкий ненавязчивый аромат луговых трав…       Почувствовав, как заинтересовано отозвалось тело на столь приятный контакт, Алистер с трудом сдержал стон. — Господи, дай мне сил пережить эту ночь и все последующие, — одними губами прошептал он, стараясь не шевелиться, чтобы не потревожить супруга.       Насколько бы его хватило неизвестно, но Дани перевернулся на другой бок, отодвинувшись при этом к стене.       Рыжик не лукавил ранее. Спал он, действительно, беспокойно, отчего непродолжительный сон графа перемежался короткими пробуждениями, стоило омеге пошевелиться. Промучившись так пару часов, Алистер поднялся и досыпал остаток ночи уже в кресле.       Стоило ему проснуться, как он наткнулся взглядом на сидящего на кровати Дани. Омега, закутавшись в одеяло, виновато поглядывал на спящего в кресле супруга. Заметив, что тот открыл глаза, он покраснел и, казалось, еще глубже зарылся в одеяло. — Я Вам совсем спать не давал? - тихо прошептал он. — Нет, Дани, - покачал головой Алистер. - Это я боялся потревожить Ваш сон, вот и перебрался… сюда. Вы давно проснулись?       Расстроенный омега только отрицательно покачал головой. Несмотря на слова графа, он чувствовал свою вину перед ним. Он-то знал, во что превращалась его постель после каждой ночи, да и Саймон вечно ворчал на его беспокойный сон.       Опять, опять и опять он приносит неудобства этому человеку, который вовсе не обязан был принимать участие в его судьбе. Вконец погрузившись в невеселые раздумья, Дани не заметил, как Алистер дернул шнур звонка, вызывая обслугу в номер, и поэтому ощутимо вздрогнул, когда услышал стук в дверь.       Принесший подогретой воды для умывания мальчишка с любопытством покосился на омегу, перед тем как покинуть комнату, а Дани, укрывшись с головой одеялом, рухнул обратно на подушку.       С улыбкой взглянув на этот сверток на кровати, Алистер легонько постучал по выпирающему бугорку, искренне надеясь, что это было плечо. — Дани, все хорошо? — едва сдерживая смех, поинтересовался он. — … — невнятное бормотание донеслось из-под одеяла, но альфа не понял ни слова. — Дани? — Теперь вся гостиница будет судачить о том, что я спал в Вашей кровати! — вынырнув из пухового плена, выдал омега. — И что? — спокойно ответил Алистер. — Гораздо большее количество слухов возникло бы в обратном случае, если бы Вы не спали в моей кровати. Мы супруги, Дани, и нет ничего необычного, что мы делим постель.       Зарывшись руками в волосы, Дани обхватил голову, отчего стал еще больше напоминать взъерошенного птенца.       Присев перед омегой на корточки, Алистер заглянул в его глаза. — Ну, что с Вами, Дани? Что Вас так расстраивает? — Не знаю… — Зато я знаю. На Вас слишком много свалилось в последнее время, Дани. Вы говорили, что жили в уединенном и далеком поместье, а потом Вас привезли в Лондон. С тех пор, все, что происходило вокруг Вас, было слишком стремительным и, мягко говоря, неподдающимся логике. Ваш предполагаемый брак, Ваш побег, наше знакомство, возвращение домой и наша свадьба, наконец. Все, абсолютно все это резко отличается от той жизни, что Вы вели до приезда в столицу. Немудрено, что это выбило Вас из колеи. Вы оказались в обстоятельствах не зависящих от Вас. Надо сказать, что Вы вели себя довольно спокойно и мужественно все это время, но защитные силы организма не бесконечны. Вы растеряны, сбиты с толку, но все уже позади. — Не знаю, граф... Мне все время кажется, что я все делаю неправильно. Неправильно поступаю, говорю, думаю… — А мне так не кажется. Вы решили не ждать смиренно своей участи, а побороться за свою жизнь. Вы — боец, Дани, а я очень ценю это качество в людях. Вы не спасовали перед трудностями. Вы стойко встретили все перипетии судьбы и проявили выдержку и логику в ситуации, в которой другой человек, на Вашем месте, впал бы в ступор или истерику. Вы достойны восхищения, Дани. И я восхищаюсь Вами. — Я выгнал Вас из кровати, — почти простонал Дани, пряча лицо в ладонях.       Алистер с улыбкой отвел их от пылающих щек и поцеловал внутреннюю чувствительную поверхность. — В этом нет ничего страшного. Мы только привыкаем друг к другу. Нужно время и все образуется. — Вы, правда, верите в это? Что все образуется? - Омега с неподдельным волнением ждал ответа супруга. — Да, я верю в это, - уверенно ответил Алистер.       Руки Дани по-прежнему были в плену больших и надежных ладоней супруга. И отнимать их не хотелось. — Алистер, - имя, прозвучавшее из уст супруга, отозвалось теплом в душе альфы. - Пообещайте сказать мне, если я буду что-то делать не так. Я уже достаточно доставил Вам беспокойства, и мне бы не хотелось делать этого впредь. Мне не хотелось бы подвести Вас. Пообещайте сказать мне! Пообещайте мне это! — Я обещаю, Дани, - кивнул граф. — И еще… - запнувшись на мгновение, Дани встретился взглядом с супругом. - Я так и не поблагодарил Вас за все, что Вы сделали. Вы не просто откликнулись, Вы, буквально, спасли мне жизнь. Более того, взяли на себя обязательства... Самое малое, что я могу сделать, это сказать Вам спасибо. Благодарю Вас, граф! И клянусь Вам не только словом, но и честью, что постараюсь с достоинством носить имя, которое Вы даровали мне вчера.       Алистер смотрел на своего юного супруга и не мог отвести глаз.       Одухотворенное, взволнованное лицо его, широко распахнутые глаза, горящий взгляд…       Все это, казалось, навсегда отпечаталось и сохранилось в его памяти.       И в сердце.       Рыжий омега, случайно встреченный в порту…       Алистер не был фаталистом и предпочитал сам творить свою историю, но знакомство с Дани… Пожалуй, сейчас он смог бы поверить в высшие силы, которые свели их дороги в одной точке.       И еще одно: сам того не ведая, Дани почти дословно произнес старую шотландскую клятву, произносимую омегами в день венчания. И Алистер счел наилучшим скрепить ее таким же традиционным ответом, навсегда связывая свою жизнь с ним. — Как Ваш супруг, как альфа и как глава рода, я принимаю Вашу клятву, Дани, и, в свою очередь, обязуюсь беречь и заботиться о Вас.       Серые, чуть настороженные глаза внимательно вглядывались в спокойные и уверенные зелёные, черпая в них надежду и силу.       Тихий стук в дверь, соединяющую номера, заставил супругов разорвать взгляды.       Стук повторился. — Да, Саймон, войдите, - усмехнулся Алистер, поднимаясь на ноги. — Ваша Светлость, мистер Терн интересовался, во сколько подавать завтрак и будут ли какие распоряжения дополнительно?       Приподняв бровь, граф переглянулся с Дани, пытающимся скрыть улыбку в одеяле. Причиной веселья у Дани стал прищуренный взгляд Саймона, коим он окинул сначала альфу, а затем и его самого. — Передайте мистеру Терну, что завтрак будет уместен через полчаса, а о прочих поручениях я сообщу ему позже. — Хорошо, милорд, - еще раз оглядев супругов, Саймон покинул комнату. — Вы видите что-то смешное, Дани? - С едва сдерживаемым смехом, поинтересовался граф у супруга.       Омега в ответ звонко рассмеялся. Алистер впервые видел его смеющимся и увиденное ему понравилось. — Саймон всегда был излишне любопытен. Очень сомневаюсь, что мистер Терн интересовался чем-либо у него, ведь он прекрасно мог все это узнать у Вас лично. — Я тоже посчитал это необычным для его поведения, - улыбнулся супругу Алистер. - Ранее за ним такого не наблюдалось. — Это все Саймон. Простите его! Он просто хотел убедиться в том, что все в порядке. Видимо, услышал, что мы разговариваем, вот и пришёл.       С этими словами, Дани, наконец, покинул свое уютное гнездышко на постели и босиком прошлепал к смежной двери.       Замешкавшись немного, он обернулся к графу. — Завтрак через полчаса? - уточнил он. — Да, Дани, у нас на сегодня еще много дел.       Кивнув, омега скрылся в соседнем номере.       Вихрь событий, круживший Дани в последнее время, после завтрака развернулся с новой силой.       Благодаря волевым и четким приказам Алистера, слуги из гостиницы все утро посылались то с одним, то с другим поручением. Были заказаны места на корабле, отплывающем в ближайшее время в Эдинбург. Был нанят закрытый экипаж до Дувра и тут же взят в аренду еще один. Все они были без опознавательных знаков и предназначены для долгого путешествия.       После короткого ознакомления с гардеробом Дани, ему были куплены теплый шерстяной плащ с глубоким капюшоном, утепленные сапоги, а также широкополая шляпа, способная защитить от палящего солнца, сильного ветра и дождя. Расторопный Саймон отгладил и сложил вещи Дани в новенький, окованный железом дорожный сундук. Его собственная одежда легко поместились во вместительном кожаном кофре.       Расплатившись с мистером Терном за постой и передав в заботливые руки Саймона вместительную корзину с приготовленной в дорогу едой, супруги отправились в сторону порта. Не дойдя квартала до шумной набережной, они сели в экипаж и двинулись по дороге, ведущей в сторону Дувра. На окраине города они пересели в другую карету и сделав круг, оказались на северной оконечности столицы, где ждал экипаж с их вещами и дремлющим Саймоном внутри. Сделано все это было с намерением запутать возможных преследователей, коих, впрочем, не оказалось поблизости.       Постепенно городской пейзаж сменился на тихий и живописный пригород, а затем и вовсе на зеленые поля с тенистыми участки лесов.       Чувствуя, как напряжение последних дней отступает под ласковыми лучами солнца, трелями птиц и яркой зеленью за окном, Дани совсем успокоился, расслабился и охотно отвечал на вопросы и реплики графа.       Саймон дремал в углу кареты, и супруги могли негромко переговариваться и делиться впечатлениями.       Как выяснил Дани, путь им предстоял довольно долгий. Конечно, морем они добрались бы гораздо быстрее, но граф не хотел рисковать, а его супруг был рад посмотреть страну.       Короткие остановки по необходимости и для того, чтобы размять ноги, были нечастыми, и они быстро продвигались вперед.       Дани со временем стал менее замкнут и чуть более разговорчив. Перестал дергаться на нечаянные соприкосновения с графом.       Проводив взглядом очередной постоялый двор, который они проехали мимо, он покосился на Алистера. — Уже почти стемнело… - робко начал Дани.       Хоть он и вырос вдали от шумного города, но полное отсутствие жилья вокруг его немного беспокоило. Ночевка в карете, после дня путешествия в ней, его совсем не прельщала, и он надеялся, что впереди есть еще населенные пункты, о которых известно супругу. Что собственно граф и подтвердил.       Выглянув в окно, он вернулся в прежнее положение и посмотрел на супруга. — Устал?       Ему импонировало, что за всю дорогу Дани не проронил ни одной жалобы. Наклонившись вперед, он накрыл, сцепленные в замок, руки омеги успокаивающим жестом. — Потерпи чуть-чуть. Осталось совсем немного.       Дани ничего не сказал, только кивнул в ответ. Несмотря на красочные пейзажи, бездействие в дороге и некоторое однообразие поездки утомило. И пусть голова полнилась впечатлениями от мелькающих за окном умиротворяющих картин, но глаза уже нещадно закрывались от усталости.       Неожиданно карета свернула с грунтового тракта и колеса зашуршали по гравийной дороге.       Встрепенувшись от изменившегося звука, Дани выглянул в окно.       Прямо перед ними вырастала темная громада замка. По обеим сторонам от широкого крыльца, над дверью и в нескольких окнах горел огонь.       Как только экипаж замер перед ступенями, дверь замка открылась, и на пороге появился молодой, подтянутый мужчина. — Знаете, друг мой, это совершенно в Вашем стиле, сообщить о прибытии за пару часов до оного, - сбежав вниз, светловолосый голубоглазый мужчина сжал руку графа, а затем и вовсе заключил его в объятия. - Рад видеть тебя, Алистер. — Взаимно, Теренс. Позволь тебе представить моего супруга, Дани. Дани, это один из моих самых близких друзей, Теренс Каддингтон. — Супруг? - Высокий блондин резко развернулся к омеге, отчего тот невольно шагнул назад. — Простите, я не хотел Вас напугать! - повинился, как понял Дани, хозяин замка. Склонившись в почтенном поклоне, он поцеловал тонкое запястье омеги. - Для меня большая честь приветствовать Вас в своем доме! Рад знакомству, Дани! — Спасибо! - негромко ответил тот. - Мне также приятно познакомиться с другом Алистера.       Не выпуская из рук ладони омеги, Каддингтон обернулся к графу и коротко заметил: — Он очарователен, - отчего Дани вспыхнул до самых ушей. - Но что же я держу вас на улице! Идемте в дом. Ваши комнаты уже готовы. Желаете подняться и освежиться, или предпочтете легкий ужин? — Боюсь, если мы поднимемся в комнаты, то спуститься уже не сможем. Мы весь день в пути и уже, буквально, падаем с ног. Короткая остановка в Уотфорде не в счет. — Господи! Так вы только сегодня из Лондона?! - воскликнул Теренс. - Я знал, что ты маньяк, Ал, но так издеваться над собственным супругом… Дани, я спасу Вас от этого негодяя! - С улыбкой обратился он к омеге.       Устроив его руку на сгибе своего локтя, он проводил его в малую столовую, где был накрыт поздний ужин. Беспомощно оглянувшись на Алистера, Дани расслабился, поймав его спокойную и добрую улыбку.       Теренс Каддингтон оказался настолько общительным и веселым, что от графа и его спутников не требовалось ничего, кроме как отдать должное мастерству повара и изредка кивать на рассказы блондина.       Однако, силы не безграничны, и вскоре сытый и сомлевший в тепле Дани стал потихоньку клевать носом. Заметив это, Алистер поблагодарил друга, пообещал ему утреннюю прогулку верхом и повел Дани наверх, вслед за слугой, показывающим им их комнаты. Саймону была отведена небольшая комната по соседству, тогда как супругов разместили в общей спальне. Оставив ненадолго омег наедине, дабы не смущать Дани во время купания, в предусмотрительно приготовленной ванне, Алистер спустился вниз к другу. — Теренс, спасибо! - поблагодарил граф, присаживаясь напротив Каддингтона. - Ты был вправе отказать мне. — Шутишь! Сам Алистер МакЭлрой обращается ко мне с просьбой, а я откажу? И упустить шанс заполучить тебя в гости? Ну нет, друг мой. К тому же я очень хочу услышать историю твоего замужества. Не ты ли всегда говорил, что навсегда останешься холостяком?       Алистер улыбнулся. — Всем свойственно ошибаться. — Стой, стой, стой, - поднявшись, Теренс подошел к окну. - Я должен убедиться, что мир не перевернулся и на небе светит луна. - Ты! Ты говоришь об ошибке? Сегодня воистину примечательный день! Чем тебя так привлек Дани? Внешне он привлекателен, конечно, но не красавец, довольно тих и молчалив… Чем он тебя зацепил, что ты решил расстаться со своей свободой? — Не суди поспешно, Терри. Ты основываешься на первом впечатлении, а он устал и измучен дорогой. Можешь мне поверить, Дани совсем не похож на тех великосветских пустышек, что мы знаем. — Если ты так говоришь, я склонен буду поверить. Но ведь собираясь в Лондон, ты даже не думал о замужестве. — Не думал, но у судьбы, как оказалось, для меня другие планы. — Поразительно! Ты стал фаталистом! Теперь я точно должен узнать все от начала и до конца, иначе не смогу уснуть! Ты обязан мне все рассказать!       И граф рассказал. Опуская некоторые подробности, коротко, он поведал историю своего знакомства с Дани и череду дальнейших событий. — Даааа, - протянул Теренс. - Никогда не мог терпеть этого Вирана. Этот тип всегда казался мне скользким типом, а оказалось, что он еще хуже. И Харланд подстать ему.       На несколько минут в гостиной воцарилась тишина, которую вскоре прервал Каддингтон. — Все это хорошо, Ал. Твой поступок благороден и в высшей степени оправдан, но не сделал ли ты ошибки? Связать себя с практически незнакомым омегой… — Нет, Терри, я так не считаю. Дани заинтересовал меня с первой встречи. Заинтересовал, как никто ранее. Для начала мне и этого достаточно. Я узнал, как он думает, как размышляет, как поступает в критических ситуациях… Нет, это не ошибка. Я уверен в своем выборе. — Раз так, то мне остается только поздравить тебя, - Теренс поднялся и горячо пожал руку друга. - А теперь ступай отсюда, - улыбнулся он. - Не стоит бросать супруга одного в незнакомом месте. — Спасибо, друг! - откликнулся Алистер.       Мужчины обнялись и попрощались до утра.       Войдя в комнату, Алистер нашел Дани спящим на одной половине кровати. Свернувшись в клубок, рыжик казался маленьким и хрупким в большой постели.       Быстренько ополоснувшись в еще теплой воде, он вытерся насухо и осторожно лег, стараясь не потревожить сон омеги. — Алистер? — сонный, чуть хрипловатый голос Дани прошелся теплой волной по нервам альфы. - Это Вы? — Да, Дани, спите, - граф улыбнулся, глядя как рыжик облегченно вздохнул и продолжил спать, так и не открыв глаз.       В эту ночь Дани спал как убитый, ни разу не пошевелившись. Тело, не привыкшее к столь длительным поездкам, наслаждалось покоем и комфортом. И граф смог впервые спокойно выспаться рядом со своим супругом.       Отдохнувшие, посвежевшие, они продолжили путь сразу после довольно плотного завтрака. До него Алистер, как и обещал, успел прокатиться верхом с Терри.       Распрощавшись с гостеприимным домом и его хозяином, супруги отправились далее. Днем, не теряя много времени, они проезжали приличные расстояния. Часто они останавливались у хороших знакомых или друзей Алистера на обед или ужин с ночевкой. Бывало, что в течении дня супруги навещали двоих, а то и троих близких приятелей или соратников графа. Чтобы не ставить друзей в неловкое положение, Алистер позаботился об этом и все были предупреждены о прибытии четы заранее.       Давентри, Коулвилл, Матлок, Шеффилд, Бредфорд и Дарлингтон по очереди принимали в своих домах редкого гостя. Короткие, но радостные встречи пополняли копилку ярких воспоминаний Дани. С дальнейшим продвижением на север он все больше и больше обрастал знакомствами, адресами новых друзей и подарками. Омеги, встреченные им в пути, с радостью принимали его в свой круг. Последним в череде новых знакомств стал граф Ротбери.       Когда его замок остался далеко позади, Алистер взял Дани за руку и показал на зеленые холмы впереди. — Это Шотландия, Дани.       Сделав последнюю остановку в Корнхилле, они сменили экипаж и уже после полудня пересекли реку Туид, являющуюся естественной границей между Англией и Шотландией.       Алистер взял довольно просторный экипаж, чтобы омеги, при желании, могли даже прилечь на широком сидении, и, отпустив возницу, вознамерился править им сам. Дани сперва немного скептически отнесся к этой идее, но вскоре совершенно спокойно оглядывался вокруг, доверившись опыту графа.       Саймон же, довольный тем, что может вытянуть, наконец, свои ноющие ноги, улегся, стоило им тронуться, и теперь тихо похрапывал.       Дани же, боящийся упустить что-либо интересное из этого путешествия по неведомой ему ранее стране, перебрался на сидение рядом с супругом и с восторгом разглядывал окружающий дорогу пейзаж.       Лошади попались послушные и весело трусили по проторенной дороге, поэтому Алистер позволил себе отвлечься и немного понаблюдать за омегой. — Вы не любите города, Дани? - спросил он, когда тот, в очередной раз, счастливо вздохнул и подставил лицо лучам заходящего солнца. — Не то чтобы не люблю… Мне в них не комфортно. Слишком много домов, людей. Все очень близко. И слишком мало зелени. Понимаете, я практически вырос на природе. Оллон Хаус очень уединенное место. — Оллон Хаус? Я думал, Вы жили в Роу Холле. Разве не он служит родовым поместьем? — Он, но после смерти отца там поселился Юстас, и мы с папой предпочли перебраться в его собственное поместье, не относящееся к семье Роули. — Ясно, - протянул Алистер. - Значит, Ваш отец-омега до замужества носил фамилию Оллон? — Да, - Дани мягко улыбнулся. - Он был одним из самых красивых омег в свете. От женихов отбоя не было… — Но выбрал он Вашего отца. — Не он. Выбор сделали его родители... - ненадолго замолчав, Дани продолжил. - Я не думаю, что он был счастлив в браке. Они с отцом просто терпели друг друга, изображая на людях благополучную семью. В остальное время, они избегали друг друга, проводя время каждый на своей половине. Видимо поэтому у них родился только я. — Вам не хватало братьев, Дани? В поместье было мало детей? — В поместье были дети, но мне не дозволялось с ними играть. Это бы рассердило отца. Большую часть времени я проводил с папой в его комнатах. Это было неплохо. Нет, это было здорово! Мы много смеялись, рисовали, пели…       Внезапно Дани прервался и тихо, но очень мелодично запел старую шотландскую песню. В ней говорилось о двух влюбленных, что были разлучены друг с другом, но всю жизнь любили и ждали встречи, которая так и не состоялась. Грустная мелодия, звучащая в вечернем воздухе, потрясла Алистера. Он уже очень давно не слышал ее. Однажды, будучи еще мальчишкой, он услышал ее от человека, который впоследствии стал его преданным другом. Но это было очень давно. Услышать ее от юного английского лорда было довольно странным, и Алистер, не отрываясь, смотрел на Дани, пока тот не закончил петь. — Откуда Вы знаете эту песню, Дани? — Мой папа любил ее петь. Он говорил, что слова этой песни соединяют влюбленные сердца, где бы они ни были, как бы далеко ни находились друг от друга. — Это очень печальная и редкая песня. Даже для Шотландии. Было неожиданно услышать ее от Вас, что не делает ее менее прекрасной. Вы великолепно поете, Дани. Спасибо за доставленное удовольствие. — Вообще-то, я редко пою, — смутился от комплимента омега. — Надеюсь, Вы не лишите меня счастья слышать иногда Ваше пение? — Вам, правда, понравилось? — с неподдельным удивлением спросил он. — Разве я похож на лжеца или льстеца, Дани? — нахмурил брови Алистер. — Нет, — покачал головой омега, с восторгом замечая уже знакомые веселые искорки смеха, мелькнувшие в глазах графа. — То-то же! — кивнул Алистер. — Мне, действительно, понравилось, — и после короткой паузы добавил. — А вот на Саймона, боюсь, Ваше пение не произвело никакого впечатления.       Оглянувшись на старика, мирно спавшего в экипаже, Дани фыркнул, закрыл рот рукой, пытаясь сдержать смех, но это не помогло, и вскоре он уже смеялся в голос. Алистер последовал его примеру. Веселье омеги было столь заразительным, что удержаться не было никаких сил.       Приоткрыв глаза, Саймон посмотрел на веселящихся молодых людей, улыбнулся и, со счастливым вздохом, поудобнее устроился на мягкой лежанке. — Вы не против ночевки под открытым небом, Дани? — отсмеявшись, спросил Алистер супруга. — Погода чудесная и грех прятаться на постоялом дворе. Там шум и толкотня, а здесь такая благодать. Предлагаю найти удобное местечко на берегу и заночевать. — А это не опасно? — чуть встревожился Дани. — Какие-нибудь разбойники или дикие звери… — Нет, Дани, не опасно. Мы близко от дороги и города, звери сюда не подходят. Что же касается разбойников, то политика Эдуарда отпугнула их далеко в леса, а туда мы не пойдем.       Уверенность альфы была столь непоколебима, что Дани решил не спорить. Природа вокруг была слишком красивой и спокойной, и он решил насладиться вечером и обществом графа сполна, не деля его с шумным и разношерстным обществом постоялого двора. Ему нравились их неспешные беседы, нравилось, что граф не смеялся над его, как ему казалось, наивными вопросами, нравилось... Ему просто нравилось проводить время рядом с этим сильным альфой.       Кивнув своим мыслям, он взглянул на супруга. — Я думаю, ночевка под открытым небом — это неплохая идея. — Это отличная идея! — поддержал его Алистер. — Уверен, Вам понравится.       Еще около часа они ехали вдоль реки, пока не нашли довольно пологий берег, скрытый с трех сторон густым перелеском и устроивший всех троих. Саймон, проснувшийся не так давно, предложение ночлега одобрил, тем более что граф настоял на его ночевке в повозке, дабы он не застудил на земле свои старческие кости.       Пока Алистер распрягал и заботился об удобстве лошадей, омеги успели собрать немного хвороста и разжечь небольшой костер. К удивлению альфы, инициатором этого был Дани, воспользовавшийся припасенным в дорогу огнивом.       Рыжик мелькал то там, то тут между деревьями и вскоре насобирал уже приличную кучу крупных веток и суков, обеспечив их запасом дров на довольно долгое время.       А потом пропал.       Обеспокоенный долгим отсутствием омеги, Алистер оглянулся вокруг. — Он купается, - пояснил Саймон, раскладывая на большом покрывале запасы из корзины, организуя тем самым нехитрый, но сытный ужин.       Прислушавшись, Алистер услышал плеск и тихий смех от реки. — Вы не бойтесь за него, - заметив его волнение, пробормотал старик. -  Мальчик чувствует себя в воде, как рыба… Прекрасно плавает…       Какое-то время прислушиваясь к звукам, идущим от реки, Алистер не утерпел и пошел в том направлении. Рыба рыбой, но приглядеть за ошалевшим от свободы супругом все же не помешает.       Саймон с улыбкой проводил его взглядом.       А Дани купался.       Рассекая воду плавными движениями, он наслаждался прохладой воды. Ныряя и переворачиваясь, он то плыл против течения, то лежал на волне, давая ей нести себя, то снова вступал в борьбу. Обнаженная кожа золотилась в лучах заката и потоках воды.       Заметив на берегу графа, он махнул рукой. — Вы были правы! Ночлег на постоялом дворе не идет ни в какое сравнение с этим. Вода совсем теплая. — Вы позволите мне присоединиться к Вам? — Конечно! Почему нет! - кивнул Дани. - Вы не меньше меня наглотались пыли за этот день.       Река плескалась вокруг его плеч, ласково ластилась к светлой коже, и Дани светился довольной улыбкой.       Не дожидаясь, пока альфа войдет в воду, он пустился в очередной короткий заплыв. Чуть позже, лежа на волне и разглядывая облака на темнеющем небе, он ощутил волнение воды сбоку от себя, и в следующий миг его удержала сильная рука графа, перехватившая тонкое запястье. — Вас совсем унесет течением, — мягко улыбнулся Алистер.       Приняв вертикальное положение в воде, касаясь самыми кончиками пальцев ног песчаного дна, Дани уперся взглядом в обнаженную грудь супруга. Только сейчас осознав, что купание подразумевает отсутствие одежды, он вспыхнул от одной только мысли, что они оба обнажены и находятся в непосредственной близости друг от друга. Более того, рука графа по-прежнему удерживала его ладонь.       Не осмеливаясь поднять глаза и взглянуть в лицо альфе, Дани невольно перебегал взглядом по литым мускулам на его груди. Загорелая кожа графа казалась бронзовой по сравнению со светлой его. Темные ореолы сосков манили прикоснуться к себе…       Прикусив губу, Дани старательно отводил взгляд, но тот то и дело возвращался обратно.       Алистер, внимательно наблюдающий за эмоциями омеги, медленно поднял его руку и остановил движение всего в паре сантиметров от своей груди. — Коснитесь меня, Дани. Сделайте так, как Вам хочется…       Затаив дыхание, он ждал решения омеги.       Сердце, казалось, выскочит из груди обоих.       Чтобы никак не повлиять на решение супруга, Алистер разжал пальцы и отпустил его ладонь.       Рука так и осталась поднятой…       Все предыдущие ночи, альфа мужественно сносил мимолетные прикосновения спящего рядом Дани. Останавливая себя от опрометчивых действий, боясь оттолкнуть начинающего привыкать к нему омегу.       Вид обнаженного Дани, плескающегося в реке, изрядно пошатнул его стойкость. Он хотел этого невинного рыжеволосого искусителя. Хотел попробовать, так ли нежны и отзывчивы его губы, как ему грезилось по ночам.       Вот уже который день Алистер МакЭлрой хотел своего супруга и боялся к нему прикоснуться. И вот теперь, дойдя до крайности, он оставлял выбор за Дани, как и обещал ранее.       Глубоко вздохнув, облизав вмиг пересохшие губы, Дани медленно и крайне осторожно коснулся кончиками пальцев теплой бархатной кожи. Чуть осмелев, он прижал ладонь к груди графа, чувствуя под ней быстрые, ритмичные удары сердца. Пальцы пробежались по выпуклым мышцам, коснулись выступающих ключиц, спустились ниже и почти невесомо обвели сосок, тут же сжавшийся под немудреной лаской.       Не выдержав сладкой пытки, Алистер шагнул вперед, сокращая расстояние между ними до минимума и, положив ладонь на щеку Дани, коснулся большим пальцем приоткрытых губ. — Вы позволите мне, Дани? — голос от волнения прозвучал глухо, но тот его услышал.       Подняв глаза, напоминающие, в данный момент, озера, такими большими и бездонными они казались сейчас, Дани едва заметно кивнул. — Да, — одними губами произнес он, скользнув ими по подушечке пальца.       Грохот сердца оглушал Дани, пока он наблюдал, как лицо Алистера медленно склоняется к его лицу. Дыхание часто и рвано срывалось с пересохших губ, а глаза неотрывно смотрели в глаза другого.       Теплое, мягкое касание, смешанное дыхание, разделенное с другим, и легкое прикосновение языка…       Дани прочувствовал всё: каждый миллиметр, каждую секунду краткого соединения их губ.       Боясь, что ослабевшие ноги не выдержат его и вода поглотит его, он вцепился руками в плечи Алистера, спрятав на его груди пылающее лицо. Дыхание с шумом срывалось с губ, и голова слегка кружилась.       Подхватив Дани и приподняв его так, что их лица оказались на одном уровне, Алистер прижал к себе стройное тело. — Дани…       Потянувшись вперед, он снова накрыл его рот своими губами, с восторгом чувствуя, как тонкие руки обвили его шею.       Положив одну ладонь на затылок супруга, Алистер с упоением наслаждался поцелуем, всем телом ощущая ответную дрожь и желание Дани. — Дани…       Граф всматривался в лицо омеги, в его прикрытые веками глаза, в темные веера ресниц, дрожащими полукружьями лежащие на румянце щек, в приоткрытые, припухшие губы…       Открыв глаза, омега взглянул на него, услышав свое имя, и Алистер с головой утонул в призрачном сиянии туманных глаз.       Понимая, что здесь еще не время и не место для чего-то большего, Алистер позволил себе и Дани сполна насладиться их первыми поцелуями, первыми несмелыми ласками и тихими стонами, разделенными в ночи.       Он вынес Дани из воды на своих руках. Ослабевшие ноги не слушались зацелованного хозяина, а тот и не возражал. Прильнув к горячей, надежной груди своего альфы, он уткнулся носом в изгиб его шеи и с удовольствием вдыхал терпкий запах можжевельника, едва различимый на коже.       Стоило графу поставить супруга на ноги, как тот смущенно потупился, пытаясь закрыться, спрятаться за руками.       Стесняясь своей обнаженности, ранее прикрытой темными водами реки, Дани вспыхнул как свечка, не смея взглянуть на Алистера.       Тот, недолго думая, подошел ближе и, коснувшись горячей кожи щеки губами, отвел его дрожащие руки в стороны. Оглядев Дани долгим, потемневшим от страсти взглядом, Алистер прижал его к себе и прошептал в самое пылающее ушко. — Ты прекрасен!       Дани зардевшись еще больше, прижался к нему плотнее, обхватив руками за талию, чувствуя ответные объятия супруга на своих плечах.       Становилось прохладно. Легкий ветерок остужал мокрую кожу.       Алистер помог Дани одеться, стараясь не смущать его своими взглядами, но все равно то и дело, нет-нет, да и поглядывал на супруга.       К костру они вернулись, когда Саймона уже и видно не было. Старик посапывал на широком сидении кареты. — Ляжешь в экипаже? — спросил Алистер, тронув плечо задумавшегося Дани.       Взглянув на карету, а затем на графа, тот отрицательно покачал головой. — Да, я бы тоже не смог уснуть под такую колыбельную, — улыбнулся Алистер, намекая на доносившийся до них храп Саймона, и Дани тихо рассмеялся ему в ответ.       Расстелив недалеко от костра пару шерстяных пледов уложив их друг на друга, Алистер сел и протянул руку, приглашая Дани. Тот осторожно приземлился рядом. — Мы не замерзнем? - поинтересовался он. — Нет. Эти пледы очень теплые, они не дадут нам замерзнуть. Настоящие шотландские пледы, - успокаивающе произнес Алистер.       Дождавшись, пока Дани устроится на боку, лег рядом, накрыл их обоих и обнял. - Но даже, если они не справятся со своей задачей, я согрею тебя, мой Дани.       Развернувшись к нему лицом, Дани долго всматривался в его глаза, ища возможную насмешку, но не нашел ее и лишь удобнее устроился в объятиях супруга.       А Алистер еще долго лежал, смотря на догорающие угли костра, вспоминая их поцелуи на реке, обещающие им счастливое будущее.