Сожги небо дотла

Тони ждал своего часа с Мстителями. Сначала это было для того, чтобы выяснить, что, черт возьми, с ним случилось — от смерти в Сибири до пробуждения в Нью-Йорке. Команда вела себя точно так, как помнил Тони, шаурму ели в тишине, и ни один из Мстителей не переехал в башню, несмотря на то, что остался там в первую ночь. Тони был обеспокоен их неоднократным отказом, но не был так опустошен, как в первый раз. Затем, как только он убедился, что то, что с ним произошло, для него вряд ли повернется вспять, он внимательно наблюдал за своими так называемыми товарищами по команде. Он думал, что их ссора произошла из-за него. Железный человек, да; Тони Старк, не рекомендуется. Оглядываясь назад, он переосмысливал свои действия и реакции и рассматривал каждое сделанное им движение в зловещем и эгоистичном свете. Переживание всего заново, однако, изменило его восприятие. Тони им ничего не должен. Когда Мандарин напал, Тони обратился к Мстителям. Брюс не взял трубку. Тор был в Асгарде. Стив ответил, но сказал Тони, что он в середине пробежки и перезвонит позже, чего он никогда не сделал. Наташа восприняла его просьбу о помощи как некомпетентность и высмеяла. Клинт сказал, что он в отпуске, вероятно, со своей тайной семьей, о которой никто не должен был знать, и Тони с поразительной ясностью вспомнил, как Клинт бросил жену и детей, как только позвонил Стив. В конце концов, Тони справился с Киллианом и его армией огненных солдат. Без Мстителей. Первый шанс. ЩИТ пал, и у Тони была активная связь с камерами безопасности внутри Трискелиона. ДЖАРВИС исправил звонок на телефон рядом с компьютером, которым пользовалась Наташа, чтобы выгрузить все данные ШИЛДА и ГИДРЫ. Она сняла трубку после того, как проигнорировала звонок два раза подряд. Закатившиеся глаза, когда она услышала голос Тони на другом конце, сказали ему все, что он хотел знать. Тем не менее, он все еще предлагал помочь с их техническим вопросом только для того, чтобы ему сказали перестать раздувать свое эго, вставляя себя в места, где он не имел права находиться. К счастью, ДЖАРВИС заблокировал данные невинных агентов, пока Наташа отвлекалась на звонок. Второй шанс. Тони и Стив встретились в пиццерии в Бруклине, которая каким-то образом пережила экономические изменения последних семидесяти лет. По словам Стива, соус был точно таким же, как тогда, когда он ел его в детстве. Увидев такую возможность, Тони поделился своим собственным детством и откровенно рассказал о том, как автомобильная авария его родителей опустошила его, и неразрешенное горе преследовало его по сей день. Стив неловко поерзал, прежде чем резко сменить тему на то, насколько опасны автомобили и насколько важна безопасность ремней безопасности. Стив знал, он знал, что случилось с родителями Тони в течение двух лет, и ничего не сказал. Тони изобразил на лице интерес, пока Стив болтал о своей новой подруге Шерон. Третий шанс. В ту ночь, пока Тони спал первой спокойной ночью в своей жизни, Джарвис послушно просмотрел все доступные кадры, как правительственные, так и личные, чтобы найти Зимнего Солдата; в фоновом режиме было запущено несколько алгоритмов для взлома компьютера и аудиовизуальной системы бункера ГИДРЫ в Сибири. Когда Тони проснулся, ДЖАРВИС нашел Барнса в Лос-Анджелесе с помощью видеоблога, опубликованного начинающей актрисой в ее аккаунте в социальных сетях. Костюм сократил шестичасовой полет до трех. — Привет, Барнс, — Тони поприветствовал испуганного бывшего солдата ГИДРЫ. — Пока, Барнс. — Он насмешливо пошевелил пальцами, прежде чем произнести список русских слов, которые преследовали его в воспоминаниях со времен Берлина. Его акцент был безупречен. Они вернулись в Нью-Йорк на частном самолете Старка, а затем сразу после посадки поехали в Бруклин. Стив открыл дверь, недовольно нахмурившись из-за необъявленного визита, который быстро сменился восторженной радостью, окрашенной глубоким подозрением и намеком на вину при виде Барнса и Тони вместе. — Двигайся, — Тони протиснулся в маленькую квартирку, повернувшись лицом к двум суперсолдатам, когда дверь со щелчком закрылась. Он посмотрел в голубые глаза Капитана Америки и почувствовал момент сентиментальности, который побудил его предложить четвертый шанс. — Я спрошу тебя об этом один и только один раз: как умерли мои родители? Стив сжал челюсти и кулаки, встав перед Барнсом, как бы защищая его. Защита суперсолдата с промытыми мозгами на случай, если безоружный человек попытается напасть. Предсказуемо. — Это был не он, Тони. Те же самые слова вызвали такую ярость, что Тони почувствовал, как его кожа загорелась от нее. — Неправильный ответ, — он сделал шаг вперед, все еще одетый только в джинсы и толстовку с капюшоном, и проклял отчаянную надежду в своем сердце, которая заставила его предложить этот шанс. Если бы Стив отказался, то они все еще могли бы как — то решить эту проблему. — Убирайся отсюда! — Роджерс подтолкнул Барнса к двери, приняв оборонительную позу и наступательную позу. — Опять ошибаешься, — рявкнул Тони, прежде чем перейти на безупречный русский, он гений, и освоение нового языка было не более чем дневной работой. — Устраните этого человека так же, как ты уничтожил Говарда и Марию Старк. Перемена произошла мгновенно. Барнс превратился из послушной овцы в смертоносного убийцу, металлическая рука выстрелила, как пуля, и сжала горло Роджерса в удушающем сжатии, раздавив трахею и лишив Роджерса любого шанса прорваться сквозь обусловленность через чистоту их дружбы. Тони закатил глаза при этих словах. Затем Барнс принялся колотить Роджерса по лицу до тех пор, пока от мальчишеских черт не осталось и следа. Тони оттолкнулся от стены, где стоял, чтобы не ввязываться в драку. Он подошел, как хищник на охоте, туда, где Роджерс лежал ничком на окровавленном полу. Барнс пригвоздил его к месту ботинком у шеи. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Тони. — Быть избитым, а затем убитым человеком с лицом твоего друга? Роджерс захрипел, каким-то образом все еще живой и в сознании. Тони неохотно отдал Говарду должное за создание шедевра сыворотки суперсолдата. — Неужели знание того, что это был не он, каким-то волшебным образом снимает боль? Сделать все лучше? — он ухмыльнулся, зазубренно и злобно, затем вручил Барнсу пистолет с высокотехнологичным глушителем и перешел на русский. — Выстрели ему в голову. Тони был благодарен за свою эйдетическую память, потому что он всегда будет помнить вспышку страха в глазах Роджерса, когда холодный металл пистолета прижался к его лбу. Выстрел был приглушен, но он зазвенел в ушах Тони, как будто это было не так, и заглушил болтовню о морали, доверии и правильных поступках, которые он слышал от Роджерса на протяжении многих лет, которые так и не состоялись. Капитан Америка, воплощение добра, был лжецом, предателем и трусом. Барнс молча стоял, ожидая дальнейших распоряжений. Тони обдумал открывшуюся перед ним сцену. Красная кровь и серое вещество мозга на полу. Здесь ничего не осталось. Они вышли тем же путем, что пришли, заботливо заперев за собой дверь. Часы в машине показывали, что они пробыли в квартире всего двадцать три минуты. ДЖАРВИС приветствовал их хорошей новостью о получении доступа к бункеру ГИДРЫ в Сибири. Тони вывел машину из Бруклина на автостраду, ведущую в аэропорт, с той же эффективной грацией, с какой он пилотировал броню Железного Человека. — Ты готов к еще одной поездке? — спросил он. Барнс торжественно кивнул. — Превосходно, — Тони рассмеялся, свободный, счастливый и немного безумный. — Мы с тобой будем лучшими друзьями.