Сожги небо дотла

Еще до того, как его разум перешел от сна к бодрствованию, Тони уже боролся с удерживающими его ограничениями. Он отдавался легко и мягко, скольжение хлопка по коже вместо металла по ранам. Ему тепло. Комфорт, обеспечиваемый его окружением, только усилил его панику, поскольку он не помнил, как его спасли или вывезли из холодной пустоши Сибири. С криком он высвободил свои конечности из простыней и вытолкнул себя из кровати в слегка приоткрытую дверь. Его ноги казались неправильными, шаткими и слишком короткими, но Тони не позволил этому остановить его спринт, чтобы найти какие-то ответы или попытаться сбежать. Тони пробрался по длинному коридору — почему он показался ему таким знакомым? — и пусть по инерции он доберется до верха лестницы. Он на мгновение прислушался, нет ли преследователей, и вздохнул с облегчением, когда в этом затемненном доме воцарилась тишина. Протянув руку, чтобы ухватиться за перила и удержаться на ногах, когда он спускался, Тони был неприятно удивлен, когда его пальцы не соприкоснулись. Он был невысокого роста. Встревоженным, но нерешительным взглядом Тони изучал протянутую руку. Она была небольшой и без множества шрамов, полученных в результате многолетней работы механика. Его взгляд проследовал за дрожащими пальцами к крошечному запястью, тощей руки и хрупкой груди, где его сердце билось в громовом и здоровом ритме как от адреналина, так и от страха. Он молод. Осознание того, что он каким-то образом помолодел — ура всем этим научно-фантастическим марафонам — обрушилось на него, как товарный поезд. Его и без того дрожащие колени подогнулись, а затем мраморная лестница внезапно показалась намного ближе. Боль безжалостно расцвела в его маленьком теле, когда он скатился по длинной лестнице, тонкая шея моталась взад и вперед, когда его голова ударилась о твердую стену и еще более твердый камень. Когда все закончилось, Тони поднял затуманенные глаза и закричал бы, если бы мог сделать вдох. Капитан Америка нависал над ним, как и его отец, поскольку оба мужчины были в центре фотографии, висевшей над лестничной площадкой. Дом, милый дом.

*

Когда Тони снова проснулся, он был в больнице, а Джарвис смотрел на него измученными глазами. — Молодой сэр, вы нас здорово напугали, — мягко сказал Джарвис, откидывая назад выбившуюся прядь волос. — Что побудило вас выскочить из постели? — Я… — прохрипел Тони высоким голосом, как большинство детей его возраста. Ему четыре года. — Я не помню. — Незнание должно было расстроить его, но этого не произошло. — Я не помню. — Было почти свободно произносить эти слова. Поэтому он повторил их снова. — Я не помню. — Воспоминания и мечты перемешались в его голове, как колода карт, и он перевернул каждую из них, которая напугала его, лицом вниз. Он не помнил.

*

Когда Тони было четыре с половиной года, он сделал свою первую печатную плату. Это было легко, как будто он делал это раньше.

*

Когда Тони было почти семь, он сконструировал мотоциклетный двигатель V8. Рев машины был не совсем правильным, но все равно успокаивал.

*

Когда Тони было десять, он взломал Пентагон на спор с некоторыми старшеклассниками в своей средней школе. Если он и отправился прямиком к скрытым файлам секретных агентств, то только потому, что их было труднее всего взломать.

*

Когда Тони было одиннадцать, он запрограммировал свою версию глобальных навигационных спутниковых систем. Говард усмехнулся, но Оби был заинтригован.

*

Когда Тони было четырнадцать, его приняли в Массачусетский технологический институт. Джарвис и его мать сопровождали его в первый школьный день. Говард был занят сканированием Арктики в поисках Роджерса с помощью программного обеспечения, разработанного Тони, доставленного через руки Оби.

*

Когда Тони было шестнадцать, он выиграл 4-ю ежегодную премию M. I. T. за разработку роботов. Первое чириканье ДАМ-И заставило его заплакать; он сказал себе, что это слезы радости, но его сердце, казалось, разрывалось.

*

Когда Тони было семнадцать, он окончил Массачусетский технологический институт лучшим в своем классе и познакомился с Роуди. Он сразу же поверил старшему мальчику и действительно прислушался к совету Роуди держаться подальше от диких вечеринок. Он ни капельки не интересовался алкоголем.

*

Когда Тони было восемнадцать, он узнал, что его отец нашел Капитана Америку. Роджерса оттаяли — не с помощью фена, как представляли себе Тони и Роуди, и глупо смеялись над собой, — и привезли в особняк Старков, чтобы восстановить силы и приспособиться к этому новому миру после почти пяти десятилетий пребывания подо льдом.

*

Когда Тони было девятнадцать, он лично встретился с капитаном Америкой. Свободную руку он крепко прижимал к груди — чтобы сдержать рвущийся наружу крик и защитить… что? — Тони пожал руку Роджерсу и ненавидел каждую секунду этого.

*

Когда Тони был двадцать один год, он потерял своего отца, а мир потерял Капитана Америку. Говард был связан с секретными агентами и теневыми организациями с момента возвращения Роджерса, и они оба находились в пути для нераскрытой доставки, когда произошло убийство. Зимний солдат появился посреди дороги, как призрак, которым, по слухам, он был, подкрался к ползущей фигуре Говарда и безжалостно казнил его, прежде чем Капитан Америка смог оправиться от аварии. Капитан Америка и Зимний солдат вступили в ожесточенный бой, пока один меткий удар не сорвал маску Зимнего Солдата, после чего Капитан Америка стал Стивом Роджерсом, который протянул руку, чтобы обнять своего врага, как давно потерянного друга. К сожалению, Зимний Солдат не стал Баки Барнсом и продолжал свое жестокое нападение до тех пор, пока не сделал своего противника неподвижным. Кадры с дорожной камеры закончились единственным выстрелом, сделанным рукой Зимнего солдата из плоти, когда его металлическая рука была занята тем, что уносила обмякшее тело Роджерса.

*

Когда Тони было двадцать два, он вывел Стейна из «Старк Индастриз» с помощью потрясающего сочетания финансовых возможностей и коварного шантажа членов правления. Стейн пришел в ярость, когда услышал эту новость, изрыгая непристойности и угрожая. Люди пытались утешить Тони бессмысленными словами вроде «Обадия не имел в виду этого» или «Обадия просто злился», но он знал, что Стейн имел в виду каждое слово.

*

Когда Тони было двадцать четыре, он держал свою мать за руку, когда капитан Гидра объявил о своем намерении добиться мирового господства. В ту ночь он спустился в свою лабораторию и вплел строки кодов в доспехи по всему миру. Это легко перетекало из его разума в пальцы, в его машины, как езда на велосипеде, когда он никогда не учился этому. Он назвал это Вижен. Потому что независимо от того, где и как ГИДРА пыталась спрятаться, Вижен найдет их на основе алгоритма, разработанного для выявления людей, которые, скорее всего, были ГИДРОЙ, с помощью расчетов переменных, начиная от академических записей, финансовых отчетов, моделей голосования, истории путешествий и семейного происхождения. Тони сравнил результаты со списком имен и лиц, в которых он каким-то образом узнал ГИДРУ. Показатель успеха составил 99,4%, что значительно превышает квалификационный порог для выполнения этого протокола. Вижен найдет каждого члена ГИДРЫ — прошлого, настоящего и будущего — и уничтожит их. Тони отдал приказ и наблюдал, как его дроны поднимаются в небо кружащимся роем, как будто открылась червоточина, и они были тем, что вылилось наружу. Он не испугался.

            *

Когда Тони было двадцать пять, его приговорили к пожизненному заключению без возможности условно-досрочного освобождения за международный и внутренний терроризм. Плот был достаточно приятным, учитывая, что Организация Объединенных Наций построила его специально для него. Он обладал самыми современными технологиями и круглосуточным мониторингом. Им было бы лучше запереть его в пещере, потому что машины всегда были союзниками Тони, но он будет сотрудничать. Пока. Его мать и Джарвис навещали его еженедельно. Охранники постоянно обменивались недоверчивыми взглядами, когда думали, что Тони не видит, перешептываясь и задаваясь вопросом, как этот ребенок повинен в 715 854 смертях по всему миру.