Папина принцесса

— Я верю в то, что когда речь идет о важных событиях, случайностям места нет и быть не может (с).

Бет впервые ведёт себя, как настоящий ребёнок, когда сбегает из дома. Рик почти удивлён подобным эмоциональным проступком дочери. Почти — это несерьёзно, настоящие учёные даже в расчёт не берут подобное. Когда маленький тиран хочет внимания, он не вредит себе. Бет же не идиотка, в конце концов. Блондинка смотрит снизу вверх, всем своим видом намекая: «Либо будет, как я хочу, папа, либо никак». И никак — это дерьмо. Это куча крови, чьи-то слёзы и новые приводы в полицию. Рик — дерьмовый отец. Он знает. У Бет психология маньяка, и он ничего с этим не делает. Знает, что бывает с неординарными детьми: раз — и ты житель палаты с мягкими стенами. Санчес проводит ладонью по лицу, когда заходит в комнату дочери и никого там не обнаруживает. Он входит без стука, заглядывает в тайник под половицей и стучит в дверцу шкафа. Возможно, это неправильно — нарушать чужое личное пространство. Но Рику и похуй, и насрать. Как-то раз он избавил городок от самодельной бомбы, придуманной Бет в порыве гнева. Она не разговаривала с ним две недели и это были самые тихие четырнадцать дней в жизни Рика. Буря миновала. — Блять. Как бы не так. Когда Дьявол покидает Ад, происходит полный пиздец. Ох. И где теперь её искать?.. Часом ранее Бет сгрызает ногти до мяса, меряет расстояние от одного угла до другого количеством шагов и приходит к выводу, что достойна большего. И спустя каких-то пятнадцать минут покидает дом, накинув на плечо рюкзак, набитый игрушками и долларовыми купюрами. Что же, отнимать деньги на обеды у других детей блондинка умеет и без чужих наставлений. Банни хлопает глазками. Без лучшего друга путешествовать скучно. — Куда мы идём? — спрашивает механический зайчик. У Банни интеллект десятилетнего ребёнка, а словарный запас прямиком из интернета. Перекинуться парой слов, как перейти улицу. У Бет есть план и билеты на автобус в Детройт. Она крепче прижимает к груди живую игрушку и выдаёт сухое: — Найдём заброшенный дом, как временное убежище, и со временем организуем свою банду. Межгалактическую. Я стащила у отца это. Из кармашка девочка выуживает небольшой портативный корабль размером с мизинчик: — Нужно просто добавить воды. — Отличный план! — восторженно бросает Банни. Он за любую херню, в принципе. — Конечно, — кивает она, с трудом забираясь в автобус. Ступеньки тут высокие, не для коротких ножек Бет. — Его же я придумала. Водитель автобуса смотрит на маленькую белую девочку с настороженностью и интересуется, стараясь не выглядеть подозрительным: — Где твои родители, малышка? — Мне запрещено разговаривать с незнакомцами, — строго выговаривает она, прислоняя проездной к сканеру, и садится на пустующее сидение. Банни усаживается рядом. Водитель бросает взгляд в широкое зеркало заднего вида и крестится, когда плюшевый заяц поворачивает голову в его сторону, сверкая красными глазами. Предупреждающе. Мол «ещё один взгляд и это будет последним, что ты сделаешь в своей никчемной жизни». На конечной остановке Бет встречает Рик с хот-догом в руках и банкой колы. Он иронично оглядывает дочь с ног до головы, проверяя на целостность, и будто вздыхает с облегчением: — Успокоилась? — Да, — вздыхает Бет и протягивает отцу ладошку. — Пойдём завтра в кино? Ты и я. — Хорошо. Банни хмурится. Его хозяйка снова поднимает белый флаг.