I Got You, Babe

Пробуждение было медленным. Хакс был измождён, но проснулся, похоже, от боли. Боли, пульсирующей между ног и пробегающей вдоль них, словно луч маяка, боли в пояснице, пылающей огнём, и боли в груди, словно даже соски обрели повышенную чувствительность. — Нгм-м-м-м… — Хакс попытался сесть, но острая боль между ногами остановила его. Ему нужно было двигаться: подняться и пойти на совещание командования… Ебическая Сила, Рен видел… Ощутив, как из него что-то хлынуло, Хакс с ужасом осознал, что обделался. Разглядывая дерьмо, он рассеянно отметил присутствие в нём сгустков запёкшейся крови. Это был кошмар. — Генерал, вы проснулись. Взгляд Хакса метнулся, словно лазерный прицел, отреагировав на механический голос, и обнаружил его источник — НЯНЯ-дроида, высотой несколько больше метра. Семеня своими короткими ножками, тот приближался, протянув руки и скривив сходные с человеческими черты лица в гримасе беспокойства. — Позволите переместить вас в освежитель? — доброжелательно спросил дроид, намного более эмоционально, чем равнодушный медицинский. Хотя Хакс бы предпочёл медицинского. — Я… — Он подумал обо всём том беспорядке, что остался в освежителе после его… после того, что случилось, и понял, что не желает видеть пол, испачканный месивом из запёкшейся крови, блевоты, дерьма и таинственной жидкости. Впрочем, ещё меньше он хотел сидеть в собственных испражнениях. — А дроиды-уборщики уже приходили? — спросил Хакс слабым голосом. — Да, сэр. Ваш освежитель сияет как новенький, — бодро проинформировал НЯНЯ-дроид. Хакс кивнул и отдал приказ: — Ну… тогда проводи меня в освежитель и помоги помыться. Дроид подкатил кресло на колёсиках и застелил сиденье полотенцем, прежде чем помог Хаксу сесть (что по-прежнему причиняло боль) и умоститься поудобнее. От изменения наклона тела сочащиеся из него нечистоты потекли вниз по ногам, и Хаксу показалось, что его сейчас стошнит. Не сдержавшись, он взглянул на кровать и подавил рвотный позыв, рассматривая испачканную бурой жижей и кровавыми сгустками бывшую когда-то девственно чистой простыню. От резкого запаха перехватило дыхание. Не замеченный до сих пор робот-уборщик, жужжа, выехал из угла каюты и занялся постельным бельём, в то время как Хакса покатили в освежитель. В этом помещении теперь стоял стойкий запах растворителя, за что Хакс был очень благодарен. Несмотря на то, что даже запах растворителя вызывал тошноту. — Кровь… на моей постели, — начал Хакс, повернув голову к дроиду, который суетился, смачивая небольшие полотенца для рук. — Это… нормально? Он пережил атаку на Арканис, Академию, Брендола, Сноука, бесчисленные покушения и битвы не для того, чтобы вот так просто умереть от потери крови после родов. — Вполне нормально, — ответил дроид, протирая его ноги тёплыми полотенцами. Они окрасились в коричневый цвет, и Хакс отвёл взгляд. — Это называется лохии*, и вы можете столкнуться с кровотечением в последующие четыре-шесть недель. С этим могут помочь гигиенические прокладки. Хакс побледнел, но дроид продолжил вытирать ему ноги и, приподняв его немного, аккуратно прошёлся тканью между ягодиц. Затем он снял с Хакса китель и рубашку, мягко направив его руки вверх, чтобы помочь. — Намного лучше, — сказал дроид. — А теперь я перенесу вас в душ. Он действовал очень быстро. Хакс был настолько обессилен, что мог лишь цепляться за дроида, пока тот усаживал его на установленный в душе высокий металлический стул. Хакс не был уверен, удалось бы ему удержаться на ногах, и порадовался, что не пришлось это проверять. Боги, как же больно. Позволив дроиду обмывать себя, Хакс обдумывал свой следующий шаг. Он ужасно отставал от развития событий — совещание командования, вероятно, было в самом разгаре, они не могли ждать его при сложившихся обстоятельствах. Только звёздам ведомо, как долго он спал, пока Галактика продолжила вращение, Сопротивленцы, без сомнения, перегруппировали свои мизерные силы, а его враги в пределах Порядка готовились занять его место. Потеря «Фульминатрикса» и «Превосходства» стала серьёзным ударом по флоту. Впрочем, в планах Порядка был контракт с одним из поставщиков ещё на два дредноута, и учитывая финансы Сноука, они были в состоянии покрыть расходы и возместить часть ущерба в ближайшие месяцы. При условии, что банки не пронюхали о кончине старого лидера. Совсем другое дело — вопрос укомплектования штатов. Учитывая, что они намеревались повысить офицеров с «Фульминатрикса» для службы на новых кораблях… Кроме того, финансовая проблема тоже находилась в подвешенном состоянии. Это лишь вопрос времени, когда факт смерти Сноука станет достоянием общественности. Если уже не стал. Можно было только догадываться, как изменится их финансовое положение, если они вдруг потеряют своего самого значимого спонсора. Закончив обмывать Хакса, дроид выдернул его из раздумий, вновь усадив в кресло, покрытое чистым полотенцем. — Так-то лучше, — бодро заметил дроид. Хакс не мог похвастаться таким же энтузиазмом. Дроид повёз его обратно в спальню, объезжая кровать, которая хоть и стояла незастеленной, но по-прежнему воняла. Впрочем, теперь Хакс чувствовал запах чистящих веществ, пропитавших матрас. Дроид подкатил кресло к голубому дивану и помог Хаксу прилечь. Тяжело вздохнув, Хакс растянулся на диване абсолютно голый и всё ещё слегка влажный. Всего четыре дня назад он произнёс речь перед тысячами штурмовиков, а «Старкиллер» сделал залп. Теперь он наблюдал за развалом Порядка, пока два дроида передавали друг дружке его подтекающее тело, словно тряпичную куклу. Не говоря уже о ребёнке. — Где оно? — измученно спросил Хакс. Теперь, когда он наконец был чистым, на него навалилась усталость. — Ребёнок, сэр? Она в своей кроватке. Я принесу её вам. — Дроид проворно развернулся, чтобы взять ребёнка, оставив Хакса сидеть с широко распахнутым от удивления ртом. Она всё ещё здесь? Дроид вернулся и вручил свёрток Хаксу, прежде чем тот успел запротестовать. Малышка спала, крепко спелёнутая. Хотя теперь она была завёрнута не в полотенце, а в тёмно-серое одеяло. Хакс недоумённо посмотрел на дроида. — И что мне с ней делать? — спросил он, размышляя, куда её определить. В программу штурмовиков? Возможно. Или в Академию — обучить на офицера. В данный момент у них ощущалась острая нехватка людей там и там, но пройдут годы, прежде чем это существо сможет быть полезным. Такими темпами к тому времени Порядок может развалиться окончательно. Кажется, дроид интерпретировал его вопрос, не заглядывая так далеко. — Если она проснётся, можете покормить её. Пока вы спали, я несколько раз сцеживал вас и кормил её. Но если вы будете кормить её самостоятельно, это укрепит вашу связь. Кроме того, у нас есть добавки для её питания, если вам не удастся сцедить больше. Хакс тупо уставился на дроида: — Ты… сцеживал меня? Он не мог кормить грудью. Это было нелепо. Возможно, так же нелепо, как вынашивать ребёнка внутри собственного тела на протяжении многих месяцев, даже не подозревая, что способен на это, так же нелепо, как неожиданные роды в освежителе в этот трудный для Первого Порядка час. — Да. У вас низкая выработка молока, но я подмешал в него добавки, чтобы гарантировать достаточное количество калорий. Её первый приём пищи состоял из молозива, и ей нужно будет продолжать принимать пищу каждые два часа. Чтобы вы могли отдыхать, я рекомендую вам сцедить как можно больше при помощи насоса, и тогда я буду кормить её в течение ночного цикла. Недостаточный объем молока может быть восполнен искусственным детским питанием. — Не могу в это поверить. Хакс чувствовал напряжённость и болезненность в груди, но не сказал бы, что она так уж сильно набухла. Возможно, соски торчали чуть сильнее обычного, но вид был такой, словно он просто слегка поправился… Потянувшись в пелёнках, малышка зевнула. Освободив одну ручку, она согнула пальчики возле своего крохотного лица и сфокусировала взгляд на Хаксе, чуть приоткрыв плотно зажмуренные глазки. Всё те же знакомые тёмно-карие глазки. — Вы думали над именем, генерал? — вежливо спросил дроид. — Документы будут готовы, как только у нас будет имя и личность отца, в случае, если он известен. Хакс понятия не имел, как её назвать. Он вообще не задумывался над этим. Он не ожидал, что оставит её, и потому не считал это критически важным. В его жизни не было времени (особенно сейчас) для ребёнка. И хотя Хакс был совершенно уверен, что знает личность отца, он не видел необходимости оставлять след, официально подтверждающий характер его отношений с грёбаным Верховным лидером. — Сейчас я не могу ответить на эти вопросы, — произнес Хакс, не сводя взгляда с новорожденной. Она была довольно уродливой, с собранными в кучку чертами лица, будто кто-то сдавил их. Хотя он готов был признать, что её большие карие глаза выглядели очень мило. Пусть даже и принадлежали Рену. Он вообще не видел в этом существе сходства с собой. И оно было таким маленьким. Крохотные пальчики на высвободившейся руке сжимались и разжимались, и Хакс из любопытства позволил ей подержаться за свой палец, отметив, что хватка была чрезвычайно крепкой. И похоже, ни Хакс, ни малышка были не в состоянии оторвать взгляда друг от друга. — Вы слышали меня, сэр? — мягко спросил дроид, похлопав Хакса по плечу. Дёрнувшись, тот слегка подпрыгнул и толкнул малышку, которая негодующе крутанулась всем телом. — Что? — Пришли результаты теста на отцовство, — ответил дроид, видимо, повторив уже сказанное. — И они подтвердили личность отца. — Что? Какой тест на отцовство? — прорычал Хакс, чувствуя, как внутри вздымается страх. — По чьему приказу? Когда его сделали? Почему… — Пока вы спали, — поспешно сказал дроид и обеспокоенно посмотрел на младенца, заметив, как разгневан Хакс. — Верховный лидер взял образец: проверить, является ли он отцом ребёнка. У Хакса сердце подступило к горлу. — И? — спросил он, как будто ещё не знал ответа. — Это он, — подтвердил дроид. — И я собираюсь обновить записи, чтобы отразить… — Нет! — прошипел Хакс. Дроид озадаченно глянул на него: — Сэр? — Никто не должен знать об этом, — тихо произнёс Хакс, пытаясь высвободить палец из крепкой хватки малышки. Но та не уступала. — Но записи, мне необходимо обновить… — В жопу записи! — Хакс выдернул палец, игнорируя то, что глаза малышки наполнились слезами, и то, как прерывисто она задышала, готовясь снова зайтись в крике. — Нет никакого отца! Не заполняйте эту графу! Создавалось впечатление, что дроид был возмущён: — В интересах… — Переопределение полномочий: Армитаж Хакс, — холодно произнёс Хакс и почувствовал удовлетворение, когда дроид обработал его голос и, сопоставив с запросом авторизацию, сменил поведение на нейтральное. — Да, генерал, — монотонно прогудел дроид. — Жду распоряжений. — Статус свидетельства о рождении: совершенно секретно. Нулевой допуск, — быстро продиктовал Хакс и рассеянно вернул палец своей дочке, что умерило её всхлипы. — В графе «отец» поставить прочерк. — Будет сделано, генерал. Хакс позволил себе расслабленно растянуться на диване, когда дроид исполнил приказ. Ну, хотя бы с этим он разобрался. На данный момент. Хотя Рен, очевидно, посещал его каюту, пока он спал, и теперь обладал доказательствами происхождения ребёнка. Оставалось лишь надеяться, что Рен поведёт себя так же благоразумно, как он. Его дочь вновь потребовала внимания. Издав странный звук, она несколько раз раскрыла рот, сформировав губами букву «о». — Она голодна, — как бы между прочим заметил дроид. — Так покорми её, — сказал Хакс, пытаясь передать малышку НЯНЯ-дроиду, хотя тот даже не шевельнулся, чтобы принять её. — В настоящий момент в каюте нет искусственного детского питания, его надо заказать. — И Хакс почувствовал, как вытянулось его лицо. — Рекомендую кормить её прямо из соска, пока мы не достанем питание. — И сколько потребуется времени, чтобы его добыть? — в отчаянии спросил Хакс. — На борту «Финализатора» отсутствует детское питание. Необходимо будет пополнить запасы во время следующего продовольственного рейса. А значит, не оставалось ничего другого. — И как мне… Как мне её кормить? — поинтересовался Хакс, чувствуя себя бесполезным. Дроид помог ему переместить малышку так, что её лицо прижалось к груди, а губы почти коснулись соска. — Попытайтесь выдавить немного молока, так она сможет распробовать вкус и присосётся, — предложил дроид, по-прежнему монотонно и беспристрастно из-за переопределения полномочий. Хакс не был уверен в том, как понимать эти слова. Он напряг грудь, но это ничего не дало, и он беспомощно взглянул на дроида: — И как мне его выдавить? — Я покажу вам. С ребёнком на руках Хакс не смог остановить дроида: потянувшись, тот сдавливал грудь вокруг ареолы, пока на кончике не выступила маленькая капля белой жидкости. А потом дроид провёл увлажнённым соском по губам малышки. Она оживилась, распробовав вкус, и, жадно обхватив сосок ртом, принялась сосать. Ощущение было крайне странным, но Хакс ничего не мог поделать, кроме как сидеть и терпеть. — Как долго мне этим заниматься? — спросил он горестно, не в силах отвести взгляд от того места, где малышка присосалась к нему. Она то и дело сжимала и разжимала свободную от пелёнок руку в кулачок, но, услышав голос Хакса, с любопытством посмотрела на него. — Пока она будет сосать, — ответил дроид. И Хакс молча смирился. Он должен будет сидеть здесь, подчиняясь воле этого странного бесполезного создания. Каждые два часа, как сказал дроид. Он должен будет сидеть и позволять этому существу… сосать его неопределённое количество времени. Каждые два часа. Пока «Финализатор» не пополнит запасы. Хакс задумался, не выкинуть ли это существо в открытый космос, но прервал ход своих мыслей, вспомнив, что Рен уже видел это создание и знает, что оно от него. Лучше не предпринимать ничего опрометчивого, пока не будет известно мнение Верховного лидера по данному вопросу. Хакс не хотел ещё больше полагаться на его милость. Особенно теперь, когда пропустил по крайней мере одно жизненно важное совещание по стратегии и всё находилось в подвешенном состоянии. Сейчас Хакс мог лишь пялиться в потолок, страшась полной неопределённости и чувствуя себя потерянным, поскольку столкнулся с кризисом, из которого он впервые в жизни не видел выхода. Слишком много неизвестных переменных, слишком много факторов вне его контроля. И вот он кормит грудью ребёнка, к появлению которого не был готов никоим образом, нуждается в кресле на колёсиках и дроиде для того, чтобы передвигаться, и совсем не контролирует процесс испражнения. Хакс лежал так не более десяти минут, прежде чем малышка начала елозить — её действия больше не вознаграждались молоком. Дроид поспешно переместил её на другую сторону, и она вновь с жадностью присосалась к Хаксу. Прошло примерно пятнадцать минут, прежде чем она насытилась, хотя и продолжила сосать, даже выжав всё до капли. Впрочем, она не плакала, не получая пищи, а просто жевала его своими маленькими дёснами. Это доставляло неудобство. — Возьми её, пожалуйста, — сказал Хакс дроиду, отчаянно стремясь вернуться к службе и укрепить своё положение. Теперь, когда задача была выполнена, ему требовалось перейти к более важным вещам. Он и так отсутствовал слишком долго. НЯНЯ-дроид покорно принял свёрток и уложил его в кроватку, несмотря на то, что малышка завопила в знак протеста из-за пропажи своего родителя. Хакс попытался подняться с дивана, борясь с болью в животе и ногах. Ему удалось доковылять до шкафа, и он тяжело прислонился к стене, цепляясь за свежую форму. Собрав всё необходимое для вахты (сапоги, галифе и китель), Хакс позволил себе сползти вниз по стене и усесться на полу. На данном этапе стоять и одновременно одеваться было за пределами его возможностей. Чтобы поторопиться, Хакс отказался от нижнего белья, но, попытавшись надеть галифе, заметил пятна крови на бёдрах. Стиснув зубы, он решил не отвлекаться и резко потянул брюки вверх. Его прогулка не займёт много времени. А с кровью он разберётся позже. Сейчас не время. Очень скоро ему удалось придать себе достаточно приличный вид для выхода из каюты. Хотя пришлось вновь опереться о стену, чтобы встать на ноги. Живот и пах по-прежнему посылали волны боли сквозь тело при каждом движении. Хакс уже подошёл к двери, когда решил захватить датапад. И когда НЯНЯ-дроид послушно исполнил выказанный в грубой форме приказ принести гаджет, Хакс покинул апартаменты, не удостоив взглядом ни дроида, ни расстроенного младенца. Он надеялся, что к его возвращению ребёнок проорётся и заснёт. И если повезёт, у него появятся некоторые идеи, как с ним поступить. Медленно передвигаясь короткими шажками, Хакс печатал сообщение Рену: «Запрос о немедленной встрече. Пожалуйста, сообщите местонахождение». Он пометил его значком «безотлагательно», хотя и так продвигался в сторону каюты Рена. Тот был довольно предсказуем. Чаще всего он проводил время в зале для тренировок или в своих апартаментах, отступая от данного правила ради миссий или ради того, чтобы побесить Хакса. Так что шансы застать Рена в каюте были пятьдесят на пятьдесят. Продолжая идти вперёд, Хакс вдруг заволновался, достаточно ли подобострастным был его тон. Он и представить не мог, как посылает подобное сообщение Сноуку. Не обидится ли Рен? Об этом не стоило и думать. Звёзды, хотел бы он мыслить более здраво. Ну конечно, это при условии, что Рен вообще удосужился проверить свой датапад. До сих пор тот особенно гордился тем, что увиливает от своих обязанностей в Первом Порядке. И это не предвещало ничего хорошего для выполнения функций руководителя. Хакс замедлил шаг, когда почувствовал, как из него выскользнуло что-то твёрдое и поползло вдоль бедра под брюками. Он понадеялся, что это был всего лишь очередной сгусток крови. Во всяком случае, эта штука была небольшой и влажной. Он продвигался вперёд, не в силах ускориться из-за боли, но твёрдо намереваясь добраться до каюты Рена. Облегчение затопило Хакса, когда он доплёлся до двери, но беспокойство вернулось, когда он надавил на кнопку звонка, запрашивая вход. Кнопка отсканировала отпечаток пальца и зажужжала утвердительно, засвидетельствовав, что его не понизили в звании, пока он отсутствовал. Он по-прежнему значился в системе как генерал. Хакс ждал, нервничая всё больше с каждой проходящей секундой. Он чувствовал, как из него продолжает что-то сочиться тонкой струйкой. И потребуется не так уж много времени, чтобы кровь пропитала толстую ткань формы. Он попытался встать по стойке «вольно» и игнорировать дискомфорт. За дверью царила тишина. Хакс испытал соблазн позвонить вновь, но подавил порыв, решив проверить датапад. Сообщение оставалось непрочитанным, указывая на то, что Рен продолжал следовать своей модели поведения, уклоняясь от малейших обязанностей. В результате чего Хакс застрял в коридоре возле его апартаментов, истекая кровью и испытывая очевидное неудобство. После того как Хакс, опасно покачиваясь на ногах, прождал целую минуту, он вновь нажал на кнопку звонка. Отчаявшись, он давил на неё чуть дольше необходимого, в надежде, что сможет передать безотлагательность ситуации звуком. Он ждал так долго, что ему опять потребовалось прислониться к стене, чтобы удержать себя в вертикальном положении. Безрезультатно. Рен не отвечал. Либо его не было в каюте, либо он не желал говорить с Хаксом. Первое было более вероятным. Рен редко избегал противостояний, предпочитая бежать им навстречу, словно рафтар в период течки, со всей жестокостью и желанием. Быстрый взгляд на датапад подтвердил то, что Рен по-прежнему не соизволил прочитать посланное сообщение. Хакс тяжело вздохнул — свидетельство навалившихся на него тягот. Ему вдруг отчаянно захотелось вернуться в свои апартаменты, где его поджидал безотказный дроид и диван, на который можно было прилечь и больше не обращать внимания на ноющие ноги и зад. Он сделал всего несколько шагов, прежде чем кишечник решил опорожниться. У Хакса не было возможности прервать процесс: его тело было слишком растянутым и раскрытым, слишком ослабленным, вывернутым наизнанку. И определённо, в этот раз из него выскальзывали не сгустки крови. В ужасе Хакс уставился в потолок и мигнул несколько раз, пытаясь не допустить, чтобы из глаз хлынула собравшаяся в них жидкость. Из него и так вылилось слишком много жидкости в течение дня. Он поспешно запросил меддроида для сопровождения, кресло-каталку и всё такое. Ему пришлось стоять там, в собственных нечистотах, несколько минут до прибытия дроида. Вернувшись в освежитель, Хакс позволил дроиду вымыть себя, не чувствуя особого желания делать грязную работу самостоятельно. По завершении мытья Хакса поместили на украшавшие его кровать свежие простыни и матрас. Улёгшись, он отметил, что ребёнок всё ещё плачет. — Она по-прежнему голодна, — объяснил НЯНЯ-дроид, передав малышку Хаксу для кормления. Хакс лежал на кровати, придавленный к её поверхности этим крохотным существом и собственной слабостью, и чувствовал себя абсолютно беспомощным. Пока дроид укоризненно сетовал на низкую выработку молока, Хакс пытался придумать способ, гарантирующий ему дальнейшее выживание. Но как он ни старался, в голову не приходило никакого решения.