I Got You, Babe

Судороги становились невыносимыми. Хакс не вполне понимал, почему они продолжаются; они почти точь-в-точь напоминали схватки в самом начале родов. Хакс очень сомневался в том, что из него выскочит ещё один ребёнок, но ощущения были пугающе схожими. Он переживал, что если это продолжится, то он снова потеряет контроль над собой. Да ещё на мостике! Хакс решил, что ему нужно пойти и извлечь затычку из бакты, а воспользовавшись освежителем, он сможет проверить и всё остальное. Возвращаясь в свои апартаменты, он делал вид, будто его вызвали по важному делу, а не то чтобы он покинул мостик по личным причинам. Хотя ничего более личного и придумать невозможно. По пути Хакс отправил приказ меддроиду встретить его в каюте, и когда он вошёл в помещение, тот добросовестно ждал, маяча возле входа в ванную. — Чем я могу помочь вам сегодня, сэр? — спросил дроид, умудрившись окинуть Хакса взглядом, даже не имея глаз. — Мне нужно облегчиться, — ответил Хакс; его щёки слегка порозовели после этих слов. — Бакта-прибор должен быть удалён и заменён, но я также хотел бы оценить… — «Как это назвать?» — Ущерб. — Понял, сэр, — сказал Мет-Х5 и, отодвинувшись в сторону, указал Хаксу на дверь в освежитель. Хакс поспешно юркнул внутрь, дроид последовал за ним. «Это всего лишь дроид», — думал Хакс, снимая шинель и приспуская галифе. Усевшись на унитаз, он ощупал пробку. — Вам нужна помощь, сэр? — Сам управлюсь! — огрызнулся Хакс. Пальцы нашли точку опоры на выступающем кончике пробки (маленький латексный хвостик), и Хакс осторожно потянул. Даже напрягаться не пришлось, как всё хлынуло наружу. Хакс поспешно передал пробку дроиду и, подстёгиваемый нездоровым любопытством, заглянул в унитаз. Кровь, много. Диарея. И проклятый дилдо из бакты, плавающий сверху. Пахло отвратительно, зловоние мгновенно ударило в нос. По-прежнему уйма сгустков крови. Некоторые были большими и такими же тревожащими, как и раньше. Как предупреждал дроид, это может продлиться четыре-шесть недель. А ещё Хакс заметил примесь ярко-красной крови. Казалось, что её очень много, но он не мог сказать точно: нормально это или нет. Хакс подмылся, воздав благодарность за роскошь обладания биде. Хотя запах никуда не делся. Закончив, он неуклюже застыл на месте, всё ещё влажный, с болтающимися в районе голеней галифе, которые ограничивали движения ног. — Могу ли я теперь осмотреть вас, генерал? — спросил Мет-Х5, выпустив эндоскоп. Хакс кивнул: — Да. — И попытался не дёрнуться, когда дроид положил свою стандартную руку на его бедро, направив щупальцеобразный отросток с эндоскопом на конце между ягодиц. Хакс чувствовал, как он извивается внутри, проверяя стенки и массируя разнообразные точки на своём пути вглубь. — Присутствует какая-нибудь боль или дискомфорт, генерал? — спросил дроид, непринуждённо проникая всё дальше. — Немного, — признал Хакс сквозь стиснутые зубы. — Жжёт. — Он бросил на дроида взгляд через плечо: — Оно должно жечь? Дроид помолчал несколько секунд. — Я включил противовоспалительное средство в ваш изготовленный на заказ бакта-прибор, а также гидрокортизон и прамоксин*. — Мет-Х5 слегка повернул эндоскоп, словно что-то искал. — Нет, в идеале боли быть не должно. Хакс попытался игнорировать свой слегка ускорившийся сердечный ритм: — Тогда в чём проблема? — Я проверяю… А! — Похоже, дроид немного оживился, когда его эндоскоп зацепил что-то, доставляющее дискомфорт генералу. — Геморрой! Хакс резко выдохнул: — Опять?! — Вероятно, это результат напряжения в вашем родовом канале во время родов. — Эндоскоп снова двинулся, проникая ещё глубже. — С удовлетворением отмечаю, что дальнейшего применения бакта-прибора будет достаточно для лечения. — А что насчёт… других болей? — Хакс не мог поверить, что нервничает, расспрашивая об этом дроида. Он по-прежнему думал, что является обычным мужчиной, а всё произошедшее — ужасное недоразумение, возможно, какой-то неудачный медицинский эксперимент. Он понимал, что это не так, но какая-то часть его разума всё ещё отвергала мысль о том, что он обладает… чем-то (как бы оно ни называлось), что позволяет произвести на свет грёбаного ребёнка. — Какие ещё боли? — Что-то вроде… судорог в животе. — Хакс изо всех сил пытался не заламывать в отчаянии руки. — А. Это, должно быть, ваша матка уменьшается до нормального состояния, — ответил Мет-Х5, и Хакс почувствовал, как деревенеет его тело. — Постарайтесь расслабиться, сэр, — добавил дроид, поскольку кольцо мышц генеральской дырки препятствовало маневрированию его отростка. Хакс смирился с разговорами о своей клоаке, но разговоры о матке — это как-то чересчур. Да, он знал, что внутри него зародился и вырос плод. И нет, он не особо задумывался о своей внутренней анатомии, пока не оправился от ужасных последствий родов. — Не могу в это поверить. — Хакс потёр глаза ладонями, будто пытался удалить поселившуюся в голове боль. — Это совершенно нормально после родов, сэр, — уверил его дроид. — Ты имеешь в виду человеческих родов, — сказал Хакс, его руки безвольно повисли по бокам. — Ну… да, сэр. Это единственные доступные информационные материалы, что были под рукой, — резко сказал дроид. — Поскольку ваш вид по-прежнему не определён, я могу полагаться лишь на литературу о человеческих родах. Должен заметить, что никогда не бывал свидетелем родов до вашего случая и полагался на блоки информации, загруженные непосредственно во время ваших суровых испытаний. Я изучаю этот процесс вместе с вами. …Это была самая малоутешительная речь, которую Хакс когда-либо слышал. — Так ты даже не знаешь, что происходит у меня внутри? — прорычал он. Грудь сжало при мысли о крови в унитазе. Откуда дроиду знать, какое количество считается нормальным? Что, если это норма для обычных людей, а он нуждается в особой заботе? Что, если… — С вами происходят вещи, типичные для тех, кто пережил человеческие роды, и мне удобно ставить диагноз и назначать лечение, основываясь на принципах ухода за людьми, — внёс поправки дроид. — И я хотел бы довести до вашего сведения, что являюсь единственным меддроидом на этом корабле, который осведомлён о вашей ситуации. — Чудесно, — пробормотал Хакс, обхватывая себя руками. И не важно, если этот жалкий дроид увидит, как он обнимает себя, словно потерянный ребёнок. Его собственное тело предавало его каждый день, и это до глубины души ужасало. Никто не мог ему объяснить или помочь справиться с этим, за исключением одного-единственного медицинского дроида, склонного к созданию пыточных устройств, вроде дилдо из бакты. Да и тот понятия не имел, что происходит. Отросток дроида всё ещё находился внутри, доставляя мучения своим шевелением. С каждой минутой становилось всё больнее, вероятно, вследствие того, что из него удалили пропитанный болеутоляющим бакта-прибор. Хакс не знал, что прибор обладал обезболивающими свойствами, но был признателен дроиду за то, что тот включил такую функцию. Мысль о внутреннем дискомфорте вызвала ещё один вопрос: — Когда я смогу, э-э-э… — «Криффовы звёзды, да скажи уже», — вернуться к… сексуальной активности? Дроид несколько секунд консультировался с внутренними файлами. — Перед возобновлением секса с проникновением рекомендуется приблизительно шесть недель воздержания. Дольше, если болевые ощущения сохранятся. Что ж, он сможет сказать Кайло Рену, что не в состоянии потакать его капризам, руководствуясь рекомендациями медика. — Хотя, конечно, вы можете заняться сексом без проникновения. Не вижу причин, из-за которых вы бы не могли достичь оргазма при помощи вашего пениса, при условии, что будете соблюдать осторожность. …Точно. Поразмыслив, Хакс решил, что это действительно полезная идея. Обрабатывая Рена ртом, он удержит его рядом с собой, плюс получит дополнительное преимущество, ввиду абсолютно нулевых шансов забеременеть снова. Картины того, как он отсасывает Рену, были прерваны сигналом датапада, находящегося, увы, вне зоны досягаемости. Он лежал в кармане шинели, которая висела возле душевой, но Хакс не мог двинуться, пока дроид исследовал его внутренности. — Не подашь мне его? — спросил Хакс у дроида. Не переставая зондировать генерала, тот выпустил ещё одну гибкую руку и, вынув датапад из кармана, передал его Хаксу. Очередное послание от Рена. Хакс разблокировал экран и был встречен паническим сообщением: «Хакс она блеванула едой она умирает? Глупый няня-дроид пошёл к тебе за молоком но теперь пусть возвращается как можно скорее малышке нужна помощь». И хотя знаки препинания отсутствовали, Хакс догадался, что Аннику стошнило, а Рен хотел, чтобы НЯНЯ-дроид вернулся. Значит, тот пока не дошёл. Хакс посмотрел на Мет-Х5 и спросил: — Нормально, когда младенцы срыгивают после еды? — Да, сэр, вполне нормально. Рен устроил много шума из ничего. Ну, по крайней мере, Хакс узнал, что НЯНЯ-дроид вскоре будет здесь и поможет ему откачать молоко. Его грудь, нежная и припухшая, снова разнылась. Он и правда всеми фибрами души желал избавиться от отвратительной желтоватой субстанции. Что вызвало ещё один вопрос. — Моё молоко должно быть жёлтым? — поинтересовался Хакс у дроида. — Я пытаюсь завершить процедуру, сэр, — резко ответил дроид. («Да как он смеет отчитывать его?») — Но да. В первые дни после родов выделяется молозиво, и оно обычно жёлтое. Оно укрепляет иммунную систему ребёнка. Как только вы перестанете производить молозиво, ваше молоко побелеет. Это случится через несколько дней. Хакс так много узнал о своём теле, что почувствовал дурноту. И изъяны во врачебном этикете дроида не улучшали ситуации. Казалось, тот был довольно чувствителен к критике и испытывал удовольствие, отчитывая его. Будь Мет-Х5 человеком, можно было бы обвинить его в неподчинении и отправить на переподготовку (или выкинуть в открытый космос в приступе особо мстительного настроения). — Обращайся к своему генералу с должным уважением, дроид, — проворчал Хакс. — Слушаюсь, сэр, — кивнул Мет-Х5. — Мои извинения. — Так-то лу… ОЙ! — Отросток дроида вдруг нарушил что-то внутри. Что-то нежное и до сих пор нетронутое. Было больно, Хакс никогда до сих пор не ощущал ничего подо… — Сэр, я проник в шейку матки, — сказал дроид, и если бы Хакс не был убеждён в обратном, то решил бы, что Мет-Х5 занервничал. — Похоже… Кровотечение более сильное, чем я ожидал. Судя по всему, в вашей матке по-прежнему присутствуют инородные ткани. Я считаю, что это часть последа. Шейка матки. О боги, что за день! Хакс глубоко вдохнул, пытаясь вернуть контроль над собой, прежде чем произнёс: — Я не знаю, что такое… послед. — Послед состоит из внутриматочных тканей, в которых развивается ребёнок во время беременности, преимущественно из плаценты, — объяснял дроид, вращая своим проклятым эндоскопом внутри его проклятой матки. — Я потянул за пуповину после родов, но, судя по всему, должен был позволить процессу завершиться естественным путём, поскольку вижу, что оставшаяся часть всё ещё прикреплена к стенкам матки. — И что это означает? — требовательно спросил Хакс, бурля адреналином. — Это серьёзно? — Его нужно удалить, сэр, — робко произнёс дроид. — Прошу прощения, что не понял этого раньше. Плацента должна была выйти, и если её не удалить, это вызовет внутреннее заражение. А ещё кровотечение, представляющее непосредственную угрозу для вашего здоровья. Разрешите удалить её прямо сейчас, сэр? А ведь он всего-навсего хотел сходить в туалет. — Приступай, — решительно ответил Хакс. И дроид подчинился. Используя гибкую руку с эндоскопом, он двигался внутри, Хаксу было тревожно. Он старался не задумываться особо над тем, что происходит. Приятной отдушиной стал донёсшийся из спальни звук открывающейся входной двери. Должно быть, НЯНЯ-дроид наконец прибыл сцедить его, как упомянул Рен в своём полубредовом сообщении. Как только Хакса очистят от послеродовой скверны и откачают молозиво, он будет готов вернуться на вахту и разобраться с Периталом VI. — Я в освежителе! — крикнул Хакс дроиду. — Хакс! Это был не НЯНЯ-дроид. Это был Верховный лидер. И Хакс услышал, как тот топает по направлению к освежителю… — Не входи! — поспешно выпалил Хакс и испытал беспредельную благодарность, когда тяжёлые шаги и впрямь затихли. — Наша малышка! — заорал Рен через дверь, его визгливый тон выдавал панику. — Она… — В порядке! — прокричал в ответ Хакс. Его глаза наполнились влагой из-за тянущего ощущения внутри, когда дроид принялся волочить проклятую плаценту наружу. Он чувствовал, как из дырки сочится густая жидкость, и, вопреки всему, надеялся, что она не запятнает галифе. — Младенцы постоянно срыгивают, волноваться не о чем! Рен притих ненадолго, а Хакс попытался подавить всхлипы, когда дроид, используя длинный манипулятор, дёрнул за плаценту. Было больно, и ощущалась какая-то неправильность. Когда дроид протолкнул её через шейку матки, боль стала такой сильной, что Хакса затошнило, и он едва подавил рвотный позыв. Тело начало испытывать сокращения — снова. — Ты уверен в этом? — нерешительно протянул Рен. Следовало взять дыхание под контроль и удостовериться, что он сможет сдерживать рвоту достаточно долго, чтобы успеть высказаться. — С-спроси проклятого НЯНЯ-дроида, — задыхаясь, ответил Хакс, крепко сжимая руки в кулаки. Из него полилось опять, запах ухудшился. «Только не блевани». — Хакс, ты болен? — крикнул Рен через дверь. — Что, если ты её заразил? Ты идиот, она же так уязвима! Чем ты болен?! Дроид резко выдернул из него кусок ненужной плоти, и Хакс не сдержался. Его желудок был пуст, поэтому всё, что из него вышло — прогорклая смесь желчи и желудочной кислоты. Ужасные звуки громким эхом отражались от стен, и не существовало никакого способа скрыть их от Рена… — Ты болен! — воскликнул Рен. — Что с тобой?! — Н-нет, Рен, я… — Хакс не смог закончить фразу и снова содрогнулся в приступе рвоты, поскольку зловоние усилилось, когда дроид извлёк из него нечто склизкое. — Х-р-р-к… Хакс не был религиозным человеком, но всегда оставалась вероятность, что он умер и очутился в аду. — Я вхожу! — запальчиво проинформировал Рен, и Хакс и пикнуть не успел, как дверь распахнулась. — Только не снова. — Верховный лидер двумя руками придерживал Аннику у груди; малышка выглядела совершенно довольной. В отличие от Рена, который пялился на происходящее с Хаксом с явным отвращением. Очевидно, это как-то было связано с запахом. И лужей рвоты между его ног. И кровью, сочащейся вдоль бёдер из дырки. И инфицированным куском плаценты, которую дроид швырнул в унитаз. Казалось, Хакс утратил всякую волю к борьбе. Он родил, потерял много крови, выделял молоко, неоднократно обделывался, снова истекал кровью, несколько часов провёл на посту, не съел ни кусочка с позавчерашнего (или поза-позавчерашнего?) дня, из его матки без анестезии вырвали, по-видимому, заражённую плаценту, и он по-прежнему истекал кровью. И теперь всё это его накрыло. Последней мыслью, прежде чем он потерял сознание, было: «Лучше бы Рен этого не видел». — Упс, — прогудел Мет-Х5. *** Хакс приходил в себя постепенно. То был момент глубочайшей дезориентации. Он силился разлепить веки, но яркий свет пронзал его череп копьями агонии. Застонав, Хакс поднял руку, чтобы прикрыть глаза. Движение позволило ему осознать, что что-то прикреплено к внутренней стороне на сгибе локтя. Благодаря тени на руке, он догадался, что это капельница; игла исчезала под болезненно-бледной кожей. Ах да. Процедура. Рен. Копающийся внутри него дроид. — Сэр, — ещё один медицинский дроид завис у изножья кровати. — С возвращением. — Когда мы прибудем на Перитал VI? — требовательно спросил Хакс и попытался усесться, несмотря на головокружение, угрожавшее опрокинуть его вновь. — Мы прибыли два часа назад, сэр. Точно, он был прав. Это ад. — Какова ситуация на местах? Как наши успехи в… А, в жопу, объяснишь по дороге на мостик! — Хакс спрыгнул с кровати и оттолкнул дроида, посмевшего ему мешать. Выдернул капельницу из руки, о чём тут же пожалел, поскольку испытал сильную боль. Но ничто не могло его отвлечь от возвращения на свой пост. — Прошу, сэр, вам требуется переливание крови, — взмолился дроид. — Вы должны отдохнуть! — На том свете отдохну! — прорычал Хакс, зная, что если продемонстрирует свою бесполезность в столь ключевой момент, то, вероятнее всего, скоро умрёт. Он был одет лишь в больничную пижаму**, которую выдавали пациентам медотсека, поэтому направился в ординаторскую (напугал двух отдыхавших там молодых врачей) и взял докторский халат. Завернувшись в него, он выпорхнул из комнаты, пронёсся через весь медотсек и рванул по коридорам. Он должен был вернуться на мостик. В идеале два часа назад. Хакс и забыл, как холодны коридоры «Финализатора»; босые ступни сразу же замёрзли от соприкосновения с дюрасталевым полом. Халат немного согревал, но жалкая пижама под ним была бесполезна: и как защита от окружающей среды, и как прикрытие целомудрия. Встретившиеся на пути к мостику штурмовики предпочли держаться подальше. Взъерошенный и одержимый, Хакс был уверен, что имел довольно пугающий вид в нынешнем состоянии. Запыхавшись, он добрался до входа на мостик и задумался, не переусердствовал ли он после того, как перенёс кровопотерю настолько серьёзную, что потребовалось переливание. Что было не так уж важно в сравнении с тем фактом, что по другую сторону двери находился Пьюви, который выполнял функции командира его корабля, наблюдая за самой важной для их организации битвой после катастрофы «Старкиллера». Хакс ворвался на мостик, заставив нескольких офицеров подпрыгнуть и уставиться на него. Но он не обратил на них внимания. На месте командующего располагался не Пьюви. Этот человек был слишком высоким, слишком мощным, а его волосы представляли собой насмешку над уставом Первого Порядка. — Рен?! — придушенно выдавил Хакс. Тот обернулся и, глянув на него, произнёс небрежно: — Ты очнулся. — Я… Какова ситуация? — Хакс подошёл и встал рядом с Реном, который, к счастью, не захватил с собой Аннику. Хакс предположил, что её оставили с НЯНЯ-дроидом. — Ситуация такова, что ты рухнул от кровопотери и должен вернуться в медотсек, — оборвал его Рен, даже не удостоив зрительного контакта, сосредоточившись вместо этого на данных, поступающих беспрерывным потоком на его датапад. Хакс никогда до сих пор не видел, как Рен пользуется гаджетом. Он почти удивился, что тот знал, как это делать. — Рен, я… Верховный лидер, я вполне в состоянии… — начал Хакс, но Рен, подняв руку, заставил его замолчать. Ему не нужно было использовать Силу: генерал знал, что не стоит перечить Лидеру на глазах у команды. — Ситуация здесь находится под контролем, — произнёс Рен с такой убеждённостью, что Хаксу почти захотелось ему поверить. Обернувшись, Хакс посмотрел на офицеров, которые очень старательно отводили глаза. Он предположил, что они никогда прежде не видели его без формы, а его волосы, пусть и по-прежнему липкие от геля, были далеки от опрятности и торчали во все стороны самым причудливым образом. — Я могу вызвать дроида, который проводит тебя обратно в медотсек, — напрямик заявил Рен и отвернулся, чтобы свериться с какими-то показаниями на мониторе внезапно очень напрягшегося офицера. — Верховный лидер, вынужден настоять, что должен оставаться там, где смогу быть максимально полезным! — предпринял новую попытку Хакс, следуя за Реном. — Вам нужен кто-то, кто находится в курсе дела… — Ты уже ввёл меня в курс дела, помнишь? Благодаря твоим подробным отчётам, я более чем подготовлен к ситуации, — сказал Рен. Уголки его губ подрагивали, словно он пытался подавить улыбку. Хакс завис: это слишком походило на комплимент, поэтому ответить было нечего. — А с тех пор как тебя госпитализировали, поступило множество отчётов. Так что ты больше не в курсе дела. Хакс уставился на Рена, но так ничего и не придумал — контраргументы застряли у него в горле. — Я могу отвести генерала, сэр, — раздался тихий голос. Оба, Хакс и Рен, обернулись на говорившего, и Митака чуть сжался под их взглядами. — И я… я могу ввести его в курс дела по пути, чтобы успокоить, — глупо улыбнулся лейтенант, взбесив Хакса тем, что обращался напрямую к Кайло Рену. Он, конечно, понимал почему, но то, что о нём говорили, как о непослушном ребёнке, по-прежнему ранило его гордость. — Звучит разумно, — признал Рен и, положив руку на плечо Хакса, подтолкнул того к Митаке. — Ну, давай. Не хочу видеть тебя на мостике, пока не восстановишься. — Я здоро… — «Здоров» означает, что тебя выписали дроиды или медицинский персонал, — поправил его Рен и криво ухмыльнулся, заметив негодование Хакса. — Я провожу вас в медотсек, сэр, — сказал Митака с дрожью в голосе и, развернувшись на каблуках, направился прочь. — Иди с ним, — произнёс Рен и наконец посмотрел Хаксу в глаза. — У меня всё под контролем. Хакс не поверил ему, но ничего поделать было нельзя. Он не мог оставаться на мостике вопреки воле Верховного лидера, не говоря уже о том, что его внешний вид оставлял желать лучшего. Не стоило унижать себя дальше. — Слушаюсь, Верховный лидер, — коротко ответил Хакс. — Я ознакомлюсь с обстановкой и надеюсь, что меня призовут в случае чрезвычайной ситуации. Рен хмыкнул и, отвернувшись, возобновил своё занятие. Хакс несколько секунд смотрел ему в спину, а затем выскочил в двери и чуть не сбил с ног Митаку, ожидавшего его в коридоре. Он обогнул его и зашагал по коридору, вынуждая догонять себя. — С-сэр! — заикаясь, позвал Митака, припустив трусцой, чтобы держаться вровень с размашисто шагающим Хаксом. — Что? — Хакс смотрел вперёд, мысленно представляя способы убийства, при которых его имя не свяжут со смертью Рена. — У вас кровотечение! Хакс так резко остановился, что Митака врезался ему в спину. Поспешно отпрыгнув, лейтенант извинился, но Хакс оставил это без внимания. — Откуда? — осторожно спросил он. — К-кровь на ногах, — робко произнёс Митака. — Но я… Я не могу сказать откуда… Хакс сдержанно кивнул. — Что ж, тут ничего не поделаешь. — Хакс снова пошёл вперёд, на этот раз маленькими шажками. Теперь, когда он был осведомлён, он чувствовал, как тонкий ручеёк струится по внутренней стороне бедра по направлению к колену. — Чем скорее я поправлюсь, тем лучше. — Сэр, могу я спросить… — тихо начал Митака, словно боялся, что их подслушают. — Не можете, лейтенант! — огрызнулся Хакс. Остаток пути прошёл в тишине. К тому времени, как распахнулась дверь в медотсек, ручеёк крови достиг лодыжки. — Свободны, лейтенант, — бросил Хакс через плечо, войдя внутрь и покинув Митаку в коридоре. Прежде чем двери закрылись, Хакс коротко взглянул на лейтенанта и заметил, что Митака пялится на него с нечитаемым выражением лица. Хакс поспешно вернулся в личную палату и позвал дроида, чтобы тот помог ему вытереть кровь и убедился, что в этот раз кровотечение в пределах нормы (всего лишь небольшой сгусток). А потом вставил внутрь новый бакта-прибор. Мет-Х5 улучшил собственный первоначальный дизайн, и теперь это было одно устройство, а не два раздельных. Оно также действовало как пробка и имело систему внешних креплений для надёжности. Выглядело оно, как извращённое нижнее бельё, но альтернатива была настолько невообразимой, что Хакс промолчал. Вместо этого он позволил дроидам суетиться вокруг себя. Они расспросили его, когда он ел (и не прошло ли с тех пор слишком много времени?), пил; вернули на место капельницу, выдали датапад (после того, как он пригрозил, что снова сбежит; будь проклят Верховный лидер) и разрешили прочитать отчёты о текущем сражении. Хакс удивился тому, что Рен оказался не только в состоянии принимать взвешенные решения, но и прислушался, когда он послал ему советы и инструкции через датапад. Осознав себя по-прежнему частью процесса, даже не присутствуя на месте физически, Хакс почувствовал себя лучше. Им противостояло несколько профсоюзных организаций, а также контрабандисты, чьи связи с политическими лидерами сошли на нет после того, как Первый Порядок захватил политический контроль над этим миром. А значит, контрабандисты почуяли, что их вытесняют из игры и что их положение в галактике находится под угрозой. Рен уже заключил с ними сделку, и они собирались предать альянс профсоюзов в ближайшие часы. И как только это произойдёт, политики, федерации рабочих и финансовые воротилы, противостоящие Порядку, лишатся практически всех основных поставщиков оружия и нелегальных каналов снабжения, жизненно важных для их стратегии в борьбе. Кажется, познания Рена, касающиеся контрабандистских организаций в разнообразных мирах, сослужили им хорошую службу. Но Рен по-прежнему позволял Хаксу предоставлять ему сведения о передвижении их кораблей и войск. Возможно, Рен хорошо справился с запугиванием и личными переговорами с контрабандистами, но Хакс оставался главным стратегом, когда дело касалось крупномасштабных битв. Следовало уничтожить корабли, направленные против их звёздных разрушителей. Рен передавал генеральские приказы, а Хакс с удовлетворением отмечал, что всё идёт так, как он планировал. «Финализатор», «Уничтожитель», «Освободитель», а также висящие на орбите обречённого мира эскадры сопровождения справлялись неплохо, и Хакс был уверен, что им не потребуется дополнительной поддержки, чтобы обеспечить стабильную ситуацию на Перитале VI. Настоящая битва начнётся, когда Денон отправит помощь. Но сделка с Исено, переговоры по которой были в процессе, могла существенно навредить попыткам Денона, давая тем самым основание полагать, что всё идёт как надо. Хакс даже не возражал, когда НЯНЯ-дроид принёс Аннику и настоял на том, чтобы он покормил её. Малышка была явно расстроена, проснувшись в компании дроида, и к тому же хотела есть. Она успокоилась, как только оказалась на руках у Хакса, а дроид передавал его инструкции через датапад, пока он кормил её. По крайней мере, ему не пришлось заниматься этим на мостике. Битва продолжалась четырнадцать часов. Через девять часов контрабандисты сдержали своё слово (за что нельзя было заранее поручиться) и переметнулись на их сторону, бросив федеративный союз на произвол судьбы. После этого оставалось лишь усмирить толпу. Пока политическая верхушка сопротивляющихся удирала, обстреливаемая со всех сторон, население, которое она должна была возглавлять, утратило своих лидеров. А значит, каждая забастовка рабочих, каждый бунт (независимо от количества участников), каждое восстание внутренних войск в казармах на всём Перитале VI будет изолированным и хаотичным. Лёгкая цель для батальонов штурмовиков. Учитывая недостаток координации между собой, обитатели Перитала VI будут вынуждены сдаться Первому Порядку на милость. И быстро поймут, что последняя у Порядка начисто отсутствует. Хакс кормил Аннику несколько раз. Между кормлениями она в основном спала, но пару раз потребовала поиграть с собой. И когда Хакс отказался подчиниться, Анника подняла невообразимый шум. Поэтому он отдал приказ дроиду отнести её в соседнюю комнату и как-нибудь развлечь. Ему следовало наблюдать за битвой. Всё то время, пока его не было рядом, Анника плакала… Но она научится. Он не мог уступать каждой прихоти, вспыхивающей в её головке. Будут времена, когда он вообще не сможет заботиться о ней, возможно, по нескольку дней. И лучше ей усвоить это сейчас. Например, как только они добудут искусственное детское питание, он обретёт гораздо большую степень свободы, чтобы действовать как командующий, а не родитель. Забавно. До этого момента он не думал о себе как о родителе. — Пожалуйста, сэр, вынужден настоять, чтобы вы взяли её на руки. — Ворвавшись в палату, дроид вновь затеял бесполезную борьбу, пытаясь заставить Хакса тратить время впустую, играя с ребёнком, когда Перитал лежал под ними, совершенно беззащитный. — А я вынужден настоять, чтобы ты убрался из комнаты и позволил мне спокойно работать, — ехидно ответил Хакс, повысив голос, чтобы перекричать рыдания, раздающиеся из крохотной глотки Анники. — Теперь это твоя работа, — произнёс более глубокий голос. Взгляд Хакса метнулся к двери, где на фоне ярких огоньков медотсека возвышалась фигура Верховного лидера. — Прошу прощения, — опешил Хакс. — Почему ты не на мостике? Битва… — Затихла. Никаких вражеских звездолётов, из-за которых стоит переживать. Ключевой вопрос — передвижение войск на поверхности. Пока не происходит ничего такого, чем нельзя управлять отсюда с той же лёгкостью, как с мостика, — сказал Рен, переступив порог, и, приблизившись к дроиду, взял у того Аннику. Кажется, она немного успокоилась, но по-прежнему корчила душераздирающие рожицы; её нижняя губка дрожала. Рен подошёл к Хаксу, угрожающе нависнув над ним в своей фирменной манере, и передал Аннику ему в руки. Малышка немедленно схватила его за лицо, крепко вцепившись в нижнюю губу. — Так-то лучше, — одобрительно заметил Рен. — Фен… — Хакс оторвал крохотную ручку от своего лица. — Рен, как долго, по-твоему, продлится затишье? Денон находится всего в двух часах на световой скорости, думаешь, они до сих пор не приготовили корабли, чтобы расправиться с нами? Чудо, что они ещё не прислали подкрепление, но мы в любой момент можем увидеть, как рядом с нами на орбите появляются звездолёты. Как мог ты оставить мостик в столь критический… — Я уже общался с действующим правительством Денона, — прервал его Рен. — Они готовы уступить Порядку Перитал VI, при условии, что мы не вторгнемся в пространство Денона. — Тогда они идиоты. Или лжецы. — Хакс переместил Аннику, убрав её немного подальше, поскольку она снова попыталась схватить его за лицо. — Они должны понимать, что сдача Перитала — шаг к сдаче Денона, и, бездействуя сейчас, они позволяют нам продвигаться к этой цели. — Они идиоты, — сказал Рен и наклонился, разрешив Аннике вцепиться ему в палец. — Собственный страх сделал их глупцами. Они не верят, что смогут противостоять мощи Первого Порядка. — Или очень хорошие актёры, и атакуют нас в момент нашей наибольшей уязвимости или когда мы будем меньше всего этого ожидать, — возразил Хакс, наблюдая за тем, как Анника размахивает стиснутым в кулачке пальцем Рена. — Откуда мы знаем, что они не находятся в процессе заключения сделки с шайкой контрабандистов с Перитала? Эти перебежчики уже предали одного союзника, и вряд ли мы… — Цыц, — шикнул на него Рен. Шикнул на него! — Успокойся, ты можешь расстроить Аннику. — Полагаю, её больше расстроит, если нас собьют, Рен. — Хакс вышел из себя — так, самую малость. Рен зыркнул на него, и теперь Хакс увидел, что тот действительно чем-то обозлён. Вытащив палец из цепкой хватки Анники, Рен выпрямился, явно избрав тактику запугивания. — В чём дело? — осторожно поинтересовался Хакс. — Я получил отчёт твоего дроида, — ответил Рен, кивнув головой в сторону НЯНЯ-дроида, который не выказал никакого раскаяния. — О том, что ты игнорируешь нашу дочь. — Ради сохранения её безопасности, — возразил Хакс, прижав Аннику к груди, словно щит. — Битва… — Была под контролем. Моим контролем, — отрезал Рен. Его спокойные интонации контрастировали с напряжёнными плечами и вздувшимися венами на шее. — Тогда как мою рыдающую дочь бросили на попечение дроида, поскольку её мать игнорировала её. — Мать, Рен? В самом деле? — хохотнул Хакс. Но Рен не разделял его веселья и, подняв палец, придушил Хакса на секунду. Посрамлённый, Хакс мгновенно поник. — О ней хорошо заботились, — постарался аргументировать он. Ноздри Рена затрепетали, глаза вспыхнули яростью. Хорошо — это не идеально. Хакс немного приподнял Аннику, словно она могла его спасти. — Ты не можешь оставлять нашу дочь рыдать часами на попечении дроидов, — прорычал Рен, брызгая слюной. — Если она хочет тебя, ты должен удовлетворять её прихоти. Хакс не верил своим ушам. Что за, мать его, прибабахи? — Рен… Верховный лидер, — исправился он. — Мы не можем удовлетворять каждое её желание — это невозможно. Будут ситуации, как, например, эта битва, когда мы не сможем находиться рядом с ней. Уверен, вы… — Я не оставлю её. — Рен был так серьёзен, как будто один час рыданий дочки являлся не составной частью их жизни, а грандиозным событием. — Мы лидеры, Рен. Мы не можем взять и бросить всё, потакая младенцу. Она даже не запомнит, что мы… Рен так сильно ударил Хакса по лицу, что тот тяжело завалился на бок и прижал Аннику к груди, чтобы не уронить. Вот вам и щит. Он лежал, где упал, обнимая вцепившегося в него ребёнка, страшась того, что Рен снова атакует его, если он попытается сесть. — Она запомнит, — мрачно произнёс Рен. — Она создаёт миллионы нейронных связей каждую секунду. — Хаксу стало интересно, кто напичкал его этой информацией. — И формируется, взаимодействуя с нами. Каждый раз. Что включает в себя твои отказы общаться с ней и навязывание её дроидам, словно она нежеланна. Хакс сумел удержаться и не сказать, что она нежеланная. Что, вероятно, спасло ему жизнь. …Очевидно, у Верховного лидера имелись какие-то нерешённые проблемы, связанные с этим. Страх быть покинутым или какие-то проблемы с матерью, или что-то в этом роде. Хакс бы не удивился, учитывая, кем была его мать. Отказываясь уступать, Хакс попробовал другую тактику, соглашаясь на роль «матери» вместо законной роли командующего «Финализатором» и генерала Первого Порядка. — Рен, пожалуйста, пойми, — протянул он угодливо. — Я ничего так сильно не хочу, как безопасности для нашей дочери. Рен вскинул бровь, явно не убеждённый. Хакс не унимался, слишком одержимый важностью сохранения своей позиции, чтобы переживать о проблемах с доверием у Рена. — Единственный способ обезопасить её — удостовериться, что Первый Порядок преуспеет в своих целях. Если мы потерпим неудачу, она умрёт вместе с нами. Рен мрачно посмотрел на Хакса. — А почему бы не совмещать? Ты в постели, за пределами мостика. Можешь возиться с ней и одновременно посылать приказы. — Это не так уж просто. Кроме того, я не собираюсь оставаться в постели вечно, Рен. — Хаксу не понравился взгляд Рена, будто тот всерьёз рассматривал идею, чтобы именно там генерал и оставался. — Я могу понадобиться на мостике, а ребёнку там делать нечего. Ей придётся привыкнуть к заботе дроидов. Рен выглядел так, словно обдумывал, не ударить ли Хакса снова. Хакс разродился ещё одним аргументом. — Меня в основном воспитывали дроиды! — поспешно выпалил он. — И я вырос нормальным! Следовало ожидать, что Рен расхохочется после этого заявления. Хотя Верховный лидер вовсе не выглядел весёлым, когда вновь обратил на Хакса свой яростный взор. Это было слишком чувствительной темой в данный момент. — Это твой рот или твоя клоака? — ядовито процедил Рен. — Не могу понять: дерьмо вылетает и оттуда, и оттуда. Хакс машинально дотронулся рукой до груди, челюсть отвисла. — Что ты только что сказал? — сказал он, понизив голос. Взгляд стал жёстче камня, несмотря на угрожающую ауру, исходившую от Рена. — Мне повторить? — с фальшивой доброжелательностью спросил Рен. Спор пришлось отложить, когда датапад Рена издал писк. — Проклятая штука… — пробормотал он, разблокировав гаджет. — Я нужен на мостике. — Рен вновь заткнул датапад за пояс. — А ты нужен здесь, Аннике. Ты позаботишься о ней, успокоишь, а если нет, я узнаю об этом. — Он наградил Хакса взглядом, сулящим неописуемую боль. — И тогда последствий не миновать. Рен выскочил из палаты, оставив Хакса наедине с ребёнком и вероломным дроидом. — Придётся расплавить тебя, — проинформировал Хакс дроида и, откинувшись на подушку, устроил Аннику поудобнее. — Это того стоило, — беспечно заявил НЯНЯ-дроид. — Ху! — шумно выдохнула Анника и вцепилась в губу Хакса, как только та снова оказалась в зоне доступа. Возможно, ему всё-таки следовало выбросить её в открытый космос.