I Got You, Babe

Гнев почти ослепил Кайло. Он не мог определить, почему настолько взбесился. Он не видел необходимости в том, чтобы Хакс участвовал в жизни Анники, но чувствовал в её незрелом разуме восторженное восхищение этим человеком. Она не собиралась позволить, чтобы их разделили. Так что альтернатива (допустить, чтобы страх Хакса перед способностями дочери стал причиной того, что он оттолкнёт её) потеряла всякую привлекательность. Хакс намеревался отринуть всю её преданность и любовь из-за жалкой боязни. Отдать малышку на попечение дроидам, словно у неё имелся какой-то дефект. А всё потому, что он был слишком труслив, чтобы справиться с этим. Кайло учуял его — страх Хакса, — когда толкнул ребёнка ему в руки. Это зацепило что-то глубоко внутри него, открыв скрытый источник негодования. Внезапно Кайло замер. Знакомое ощущение захлестнуло его. Этого не могло быть… Мусорщица стояла перед ним, их связь пела от напряжения. — Бен, — сказала она решительно, расправив плечи, как будто пыталась казаться внушительнее. Это выглядело почти жалко. Почти мило. — Ты, — сплюнул он. Это было последним, в чём он нуждался сегодня. Им не удалось достигнуть прогресса в уничтожении Сопротивления, а следовательно — и в том, чтобы подтолкнуть её ближе к нему. — Что ты делаешь на Перитале VI? — требовательно спросила она. По крайней мере, сразу перешла к сути. — То, что мы делаем на каждой планете, контролируемой Первым Порядком, — он одарил её наглой улыбкой, лишённой даже толики сердечности. — Устанавливаем порядок. Она отвернулась, поджав губы, и едва заметно качнула головой. Он почувствовал её отвращение. — Ты же знаешь, Сноук сгинул, — попыталась она. Её взгляд снова устремился к нему, словно в поисках чего-то. Что бы она ни искала, Кайло сомневался, что она сможет это найти. — Знаю. Я убил его. Она осторожно шагнула вперёд, отчаянно желая дотянуться до него. — Ты можешь ступить на путь исцеления. Теперь, когда его больше нет, — её голос смягчился. Она показалась ему такой нежной, такой открытой в этот момент. Но, основываясь на опыте, он понимал, что её нельзя обратить, пока сопротивленческое отродье живёт и дышит. А значит, он всё ещё не смел лелеять надежды. — Может, пришло время признать, что я не подконтролен Сноуку. Меня никто не контролирует, кроме меня самого. Она покачала головой, глядя сквозь него, всматриваясь в его суть. — Я тоже так думала раньше, — мягко произнесла она. — Но ты по-прежнему носишь его в себе. Весь гнев, который ты держишь внутри — почти весь от него. Ты хотя бы пытался осмыслить это? Кайло не собирался прогибаться. — Он мёртв! — выкрикнул он, скрипнув зубами. — Никто никогда не исчезает навсегда, — печально сказала она. «Что? Общалась ли она сейчас с Леей?» — Они оставляют на нас свой след. К счастью или к несчастью. — Теперь я выше него. Сильнее, чем он был… — Ты хоть понимаешь, как глубоки шрамы, которые он тебе нанёс? — перебила она. — Он в прошлом, наряду с Беном, наряду с Ханом, — Кайло проигнорировал то, как сорвался его голос на имени Хан. — Ты хоть осознаёшь, чего желаешь ты, и отделяешь это от того, что он внушил тебе желать? Мы оба знаем, что ты не хотел убивать своего отца! — Остановись! — Кайло не отреагировал физически, но её слова встревожили его — он почувствовал, что в них содержится доля правды. Она воспользовалась его молчанием, усилив напор. — Перед тобой лежит долгий путь, Бен Соло… Но если ты выберешь верную дорогу… — Теперь она улыбалась ему, хотя её глаза были наполнены болью. Это так напоминало улыбку его матери. — Мы будем ждать тебя в конце. — Я выбираю свой собственный путь, — ответил он, сердце подступило к горлу. — Я знаю это, Бен. — Кстати, ты по-прежнему можешь оставить Сопротивление, — подавленно произнёс он. — Кстати, ты по-прежнему можешь оставить Первый Порядок, — отозвалась она без малейшего колебания. Ещё одна омрачённая болью улыбка. — Твоя мать скучает по тебе. Он мигнул, и она исчезла. Оставив чувство опустошённости. Он вернулся на мостик. Предстояло ещё многое сделать. *** — Вы должны попытаться поиграть с ней, сэр, — сказал НЯНЯ-дроид, корча глупые рожицы малышке в руках Хакса. Хотя это практически не повлияло на её вопли. — Кто здесь командир, а кто — одноразовый дроид? — с жаром произнёс Хакс, слегка отодвинув Аннику от стоявшего у койки дроида. Бесконечные надоедливые крики ребёнка никоим образом не способствовали улучшению его отвратительного настроения. НЯНЯ-дроид не заметил угрозы. Программа предписывала ему отдавать приоритет комфорту его подопечного, не считаясь с собственной жизнью. — Я приказал изготовить игрушки, но они не являются первоочередной задачей для производства. И в любом случае ей действительно необходимо общение, — объяснил дроид и попытался перегнуться через Хакса, чтобы продолжить строить рожицы малышке. Хакс шумно выдохнул, его гордость всё ещё была уязвлена маленьким припадком Кайло грёбаного Рена. Да ни от кого он и не отказывался. Разве не поступил он точно так же, как поступил Рен, когда отправился на мостик, оставив его на больничной койке? Неужели Рен правда ожидал, что Хакс сделает перерыв в своей генеральской деятельности только потому, что его застал врасплох глупый дроид? Если бы он мог принять участие в управлении флотом, он бы это сделал. Аннике бы просто пришлось подождать. Но, судя по всему, это не тот аргумент, который поможет ему выиграть. По крайней мере, сейчас. По-видимому, на данном этапе существовал настоящий риск, что Рен понизит его в должности, передав его обязанности Пьюви или Таннисону, вообще кому угодно, кого Верховный лидер сочтёт подходящим в этот момент. Блядь, этот человек, вероятно, мог повысить даже какого-нибудь младшего офицера, лишь бы позлить Хакса. Это явилось бы более тяжким оскорблением, чем расцветший на щеке синяк. — Сэр, прошу, — взмолился НЯНЯ-дроид. Издаваемые Анникой звуки в самом деле раздражали, поэтому Хакс неохотно поднёс её к дроиду. — Сдерживай её плач так долго, как сможешь. Покачав головой, дроид не помог делу. — Нет, сэр, это должны сделать вы. Вам нужно научиться успокаивать её. Приказ Верховного лидера. Ебучий Рен… — Ну и что мне делать? — огрызнулся Хакс и попытался слегка покачать малышку. — Она не голодна, какие ещё варианты? — Поднимите её, — проинструктировал дроид, помогая Хаксу удерживать Аннику перед собой спинкой к лицу. — Сложите её ручки у неё на груди и прижмите большим пальцем. Дроид подсобил ему и, прижав ручки к крохотному тельцу, позволил Хаксу одной рукой подхватить Аннику спереди, а вторую подсунуть под тканевый подгузник, удерживая вертикально. Ладонь Хакса была достаточно большой, чтобы Анника уселась на ней, в то время как его пальцы поглаживали её спинку. — Теперь наклоните её под углом в сорок пять градусов. Дроид наблюдал за тем, как Хакс наклонил Аннику немного вперёд и позаботился о её головке, придержав указательным и безымянным пальцами. — А теперь аккуратно покачайте её. И Хакс подчинился, качнув Аннику вверх-вниз, затем из стороны в сторону, а потом немного покружив. — Она перестала плакать! — выдохнул Хакс и повернулся к дроиду, словно требовал подтверждения. Внезапное исчезновение головной боли стало именно тем подтверждением, в котором он нуждался, хотя он не понимал, как такое возможно. — Существует теория, что эта позиция и движения имитируют ощущения от пребывания в матке, — объяснил НЯНЯ-дроид, сияя от гордости при виде небольшого достижения генерала. — Хотя я подозреваю, что возможность осмотреть комнату также отвлекает её от печалей. Анника действительно осматривала всё вокруг, заинтересовавшись окружающей обстановкой. Притянув её чуть ближе к своей груди и по-прежнему удерживая под углом, Хакс покачивал малышку круговыми движениями на достаточно близком расстоянии от собственного тела. Так он мог наклонить голову и наблюдать, как она стреляет глазками по всей комнате. — Что ты видишь, Анника? — дружелюбно спросил НЯНЯ-дроид. Она взглянула на него, прежде чем продолжила изучать помещение. — Как долго я должен этим заниматься? — осведомился Хакс, отметив, что руки уже начали уставать. — Заплачет ли она снова, если я положу её? — Вы можете попробовать уложить её рядом с собой, — предложил дроид. — Так вы сможете использовать ваши руки для игры с ней. Щекотать, играть в «ку-ку» или просто позволить ей ухватиться за них. Ну, кажется, вариантов было немного. Хакс переместился на край узкой койки, мысленно сказав спасибо своему изящному телосложению. Уложив Аннику на спинку, он устроился рядом на боку и подпёр голову рукой. Малышка сморщила личико, приготовившись к очередной истерике, но Хакс поспешно поднёс к ней руку и пошевелил пальцами. Выражение её лица смягчилось, когда она заметила его движение, и она тут же попыталась ухватиться за руку. — Сэр, — мягко произнёс дроид. — Сейчас всё в порядке, но рекомендую укладывать ребёнка на спинку во время сна и на животик во время игры. Хакс с раздражением проигнорировал дроида, но тем не менее постарался запомнить на будущее: «Животик — играть, спинка — спать». Он позволил Аннике вцепиться в один из пальцев, и она немедленно потянула его в рот. — Когда меня выпишут из медотсека? — спросил Хакс, не сводя глаз с Анники. Та лениво жевала его палец, казалось, очарованная вкусом и текстурой. — Когда меддроиды смогут гарантировать, что у вас отсутствует обезвоживание, и когда удостоверятся, что вы не будете снова морить себя голодом, — радостно отрапортовал НЯНЯ-дроид. Хакс обернулся и уставился на него. — Я не морил себя голодом, — решительно заявил он. Дроид с любопытством наклонил голову. — Сможете подсчитать среднее количество калорий, потреблённых вами за последние три дня? Как бы по-детски это ни звучало, было очевидно, что вопрос позиционировался как серьёзный, поэтому Хакс задумался. Он знал, что в среднем рекомендовалось потреблять две тысячи калорий, и знал, что не дотягивал до этого уровня. Так что… — Тысяча восемьсот калорий? — солгал Хакс. Возможно, удовлетворив этим ответом дроида, он выйдет сухим из воды. Дроид озадаченно взглянул на него. — Вы знаете, сколько калорий содержится в среднестатистическом питательном батончике? — участливо осведомился он. — Двести, — уверенно ответил Хакс. — Но в полевых условиях мы употребляем батончики, содержащие шестьсот калорий. — Да, верно, — сказал дроид. Его оптика расфокусировалась, пока он знакомился с какими-то внутренними файлами. — Но вы ели батончики по двести калорий. Погодите, как дроид узнал?.. Ох, бля-я-я… — Я взял на себя смелость ознакомиться с записями ваших заказов во время лечения, — пояснил дроид. Хакс так посмотрел на дроида, словно хотел прожечь в нём дыру. — Ну конечно. Этого следовало ожидать. Вернёт ли он когда-либо себе обратно контроль над собственными решениями и собственным телом? С учетом того, как спелись Верховный лидер и два деспотичных дроида, это представлялось маловероятным. — В среднем вы потребляли двести калорий в день, — серьёзно заявил дроид. — И очень мало жидкости, особенно воды. Неудивительно, что у вас такая низкая лактация. — Когда меня принуждают, аппетит пропадает, — огрызнулся Хакс. — И я пил каф, так что… — Каф хуже! — воскликнул дроид и ударил себя по щекам. — Он обезвоживает вас! Усиливает мочеиспускание… — Плевать, — прервал его словоизвержение Хакс. — Никого не касается, что я ем. Я живу так уже долгие годы, и это никогда… — Не являлось проблемой — до настоящего момента, — перебил его дроид. Перебил его! В его собственном проклятом медотсеке, на его собственном проклятом корабле, в организации, которую он построил — дроид читал ему лекцию. — Не желаю больше слышать об этом. Хакс отвернулся от няньки и вновь посмотрел на Аннику. Та по-прежнему сосала его палец и время от времени, используя вторую ручку, шлёпала его по остальным пальцам. — Боюсь, вам придётся, — демонстративно подчеркнул НЯНЯ-дроид. — В данное время ваше благополучие напрямую связано с благополучием Анники. Так вот в чём заключалась суть. Эта поганая штука заботилась о нём из-за его полезности в качестве устройства жизнеобеспечения для существа, которому он невольно подарил жизнь. Забудь о своём звании, своей роли и достижениях. Забудь о своей квалификации, своей… своей личности, своей… — Я не могу позволить вам продолжать наносить себе вред таким образом, — строго предупредил чёртов дроид. — У тебя нет права, — прорычал Хакс. Отняв свою руку у Анники, он скатился с койки и навис над дроидом. — Верховный лидер наделил меня этим правом, — дроид твёрдо стоял на своём, его беспощадные глаза с вызовом встретили сверкающий ненавистью взгляд Хакса. — Я начинаю подозревать, что у вас пищевое расстройство… — Да как ты СМЕЕШЬ… — …И я обновлю вашу карту, чтобы отобразить эту информацию и гарантировать лучший уход во время вашего пребывания здесь. У дроида на секунду вновь появился тот самый отсутствующий взгляд, и Хакс выбросил вперёд руку, чтобы уничтожить железяку до того, как она успеет обновить… Но он был одет в больничную пижаму, а не в форму. Мономолекулярное лезвие куда-то пропало. Вместо этого его рука отскочила от лица дроида, не причинив вреда, центральный процессор в металлической голове жужжал без перебоев. А вот рука болезненно пульсировала в том месте, где соприкоснулась с дроидом. — Будьте любезны воздержаться от борьбы со мной, сэр, — отчитал его НЯНЯ-дроид. — Я лишь действую в ваших интересах и в интересах вашей дочери. Хакс уже готов был разорвать дроида на части голыми руками, но тут с шипением открылась дверь. Хакс обернулся, испугавшись, что сюда заявился Кайло Рен, дабы наказать его за проступки. Возможно, дроид призвал Рена для защиты или… — Лейтенант? — удивился Хакс, чуть не потеряв дар речи. — Что вы здесь делаете? — Моя вахта окончена, сэр, — объяснил Митака, вытянувшись по стойке смирно. — А я не смог адекватно доложить о ситуации, когда сопровождал вас в медотсек. Я здесь, чтобы исправить свою ошибку. — Он пренебрежительно глянул на металлическую няньку. — Я вынужден попросить дроида покинуть нас на время обсуждения. Это конфиденциальная информация, а у него нет допуска. Молча кивнув, дроид покинул помещение. Хакс облегчённо выдохнул. Затем он распрямился, понимая, что выглядит отнюдь не как генерал, но вовсе не желая показывать этого ещё и своей позой. — Вольно, лейтенант. Докладывайте. Митака разъяснил ситуацию по переговорам с Деноном. Некоторые члены парламента являлись доверенными лицами Порядка и состояли у него на жаловании, но их количества и близко не было достаточно для того, чтобы получить преимущество. Но зато правительство Денона было преисполнено страха, если не сказать паники, и не желало ввязываться в борьбу, неизбежную в случае попытки вытеснить Первый Порядок с Перитала VI. — Это подтверждают и результаты переговоров, и отчёты о закрытых заседаниях кабинета министров, переданные верными нам депутатами, — рассказывал Митака, при этом — что за причуда! — постепенно закатывая левый рукав. — Поэтому мы с уверенностью можем сказать, что Денон, который представляет собой самую главную угрозу для нашей кампании на Перитале, не собирается действовать против нас в обозримом будущем. Митака закатал рукав до локтя и приподнял руку так, чтобы Хакс смог увидеть на внутренней стороне предплечья написанные чёрными чернилами слова: «Комната прослушивается; встретимся позже, палуба 6а, надстройка». Хакс, вытаращив глаза, уставился Митаке в лицо, однако оно по-прежнему оставалось нечитаемым. — Исено всегда была связана с Первым Порядком через контрабандистские сети, которые вели с нами торговлю. И их правительство считает, что получит преимущество над Деноном, если тот будет подавлен Порядком. Они видят выгоду в уступке Денона и не станут вмешиваться, — оказывается, Митака превосходно умел держать лицо. Ни разу не запнувшись, он расправил рукав, пока говорил. — Опять-таки, это известно достоверно, благодаря переговорам с ними с мостика и отчётам наших агентов, состоящих в самом влиятельном совете деловых кругов Исено. — Отлично, Митака, — сказал Хакс; его мысли понеслись вскачь. «Кто прослушивает комнату? Почему? С каких пор? Как Митака узнал? Зачем рассказал об этом?» — Как только меня выпишут, мы с вами продолжим разговор. Держите меня в курсе новостей, по мере их поступления. Это всё, о чём вы должны были сообщить? Митака уверенно кивнул, его взгляд задержался на мгновение на чём-то на лице Хакса. — Да, генерал. — Можете идти, — произнёс Хакс, глядя не без сожаления на то, как лейтенант покидает комнату. Ему бы хотелось более подробно обсудить ситуацию, перекинуться парой идей (о стратегии, тактике), но, видимо, тут было замешано что-то ещё. Плевать на уязвлённую гордость, выжить было важнее, чем потворствовать себе, важнее, чем тешить собственное эго. И будто недостаточно было страданий — НЯНЯ-дроид с радостным видом вернулся в комнату. Он принёс маленький поднос, на котором, очевидно, лежала еда. Это походило на оскорбление. — Я уже ел, — запротестовал Хакс, отказавшись садиться, когда дроид жестом указал на койку. — Пожалуйста, сэр, вы недоедаете, — дроид поставил поднос на прикроватную тумбочку. — Я принёс медовые пирожные и желе с сахарозой, высококалорийное и с витаминными добавками. А также воду и чай. Ну, по крайней мере, он притащил чай. Вероятно, дроид ознакомился с какими-то записями, в которых содержалась информация обо всём, что Хакс когда-либо ел, чтобы выяснить, что ему нравится. Только вряд ли он обнаружил в них что-то, кроме чая и батончиков. — Я не сладкоежка, — искренне заявил Хакс, скривившись, как только дроид поднял крышку с подноса. И дело не в том, что он не хотел есть — это был вопрос принципа. Он должен решать самостоятельно, что делать и когда. — Прошу, попытайтесь поесть, сэр, — дроид сунул Хаксу под нос желе болезненно-жёлтого цвета, словно моча обезвоженного человека. — Я буду чай, спасибо, — сказал Хакс, отталкивая желе. Дроид нахмурился. — А ещё я принёс вам питательный батончик, — прогудел он сердито и извлёк из ячейки в корпусе батончик в упаковке. — Шесть сотен калорий. Можете съесть его с чаем. Яснее ясного — это было не предложение. Хакс съел батончик, но только потому, что не желал тратить энергию на противостояние с дроидом. Когда дроид снова предложил желе, Хакс тут же сунул его Аннике, чтобы та поиграла. Она очень быстро устроила очаровательный беспорядок, весело разбросав желе повсюду. А потом размазала ручками везде, куда смогла дотянуться, включая надетую на неё наволочку с дырками. Митака хотел ему о чём-то сообщить. И Хаксу ужасно хотелось узнать, что могло потребовать такой секретности. Против него затеяли заговор? И если да, то кто? Был ли это Кайло Рен? А может, Митака действовал по приказу Кайло Рена? — Назови мне ориентировочное время выписки, — сказал Хакс дроиду, безуспешно предлагавшему ему маленькие пирожные. — Ввиду того, что вам сделано переливание крови, вы свободны, но я не позволю вам уйти, пока вы нормально не поедите и не получите план питания, который будете соблюдать, — ответил НЯНЯ-дроид, подталкивая к нему тарелку. — Хорошо, — произнёс Хакс, сгрёб все три пирожных (больше походивших на булочки) и попытался их съесть как можно быстрее. По правде говоря, это заняло некоторое время. Булочки были плотными и сухими, и ему понадобилось сделать несколько глотков воды, чтобы не поперхнуться, пережёвывая крупные куски. Изо всех сил пытаясь проглотить последний кусочек, Хакс пробормотал: — Доволен? — Удовлетворён, — ответил дроид и приблизился к койке, чтобы взять Аннику. — А кому надо сменить подгузник? Хакс не удержался и посмотрел вниз, на случай, если речь шла о нём. К счастью, это было не так. Позорный бакта-прибор по-прежнему плотно сидел внутри, прикрытый рубашкой. Крифф, он надеялся, что Митака не заметил его. Если знать, куда смотреть, то через полупрозрачную ткань можно было различить чёрные ремешки вокруг его бёдер. — Принеси мне форму, — приказал Хакс дроиду, отчаянно желая вновь надеть что-нибудь презентабельное. Он пригладил руками волосы, хотя без шампуня, расчёски и свежего слоя геля это было безнадёжным делом. — Я занят с Анникой, сэр, — произнёс дроид, аккуратно снимая с неё перепачканный покров. Оказывается, она помочилась, и подгузник из ткани уже едва выдерживал. — Ну тогда пришли дроида, который сделает это вместо тебя! «Это же очевидно». Хакс обрадовался, когда спустя несколько минут в комнате появился меддроид и подал ему свежевыглаженную форму. Надев её, Хакс почувствовал себя так, словно вновь натянул собственную кожу, словно с плеч убрали тяготивший его, но не осознаваемый им груз. Смахнув с шинели несуществующую пылинку, Хакс покинул медотсек, чеканя шаг. Сжимая в руках также одетую в чистое Аннику, НЯНЯ-дроид ринулся за ним, пытаясь держаться рядом. — Мы направляемся в ваши апартаменты, сэр? — спросил дроид. «Хм». — Встретимся там, — ответил Хакс. И поспешно добавил, когда заметил, что дроид готов это оспорить: — Мне нужно разобраться с одним небольшим дельцем, так что встретимся у меня, как только я закончу. — Каким дельцем? — подозрительно поинтересовался НЯНЯ-дроид. Да кто такой этот дроид? Его сторож? Быстро прикинув в уме, Хакс сказал: — Мне нужно забрать физическую копию отчёта у лейтенанта Митаки. А вообще, не отправишь ли ты ему сообщение, чтобы он встретился со мной? Он знает где. Удовлетворённый этим, дроид кивнул. — Да, сэр. Вскоре увидимся. Хакс наблюдал за тем, как тот удаляется, радуясь минутам покоя без компании этого грёбаного мешка с кормом для банты. Он поспешил на палубу 6а, придав себе максимально профессиональный вид. Никто не остановил его по дороге, штурмовики отдавали честь, когда он проходил мимо. На какой-то момент ему показалось, что всё идёт нормально. Когда он прибыл, Митака уже ждал. — Сэр, — серьёзным тоном начал он, — рад видеть, что вы покинули медотсек. — Не так рад, как я, — сказал Хакс, приблизившись. Его слова вызвали у Митаки едва заметную улыбку. — Всё в порядке? — Да, — ответил Митака и сделал шаг вперёд, так что они почти соприкоснулись плечами. — Здесь нас не подслушают, я позаботился об этом. — Надеюсь, вы были осторожны, — мягко заметил Хакс. Кивнув, Митака передал ему лист флимсипласта. — Это сообщение Пьюви полковнику Ингаму, которое я перехватил. …А вот это было интересно. — И какова его природа? — тихо спросил Хакс, запихивая флимси во внутренний карман шинели. — Посылка. Будет доставлена на «Финализатор», — прошептал Митака, и ни один мускул не дрогнул на его лице. — Есть основания полагать, что она уже на борту. Хакс немного поразмыслил. — А вы прочесали регистрационные журналы, чтобы подтвердить это? Может, узнали, что именно он получил? — Он был осторожен и принял все меры для того, чтобы эту конкретную посылку не зарегистрировали, сэр, — ответил Митака, многозначительно взглянув на Хакса. — И я, как и вы, могу лишь гадать, где она окажется. И в самом деле интересно. — Я посмотрю ваш отчёт, лейтенант, — сказал Хакс, погладив по карману, где хранился флимси. — Это всё, что вы хотели сообщить? — Да, сэр. Хакс даже улыбнулся ему. Звёзды, как же приятно было то, что хоть кто-то его уважал. — Прекрасная работа, — отметил он и хлопнул Митаку по плечу. Тот подпрыгнул почти на полметра вверх, но Хакс уже развернулся, чтобы уйти. Лучше не заставлять НЯНЯ-диктатора ждать, иначе тот отправит кого-нибудь на поиски. Он и правда надеялся, что вскоре выкинет Пьюви в шлюз (что значительно поднимет ему настроение). Хотя сперва он должен был выяснить, кто ещё вовлечён, как далеко всё зашло и заслуживал ли доверия даже Митака. Когда Хакс вернулся в свою каюту, НЯНЯ-дроид вручил ему вопящего голодного ребёнка и план питания. И на этот раз мономолекулярное лезвие вонзилось прямо в проклятую штуковину.