I Got You, Babe

— Передашь мне паяльник? — бросил Хакс через плечо меддроиду, которому вновь приказал прибыть в свои апартаменты. Анника была сущим наказанием, и если он намеревался что-нибудь сделать, то нуждался в дополнительной паре рук. Мет-Х5 поспешно исполнил просьбу и сунул инструмент в протянутую руку генерала. Хакс вернулся к работе — установке нового центрального процессора в бренные останки НЯНЯ-дроида. Анника лежала в изготовленном из простыни слинге, закреплённом у Хакса на груди, ввиду того, что громко выражала своё мнение, стоило ему хотя бы ненадолго исчезнуть из её поля зрения. Он действовал с осторожностью, чтобы не задеть малышку, хотя и жалел, что оставил её ручки свободными. Она без устали хваталась за инструменты, которые он держал, а вследствие недостатка координации уязвимые конечности летали по непредсказуемой траектории в опасной близости от тонкой работы. — Тише, — мягко произнёс Хакс и, продолжив паять, дал Аннике поиграть со своей левой рукой. Нанесённый им порез был очень искусным — вырубив центральный процессор, он вывел дроида из строя. И речь шла не только о грандиозном облегчении, которое Хакс испытал при виде жалкой штуковины, рухнувшей как подкошенная. Неизбежный первый шаг в переделывании этой железяки в нечто более полезное для себя. И пока Верховный лидер был настроен низвести его положение до третьестепенной роли грёбаной няньки (только представьте!), а Пьюви (и, возможно, Митака, и звёзды знают кто ещё) потенциально плели против него интриги, не существовало ни единой души, которой Хакс мог доверять. За исключением, пожалуй, Анники. И было более чем полезно добавить к этому списку перепрограммированную Новую Ячейку Неонатально-Ясельного типа. А значит, не зря он потратил столько ресурсов на разработку программы лояльности дроидов, которая могла отменять директивы лояльности Первому Порядку. После завершения работы НЯНЯ-дроид будет находиться под его полным контролем, обладая не большими полномочиями, чем его собственные. Хакс также тихо порадовался тому, что Мет-Х5, заметив разложенные на столе внутренности НЯНЯ-дроида, вдруг начал вести себя куда более послушно, чем в последнее время. Как только он закончит с нянькой, то поработает и над Мет-Х5. Учитывая ослабленное здоровье и потенциальную опасность со стороны политических соперников, было бы весьма кстати иметь под рукой меддроида с программой лояльности, всё внимание которого окажется сосредоточенным в первую очередь на генерале. Анника выдохлась. Она моргала всё реже и реже, несмотря на то, что пыталась держать глазки открытыми. «Слава звёздам», — подумал Хакс, когда она наконец заснула у него на груди, выпустив его руку. Кажется, она только спала, ела и испражнялась, а её всплески энергии были очень короткими. По крайней мере, её пристрастие к дремоте позволяло ему некоторое время работать не отвлекаясь. Тем не менее пайка была скучным и отупляющим занятием, и мысли Хакса невольно переключились на другое. Стыренное Митакой послание выглядело довольно безобидно: «Благодарю за помощь. Пожалуйста, дайте знать, если вам потребуется ответная услуга. Подарок в хранилище, я сообщу вам, если мне представится случай воспользоваться им». Самый убийственный аргумент заключался в том, что у Пьюви и Ингама не было абсолютно никаких оснований общаться друг с другом, а также отсутствовали любые записи о существовании посылки или обмене корреспонденцией между этими двумя. Ещё больше подозрения Хакса усугублял тот факт, что скромняга Рольф Ингам исполнял обязанности командующего «Освободителем» в связи с безвременной кончиной его начальника на Паморжале — якобы в результате противостояния с местными вояками. И Хакс не мог придумать ни единой причины, заставившей покойного командира «Освободителя» ступить на поверхность планеты для выполнения своей миссии. Он зашипел сквозь зубы, когда случайно зацепил паяльником палец на руке, которой фиксировал НЯНЯ-дроида. Встряхнув рукой, чтобы облегчить жжение, Хакс отложил инструмент. — Собираетесь сделать перерыв, генерал? — Мет-Х5 неуверенно двинулся вперёд, держа что-то в манипуляторах. — Возможно, — выдохнул Хакс, признав поражение. Прямо сейчас он мог быть честен с самим собой — определённо, до полного восстановления было ещё далеко. Он был изнурён. — Я приготовил вам ужин, — сообщил Мет-Х5 и поставил на стол рядом с безжизненным НЯНЯ-дроидом батончик из полевого пайка и чашку таринового чая, над которой поднимался пар. — Если вы не против. Кажется, дроид собирался упрекнуть его за ужасные пристрастия в еде, но Хакс не особо возражал в данный момент. Во-первых, он слишком устал, чтобы спорить с треклятой железякой. Во-вторых, у него снова появилась цель, и он хотел пребывать в наилучшей форме для противостояния грядущему и всем тем трудностям и ловушкам, которые ожидали его впереди. В-третьих, дроид был очень осторожен и предложил ужин в качестве рекомендации. Возможно, Хакс залил бы чай дроиду во внутренности, если бы тот сформулировал это как приказ. Покусывая батончик, Хакс проталкивал его внутрь при помощи чая, пока не осилил полностью. К тому времени он подумывал забить на кровать и уснуть прямо за столом. Однако решил не делать этого, учитывая, что Анника по-прежнему болталась у его груди. — Переложи её в кроватку, — сказал Хакс дроиду, и тот мгновенно подчинился: осторожно извлёк её из слинга и шмыгнул прочь. Как только малышка оказалась в безопасности в своей кроватке, Мет-Х5 накрыл стол простынёй, пряча хрупкие микросхемы НЯНЯ-дроида от пыли. Теперь тот немного напоминал тело в морге, но, по крайней мере, был защищён от окружающей среды. Хакс неохотно поднялся со стула и поковылял к кровати. Он тяжело опустился на неё, но решил, что никогда ещё она не доставляла ему столь приятных ощущений. Мысли лениво плыли по течению, по мере того, как щупальца усталости, убаюкивая сознание, подталкивали Хакса по направлению к сладкой дрёме… И тут его глаза вновь распахнулись. Сердце бешено колотилось о грудную клетку, громыхая пульсом в ушах. Внезапное осознание щёлкнуло в мозгу. Первое: если медотсек прослушивался, то тот, кто копал под него, знал об Аннике и о том, что он… кормит грудью. Второе: Митака находился в той же комнате, что и Анника, и не было оснований полагать, что он не заметил её. Крифф, Митака видел НЯНЯ-дроида, и не существовало никакого способа выдать ту железяку за обычного медицинского дроида. Хакс перекатился на спину и уставился в потолок. Усталость как рукой сняло. *** Оказавшись вновь в гуще событий на мостике, Рен позволил словам Рей отойти на задний план. По крайней мере, именно так он намеревался поступить. В обозримом будущем не предвиделось ничего захватывающего, учитывая, что на Деноне слишком опасались дать отпор, Исено сотрудничал с ними, а наземные войска справлялись с уничтожением бунтовщиков на поверхности планеты. Делать было нечего, кроме как изучать поступающие в огромном количестве отчёты. По правде говоря, эта работёнка больше подходила Хаксу — Рен предпочитал действовать. Предварительное планирование являлось скучным делом. — Если обстановка изменится, если случится что-нибудь серьёзное, сообщите мне немедленно, — сказал Кайло самому высокопоставленному офицеру в непосредственной близости от себя. Ему показалось, что он узнал этого старика. Именно на него постоянно сетовал Хакс. Плюви или как его там. Тот отсалютовал, но Рен уже вышел за дверь. Он направился прямиком в медотсек, но Хакс и Анника куда-то пропали. Кайло воздержался от уничтожения дроида в порыве ярости, вместо этого поспешив в генеральскую каюту. Не желая тратить время на возню с кнопкой вызова, он открыл дверь привычным силовым толчком. Хакс выглядел испуганным и, вздрогнув всем телом, замер на месте. Он был при полном параде, хотя волосы всё ещё были растрёпаны, и, судя по всему, он ходил кругами по каюте. Глубокие синяки под глазами приобрели фиолетовый оттенок, добавивший маньячности его облику. — Вас уже выписали из медотсека? — требовательно спросил Рен и, прищурившись, посмотрел на Хакса. Хакс почтительно склонил голову. — Да, Верховный лидер. «Ну и хорошо». — Ситуация на Перитале VI в основном под контролем, — заявил Рен. — Трём Звёздным разрушителям не обязательно болтаться поблизости. Мы можем перейти к следующим задачам. Хакс, ошарашенный, несколько секунд пялился на Рена. — Каким ещё задачам? — выдавил он после паузы. — Сопротивление, — прорычал Рен. Теперь Хакс выглядел ещё более шокированным, если такое вообще было возможно. — Ты же не серьёзно, Рен, — произнёс он, с перепугу забыв о почтительности. — Мы как никогда близки к захвату Денона, а Сопротивление сократилось до пары дюжин человек. Как можно идти на попятную сейчас… — Сопротивление должно стать нашим приоритетом, — выпалил Рен, прервав Хакса, и тот с сокрушённым видом немедленно снова склонил голову. Крик разбудил спящую малышку. Хакс направился было к кроватке, чтобы успокоить Аннику, но Рен, рванувшись мимо него, сгрёб её лапищами. — Ш-ш-ш, — прошептал он, прижав её покрепче. Вопли усилились, но не они стали причиной того, что грудь Рена внезапно пронзили ледяные иглы. Анника ощущала страх. Не просто страх, а пробирающий до костей, леденящий ужас, необычный для столь юного и невинного существа. — Что ты с ней сделал? — прошипел Рен, надвигаясь на Хакса, который выставил вперёд руки, будто пытался защитить себя. — Ничего… Я… — Хакс сделал шаг назад. Глаза распахнулись, страх лишил его дара речи. Рыдания Анники стали громче. Теперь она отчаянно орала, скорее визжала, чем плакала. Кайло нырнул в её доверчивый разум, безнадёжно пытаясь найти источник ужаса. Она не могла препятствовать его вторжению — её незрелое сознание было для него открытой книгой. Вскоре Кайло обнаружил источник. — Она меня боится, — прошептал он потрясённо. Хакс не двинулся с места, по-прежнему удерживая перед собой руки в защитном жесте. — Ты просто новый человек для неё, вот и всё… — Нет, — снова перебил его Рен, надеясь, что Хакс не заметит слёз, которые, он чувствовал, навернулись на глаза. — Она знает меня… Она… — он сглотнул, — не боялась меня прежде. Рен опустил взгляд и посмотрел на Аннику — её пронзительные крики разрывали ему сердце. Заходясь слезами взахлёб, она звала Хакса. Хакса, который в данный момент шёл по направлению к Рену. — Иди сюда, — сказал Хакс, протянув руки к малышке. Его глаза, остекленевшие и сфокусированные на Аннике, говорили о том, что она снова забрала у него контроль. Рен неохотно передал её Хаксу, позволив себе провести облачённой в перчатку рукой по маленькому личику, когда она оказалась у генерала на руках. Хакс пришёл в себя, как только пристроил Аннику у себя на плече, разрешив ей уткнуться мордашкой в шею. Так она не видела Рена. — Как это могло случиться? — тихо произнёс Рен, его ноги внезапно налились тяжестью. Он отошёл от «мамочки» с ребёнком и почувствовал, что паника его дочери пошла на спад, как только расстояние между ними увеличилось. Присев на край генеральской кровати, он наблюдал за тем, как Хакс поглаживает крохотную спинку, пытаясь успокоить Аннику. По крайней мере, она вновь огорченно хныкала, а не издавала ужасающие вопли, от которых кровь стыла в жилах. — Уверен, это временно, — утешал Рена Хакс, одновременно утешая их дочь. — Возможно, она просто голодна… — Я чувствую её страх, Хакс! — взревел Рен, вынудив генерала вздрогнуть и замолчать. — Она боится находиться рядом со мной. Он услышал, как Хакс что-то пробормотал, судя по всему, адресованное ребёнку. — И что это было? — спросил Рен, страстно желая обернуть своё горе в нечто менее болезненное. Например, ярость. Он переживал, что если не переключится с внезапного страха Анники на что-нибудь другое, то из глаз могут хлынуть скопившиеся там слёзы. Хакс поглядел на Рена, вытаращив глаза. — Ничего, — поспешно проговорил он. — Обычная… утешающая чепуха. Глубоко вздохнув, Рен закатил глаза. — Очевидно, ты не хотел, чтобы я это услышал, — как ни в чём не бывало заявил Рен. — А если ты не хотел, чтобы я услышал, не следовало произносить это вслух, — он пристально посмотрел на Хакса. — Вываливай. Хакс поджал губы, явно терзаясь сомнениями, и тихо сказал: — Даже не представляю. — Что? — Просто… То, почему она боится тебя, — произнёс Хакс максимально мягко. — Я имею в виду… — он дёрнулся, словно ожидал удара. «Ну конечно, ожидал», — ведь Кайло готовился облегчить своё смятение, выместив разочарование на Хаксе, поскольку считал это целесообразным. В отсутствие преграды в лице Сноука, Кайло испытывал удовольствие, ставя Хакса на место, неоднократно и жёстко. А ведь у того даже не сошли синяки после броска в консоль. Почти прозрачная медицинская пижама продемонстрировала то, что они всего лишь стали фиолетовыми, с болезненной жёлто-зелёной окантовкой. Они почти полностью покрывали его правый бок — от плеча до бедра. Не говоря уже о синяке на щеке от удара Кайло в медотсеке. И хотя после того, как он перекрыл глотку Хакса Силой, следов не осталось, на шее, там, где он сжал его рукой, остался отпечаток. И сколько из этих травм он получил на глазах их дочери? Следуя за догадкой, Кайло вновь решил исследовать разум Анники. В этот раз она не потянулась к нему. Её присутствие в Силе было таким слабым, словно она пыталась спрятаться. Кайло углубился в её воспоминания, выискивая конкретно впечатления о нём. Сначала он уловил её желание изучить странное присутствие, которое она засекла вокруг себя. Затем — её искреннюю радость от возможности разделить с ним восторг своего существования (как во время купания). Уловил, как счастлива она была, осязая его разум, восхищённая ярким свечением своего отца в Силе. А вот в медотсеке до неё дошло. Когда он в ярости приблизился к Хаксу, его присутствие в Силе стало угрожающим, выйдя за пределы физического тела, напугав их обоих. Ударив Хакса, он навредил ей, оставив в потрясении. Теперь Кайло видел в памяти Анники, как её придавило, как болела её головка там, где её прижал Хакс, завалившись на бок от удара. Она знала, что он это сделал, что он был причиной её боли. Она многого ещё не знала… не могла знать о мире, но она понимала, что такое опасность, что он являлся этой опасностью. Его власть над её разумом ослабла, и он отстранился, осознав, что в горле образовался комок. Он обмяк, позволив телу упасть вперёд, и, свесив голову между ног, уставился в пол. — …Рен? — осторожно произнёс Хакс, не делая попыток приблизиться. — Я норм, — прохрипел Рен в пол. Хакс по-прежнему не двигался. Он услышал, что Рен что-то сказал, но не смог разобрать слов. Рен глядел, как капающие из его глаз слёзы падали на пол между ногами; пелена волос скрывала этот позор от Хакса. — Ой, — вдруг вырвалось у Хакса, и он, скривив губы, чуть отодвинул Аннику от себя. — Моча, — осторожно добавил он и повернулся в сторону освежителя. — Я… должен переодеть её, — смиренно заявил он, вынужденно повысив голос, чтобы перекрыть её продолжающийся плач. Рен отпустил его и услышал, как щёлкнул замок, когда Хакс забаррикадировался внутри. Рен использовал передышку, чтобы собраться. По-прежнему сидя на кровати Хакса, он откинулся назад и уставился в потолок, позволив слезам течь по лицу. Кажется, все эмоции разом опалили душу, и дело было не только во внезапно пробудившемся ужасе его дочери. А ещё в Скайуокере. В Рей. В ма… Лее. В Хане. Анника стала последней каплей. Смущённый кашель выдернул его из задумчивости. — Хакс?.. — Рен подхватился, не пытаясь скрыть лицо. Смысла не было, Хакс всё равно уже видел… — Нет, Бен. — Снова? — он обошёл её, отчаянно стремясь преобразовать свою боль в гнев ради безопасности. — Что ещё расскажешь? — Не я это делаю, Бен, — потерянно выдавила Рей, и он заметил, что её глаза тоже опухли. — Я бы предпочла находиться где-нибудь в другом месте этим вечером. Рен вздохнул и вытер мокрые потёки со щёк тыльной стороной ладони. — Я знаю, что не только Сноук соединял нас, — сказал он и встретился с ней взглядом, чтобы посмотреть на её реакцию. Кажется, она очень устала. — Да, полагаю, не только он, — измученно согласилась Рей. — Значит, это ты? — Нет, — ответил Рен, желая, чтобы она поняла. — Разве ты не видишь? Она пожала плечами, и по её щеке скатилась слеза. Это привлекло его внимание, словно магнит, и он проследил за ней взглядом. — Чем ты расстроена? — спросил Рен, делая шаг вперёд. Рей не отступила. Она была одной из последних (возможно, последней), кто не боялся его. — Могу спросить тебя о том же, — сказала она вместо ответа. Он отвернулся, не желая думать о панике дочери как реакции на его присутствие. — Не твоё дело, — коротко сказал он. — Ну, значит, и мои проблемы тебя не касаются, лицемер, — она скрестила руки на груди и одарила его непринуждённой, хотя и плаксивой улыбкой. Кайло бросил взгляд на освежитель. Судя по всему, Хакс не собирался появляться в ближайшее время. И по крайней мере, он больше не слышал плача Анники. — У меня вопрос, — произнёс он, вновь обернувшись к Рей. — Оу! — она выглядела заинтересованной. — Хочешь оставить Первый Порядок? — спросила она шутливо, но не без надежды. Кайло осклабился. — Ты говоришь так, словно Порядок и Республика так уж сильно отличаются, — пренебрежительно сказал он. — Нет, я… — Да, отличаются! — страстно провозгласила Рей и, внезапно упёршись вздрагивающими руками в бёдра, сжала кулаки. — Как можешь ты не замечать этого? — спросила она, выпятив челюсть. — Полагаю, огромную разницу видит лишь тот, кто вырос вдали от цивилизации, в захолустье вроде Джакку, — отрезал Кайло. — Я хотел спросить… — Нет, ты так просто от меня не избавишься! — она кинулась вперёд и ткнула пальцем ему в грудь. Кайло был ошарашен, когда ощутил давление прямо там, где она кольнула его. — Может, я не разбираюсь в политике, Бен Соло, — сказала она, огонь в её глазах был таким соблазнительным. — Но я способна распознать зло, когда вижу его. — Только потому, что Республика лучше скрывает его, не означает, что она не является злом, — объяснил он, смахнув её руку. Но это её ничуть не угомонило. — Аргх, Бен! — вскрикнула Рей и, вскинув руки в воздух, заметалась по комнате. Кайло молча ждал, когда она замедлит свой шаг, позволив её кипящей злобе сойти на нет. Ну, хоть никто из них больше не плакал. Наконец она остановилась в центре комнаты и опустилась на пол. Усевшись, она отвернулась от Рена и подтянула колени к груди. Неуверенно оглянувшись через плечо, она похлопала рядом с собой. Заинтригованный, Рен подошёл и сел возле неё, скрестив ноги. — Я не знаю, как убедить тебя оставить Первый Порядок, — тихо произнесла Рей, лениво рисуя пальцем на дюрастиловой поверхности пола неразборчивые узоры. Кайло стало интересно, было ли это дюрастиловым полом сопротивленческого корабля или она вычерчивала узор в пыли какой-нибудь неизвестной планеты. — Ты не можешь, — просто ответил он. Её рука замерла. — Кажется, я начинаю это понимать, — сказала она сокрушённо и ещё ближе притянула ноги к груди. — Но если бы ты сделал это, то изменил бы всё, — она взглянула на него с решимостью в глазах. — Это бы определило будущее Галактики, изменив его к лучшему. Если бы ты отвернулся от этих монстров. — Я один из этих монстров, — поправил её Кайло. Она глубоко вздохнула. — Тебе не обязательно им быть. Они сидели в тишине несколько мгновений. — …Ты всё ещё здесь, — произнесла Рей, уставившись на него. Кайло предположил, что никто из них не контролировал длительность связи. Рей могла исчезнуть в любой момент и не появиться, пока… Он вздрогнул, вспомнив вопрос, который жёг его изнутри, безумно желая выкинуть его из головы, прежде чем всё завершится. — Спроси мою мать, — начал Кайло, не позволяя себе сомневаться в том, было ли это вообще хорошей идеей, — имелась ли у меня с ней особая связь, когда я был ребёнком? — …Что? — удивилась Рей, наклонив голову в замешательстве. — Какого рода связь? — Могли ли мы… Я не знаю. Чувствовать эмоции друг друга? Разговаривать? Проникать в мысли друг друга? — он очень сильно хотел узнать. — С самого рождения. Я имею в виду, какими способностями я обладал, когда был младенцем. Искоса посмотрев на Кайло, Рей почесала голову. — …Зачем? Ты что-нибудь помнишь? — На её лице появилась широкая улыбка. — Ты скучаешь по ней? Это… Она исчезла. Он пялился в пространство, где она только что находилась, отчаянно желая получить ответы на вопросы и одновременно неуверенный в том, чего ожидает от них. Кайло взглянул на дверь освежителя, по-прежнему закрытую и запертую на замок. Он точно знал, что смена подгузника не требует столько времени. Возможно, у Хакса не было свежего куска ткани, чтобы обернуть Аннику, а может, он просто прятался от него. Возможно, будет лучше, если сейчас он уйдёт. *** Используя раковину, Хакс смыл с Анники нечистоты, ополоснув её ножки тёплой водой. Холодная ей не нравилась, и она пиналась и елозила, пока он не сдался и не повернул горячий кран. Он сфокусировался на этой задаче, здесь и сейчас, а не на опасном безумце по ту сторону двери. Маленькая наволочка пришла в негодность и присоединилась к тканевым подгузникам, которым было суждено отправиться в мусоросжигатель. — На сегодня ты уже закончила гадить? — печально спросил он, пока Анника весело сучила ножками под тёплой водой. Хакс не был уверен, можно ли мочить по-прежнему торчащий из её животика уродливый кусок плоти, поэтому попытался уберечь его от попадания фонтана брызг, причиной которого была её радостная возня. Это было сложно, учитывая крохотные размеры Анники — между областью, которую требовалось вымыть, и обрубком пуповины пролегало всего несколько сантиметров. Когда ребёнок только… появился, пуповина была влажной, розовато-белой и… мягкой. А теперь она была сухой, зелёно-чёрной и выглядела… гнилой. Могла ли пуповина стать причиной инфекции? У Хакса возник соблазн оторвать её, но поскольку НЯНЯ-дроид не сделал этого, то и он не стал. Чем быстрее он починит и перепрограммирует этого монстра, тем лучше. Он услышал, как Рен разговаривал с кем-то — должно быть, связался с мостиком. Голос его звучал недовольно. Хакс решил остаться в освежителе. Теперь Анника успокоилась. Кажется, она любила воду и была не в силах прекратить дико молотить конечностями, широко открывая рот каждый раз, когда тёплая жидкость омывала её ножки. Хакс улыбнулся сам себе, подумав, что ей понравится Арканис и его многочисленные водоёмы. Хотя о том месте у него остались только мрачные воспоминания, и не имело значения, как прекрасны были его пляжи и как успокаивала прохладная морская вода. — Однажды мы с тобой полетим на планету, — прошептал Хакс Аннике очень тихо, опасаясь привлечь внимание Рена к ним. — Конечно, тебя придётся привить — эти планеты, они все грязные. Здесь ты в большей безопасности. Он переосмыслил эти слова, услышав, как Рен что-то крикнул через дверь. Он находился не напротив двери, как в прошлый раз, поэтому не смог разобрать, что именно… Но Хаксу не нужно было знать детали, чтобы понять, что настроение Верховного лидера не улучшилось. Может, если он ещё подождёт, Брендол… Погодите. Рен. Может, Рен угомонится… Как унизительно. Вот он прячется в освежителе от разгневанного мужчины, который сильнее физически и обладает властью над ним. Типично. — Я больше не ребёнок, — сказал себе Хакс, вытащив свою дочь из-под струи воды. Она извивалась, пока он не завернул её в снятое с сушилки полотенце и не прижал к своей груди, чтобы помочь согреться. Сам он никогда не обращал внимания на холод, царящий на звёздных кораблях, после того как провёл на них так много времени. По сравнению со стылым воздухом Арканиса, корабли даже казались тёплыми. На них как минимум можно было не опасаться ледяных ветров. Но для его ребёнка холод был серьёзной проблемой. Могла ли она замёрзнуть до смерти? Хакс потёр ладонью её спинку, надеясь согреть. — Я и правда не знаю, как заботиться о тебе, — посетовал он, и Анника отреагировала, повернув личико к его шее и прижавшись к ней ртом. — Это значит, что ты голодна? — спросил он, когда она принялась откровенно жевать его кожу везде, куда могла дотянуться. Опустив крышку унитаза, Хакс уселся сверху и пристроил Аннику у себя на коленях. Он по-прежнему был одет в форму, поэтому свёл ноги вместе и уложил малышку на них. Его длинные ноги в сочетании с её крохотными размерами предоставили ей достаточно пространства (хотя Хакс был уверен, что его тощие конечности далеко не самое удобное место). Сняв шинель, он потянулся и повесил её на сушилку для полотенец. Затем избавился от пояса и кителя. Кожа покрылась мурашками, как только соприкоснулась с жалящим воздухом. Его грудь выглядела припухшей. Опять. Определённо, в ней вновь собралось молоко. «Как раз вовремя». Хакс приподнял Аннику и поднёс к груди. Теперь, когда ситуация на Перитале VI складывалась в их пользу, ничто не могло воспрепятствовать заказу детского питания с планеты. Однако до тех пор… Хакс решил, что у него получается всё лучше. Он водил соском по её губам, пока она не поняла намёк и не присосалась. Он слышал приглушённый разговор. Рен всё ещё беседовал с кем-то, и — подумать только! — его голос однозначно звучал менее раздражённо. Возможно, это была лишь короткая передышка, но Хакс с нетерпением ждал момента, когда сможет покинуть грёбаный освежитель. — Знаешь, — заявил Хакс Аннике, — мне впервые довелось прятаться от безумца не в одиночку, а в компании. Она не ответила, лишь скорбно взглянула на него своими абсурдно милыми оленьими глазками и продолжила сосать. Чем он занимался, когда, будучи подростком, скрывался от перепадов настроения отца? Планировал. Подсидеть соперника, заручиться поддержкой стратегически полезных людей, проанализировать шансы «за» и «против». Это обеспечивало ему почву под ногами, давало цель, давало силу дожить до следующего дня. И он должен был заняться этим сейчас, учитывая, что события опережали его. Необходимо сказать Рену, что кое-кто на борту знает об Аннике. Весьма вероятно, Митака и тот, кто прослушивал его медицинские апартаменты. Мет-Х5 преподнёс ему двух аудиожучков, которые были размещены в помещении, доказав, что где-то и в самом деле существовали записи его разговоров с НЯНЯ-дроидом, сделанные, пока он маялся в медотсеке. И он не узнает, что ещё было записано, пока не заполучит эти файлы. Как долго они там находились? Списки тех, кто входил в медотсек, пока он лежал без сознания, были доступны лишь дроидам, и было вполне логично предположить, что кто-то запрограммировал дроида для этой работы. Именно так он сам бы и поступил. Было бы неплохо, если бы ему удалось задействовать способности Рена, чтобы выследить тех, кто интриговал против него. Но сперва он должен был убедить Верховного лидера поддержать его. Хакс, однако, не был уверен, что сейчас подходящее время для обсуждения всех этих тем с Реном. Он знал, что ведёт себя жалко, прячась от Рена, но с учётом возросшей частоты вспышек насилия, чувствовал, что выбор у него не так уж велик. Даже наличие Анники на руках не могло защитить его. Хакс хотел вернуть Рена на свою сторону. Нуждался в этом, если желал сохранить своё положение. Если он не сможет убедить Рена, чтобы тот позволил ему возглавлять их армию, исполняя обязанности генерала, и в том, чтобы Рен проявил к нему хотя бы чуточку порядочности, по крайней мере, на виду у их команды, то его, вероятнее всего, потеснит какой-нибудь выскочка. А учитывая, как прошли последние два дня, Хакс начал сомневаться, что убедить Рена возможно. Время на принятие решения (кому довериться, у кого больше козырей на руках, кто лучше всего мог обезопасить его положение) утекало с каждой секундой. Вскоре он должен будет сделать выбор и действовать. Хакс не знал мотивов Митаки и своих союзников, но был абсолютно уверен, что Пьюви — его враг в данный момент. А Рен… Ну, Рен был Реном, но он обладал способностями, которые могли помочь в ближайшие дни. С этим Хакс справился… Следующая задача, касающаяся внутренней политики Первого Порядка, состояла том, чтобы заставить Рена шпионить за конкурентами Хакса. Так он сможет выяснить, как много они знают (или не знают) о ситуации с ребёнком, что планируют, кто вовлечён в заговор и какие силы задействованы. Как только это станет известно, он сможет перейти к очередному шагу. К тому времени, как Анника насытилась и Хакс вышел с ней из освежителя, Рен исчез. Ну, он разыщет его позже, когда закончит переделывать НЯНЯ-дроида. А пока первоочередная задача заключалась в том, чтобы как следует выспаться. Хакс уложил Аннику рядом с собой и заснул в тот момент, когда Мет-Х5 накрыл одеялом их обоих.