I Got You, Babe

Путешествие на планету проходило в напряжённом молчании. Несколько дюжин шаттлов, укомплектованных офицерами всех рангов, а также техниками, медиками, дроидами и штурмовиками, летели строем к столице Перитала, раскинувшейся внизу. Пара кораблей являлись приманками — у них на борту вообще не было высокопоставленных членов Порядка. Чем больше шаттлов, тем безопаснее: в случае атаки чужаков уничтожение одного судна не грозило гибелью всему высшему руководству. С другой стороны, это облегчало задачу политическим противникам Хакса внутри Первого Порядка, вздумай они подбить его шаттл. «Пусть только попробуют, — подумал Хакс с некоторой долей удовлетворения. — Только разоблачат себя понапрасну». Они с Реном величаво стояли бок о бок, окружённые подчинёнными, основная цель которых заключалась в сохранении их жизней. В конце концов, они вступали на территорию врага. Митака находился на том же шаттле. Хакс выразил желание, чтобы Митака путешествовал с ними, будучи единственным человеком, открыто поддержавшим Хакса во всех фракционных разногласиях на «Финализаторе». Митака слишком активно стремился получить это назначение и даже рекомендовал людей, которых следовало взять с собой. Похоже, у него на «Финализаторе» была целая сеть дружественно настроенных офицеров. Хакс решил обдумать эту информацию позже. А пока он поневоле глазел на Кайло. Тот не выказывал ни малейших признаков напряжения, которое явно давило на него. И хотя чуть ранее Кайло отчаянно пытался убедить Хакса в том, что план опасен, ему всё равно представлялось, что это самый безопасный план в мире. Увы, он по-прежнему ничего не смыслил в Силе, но если она давала защиту и обеспечивала присутствие Кайло на встрече, то всё должно было сложиться удачно. Каким-то образом он заполучил всё, что намечал — не без участия Кайло, разумеется. И Хакс был рад, что в этот раз тот решил принести пользу, а не стать очередным препятствием на его пути. Кайло не проявлял ни малейшего желания общаться, зато Митака то и дело щебетал Хаксу на ухо новую информацию. — Сэр, по прибытии нас сразу же ожидает встреча и официальное знакомство с членами совета предпринимателей. Вы уже изучили мой доклад о социальных традициях Перитала? — заглянув в свой датапад, обратился Митака к Хаксу. — Конечно, — ответил Хакс. Ему пришлось наскоро заучить наизусть содержание доклада ранним утром. — Затем вы публично представитесь их руководству, а после направитесь прямиком в здание муниципалитета для участия в переговорах о дальнейших шагах и изложите план действий до того, как начнётся назначенный на завтра митинг сторонников Первого Порядка. Именно на нём мы объявим о наших намерениях населению, — подытожил Митака. — Нам известно, какой результат предпочтителен для совета предпринимателей на данный момент? — спросил Хакс и, опустив взгляд на свой датапад, перечитал заметки, нацарапанные Митакой на полях длинного рапорта. — Судя по всему, у них случился раскол, — серьёзным тоном доложил Митака. — Впрочем, значительное меньшинство поддерживает ваш план насчёт выборов. Ключевая проблема: убедить остальных членов совета присоединиться. — Что же, нам повезло — у нас есть телепат, — тихо сказал Хакс, покосившись на Рена. Тот никак не отреагировал, продолжая пялиться вперёд. — Очень, — согласно пискнул Митака. Хакс фыркнул в ответ на столь очевидное проявление страха и самодовольно подумал: «Существуют способы укротить этого зверя». *** Спуск на планету продолжался целый мучительный час (или даже чуть дольше). Волнение Хакса всё нарастало и нарастало. — Прекрати так нервничать, — пробормотал Кайло сквозь стиснутые зубы, когда под шипение гидравлического механизма и тяжёлый грохот двери шаттла расползлись в стороны. — Ты истощаешь меня. Хакс что-то просопел и посмотрел вперёд: свет снаружи проник в нижний отсек и осветил один за другим стройные ряды штурмовиков. Сначала из шаттла выйдут штурмовики, потом они с Реном, а за ними ещё один отряд. Когда первая шеренга направилась на выход, Хакс прошипел: — Я не нервничаю. Кайло фыркнул. Вероятно, это был смех, хоть и слегка ехидный, по мнению Хакса. — Когда мы вот так соединены, тебе сложнее скрывать от меня свою ложь, — сказал Кайло низким голосом. — Вот и хорошо, потому что я не лгу, — ответил Хакс и расправил плечи, чтобы предстать перед жителями Перитала во всём своём хладнокровии и изяществе. Первое впечатление всегда важно, а ставки ещё никогда не были так высоки. — Очаровательно, — лукаво заметил Кайло и наконец соизволил слегка повернуть голову, чтобы взглянуть на генерала. — Ты так убедительно врёшь, что даже себя самого уверил в правдивости этой лжи. Нет, Хакс не собирался ему подыгрывать. — Сейчас не время, — произнёс он и приготовился сойти вниз по трапу, поскольку первый отряд штурмовиков расчистил проход. Вообще-то Хакс ожидал, что Кайло пойдёт впереди, но, к его удивлению, тот подстроился под его шаг. Они сошли с трапа вместе, под аккомпанемент топота ног бойцов, марширующих позади. Хакс не позволил изумлению отразиться на своём лице, сознавая, что прочие офицеры непременно заострят на этом внимание. Впрочем, им всё равно не догадаться, в чём дело. Хакс и сам не понимал. Но, учитывая прямую трансляцию их прибытия и дружелюбную толпу из специально отобранных местных жителей, сейчас было не время требовать объяснений. — Постарайся ни к чему не притрагиваться, — предупредил Кайло. — Так мы значительно сократим срок пребывания здесь. Хакс понимающе кивнул. Он не разбирался в тонкостях Силы, но надеялся, что она не подкачает на протяжении их визита. Они взошли на платформу, установленную для гостей из Первого Порядка. Собравшиеся внизу разодетые зрители махали руками и выкрикивали приветствия. Для Хакса это стало новым опытом, поскольку прежде он выступал только перед шеренгами преданных солдат, которые не осмеливались выражать столь искренние эмоции. Тем не менее ему понравилось. Мало того, что ликование по поводу прибытия Первого Порядка транслировалось на всю галактику, Хаксу удалось ещё и позволить своему разуму расслабиться в должной мере, чтобы насладиться этим. С учётом фокусов Кайло, все мысли о возможном покушении оказались забыты, и можно было сосредоточиться на своей маленькой победе и обожающей толпе (какой бы неприятной и неотёсанной она ни выглядела). На дальнем конце платформы разместились высокопоставленные лица — те самые, что пригласили их на планету — включая нескольких сенаторов, которые, судя по отчётам, были подкуплены Порядком и лояльны ему. Там даже находились двое членов совета предпринимателей, изъявивших желание показаться на публике в этот день, в том числе владелец империи «Мордьюк» — медиаконгломерата со штаб-квартирой на Перитале. Хакс уже мысленно репетировал, что будет делать, памятуя о местном этикете, запрете на прикосновения и о том, каким образом приветствовать каждого из присутствующих, учитывая различия в их статусе, когда… Когда случилось немыслимое. Рен ускорил шаг и вырвался вперёд. Хакс заметил, как отшатнулись сановники, когда этот гигант с видом ненасытного ранкора двинулся прямо на них. Приоткрыв рот, Хакс замедлил ход и попытался придумать, как исправить ситуацию… И замер, когда Кайло приблизился к Элоноро Мордьюку (высохшему, совсем дряхлому гуманоиду) и приобнял того одной рукой. Хакс вытаращил глаза. Собравшиеся высокопоставленные персоны вытаращили глаза. Толпа притихла, и даже несколько охранников осторожно повернулись при виде этого возмутительного зрелища. Количество культурных барьеров, нарушенных тяжёлой поступью и сумасбродной выходкой Верховного лидера, не поддавалось исчислению. Надлежало сперва поприветствовать короля и сенаторов, потом — знать и богатых покровителей, ни при каких обстоятельствах не прикасаясь к ним. Элоноро со смехом обхватил Рена руками за плечи и сердечно похлопал по спине. Хаксу показалось, что он сейчас упадёт в обморок. Стоявший в двух шагах позади него Митака осторожно подкрался и зашептал: — Сэр, вы не говорили, что Кайло Рен знает Мордьюка. — А он и не знал, — поспешно прошептал в ответ Хакс и, в ужасе уставившись в глаза Митаки, молчаливо взмолился, чтобы тот нашёл какой-нибудь выход. — Но разве этот жест не означает радость при долгожданном возвращении старого друга? — поинтересовался Митака, которому удалось сохранить непоколебимый вид, несмотря на пролёгшую между бровями морщинку. — Согласно социальному протоколу… — Проклятье, Митака, что будем делать? — пробормотал Хакс, пытаясь вернуть самообладание и безупречную военную выправку. Всё летело в яму сарлакка (в метафорическом смысле), но Хакс не собирался пускать дело на самотёк. Он планировал общаться от имени Рена! Вот только не предполагал, что Рен заявится и немедленно всё запорет, а ему придётся объясняться сразу по прибытии. — Вы уверены, что они не знакомы? — Митака осторожно кивнул в сторону обнимающейся парочки. Хакс ощетинился: — Понятия не имею. Но ради его блага — и нашего — лучше бы было так. Больше они ничего не могли сделать, поэтому просто стояли в нескольких метрах от Верховного лидера. Вопреки атеистическим принципам Первого Порядка, у Хакса возникло желание помолиться какому-нибудь божеству, чтобы то сжалилось над ним и исправило эту нелепую ситуацию. Или покарало его на месте, избавив от созерцания дурацкого затылка, обладатель которого тихо переговаривался с Мордьюком. В конце концов Рен, весьма довольный собой, отошёл от гуманоида. Сам Мордьюк вернулся в строй и встал позади дворянства, как будто ничего не случилось. Когда Рен обернулся и встретился взглядом с Хаксом, его беспечная улыбка сменилась явным неодобрением. Хакс решил, что тот, должно быть, таким образом отреагировал на его абсолютный шок и ужас, заметные издалека. Подойдя к Хаксу, Рен прошипел: — Иди и делай то, что планировал. Чувствуя себя марионеткой на верёвочках, Хакс машинально шагнул вперёд и надлежащим образом поприветствовал короля Марине Летёрте, который поприветствовал его в ответ. Хакс был смущён, мягко говоря, довольным выражением лица короля, поскольку совершенно не понимал, чем тот мог быть доволен. Первый Порядок балансировал на канате, готовый при малейшем промахе упасть вниз, а Хаксу не нравилось пребывать в неведении. Церемония шла своим чередом — никто из лидеров и власть имущих Перитала не остался без приветствия. Ожидалось, что в финале король произнесёт речь. Вернувшись к предварительно намеченным задачам, Рен смотрел прямо перед собой. Хакс испытывал смешанные чувства. Как бы он ни жаждал получить объяснения по поводу случившегося, но если колдунство Рена раскроется, то ситуация только усугубится. Так что, вероятно, лучше уж Хаксу сосредоточиться на собственных обязанностях. Он сдержался. Остаток церемонии обошёлся без происшествий, и всё это время Хакс, застыв словно статуя, надеялся вопреки всему, что Кайло Рен больше не навредит их делу. *** Похоже, маленькая выходка Рена на платформе не повлекла за собой никаких последствий. Речи и позирование для СМИ шли по плану, и теперь Хакса и Кайло перебрасывали на встречу с руководством и советом предпринимателей Перитала, подальше от общественности. Их поместили в один из бронированных спидеров в длинной кавалькаде, и только вся эта связанная с Силой чепуха позволяла Хаксу чувствовать себя в безопасности, находясь не на корабле Первого Порядка. Интерьер спидера (явно предназначенный для того, чтобы впечатлить высокопоставленных гостей) был комфортабельным и навороченным. Роскошная мягкая кожаная отделка в тёмно-синем и насыщенно-пурпурном тонах — цвета перитальского герба. Окна были полностью затемнены, но тёплый свет внутри не давал проникнуться тоской. Нахмурившись и скрестив руки на груди, Хакс сидел на удобном сиденье напротив неподвижно замершего Рена, который, кажется, медитировал, положив ладони на колени. Хаксу очень хотелось воспользоваться возможностью (раз уж они очутились в замкнутом пространстве) и расспросить так называемого Верховного лидера, с чего тот вообще возомнил, будто обнимашки с самым могущественным человеком Перитала (и ещё нескольких планет) представляли собой нечто иное, чем рискованное безрассудство, если не сказать безумие. Хакс так бы и поступил, если бы не высокая вероятность того, что весь разговор транслировался службе безопасности Перитала. — Ну что, рады были снова повидать Мордьюка? — вместо этого спросил Хакс, не сводя глаз с безмозглой башки Рена. Рен тяжело вздохнул. — Я думал, тебя порадует развитие событий, — недовольно фыркнул он и неуклюже ссутулился. Хакс сдержал язвительный смешок, едва не вырвавшийся в ответ, и осторожно сказал: — Понятия не имел, что вы настолько близки. — А я и не знал его. Лично, — признался Рен, и перед глазами Хакса встала красная пелена, поскольку уровень стресса подскочил до небес. Кажется, до Рена дошло, потому что он дёрнулся и скривился. — Это не… — Забавно, — угрожающе прошипел Хакс, прерывая нелепые попытки объясниться. — Потому что я действовал, исходя из того, что использованный вами жест означал многолетнее знакомство, дружбу и доверие. Вы ведь помните? Согласно кодексу о нормах поведения? Рен ощетинился: — Я только… — О, бездна. Ладно бы у нас ничего не стояло на кону. — Похоже, Хакса перестало заботить, что кто-то подслушает его критику. — Только боги знают, как глубоко мы увязнем в дерьме банты, если в Порядке решат заострить на этом внимание! Он определённо сболтнул лишнего, но, по крайней мере, ему удалось запугать Рена. Если, конечно, внезапный отказ встретиться с ним взглядом хоть что-нибудь да значил. Абсурдно, но Хакс был признателен Рену за то, что тот отступил перед лицом его гнева. Ведь, как показывала практика, Рен редко испытывал угрызения совести, отстаивая свой авторитет при помощи физической силы. Впрочем, сегодня Хакс достанется на растерзание куда более сильным врагам. — Помолчи… — Нет, Рен, это ты помолчи. Не хочу слышать от тебя ни единого слова. Если только ты не собираешься сообщить, что мы подавили повстанческую деятельность и установили порядок во всей галактике. — Хакс бросил взгляд в тонированное окно, но увидел лишь своё отражение — призрачно-бледное и жаждущее крови. Хакс использовал установившееся молчание, чтобы поработать над стратегией. Вытащив датапад, он вновь изучил отчёты (кто его сторонник на предстоящей встрече, а кто — нет), отметив в памяти всё, что могло оказаться полезным. Хакс было решил, что Рен впал в подобие медитативного состояния, которое помогало творить «магию», как вдруг его работу прервали. — Он был партнёром Сноука, — голос Рена звучал тихо, словно тот боялся, что это имя, произнесённое громко, поднимет мертвеца из могилы. Хакс опустил датапад и скептически посмотрел на Рена. Он и так был в курсе, что Мордьюк — давний сторонник и спонсор Первого Порядка. Учитывая его политическое влияние и связи, забывать об этом не стоило. Не говоря о том, что Мордьюка (или его дочерние компании) частенько привлекали для проведения финансовых операций Порядка. — И? — надавил Хакс, задаваясь вопросом, есть ли у Рена хоть один убедительный аргумент. — А Сноук мёртв, — медленно произнёс Рен, как будто это всё проясняло. — И что? Подумал, что мы на похоронах, и решил опередить события? — проворчал Хакс, раздражённо постукивая обтянутым кожей перчатки пальцем по датападу. — Теперь я Верховный лидер, — жёстко поправил его Рен. — Я занял место, которое прежде принадлежало Сноуку. И, согласно твоему кодексу о нормах поведения, сперва я поприветствовал человека, наиболее близкого моему предшественнику, в знак официального признания прочных связей между нами. Мой поступок должен был продемонстрировать, что я продолжу придерживаться соглашений, заключённых при Сноуке, с целью привлечь его к нашему… Перестав вслушиваться, Хакс принялся бешено скроллить документ с перитальским этикетом, чтобы убедиться в том, что, как он уже понял, являлось правдой. Рен оказался прав. А он даже не додумался до подобного приёма… Но кто знает, воспримут ли это положительно власть имущие Перитала. Хакс нашёл соответствующий отрывок и перечитал его несколько раз, пока Рен бормотал свои объяснения. Но как он?.. В любом случае маленький план Рена был слишком безрассудным и рискованным для них. — Почему ты не поставил меня в известность? — требовательно спросил Хакс. — А разве ты — Верховный лидер? — с вызовом ответил Рен, и Хакс, крепко вцепившись в датапад, почувствовал, как сердце подпрыгнуло. Рен нахмурился, скользнул взглядом по внезапно напрягшейся фигуре Хакса и, вновь переключившись на себя, спросил безразлично: — Что-то не так? Хакс сглотнул, изо всех сил пытаясь дышать ровно. Ему не хотелось, чтобы Рен заметил его слабость. — Верховный лидер, — начал Хакс максимально профессиональным тоном. — То, что здесь происходит, важно не только для этой планеты. Вся галактика наблюдает. Я бы не советовал делать ставку на планы, которые… — «Не говори “не были продуманы”». — Которые вы не согласовали с другими заинтересованными сторонами. Рен выглядел в равной степени раздражённым и пристыженным. — Я думал, ты порадуешься. «О звёзды, да как тебе такое взбрело в голову?» — злобно подумал Хакс, но вслух проговорил угодливо: — Смиренно прошу, чтобы вы делились со мной своими идеями, Верховный лидер. — Я уже имел дело с… — Рен сделал паузу, подбирая слова, — бизнесменами. Занимался заключением выгодных сделок. И неважно, большие это шишки или мелкие контрабандисты. Можно многого добиться, если заручиться содействием самой влиятельной персоны. Следовало отдать должное Рену — это объяснение казалось более чем разумным. В конце концов, Рен не полностью потерял связь с реальностью. — Конечно, Верховный лидер. Я лишь прошу о предварительном уведомлении. — Каким бы ни был размер ущерба, следовало призадуматься о дальнейшей стратегии. Лицо Рена ничего не выражало. Он выглядел так, словно его мысли, как и предположил Хакс, блуждали где-то далеко, очень далеко от спидера. Должно быть, снова сосредоточился на своих силовых штучках-дрючках. Решив, что лучше оставить всё как есть, Хакс вернулся к чтению отчётов о перитальской элите, встреча с которой ожидала их впереди. На этом собрании будет решено, что делать с ситуацией на планете, и именно это должно стать для Хакса первоочередной задачей. Даже без вмешательства Рена всё может пойти наперекосяк. Дальнейший путь оказался недолгим, и вскоре Хакс разорвал напряжённую тишину, подав голос: — Нам нужно произвести хорошее впечатление, Рен. У нас нет права на ошибку. Рен проворчал что-то утвердительное, хотя вид его хорошего впечатления не производил. — Смею надеяться, вы позволите мне вести переговоры? — Не то чтобы он сумел бы помешать Рену, если бы тот решил взять всё в свои руки и устроить сцену. Рен в ответ лишь закатил глаза и тут же надел непроницаемую маску, которая, как было известно Хаксу, означала, что он вновь углубился в себя. Что было как-то связано с его играми разума. Чтобы добраться к месту встречи, пришлось прогуляться мимо специально отобранных сотрудников СМИ, которые должны были представить процесс в благоприятном свете. Они называли это мирными переговорами, хотя слишком многие считали прибытие Первого Порядка вторжением в суверенное государство, и в связи с этим велись горячие дебаты. Впрочем, после начала восстания перитальская верхушка запаниковала и изъявила желание воспользоваться огромной огневой мощью Порядка, чтобы подавить бунтовщиков. Прислужник поспешно распахнул двери, как только спидер остановился в нескольких метрах от здания, где должно было состояться совещание. И Верховный лидер, и генерал немедля были встречены вспышками голокамер, хотя, к счастью, журналисты расположились на значительном расстоянии, за линией оцепления. Тем не менее, вне всяких сомнений, высококачественные изображения их группы транслировались на всю галактику, и триллионы зрителей впервые увидели высшее руководство их организации. Хакс молча красовался перед камерами, довольный тем, что способности Рена позволяли ему выглядеть более собранным и отдохнувшим. Конечно, Рен мог потом посетовать на последствия, но Хакс был готов заплатить эту цену за возможность безопасно предстать перед публикой, без мешков под глазами и болезненной бледности. И лишь миновав гигантский сводчатый вход и войдя в главный холл, они очутились вне зоны досягаемости объективов воинственно настроенных журналюг и присоединились к остальным. Согласно традиции, самые высокопоставленные особы прибывали в последнюю очередь, поэтому короля пришлось немного подождать. Хотя они не слишком нуждались в его присутствии. В целом монархия являлась пережитком прошлого, традицией, а не реальной властью. Нет, настоящими игроками были толстосумы: в частности те, которые контролировали порты и промышленность по всей галактике, но решили осесть на Перитале — точке пересечения значительной доли галактических торговых путей. И если удастся убедить их в действенности стратегии Хакса и залить водой бушующее пламя восстания перитальских рабочих, то первое серьёзное препятствие останется позади. Окинув взглядом помещение, Хакс заметил Митаку, который отдавал распоряжения нескольким верным ему офицерам — чтобы те поболтали с ключевыми представителями совета предпринимателей. Однако, там же находились и другие офицеры Порядка (в том числе Пьюви собственной персоной), и они — Хакс был уверен — вели совершенно иные разговоры. Он вытащил датапад и написал Митаке, чтобы тот послал кого-нибудь подслушать тех, от кого, с большой вероятностью, стоило ждать неприятностей. Впрочем, Хаксу и самому нужно было переговорить кое с кем. Первым в этом списке, в силу необходимости, стоял Мордьюк — нельзя было легкомысленно игнорировать выходку Рена на платформе. — Уважаемый хозяин, — начал Хакс, слегка склонив голову. — Дорогой гость, — с теплотой отозвалось древнее создание, наклонив голову в ответ, и добавило, обратившись к Верховному лидеру: — Старый друг, я был рад получить столь пылкое подтверждение того, что первый Порядок выполнит существующие между нами договорённости. — Само собой, старый друг, — мягко произнёс Рен. — Мы не из тех, кто по причине несущественных внутренних перестановок отталкивает в сторону ближайших соратников. Осознав, что задерживал дыхание во время речи Рена, Хакс поспешно осадил себя и попытался успокоиться. «А он не так уж несведущ в дипломатии, как я предполагал». — Рад это слышать. О горячности нового руководства ходит столько слухов, что, признаюсь, имелись у меня сомнения, — продолжал Мордьюк, обвисшие щёки колыхались в такт его словам. Хаксу стало любопытно, где тот наслушался сплетен, но он посчитал неуместным расспрашивать здесь и сейчас. — Первый Порядок не собирается сворачивать с намеченного курса, — заверил Мордьюка Хакс. — Хаос Республики остался в прошлом, а благодаря вкладу таких уважаемых личностей, как вы, нас ждёт светлое будущее. Подобное не забывается и не остаётся без вознаграждения. Мордьюк развернулся и оценивающе посмотрел на Хакса. — Хотелось бы прояснить один момент. Что может предложить Первый Порядок для подавления на Перитале беспорядков, причиной которых стал ваш прилёт сюда? Может, я и хочу принести порядок в галактику, но как насчёт моего собственного дома? Хм-м? — Я предлагаю ослабить их движение путём кооптации*, тем самым дестабилизировав их руководство и изолировав его в достаточной мере для нанесения удара, — немедленно выпалил Хакс. Убеждённость сквозила в каждом его слове. — Мы уже достигли соглашения с федерацией профсоюзов… — Шайка вороватых крыс, — прошипел Мордьюк, заметно вздрогнув. — Согласен, — криво усмехнувшись, сказал Хакс. — Но зачем бороться с этой стаей крыс, если можно подтолкнуть её к краю скалы? Привлечь их лидеров в наши ряды, и пусть наблюдают за собственной кончиной. — Я так понимаю, это и есть ваше предложение? — Похоже, дряхлый гуманоид не был впечатлён. — Это не первый мятеж черни на моей памяти, но орбитальные удары всегда помогали решить проблему, молодой человек. Хакс любезно пропустил это обращение мимо ушей. — Вы, вне всяких сомнений, за столько лет стали свидетелем множества бунтов и сокрушили их. Но можете ли вы действительно утверждать, что когда-либо сталкивались со столь массовым и глубоко укоренившимся движением? — произнёс Хакс с вызовом. Мордьюк был не из тех, кто легко уступает. — Вы ставите под сомнение мой авторитет в данном вопросе? — осведомился он. — Я бы не посмел, — елейно протянул Хакс. — Я лишь хотел указать на один момент в истории Перитала, с которой, полагаю, вы знакомы. 7755 год по хоснианскому летоисчислению**, когда перитальские фабрики были захвачены радикалами и положение казалось безнадёжным. Разве не сотрудничество лидеров профсоюза обеспечило победу там, где не справились бластеры? — Да будет вам известно: я был там, — прошипел Мордьюк, сузив глаза. — Что вы можете знать о тех событиях такого, чего не знаю я? — Ваши знания о прошлом и способах подавления обширны, именно поэтому я скромно напомнил вам о том конфликте, — дипломатично проговорил Хакс. — Я горю желанием уничтожить бунтовщиков, как и любой здравомыслящий человек. Но сперва мы должны убедиться, что это не приведёт к тому, что весь прочий сброд в отместку вылезет из щелей. Разделяй и властвуй. Мордьюк молчал. Что означало победу. Рен, как Хакс и рассчитывал, стоял рядом: спокойный и молчаливый. — Ваш план разумен, — признал Мордьюк. Немаловажное достижение для существа, которое с трудом воспринимало, когда кто-то ставил под сомнение его слова. — Хотя я подозреваю, что Перитал уже определился с планом действий. «Что? О чём это он?» — Хакс зыркнул на Рена, словно тот мог с помощью своей магии расшифровать загадочное утверждение. Хотя, судя по остекленевшим глазам, Рен был увлечён чем-то другим. — Тем не менее вы оказались подготовлены и впечатлили меня больше, чем я ожидал. Ваши недоброжелатели дали мне неверное представление о вас. Это было выражением высочайшего одобрения со стороны подобного существа, но его заявление оставляло много вопросов. Какие недоброжелатели? И что именно решил совет? С кем? Уж не проделки ли Пьюви?.. Прозвенел гонг. Раскатистый звук вызвал у Хакса приступ тревоги, не только из-за внезапности, а из-за осознания того, что он влечёт за собой… Ему нужно больше времени! Пообщаться с присутствующими и… — О, собрание начинается, — неожиданно добродушно заявил Мордьюк. — Ну что, пойдёмте? Хакс оперативно вернулся в реальность. — Позвольте нам сопровождать вас. Можете просветить, кто же запятнал наше доброе имя? Наши недоброжелатели наверняка заблуждаются, и с моей стороны будет упущением, если я не укажу им на их ошибку. — Неважно, — пренебрежительно махнул рукой Мордьюк. — В своё время всё прояснится. — Он улыбнулся, по-видимому, чтобы успокоить Хакса. За сморщенными губами мелькнул ряд маленьких треугольных зубов. Его слова не внушали уверенности, и всё, что Хаксу с Реном оставалось — следовать за Мордьюком в зал заседаний и надеяться: какой бы выбор ни сделал Перитал, вскоре они обо всём узнают. *** Встреча прошла на удивление спокойно. Слишком спокойно, учитывая разногласия участников. Без остановки просматривая отчёты Митаки, Хакс воздавал ему хвалу за подробные досье с изложением взглядов всех присутствующих — и это учитывая, что на подхвате у лейтенанта было всего пять верных офицеров. Что именно лежало в основе его сети? Много ли членов экипажа «Финализатора» было на стороне Митаки? И на какое количество других кораблей Первого Порядка распространялось его влияние? Впрочем, было не время сомневаться в плодах информации, зёрна которой посеял Митака. Потеряв самых верных людей при катастрофе «Супримаси», Хакс не имел иного выбора, кроме как обратиться к связям лейтенанта. В отчётах были не только указаны убеждения участников собрания, но и перечислены те из них, кто стали мишенью для офицеров, входивших, как подозревал Хакс, в состав небольшой фракции Пьюви. Выводы были неутешительными: правители, поджав хвосты, поддались панике и отчаянно желали, чтобы солдаты Порядка просто взяли штурмом все фабрики и провели массовые казни рабочих, поставив тех на место. Хакс хотел того же, но в несколько этапов. Правители Перитала, видимо, были менее терпеливы. Поэтому, обрисовав собравшимся своё предложение, Хакс удивился, когда его приняли без лишних споров и рассуждений. Все имеющиеся отчёты указывали на обратное. Более того, участники собрания охотно согласились на пресс-конференцию, которая должна была состояться сразу после переговоров и стать первым, жизненно важным, шагом к новым всенародным выборам. По окончании встречи Хакс чувствовал себя сбитым с толку. Они всё ещё находились в здании муниципалитета, в окружении богатейших людей Перитала. Вокруг царила праздничная атмосфера, причиной которой, кажется, были хрустальные фужеры с вином. Хакс был достаточно разумен, чтобы пить. По пути в атриум он робко приблизился к Рену и взмолился: — Можешь сказать, о чём думают эти двуличные ублюдки? Рен уверенно топал вперёд с закрытыми глазами, но после этих слов соизволил приоткрыть один и взглянуть на Хакса. — Мы слишком далеко, — монотонно произнёс он. Хакс знал, каким бесячим мог быть Рен. Следовало помнить об этом, дабы не полоснуть его своим секретным лезвием. Впрочем, толку это не принесло бы. — Весь смысл твоего присутствия здесь: читать мысли для меня. Для нас. Даже из-под полуопущенных век Хакс заметил, что Рен закатил глаза. — Ты хотел «чтения мыслей» и защиты? Верно? Ну так ты в полной безопасности. — Разве ты не можешь разузнать, что они затевают?! — прошипел Хакс, возможно, чересчур громко, и огляделся вокруг. Но, вроде бы, на них никто не обратил внимания, поскольку народ рассаживался по спидерам, чтобы добраться до места оглашения публичного заявления. Обиженный вздох вышел слегка показушным, но, по крайней мере, он означал, что Рен смирился. — Они злорадствуют. И что-то предвкушают. — Да неужели? — огрызнулся Хакс, пока они садились в спидер. К счастью, улица вокруг здания уже опустела. Скользнув на сиденье, он проворчал: — Что ещё расскажешь? Что они тут все богатенькие? — Я не доверяю им, — добавил Рен таким тоном, словно считал, что сообщает нечто полезное. — Ну, ты хотя бы попытался, — фыркнул Хакс, когда спидер сорвался с места. Оба сидели молча, пока их везли к разбитому перед муниципалитетом фантастическому саду, в котором произрастали экзотические растения с планет, расположенных вдоль Хайдианского и Кореллианского торговых путей. Посреди особо живописного уголка, аккурат перед скоплением цветущих кустов, которые, вне всяких сомнений, вырабатывали сладковатую пыльцу, возвышался помост. Тонкие стебли, усыпанные цветами всех оттенков радуги, и яркие лианы плотно оплетали белые трельяжи***. Весь этот участок был окружён высоким, безукоризненно подстриженным кустарником, розовые листья которого перекатывались волнами. Несколько прожекторов освещали сцену, заливая её тёплым жёлтым светом. Какой весёленький пейзаж. Спидеры по очереди подлетали к платформе и высаживали пассажиров у подножия лестницы, хотя на сцену для оглашения заявления должны были подняться лишь несколько избранных. Хаксу не слишком нравилось, что в кои-то веки мальчиками с плаката стали они с Верховным лидером. Если капиталисты на самом деле не были согласны с его планом, то зачем вознамерились проводить эту трансляцию? Почему позволили всему зайти настолько далеко? Может, в конце концов они решили дать ему шанс? Хакс чувствовал, что ему не хватает какой-то жизненно важной информации, и очень нервничал. Вдобавок ко всему Митака прислал сообщение, в котором приносил искренние извинения за то, что не сможет присутствовать на пресс-конференции из-за проблем с дыханием. Внезапно обнаружившаяся аллергия на пыльцу вынудила его отправиться на поиски лекарства, так что он решил пропустить выступление. Минус один союзник в этом змеином гнезде. Хакс и Рен взошли на помост последними. Команда операторов уже была готова транслировать заявление на всю планету. Позади расположилась ровная шеренга мелких сошек из Первого Порядка, несколько штурмовиков и группа второсортных сенаторов. Отсутствие нескольких ключевых фигур было очевидным. Поэтому, когда к ним подошёл один из королевских дипломатов (невысокий и проворный тви’лек) и указал, где встать, Хакс тут же требовательно спросил его: — А где король? Разве он не присоединится к трансляции? — Да, сэр. Но из башни при своём храме. Именно оттуда он традиционно обращается к народу, — объяснил тви’лек. — Чтобы смягчить имидж Первого Порядка, мы специально выбрали Цветочный уголок Ботанических садов. А теперь не были бы вы так любезны встать на отметку в передней части сцены? Хакс подчинился. Рен подошёл и пристроился рядом, вместо того, чтобы выдвинуться вперёд. Символизм поступка вновь ускользнул от Хакса. Перед ними установили небольшой голопроектор, позволивший наблюдать за мерцающим изображением короля Марине Летёрте, который, сидя в ярко освещённой комнате в окружении бюстов монархов — своих предшественников, объявил, что знает об опасениях народа, и призвал отринуть страх. Его обращение от первого до последнего слова повторяло согласованный текст, разосланный всем участникам собрания. Каждая тщательно просчитанная интонация работала на образ — воплощение спокойной решимости и достоинства. — Вы выйдете в эфир через пятнадцать секунд, — сказал тви’лек, не отрывая глаз от портативного терминала. Хакс ощутил, как небольшие обнажённые участки его кожи покрылись мурашками, и решил, что всему виной вечерний холодок. Хакс видел, что маленькая фигурка короля готова завершить свою речь, в ушах звенело от почти осязаемого напряжения. Рен рядом с ним переступил с ноги на ногу, и Хакс слегка подтолкнул его локтем. — Что? — прошипел Рен. — Не ёрзай, — предостерёг Хакс. — Сейчас не время. — Что-то не так, — заметил Рен, его взгляд метался по сцене. — Я чувствую. У Хакса не было времени спрашивать, в чём дело, поскольку тви’лек прервал их шушуканье: — Прямой эфир через три… две… одну! И Хакс начал речь, согласованную на собрании: — Перитал, перед вами новый Верховный лидер Первого Порядка, Кайло Рен. Я — генерал Хакс. Первый Порядок сердечно приветствует вас. Мы провели переговоры с вашим правительством относительно ликвидации Республики и установления порядка в галактике. Это не вторжение — это возможность. Возможность для Перитала: занять почётное место в новой, лучшей системе правления, стать ведущей силой в реорганизации наших общих звёздных систем, ради всеобщего блага, ради светлого будущего. Первый Порядок с огромным уважением относится к Периталу и не намерен навязывать свою власть этой суверенной планете. Напротив, мы надеемся работать вместе, рука об руку, для достижения взаимовыгодных целей. В повседневной жизни перитальцев практически не произойдёт перемен: дети по-прежнему будут посещать школы, культурные традиции будут соблюдаться, законы не изменятся. Первый Порядок прибыл не для того, чтобы отнимать. Мы здесь, чтобы сотрудничать с вами. Учитывая историю безалаберного правления и коррупции в Республике, неудивительно, что вас тревожит подобное развитие событий. Ввиду изменившихся обстоятельств, будут проведены выборы, чтобы жители Перитала знали: решающее слово в грядущих переменах за ними. Хотя, разумеется, сперва мы должны положить конец террору и хаосу, чтобы люди могли свободно проголосовать и знать, что их голоса услышаны. Мы должны положить конец насилию… — Хакс сделал паузу для эффекта, и тогда-то всё и случилось. Послышался свист бластерного заряда, и двое штурмовиков без промедления кинулись вперёд, чтобы заслонить Хакса. Да только красная вспышка остановилась в воздухе. Гудящий от напряжения сгусток плазмы завис, как будто… Как будто… Рука Рена была простёрта к заряду, направленному прямо в голову Хакса. Застывшему всего в полуметре от лица. Трое штурмовиков спрыгнули со сцены и повалили стрелка (техника с голокамерой) наземь. Сердце Хакса бешено колотилось, даже когда он почти выровнял дыхание, вспомнив, что ничто не сможет ему навредить… Взрыв опалил огнём сцену, разорвал на куски сенаторов, штурмовиков, техников и дипломатов, разбросал в разные стороны куски тел, грязь и оплавленное оборудование, выжег редкие виды растений. Хакса оглушило, да так, что он не услышал собственных криков. Но он не двинулся с места и, привалившись к Рену, вцепился в того, как в спасательный круг. Стоя вместе с Хаксом на безопасном круглом участке сцены, Рен протягивал руки в стороны, словно сдерживая взрыв. По сути, так оно и было — единственной неповреждённой секцией помоста являлся маленький участок, на котором они стояли. Где не было ни крови, ни дыма, ни кусков плоти. Рен использовал какое-то заклинание, чтобы создать вокруг них безопасный воздушный пузырь. Бросив на него взгляд, Хакс понял, что Рен тратит на это огромные усилия — тот выглядел абсолютно измождённым, когда пробормотал: — Я больше не могу. *** Хакс чувствовал себя разбитым. На мгновение он испугался, что его разорвало на части взрывом на этой куче грязи, вдалеке от корабля. Но нет, он лежал на своей удобной кровати, и, по крайней мере, зрение было при нём. Хотя он мало что мог разглядеть из-за Рена, который удерживал его на месте, крепко обхватив ручищами. Возвращение в реальность, в собственное тело из плоти и крови, было сродни падению с высоты и приземлению на сетку. Пребывая в растерянности, Хакс пытался осмыслить не только завершение их «силового» путешествия, но и последствия того, что, несомненно, являлось покушением на его жизнь. Паника стиснула горло и пережала дыхательные пути, когда Хакс представил, как скверно это скажется на сделке с Периталом. Не говоря уже о борьбе за контроль над несколькими десятками других планет и о том, как это отразится на положении Первого Порядка в галактике. «Не время зацикливаться. Переключись на следующее задание, как всегда», — приказал себе Хакс. Он заставил себя отбросить страх перед тем, что что-то могло пойти (и в итоге пошло) не так, и сконцентрировался на том, какие шаги предпринять, чтобы выбраться из этой передряги. Желательно незамедлительные. Сперва предстояло организовать операцию по спасению Митаки, если тот не погиб. А потом предпринять активные действия — по причине случившейся атаки — и сообщить всем заинтересованным сторонам, что генерал Хакс вполне себе жив. И выяснить, сколько членов совета предпринимателей (и кто именно) были посвящены в заговор или непосредственно в нём участвовали. Хакс подозревал, что замешан Пьюви и… кто знает… Может, Митака? Так удачно подхватил аллергию… Перед Хаксом внезапно встало слишком много задач, которые следовало решить в кратчайшие сроки. И первый шаг заключался в том, чтобы избавиться от удушающих объятий Рена. — …Рен, — начал Хакс, хотя туша Рена приглушила его слова. — …Отпусти меня. Рен, вечная обуза, сделал всё наоборот и прижал его крепче. Пойманный в ловушку, Хакс не видел его лица и поэтому понятия не имел, о чём думает Верховный лидер. Он решил стиснуть зубы и смириться с этим странным обращением, безмолвно надеясь, что его не накажут за катастрофу на планете. Но, как уже было сказано, Рен не пытался навредить ему. Несмотря на могучую хватку, он, кажется, хотел просто… обнять Хакса. Тело Рена было влажным от пота, что подтверждало его рассказ о непомерном физическом уроне, который влекли за собой силовые проекции. Хакс подумал, что затруднённое и прерывистое дыхание — ещё один признак этого, и вдруг осознал, что Рен чуть не плачет. — Рен? — тихо повторил он. — Они пытались убить тебя, — шмыгнул носом Рен. Хакс сдержался и, как ему ни хотелось, не стал подкалывать в ответ: «Я же говорил». — Я уничтожу их! Хакс слегка высвободился из захвата. Ровно настолько, чтобы мельком увидеть обезумевшее и расстроенное лицо Рена, наполовину скрытое тёмными волосами. Хакс не знал, что ответить и существовал ли способ избежать страшной участи. Ему следовало подумать о бесчисленных последствиях этого покушения для их сделки с власть имущими Перитала. Или о реальной вероятности того, что один из его людей возглавлял заговор. Но всё, на чём он мог сфокусироваться: безумие, пылающее в широко распахнутых глазах Рена, и ужасающая уверенность, что вскоре оно будет направлено на него. — Что стало бы с хрупким разумом Анники, если бы связь между вами двоими разорвалась резко и навсегда?! — вскричал Рен, прижав Хакса к груди. — Всё равно что разорвать её пополам, учитывая, как сильно она привязалась к тебе… Что, если она этого не переживёт? Мысли Хакса помчались вскачь. Рен потерял голову, потому что кто-то пытался убить Хакса. Рен остановил взрыв (что, следует признать, было глупо), чтобы оградить Хакса от физического ущерба. Для Рена выживание Хакса ассоциировалось с выживанием Анники. Что не только позволяло направить ярость Рена на кого-то другого, но и давало Хаксу идеальную возможность использовать эту привязанность к их ребёнку, чтобы заполучить верного и стойкого союзника. (Хотя слово «стойкий» казалось не вполне подходящим.) Союзника, который замораживал бластерные выстрелы в воздухе, останавливал силой мысли взрывы, который смог перенести их сознания за тысячи километров, только чтобы удостовериться, что с Хаксом не случится ничего плохого. Неудивительно, что Империя так сильно зависела от форсъюзеров. Хакс оценил привлекательность идеи личного телохранителя, которому подвластна сама структура галактики. Эти мысли кружились в голове ураганом возможностей, пока тело Хакса оставалось в ловушке удушающих объятий Рена. Тот, кажется, и сам погрузился в размышления. Интересно, о чём? — Моего деда разлучили с его матерью, но он чувствовал её страдания из любого уголка галактики. Ну конечно. Монолог о родословной. Следовало догадаться. — Он чувствовал каждый миг её пыток даже через несколько звёздных систем, — проговорил Рен, словно в трансе, как будто переживая эти воспоминания. — А его жена умерла при родах. Разлучённая со своими детьми сразу после того, как подарила им жизнь. Хакс молчал и слушал, слишком озабоченный самосохранением, чтобы расспрашивать о подробностях. А Рен продолжал, не обращая внимания на растерянное выражение лица Хакса. — Потом Сноук умышленно сломал мою связь с матерью, сделав меня восприимчивым для манипуляций. — То, как Рен выплюнул эти слова, позволяло понять, какую обиду он ощущал (до сих пор) из-за этого. — Я разорву этот порочный круг. Они никогда не отнимут у Анники её мать, — поклялся Рен и снова притянул к себе Хакса, вынудив уткнуться лицом в шею. А, так вот в чём дело. Рен хотел… защитить его. Неожиданно Рен отстранился и, взяв Хакса за подбородок, посмотрел ему прямо в глаза. — Пока я дышу, — прошептал он торжественно и фанатично, словно давал обет, — я буду оберегать тебя от любой беды. И сокрушу каждого, кто бросит нам вызов. Хакс посмотрел на него в ответ. В мозгу уже наклёвывались идеи, как воспользоваться подобным развитием событий, и у него чуть голова не пошла кругом от внезапного осознания собственной власти. Он улыбнулся, сократил расстояние меж собой и Реном и поцеловал того в губы. Он почувствовал, как Рен на секунду затаил дыхание. Между их телами нарастала какая-то энергия, циркулируя, словно ток в электрической цепи. Рен прилип к нему, и Хакс, ещё больше приободрившись, углубил поцелуй, чувствуя, как воздух между ними звенит перспективами. Когда они оторвались друг от друга, Хакс прошептал: — Ловлю тебя на слове. А как же иначе. Он, как никогда прежде, нуждался в защите. — Тебе не придётся, — заверил его Рен. — Я скорее умру, чем позволю кому-нибудь причинить Аннике такой вред. Они вернулись в реальность, когда в каюту вкатился НЯНЯ-дроид с вопящей Анникой на руках. — Ей одиноко, — коротко провозгласил он. — Вы завершили вашу «очень важную встречу»? Если да, то желательно взять её. — Отдыхай, — сказал Рен и, легонько чмокнув Хакса в лоб, поднялся (пошатываясь), чтобы уделить внимание плачущей дочке. Он передвигался с трудом, вероятно, вследствие усилий, затраченных, чтобы отправить проекции их обоих на Перитал. Пока Рен занимался Анникой, Хакс обдумывал свой следующий ход. Итак, кто-то пытался убить его. Только его? Или мишенью являлась вся верхушка Первого Порядка? Была ли это затея Пьюви и его банды или другого, пока ещё неизвестного, игрока в их рядах? Был ли это заговор перитальской элиты, которая с помощью грубой силы вознамерилась в кратчайшие сроки отвоевать власть на планете? Или речь шла о какой-нибудь жалкой организации низших классов, полных решимости обезглавить захватчиков? Судя по всему, на планете внизу царил кромешный хаос. Хаксу следовало ознакомиться с последней информацией. Похоже, прямо сейчас весть о его «смерти» распространялась по галактике, что едва ли способствовало стабилизации ситуации. На данный момент единственной вещью, которую Хакс вроде бы контролировал, являлся Рен. Совершенно ошалевший, он что-то ворковал крохотной малышке в своих руках, несмотря на её вопли. Хакс взглянул на них обоих с кровати и махнул Мет-Х5, чтобы тот принёс ему запасной датапад. Так он сможет приступить к изучению оперативной информации. Дроид торопливо исполнил приказ, и вскоре Хакс уже отправлял сообщение Митаке: «Залёг на дно, взрыв на конференции. По-прежнему жив и в безопасности. Не доверяйте никому». Мгновением позже пришёл ответ: «Понял. Отступаю из опасной зоны. Встреча?» «Отказ. Возвращайтесь на “Финализатор”. Высылаю шаттл по указанным координатам». Хотя бы с одной задачей покончено. Хакс посмотрел на Рена. Тот качал Аннику на руках и кормил из бутылочки молоком, которое Хакс сцедил до начала их «силовой» затеи. Анника прекратила плакать и, к превеликому удовольствию Рена, поглядывала ему в лицо. Похоже, Рен связал благополучие Анники с благополучием Хакса. Мужчина, который умел останавливать выстрелы и взрывы силой разума, мог читать мысли и телепатией перенёс их обоих на планету, решил, что его первоочередная цель — охранять жизнь Хакса. Хакс улыбнулся. Пьюви и ему подобные даже не подозревают, с кем связались.