The Warbler

После долгого горячего душа Курт медленно дошёл до своего шкафа, чтобы одеться. Он так не хотел никуда идти, но, к сожалению, у него все еще была работа, да и прятаться от реальной жизни в стенах своего дома он больше не мог. Прошло три дня с тех пор, как он нашел свою машину испорченной на парковке и тех писем, что пришли его друзьям. Целых три дня, которые он провел в своей комнате, закрывшись от всех и вся. Он знал, что это было глупо. Блейн уже сказал ему однажды не позволять этому человеку добраться до него, и он пытался быть сильным, но в этот раз он дошел до той стадии, на которой уже не мог вести себя так, будто бы его никак это не задевало. Он боялся того мира, что ждал его снаружи. Он знал, что вел себя как эгоист. У него была семья, были друзья, которым, наверняка, было также страшно, но не всем из них повезло, как ему, иметь целую группу следивших за каждым их шагом телохранителей. Его друзья были уязвимы и совсем одни, и ввязаны во все это из-за него. Он мог лишь успокаивать их, что все будет хорошо. А еще у него был сын, невинный ребенок, который мог рассчитывать только на него. Уилл был бы в ярости, будь он жив. Ведь он верил, что Курт позаботится о его сыне, когда они с Эммой уже не смогут, защитит их самое дорогое в их жизни – их мальчика, которого они так любили. Курт знал, что потихоньку терял Дэнни. До всех этих событий мальчик доверял ему, ведь он был рядом, что бы не случилось. Он оставался сильным ради Дэнни и смог пережить самое ужасное, потому что знал, что был должен, ради них обоих. Но в этот раз все было по-другому: он не видел своего сына с воскресенья. Дэнни не раз пытался заговорить с ним, но Курт лишь игнорировал его, так что вскоре мальчик сдался. Прошлой ночью, когда он пошел выпить стакан воды на кухню и прошел мимо слегка приоткрытой двери в комнату Дэнни, он услышал плач. Это разбило ему сердце: он так подвел своего сына, разрушил их отношения, и уже ничего не мог поделать. Он дал Дэнни обещание, которое не смог сдержать. Наверняка, тот злился но на него, но он даже не знал, как извиниться. Легко все исправить не получилось бы точно. Неожиданно нежные руки обвили его со спины, и он позволил утянуть себя в объятия, не в силах сопротивляться. Это снова был Блейн, еще один очень важный для него человек, которого он избегал. Это было несправедливо. Блейн не должен был быть таким добрым, после того как Курт не разговаривал с ним несколько дней. – Шшш, все будет хорошо, – мягко произнес Блейн. – Что со мной не так? – разбито спросил Курт. – С тобой все в порядке. Все абсолютно нормально. Если тебе нужно поплакать, просто поплачь. Курт повернулся лицом к парню и вытер слезы. – Я не такой. – Он нашел самый изощренный способ ранить тебя. Не нужно притворяться, что все в порядке. Поверь мне, все твои друзья понимают, что тебе нужно время, чтобы прийти в себя, никто ни в чем тебя не винит. – Дэнни зол на меня, – заплакал Курт. – Дэнни страшно, – поправил его Блейн. – В этом также нет твоей вины. – Есть. Моя работа – заботиться о нем, но… я просто не могу смотреть ему в глаза, зная, что все это – моя вина. – Иди сюда, – сказал Блейн и снова утянул его в свои объятия. – Совсем скоро все закончится. Мы найдем его и посадим за решетку, он не сможет навредить тебе. Как только с ним будет покончено, мы начнем работать над вашими с Дэнни отношениями. Дети проще воспринимают такие вещи, с ним все будет в порядке. – М-мне надо поговорить с ним. – Он уже ушел, но мы можем приехать сегодня домой пораньше, чтобы вы смогли провести вместе время. – Что мне ему сказать? – Правду, – грустно улыбнулся Блейн. Расскажи ему, что ты чувствуешь и почему ведешь себя так странно. Он поймет. – Он меня ненавидит. – Курт, перестань винить себя, – сказал Блейн, мягко тряхнув парня за плечи. – Между вами все будет хорошо. Может, он и не совсем понимает, почему ты игнорируешь его, но это не та проблема, которую нельзя решить откровенным разговором и мороженым. – Может, ты и прав, – признал Курт. – Я всегда прав, – подмигнул Блейн. – Давай же, милый. Тебе пора на работу. – Что бы я без тебя делал? – пробормотал Курт. – С тобой все было бы хорошо. Но со мной намного лучше. – Так и есть, – вздохнул Курт.

***

Через полчаса из очень несчастного Курт превратился во взбешенного. Когда он зашел в свою гримерку в театре, на столе его ожидала посылка, и он сразу же понял, что его преследователь успел побывать и здесь. В этот раз он даже никому не позвонил, все равно это было бессмысленно. Этот человек был умным, наверняка, он смог пробраться туда так, что никто его не заметил. Он злобно сжал губы и подошел к коробкам, но прежде чем открыть их, он схватил письмо, лежавшее на самой большой из них. – Оу, написанное от руки письмо. Как мило, – прорычал он, разрывая конверт и доставая оттуда листок. – Что это? – спросил вошедший в гримерку Блейн, услышав злой голос Курта. – Мой поклонник что-то прислал мне, – озлобленно произнес шатен. Он не понимал перемену своего настроения, но злиться на этого человека ему нравилось намного больше. – Курт, ты должен отойти и дать мне осмотреть все, – осторожно сказал Блейн. – Нет. Я слишком много времени потратил на этого урода. Я устал от его игр, – ответил Курт и развернул письмо. Несколько секунд спустя Блейн начал бояться, что Курт мог взорваться и разрушить все вокруг. Он не знал, что там было написано, но Курт разозлился еще больше. Закончив читать письмо, Курт бросил его на пол и посмотрел на Блейна – тот отступил на шаг, опасаясь, что парень мог выместить на нем свои чувства. – Он зашел слишком далеко, – сказал шатен, закипая от злости. – Он не имеет права говорить мне, что делать и как жить. Он не член моей семьи, и никогда им не будет. Блейн подошел к нему и наклонился чтобы подобрать письмо с пола. Он быстро пробежался по нему глазами, не совсем понимая, почему оно разозлило Курта больше чем предыдущие. Оно было даже добрым по сравнению с последним. – Не так уж удивительно, что он знает о дне рождения Дэнни, – сказал в итоге Блейн. – Он следил за вами месяцами, понятно почему… – Дэнни – мой сын! Не надо напоминать мне, когда его день рождения! – закричал Курт. Блейн не мог понять, почему Курт был в таком бешенстве, никто бы не смог. Очевидно, на этот раз преследователь нашел больное место парня, поэтому это письмо задело Курта сильнее предыдущих. Потому что, как бы трудно не было признавать, но этот человек был прав. Со всем этим безумием вокруг, драмой с Блейном и срывом в выходные Курт совсем забыл о дне рождения Дэнни и даже наспех не успел бы придумать что-нибудь, если бы не это письмо-напоминание. Он бы очень ранил своего ребенка, снова заставил бы его плакать. Но это была не его вина, теперь он это понимал. Все это было из-за человека, который думал, будто бы помогал ему, но на самом деле лишь разрушал его жизнь. – Курт, успокойся… – начал Блейн, подходя ближе. – Знаешь, почему это так больно? – спросил парень, взглянув на него. – Я начал готовиться к этому празднику еще несколько недель назад. Все состоялось бы на этих выходных, если бы не вернулся этот ублюдок, из-за которого я все отменил, испугавшись, что все может закончиться плохо. – Я уверен, Дэнни все понимает… – А самое худшее – это то, что, в конце концов, я и в правду забыл об этом, – вздохнул Курт. – На каждый день рождения Дэнни я делаю ему блинчики, мы завтракаем вместе, идем в зоопарк, а потом обедать. Он сам выбирает куда. А сегодня он пошел в школу совсем один, решив, что я забыл о нем. Курт сел и закрыл лицо руками. – Я облажался. Снова. Я превратился в отвратительного отца, и все из-за него. Он сделал глубокий вдох и открыл самую большую коробку, до того как Блейн успел его остановить. – Праздничный торт. Как мило, – выплюнул Курт и потянулся к следующей коробке, но в этот раз Блейн успел перехватить его руку. – Курт, там может быть бомба. Шатен удивленно заморгал. Он настолько поддался своим эмоциям, что совсем забыл, что сталкер мог и навредить ему, если захотел бы. – Отойди подальше, – сказал Блейн и оттащил Курта, до того как самому вернуться обратно к посылке. Он аккуратно распечатал ее, прислушиваясь к возможным подозрительным звукам, но в гримерке стояла абсолютная тишина. Он достал коробку из оберточной бумаги, открыл ее и облегченно выдохнул. – Всего лишь игрушка. Курт подошел ближе и взял игрушку из рук Блейна. Это была фигурка, о которой Дэнни мечтал уже несколько месяцев, после того как увидел ее на дне рождения друга. Курт обещал подарить ее мальчику на его праздник – единственное, о чем он не забыл за несколько безумных недель. Он знал, как это было важно для Дэнни. – Он не имеет права поступать так, – тихо сказал Курт. – В этот раз он зашел слишком далеко. Он заплатит за это. Блейн все еще не понимал, почему Курт был так зол, почему теперь. Ладно, он знал, что Дэнни был слабым местом Курта, но ведь мальчик и раньше был в опасности, хоть, казалось, преследователь не очень-то обращал на него внимание. Может быть, из-за этого Курт и переживал. Этот человек переключился на сына и друзей Курта, для которого это было слишком. – Я вызову полицию, чтобы дать им знать о новых уликах, и попрошу Ника взглянуть на письмо. Может, он найдет что-нибудь в нем, – сказал Блейн. – Не найдет, – медленно покачал головой Курт. – Перестань, – сказал Блейн через несколько минут молчания. – Ты снова винишь себя, это лишь вновь вгонит тебя в депрессию. Ты должен остановиться. – Не волнуйся, я не сорвусь снова, – серьезно сказал Курт. – Я был слабым, но этому пришел конец. Я не позволю ему разрушить меня и то, что у меня есть. Он хочет поиграть со мной? Хорошо. Надеюсь, он скоро вернется, и мы поймаем этого урода и запрем его за решеткой до конца его дней. Курт вылетел из гримерки, а Блейн медленно последовал за ним. Он никогда не видел парня таким злым и не мог решить, нравилась ли ему эта сторона Курта больше чем тот плачущий беспорядок, которым он был утром.

***

Дэнни сделал глубокий вдох и наклонился, чтобы умыть лицо. Перерыв на обед почти закончился, и как бы ему не хотелось оставаться в уборной вечно, он не мог. Этот день должен был быть потрясающим. Он обожал свои дни рождения, потому что они были только для них с Куртом. Они всегда проводили этот день вместе, и Курт всегда придумывал для него что-то незабываемое. Но в этот год все было по-другому. За последние дни Курт даже с ним не разговаривал и, похоже, совсем забыл о его дне рождения: не встал пораньше, чтобы приготовить завтрак, даже не вышел из своей комнаты, чтобы увидеться с ним. Это было ужасно. А в школе все стало еще хуже. Он слишком много наболтал о том, что они с Куртом собирались делать в этот день, и когда с утра он появился в школе, все поняли, что всё пошло не по плану. В очередной раз ему пришлось узнать, какими жестокими могли быть дети по отношению друг к другу. Брендон, чей отец владел несколькими компаниями по всему штату и устраивал лучшие праздники, был первым, кто сказал Дэнни, что его отец, должно быть, совсем забыл о нем. Некоторое время спустя у его одноклассников появились другие теории на этот счет, так что по сравнению с ними Брендон был очень даже милым. Дэнни знал, что это было неизбежно, поэтому теперь он и оказался в уборной, плача и надеясь исчезнуть, только бы не возвращаться в класс. Но удача была не на его стороне. Благодаря Джеффу, присматривавшему за ним все время, он был в безопасности, и с ним не могло случиться ничего такого, что дало бы ему причину пораньше уйти домой. Он вздохнул и вышел из уборной, слабо улыбнувшись своему обеспокоенному телохранителю. Пришло время снова столкнуться лицом к лицу с одноклассниками. – Ты провел там весь обеденный перерыв, – отметил Джефф, когда они зашагали по коридору. – Ты в порядке? – Да. – Ты не очень хорошо выглядишь, – честно признал Джефф. – Все в порядке, правда, – ответил Дэнни и, не сказав больше ни слова, прошел за свою парту. Он сел и взял свою сумку, чтобы достать оттуда все необходимое для следующего урока, когда обнаружил там что-то неожиданное. Ладно, он все равно надеялся, что получит его на свой день рождения, но он никогда не знал, когда мог получить следующее. Он оглянулся по сторонам и, убедившись, что никто на него не смотрел, достал из сумки конверт и открыл его. Он получал эти письма в течение нескольких месяцев, когда ему было грустно или одиноко. Они всегда появлялись во время обеденного перерыва, когда его не было в классе, и он не мог увидеть, кто их оставлял. Иногда у него проскальзывала мысль, что это было нехорошо, особенно учитывая то, через что проходил Курт, но эти письма совсем не были похожи на те, что получал Курт. Тому их отправлял преследователь, который хотел его напугать, а письма Дэнни были совсем другими. Наверняка, они были от кого-то из его одноклассников, который не хотел дружить с ним на виду у всех, но хорошо понимал его. Дэнни это не волновало – он был не очень-то популярным в классе, так что его не удивило, что какой-то мальчик (потому что он точно знал, что это была не девочка) не хотел себя выдавать. Он быстро прочитал письмо и улыбнулся, а потом снова полез в сумку, чтобы достать оттуда коробку. Это был его подарок на день рождения, и он догадывался, что там могло быть. Он не мог дождаться вернуться домой, запереться в комнате и открыть его. Он хотел его еще со дня рождения Брендона и так завидовал, когда тот не переставал хвастаться, зная, что у Дэнни не будет такого до своего праздника. Но теперь был, благодаря его другу, который не забыл о нем, единственный, кому было не наплевать на него в этот день.

***

После нескольких часов работы Блейн смог убедить Курта поехать домой и приготовить хоть что-нибудь для небольшого праздника Дэнни. Курту казалось, что уже было слишком поздно что-то делать, но Блейн был уверен, что с его идеей они могли приготовить для Дэнни нечто незабываемое. Они купили торт и игрушки, приготовили обед и с помощью его друзей украсили гостиную. Когда Джефф и Дэнни переступили порог дома, все было готово. – Сюрприз! – закричал Блейн и выпрыгнул из-под стола, где он прятался, дожидаясь возвращения Дэнни. Наверно, это было не очень хорошей идеей, потому что Дэнни тут же в ужасе подскочил на месте, услышав голос, и начал оглядываться по сторонам, широко распахнув глаза. Да уж, играть в такие игры с мальчиком, жившим в страхе из-за преследователя отца, определенно было не лучшей идеей, но думать об этом уже было поздно. – С днем рождения, милый, – улыбнулся Курт и подошел обнять Дэнни. Мальчик тут же расслабился, начав делать глубокие вдохи. – Видишь? Я же говорил тебе, что они не забыли о твоем дне рождения, – улыбнулся Джефф. Дэнни поделился с ним своими переживаниями в машине, уверяя, что Курт просто забыл, какой был день, или был слишком занят, чтобы думать о нем. Но ведь это была неправда. Дэнни застенчиво улыбался, осматривая гостиную. У него никогда не было вечеринки-сюрприза, и он был счастлив, что для него устроили такое с теми люди, которым он доверял. И он уже не мог дождаться рассказать Брендону и его друзьям, каким классным был его отец. – Ты подумал, что я забыл о тебе? – мягко спросил Курт. – Я… – Дэнни отвел глаза в сторону и покраснел. – Ты ведь знаешь, как ты важен для меня, верно? – спросил Курт и взял мальчика за руки. – Знаю, это не то, чего ты хотел или заслуживал, но… У тебя будет настоящий праздник, как только закончится все это безумие. – Все хорошо, – ответил Дэнни. – Мне все равно не хотелось большой вечеринки. Это была ложь, и Курт знал это, как бы хорошо Дэнни не притворялся. Все-таки он знал мальчика как никто другой. – Я люблю тебя, солнышко, – сказал Курт и снова обнял его. – И я знаю, что уже не раз говорил тебе это, а ты мне не верил, но этого больше не повторится. Обещаю. Я всегда буду рядом, когда бы я тебе не понадобился. – Ты должен приготовить мне блинчики, потому что вчера мы никуда не ходили, – улыбнулся Дэнни. – Ты обещал. – Обещал, – кивнул Дэнни. – А завтра ты получишь свою порцию блинчиков. – Сейчас у нас нет блинчиков, но зато есть кое-что получше, – сказал подошедший поближе Блейн. – Твои любимые перекусы, вкуснейший обед и неплохой торт, который, мы надеемся, тебе понравится. И конечно же, подарки. С чего хочешь начать? Дэнни улыбнулся и с горящими глазами побежал к столу с коробками. – Открывай, – поощряя, закивал Курт. И больше Дэнни не стал медлить. Он схватил первую коробку со стола и распаковал ее. – Вау, – прошептал он. Это была книга, которая понравилась ему в торговом центре пару недель назад, и Курт пообещал ему купить ее. – Давай откроем следующий, – предложил Джефф, воодушевлённый не меньше Дэнни. – Ты такой ребенок, ты же в курсе? – улыбнулся рядом с ним Ник. – Ребенок. Но тебе это нравится, – подмигнул Джефф и удовлетворенно улыбнулся, когда Ник покраснел. Дэнни раскрыл все свои подарки в рекордное время, восторженно показывая их всем вокруг. Курт убедился в том, что они купили лишь те вещи, которые хотел Дэнни. Единственное, что ему так и не удалось найти, была та самая фигурка, и ни за что на свете он не стал бы дарить своему сыну ту игрушку, что оставил в его гримерке преследователь, но он пообещал себе обязательно достать ее позже. – Кто-нибудь проголодался? – спросил Блейн когда с подарками было покончено. Дэнни покачал головой, слишком занятый своими новыми игрушками, чтобы обращать внимание на урчание в животе. Курт сел рядом с ним на колени и мягко дотронулся до его плеча. – Можешь поиграть с ними попозже, а сейчас нужно поесть. – Я не хочу есть, – ответил Дэнни, но ворчание живота предательски выдало его. – Хочешь-хочешь, – улыбнулся Курт и встал, потянув за собой мальчика. – Мы приготовили все твое любимое. Дэнни вздохнул, но все-таки сел за стол со взрослыми. День прошел быстро, но он действительно был лучшим в жизни Дэнни. После обеда и торта он вместе с Куртом и Блейном начал пробовать свои новые игрушки в действии. Некоторое время с ними посидели Ник с Джеффом, пока другие работали. Эта часть дня понравилась Дэнни больше всего, потому что Джефф был таким забавным, и было очевидно, что тот обожал игрушки, как и он сам. Дэнни немного расстроился, когда Джеффу и Нику пришлось уходить, но зато он посмеялся вместе со всеми, когда блондин притворялся, что плакал, пока Ник вытаскивал его из комнаты. Курт и Блейн остались с Дэнни до самой ночи, пока не наступило время идти спать. Он был так счастлив, что за весь день их никто не потревожил и на несколько часов Курт был полностью его. Покормив Кошку и убедившись, что Дэнни лежал в кровати, готовый ко сну, Курт спустился вниз помочь Блейну и Уэсу на кухне. – Вам необязательно это делать, вы же знаете, – сказал он, глядя на двух парней, мывших посуду. – Это моя любимая часть обеда, – подмигнул Блейн. – Потому что готовить ты не умеешь и это единственное, на что ты способен, – подчеркнул Уэс. – Смотрите, кто заговорил, – сказал Блейн, слегка ткнув друга локтем. – Я хотя бы могу признать, что мне это не нравится, и что делаю я это только из-за того, что ты попросил. – Можешь оставить все это, – сказал Курт. – Я сам помогу Блейну. – Иди отсюда, – прошептал Блейн Уэсу на ухо и подтолкнул парня. – "Не будешь ли ты так любезен, оставить нас наедине, чтобы могли пообжиматься, Уэс? Конечно, Блейн. Спасибо, Уэс", – пробормотал Уэс и вышел из кухни. Улыбаясь, Курт проводил того глазами и подошел к Блейну, обняв парня за шею. – А мне нравится его идея. Что насчет того, чтобы пропустить часть с посудой и сразу перейти к поцелуям? – Хорошая идея, дорогой мой, – сказал Блейн, быстро вытерев руки, чтобы обнять Курта. – Спасибо тебе, – сказал Курт, оторвавшись от брюнета несколько минут спустя. – За что? – За сегодня. Ты спас день рождения Дэнни, ты же знаешь? – улыбнулся Курт. – Не, неправда. – Правда, – кивнул шатен. – Мне так повезло, что ты у меня есть. – Да? – улыбнулся Блейн. – Что ж, если ты в настроении, можем пойти наверх и провести там программу для взрослых. – А остальные? – спросил Курт, взглянув на кухонную дверь. – Курт, они же не глупые. – Вообще-то я говорил о твоей работе, – засмеялся парень. – А, да, – кивнул Блейн. – Дай мне пять минут, я схожу проверю ребят. – Поторопись, – флиртуя, прошептал Курт и чмокнул Блейна в щеку, до того как пойти к двери. Блейн побежал открыть ее перед ним, а затем проводил его до гостиной. Курт подмигнул, дошедши до лестницы, его пальцы 'случайно' погладили Блейна через штаны между ног. – Пять минут, – сказал шатен и пошел наверх. – Пять минут, – кивнул Блейн и как можно быстрее побежал в комнату наблюдения.

***

Когда Курт ушел, Дэнни еще несколько минут полежал в кровати, чтобы убедиться, что никто больше к нему не зайдет. Ничего не было слышно, поэтому он сел и потянулся за сумкой, лежавшей на полу около кровати. Все еще улыбаясь от замечательно проведенного дня, он достал оттуда коробку и наконец-то открыл ее. Его улыбка стала еще шире, когда он увидел, что было под оберточной бумагой: там была фигурка, которую он так сильно хотел. Он быстро раскрыл коробку и достал игрушку. Она была идеальной, какой он себе ее и представлял. Брендон тогда не разрешил даже дотронуться до его фигурки, но теперь Дэнни было все равно. Наконец-то, у него была своя собственная. Не то чтобы ему не понравились подарки Курта, но этот… Это было лучшее, что он только мог получить. Он положил фигурку на ночной столик и открыл конверт, чтобы еще раз прочитать короткое письмо. С днем рождения, Дэнни! Знаю, ты давно хотел такую. Он снова улыбнулся, раскрыв ящик ночного столика и взяв в руки остальные письма. Он любил перечитывать их в плохие дни. Все они были написаны на голубой бумаге, а внизу каждого был небольшой рисуночек от его друга. Всегда тот же. Черный кот, напоминавший Кошку, его собственного питомца. Это казалось безумным, ведь Кошка был пауком, но если долго смотреть, рисунки действительно напоминали пауков. Он прочитал последние письма и тяжело вздохнул. Время было трудным, а у Курта были свои проблемы, что он даже не замечал, как тяжело было Дэнни, но письма давали мальчику силы жить. Пройдет время, и все наладится. Рано или поздно преследователя поймают, Соловьев больше не будет, и жизнь Дэнни снова станет прежней. Ладно, Блейн останется, но тот ему нравился. Он хорошо обращался с Куртом и делал его счастливым. И похоже, Блейн беспокоился и о самом Дэнни, что было для него неожиданно, но приятно. Он собрал письма и положил их обратно, медленно задвинув ящик. Там уже были дюжины конвертов, так что нужно было придумать для них новое место, потому что ящик едва закрывался. Он взглянул на свою новую игрушку, засомневавшись на секунду, до того как положить ее рядом с собой на кровати. Было так легко представить, что это был настоящий супергерой, охранявший его во сне и следивший за тем, чтобы ничего не произошло с ним или с Куртом. Это давало ему надежду, что скоро все наладится.