A Soccer Love Story

@OctaviaBlake: Тренировка с @LexaWoods сегодня! Она согласилась угостить меня завтраком, если я обгоню её. Пожелайте мне удачи, ребят. #ОперацияХалявныеВафли @OctaviaBlake: Обновление #ОперацияХалявныеВафли: @LexaWoods всё ещё быстрее меня, и я всё ещё голодна. #мненужнаеда @LexaWoods: Ты никогда не получишь вафли на халяву, подруга. Но это была достойная попытка. #атеперьверниськтренировке @ClarkeGriffin: @OctaviaBlake @LexaWoods Погнали домой! @RavenReyes сказала, что она сделает нам вафли! @RavenReyes: @ClarkeGriffin @OctaviaBlake @LexaWoods Я такого не говорила! Ты королева лжи, Гриффин! @ClarkeGriffin: @OctaviaBlake @RavenReyes @LexaWoods Нужно ли мне напомнить, кто владелец плаща? @RavenReyes: @ClarkeGriffin @OctaviaBlake @LexaWoods Злорадствуй сколько хочешь, Кларк, но плащ скоро будет моим. @LexaWoods: @OctaviaBlake @RavenReyes @ClarkeGriffin… Плащ? @OctaviaBlake: @LexaWoods @RavenReyes @ClarkeGriffin Мы объясним позже. Итак… когда я вернусь домой, там будут вафли, да?

***

— Ты готова? Последний. Три, два, один!       Лекса рванула с места через всё поле. Краем глаза она заметила, что Октавия поравнялась с ней, и, собрав все силы, она смогла обогнать Октавию на несколько шагов. — Фух! — выдохнула Октавия, падая на землю.       Лекса выпрямилась, положив руки на затылок и переводя дыхание. Октавия села, взяла свою бутылку воды и сделала глоток: — Я почти обогнала тебя. — сказала она, ухмыляясь, — В следующий раз уж точно получится.       Лекса фыркнула:  — Удачи. — ответила она и улыбнулась.       Лексе нравился трудовой настрой Октавии. В молодом форварде она видела себя: она также при вызове в сборную стремилась доказать, что её позвали не просто так, и она достойна места в национальной сборной. Это была уже третья их тренировка, и Лекса осознала, что Октавия — отличный партнёр на тренировке. Она была легко обучаема, за что Лекса была ей благодарна. Слишком часто молодые игроки кивали головой, соглашались с замечаниями, но не превращали слова в действия. Октавия спокойно воспринимала конструктивную критику и не стеснялась задавать вопросы. — Хорошо поработала сегодня. — сказала Лекса, — Если ты продолжишь также упорно работать, то у тебя будет большой шанс поехать на Олимпиаду. — Ты так думаешь?! — радостно спросила Октавия. Она вытерла лицо футболкой, прежде чем развязать шнурки, — Боже, я очень надеюсь на это. Это моя самая заветная мечта.       Лекса кивнула и села, снимая бутсы: — Просто продолжай усердно работать, и всё будет хорошо. — сказала она, натягивая кофту. — Мне действительно важно, что ты работаешь со мной. — продолжала Октавия, — А чем ещё ты планируешь заниматься во время отпуска?       Лекса пожала плечами, встала и, подбросив футбольный мяч, поймала его ногой и начала жонглировать: — Да ничем особенным. Просто проведу время с бабушкой и дедушкой. — ответила она. — затем Лекса нахмурилась, — Моя бабушка заставила меня покрасить им кухню.       Октавия рассмеялась, вставая и надевая куртку: — Ну что ж, если тебе захочется потусоваться, можешь зайти ко мне. — сказала она, — А вообще, ты должна приехать! Кларк заставит Рейвен сделать вафли.       Сердце Лексы дрогнуло при упоминании Кларк.       Она была в Сиэтле уже несколько дней, но Лекса не знала, что делать дальше после неопределённого «давай как-нибудь встретимся». После этого разговора ей никак не удавалось перестать думать о враче, а пребывание в одном с ней городе отнюдь не помогало.       Лекса нахмурилась, прокручивая в голове планы на день: — Вообще-то я сказала бабушке, что после тренировки мы пойдём по магазинам. — с сожалением сказала она. — Ну, тогда тебе точно стоит заскочить к нам на ужин! — не отступала Октавия, — Кларк будет готовить. — Я… — начала Лекса и замолчала. Она хочет пойти, но… она занервничала.       Она очень хорошо ладила с Октавией (что поначалу удивляло её, потому что, конечно, она была лучшей подругой для всех своих сокомандников, но Октавия новенькая в их коллективе, и Лексе обычно требовалось некоторое время, чтобы снять маску Командующей). Рейвен также всегда была мила с Лексой (не считая её сарказма, но Лекса ценила это). Но её нежелание признать свою влюблённость означало, что она просто старалась сократить время с Кларк до минимума.       И поэтому она нервничала.       Единственное, что она знала о Кларк — факты, о которых рассказали ей другие люди, (после общения в Твиттере, которое, на самом деле, было не общением, а скорее кратким взаимодействием, она получила сообщение от Эшлин, напоминающее ей, что Кларк любит собак, после которого был телефонный разговор с дочерью вратаря о возможных кличках для собаки, и она внимательно слушала, почему кличка Стич лучше Симбы. Далее последовал звонок от Алекс, которая сообщила Лексе, что Кларк обновила список своих любимых фильмов, включив в него «Звёздные войны», а Аня спросила, пригласила ли Лекса Кларк на свидание), и, хотя они были важными частями целого, Лекса всё ещё не знает Кларк.       Она снова глубоко вдохнула: — Вообще-то, я бы очень хотела присоединиться к вам вечером. — сказала Лекса и улыбнулась, увидев радость на лице Октавии. — Отлично! Я напишу тебе адрес. — радостно сказала Октавия, — А теперь иди сюда и сделай со мной селфи. Твиттеру нужны доказательства, что мы друзья.       Лекса закатила глаза, но придвинулась ближе к Октавии. Она была не очень активна в социальных сетях, но она знала, что это прекрасная возможность для неё и других игроков быть ближе к фанатам. Лекса набрала кучу подписчиков в своём твиттере и инстаграмме после своей первой Олимпиады, и её агент всегда просил делать больше публикаций. Дело не в том, что ей это не нравилось, Лекса любила общаться со своими поклонниками, просто она частенько забывала о социальных сетях. — Улыбнись! — сказала Октавия, обнимая Лексу за плечи и притягивая её ближе. Лекса надела маску Командующей. — О Боже, потрясная фотография. — сказала Октавия и засмеялась, печатая что-то на телефоне.  — Так, я напишу тебе адрес. Увидимся сегодня вечером! — сказала Октавия, хватая свою сумку.       Она улыбнулась и помахала рукой, и Лекса ответила ей тем же. Она собрала оставшиеся вещи и направилась на стоянку, сев в машину.       Лекса разблокировала телефон и открыла инстаграмм, увидев, что фотография Октавии уже набрала более 100 лайков. На ней были ухмыляющаяся Октавия и серьёзная Лекса. Подпись к фото заставила её рассмеяться. @OctaviaBlake: Она любит меня. Тренировки с @LexaWoods — лучшие тренировки! #закончилделогуляйсмело #новыедрузья        Ещё раз посмотрев на фото, она положила телефон обратно в сумку и завела машину.       Она подпевала песне по радио, думая о своем следующем шаге в отношении Кларк. Ей нужно было понять, что Кларк просто человек (с идеальной улыбкой, красивыми глазами и волосами, которые блестели на солнце. Ещё она была супер умной, и также любила футбол, а это замечательный бонус, и, дерьмо, Лекса была влюблена в эту девушку), а Лекса успешно взаимодействовала с людьми раньше.       При последнем разговоре с кузиной, Аня (не очень любезно) указала ей, что Лекса уже выставляла себя дурой перед доктором, так что теперь нужно всё исправлять. И хотя мысль о свидании с Кларк заставляла её чувствовать дискомфорт, она понимала, что Аня права. Ей просто нужно быть самой собой. Так что теперь, когда она влюбилась, она не совсем понимала, что ей делать. Однако, в любом случае, Лекса хотела, чтобы Кларк узнала настоящую Лексу.       Она не хотела, чтобы Кларк думала, что Командующая — это и есть Лекса. Да, это часть единого целого, но, как указывали её товарищи по команде, Лекса — идиотка, которая проводила диснеевские марафоны с детьми своих товарищей по команде и любила бездельничать, ходя по дому в пижамных штанах и очках, а Командующая — лидер на поле, который ведёт команду и разбивает защиту противника.       Лекса подъехала к дому дедушки и бабушки. Возможно, работа по дому поможет ей успокоиться и не переживать из-за предстоящего ужина (это всего лишь ужин, и она не будет с Кларк один на один, и она уже подружилась с Октавией и Рейвен).       С тех пор как ей исполнилось 18 лет, её семья и лучшие друзья — товарищи по команде. Несмотря на всю популярность, которая росла по мере её нахождения в сборной, Лекса не рисковала выходить из своей зоны комфорта, чтобы заводить дружбу с кем-то ещё, помимо её сокомандников. Это были люди, с которыми она проводила больше времени, чем с кем-либо другим, и Лекса понимала, что ей нужно заново учиться налаживать отношения с другими людьми. Большая часть команды нашла себе романтических партнёров до вызова в сборную (или же они влюблялись друг в друга, потому что у них было достаточное количество пар в команде, но это было прекрасно, Лекса обожала их), и поэтому у Лексы не было примера, как строить отношения с кем-либо вне команды.       Она вздрогнула и подскочила на месте, услышав стук в окно машины, который оторвал её от мыслей (что было очень кстати, потому что она забежала далеко вперёд, а сегодня был просто ужин с друзьями). — Что ты там делаешь, дитя моё? — спросила бабушка, глядя на неё через окно, — Скорей домой. Твой дедушка испёк печенье.       Лекса ухмыльнулась, отстегивая ремень безопасности и открывая дверь. Как только она вошла в дом следом за пожилой женщиной и закрыла дверь, до неё дошел запах печенья. Лекса, как всегда, засмотрелась на висевшие на стенах фотографии, на которых были она, её кузены, её родители, тетушки и дядюшки. Она прошла на кухню и остановила взгляд на холодильнике, дверца которого была увешана вырезками из газет и журналов и фотографиями, на которых были она и Аня. Там была фотография с первого футбольного матча Лексы, который прошёл, когда ей было всего пять; фотография со средней школы; её первая игра в университете на первом курсе; фотография, где Аня и Лекса стояли рядом в своих футболках UNC на Олимпиаде, и ещё одна: Лекса стояла на пьедестале почета, поднимая Кубок мира.       Было ясно, что бабушка и дедушка Лексы — самые верные её поклонники.       Она повернулась к плите, где её бабушка за что-то ругала дедушку, хотя на её лице был намёк на улыбку, а дедушка широко улыбался. Эта сцена тоже заставила Лексу улыбнуться.       Индра и Густус Вудс были самыми любимыми людьми Лексы (хотя если бы Аня спросила об этом, Лекса ответила бы, что это её кузина).       Её бабушка была грозной, необычайно сильной для 70-ти лет женщиной, самой крутой женщиной, которую Лекса когда-либо знала (однажды она позвонила своей бабушке будучи на сборах, и Индра небрежно обронила, что кто-то пытался ограбить её, и прежде чем Лекса успела испугаться и побежать за Аней, бабушка рассказала, что грабитель в настоящее время находится в больнице из-за травм, которые он получил, когда Индра воспользовалась навыками, полученными на занятиях по карате). У её бабушки обычно было грозное выражение лица, которое пугало соседей и детей, и Лекса была убеждена что холодный взгляд ей достался именно от бабушки.       Но Индра всегда питала слабость к Лексе (и к Ане, и к их двоюродному брату Линкольну, они втроём часто спорили, кто из них самый любимый). Они втроём навещали её чаще всего, и это было самое любимое место Лексы, не считая поля. Но её бабушка делила титул самого любимого человека с дедушкой, Густусом.       В то время как Индра была больше командиром, серьезной и сильной, Густус больше походил на большого плюшевого медведя. Он был крупным мужчиной, который всегда заставлял Лексу чувствовать себя маленькой и защищённой. Она была карликом по сравнению дедушкой, и ей приходилось поднимать глаза, когда она говорила с ним. Густус был первым, к кому она обращалась, если ей требовался совет.       Её бабушка и дедушка казались абсолютно противоположными личностями, но Лекса знала, что они любят друг друга. По мере взросления, она любила проводить время в их доме. Он всегда был наполнен любовью, теплом и воспоминаниями, как на заднем дворе она пинала мяч вместе с дедушкой, или же в парке в десяти минутах езды, куда она, Аня и Линкольн ходили играть. — Держи, Александрия. — сказал Густус, держа в руке тарелку с печеньем, — Возьми печенье. — Возьми больше одного печенья. — добавила Индра, — Ты слишком худая.       Лекса ухмыльнулась, взяв с тарелки два печенья. — Сегодня вечером мы с твоим дедушкой идём играть в бинго. — продолжала бабушка, — Я оставлю тебе деньги на пиццу.       Лекса усмехнулась и покачала головой. Ей уже 26, но её бабушка всё ещё пыталась дать ей деньги на пиццу: — Всё в порядке, у меня есть деньги. — сказала она, — Но вообще я иду ужинать к моей подруге Октавии. — Тот новый форвард, который забил в матче с Бразилией? — спросил Густус, усаживаясь за стол.       Лекса кивнула и промурлыкала, откусив часть печенья с шоколадом. Её дедушка — лучший пекарь. — Она мне нравится. У неё есть характер. — сказала Индра, — Ты ведь тренировалась вместе с ней, да? — Да. — подтвердила Лекса, — И она пригласила меня поужинать с ней и Рейвен, ну ты же помнишь нашего диетолога? И с новым врачом — Кларк. Они лучшие друзья и выросли здесь. — Ты близка с ними? — спросила Индра, взяв стакан из шкафа и наливая Лексе немного молока. — Ну, они мои новые друзья, — продолжила Лекса, запив печенье молоком, — Рейвен я знала раньше, и она всегда была ко мне дружелюбна. А Кларк новенькая, но хорошо разбирается в футболе. Они очень милые. — она вздохнула, и дедушка протянул ей ещё одно печенье, — Особенно Кларк. Был такой момент после игры, когда Келлан, ну, ты знаешь, дочка Алекс и Тобин, упала, и я подумала, что сейчас у меня на руках будет плачущий ребёнок, но тут откуда ни возьмись появилась Кларк, помогла ей и дала леденец. Это было очень мило.       Она допила молоко и снова посмотрела на бабушку с дедушкой, которые внимательно смотрели на неё. — Ну и что? — спросила она, вытирая губы рукавом. — Тебе нравится Кларк. — прямо сказала Индра. — Что? Почему ты… — У тебя загорелись глаза во время рассказа, и мы, кстати, не спрашивали, ты сама начала рассказывать о ней. — заметил Густус. — Я не… — Мне нужно познакомиться с этой девушкой, если ты собираешься с ней встречаться, — продолжила Индра, и Лекса почувствовала, как покраснели её щёки. Она сердито посмотрела на дедушку, который еле сдерживал смех. — Я с ней не встречаюсь. — быстро сказала Лекса. — Но ты же этого хочешь. — поддразнил её Густус.       Лекса снова нахмурилась. — А теперь отвези меня в продуктовый магазин. — сказала Индра, вставая, — Ты можешь рассказать мне больше о Кларк по дороге. — Да ничего такого… — начала Лекса, хлопнув дедушку по плечу. — Ну же, Александрия! — воскликнула бабушка, обрывая её.        Лекса показала дедушке язык, схватила куртку и ключи от машины и последовала за бабушкой на улицу. — Итак, что же за доктор Кларк? — спросила Индра.       До ужина оставалось еще несколько долгих часов.

***

— Ты выглядишь глупо. — Ты так говоришь только потому, что в этом месяце он мой. — Ты выиграла чисто формально. — Я тебя прямо-таки избила. — Заткнись! — Заставь меня. — Я так и сделаю… — Эй, я уже дома!       Кларк и Рейвен прекратили свои препирательства и посмотрели вверх, увидев Октавию, входящую в дом и все ещё одетую в тренировочную форму с сумкой, перекинутую через плечо. Футболистка остановилась на пороге кухни, разглядывая открывшееся перед ней зрелище.       В данный момент Кларк стояла, уперев руки в бока, голубая с золотом накидка была застегнута на шее спадала на спину. Рейвен нахмурилась, скрестив руки на груди, сжимая в руке лопатку. Они вдвоём тусовались в доме Блейков, пока Эбби работала в ночную смену в больнице, а Аврора работала перед ужином с Беллами.       Прежде чем войти в комнату, Октавия кинула сумку на пол: — А почему накидка снята? Что ты заставляешь Рейвен делать сейчас? — Вафли! — воскликнула Кларк, — Она ведёт себя как ребенок. — Я проклинаю тот день, когда мы вообще подумали об этом плаще. — нахмурилась Рейвен. — Ты так говоришь только потому, что в этом месяце у тебя его нет. — заметила Октавия, хватая одну клубнику с разделочной доски перед Кларк и отправляя её в рот. — Дурацкая накидка. — проворчала Рейвен, возвращаясь к вафлям. Ах, Этот Плащ.       Замечательная идея — по крайней мере, так они думали, когда впервые её придумали.       Это началось ещё на первом курсе колледжа, когда они втроём не могли решить, какие фильмы смотреть во время вечера кино. Они спорили до глубокой ночи (и это не преувеличение, потому что вечер кино был серьёзным делом, и один неверный выбор фильма действительно мог испортить остаток ночи), пока наконец Октавия не предложила им устроить соревнование по дартсу. Победитель должен был выбрать фильм.       Рейвен насмехалась над этой идеей, зная, что она хуже всех играет в дартс — пока Кларк не вытащила одеяло из-под кровати и молча не села, схватив ножницы и обрезав края. Она подошла к шкафу, достала оттуда пару комбинезонов, отрезала от них застежки, порылась в столе, достала нитку и иголку и быстро пришила застежки к концам одеяла. Когда она, наконец, закончила, она подняла одеяло, объявила, что победитель получит его и будет носить его на плечах, как плащ, что означало господство владельца над двумя другими в течение месяца. Глаза двух других подруг расширились от перспективы этого (и потому, что все их детские мечты состояли в том, чтобы быть супергероем, который носит плащ, так что, черт возьми, да, они собирались соревноваться).       Вот так родилась эта накидка.       Была ли это странная традиция?       Возможно.       Разве это не смешно, что три взрослые женщины время от времени надевают плащ?       Ну откровенно говоря — да.       Но, тем не менее, это была традиция, и поэтому каждый второй месяц происходил новый вид состязания, в котором победитель забирал домой плащ. В течение многих лет были добавлены новые правила, чтобы обеспечить руководство для владельца трофейного плаща (но после победы Рейвен, Кларк была вынуждена делать всю её домашнюю работу по биологии в течение целого месяца), тогда трое решили, что власть будет ограниченной.       К несчастью для Рейвен, приготовление завтрака для подруг не входило в список ограничений.       Именно поэтому Рейвен в данный момент готовила вафли на кухне, а Кларк и Октавия с нетерпением ждали её у стойки. — Ой, не жалуйся, Рейвен. — радостно сказала Кларк, — Я же сказала тебе, что приготовлю сегодня на ужин рыбные тако. — Не пытайся умаслить меня, Гриффин, приготовив мое любимое блюдо. — нахмурилась Рейвен, хотя на её лице был намек на улыбку, когда она наливала тесто в вафельницу.       Кларк улыбнулась и повернулась к Октавии, которая с удовольствием ела фрукты, слушая подшучивания своих лучших подруг. — Как прошла твоя тренировка, О? — спросила Кларк, потянувшись за клубникой. — Хорошо. — ответила Октавия, напевая себе под нос.  — Да, кстати, я пригласила Лексу на ужин, так что тебе, наверное, стоит приготовить больше тако, чем обычно.       Кларк закашлялась, подавившись клубникой, которую только что положила в рот. Октавия несколько раз ударила её по спине, а Рейвен тут же оказалась рядом с ними, предлагая Кларк стакан воды. — Господи, Кларк! Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Рейвен. Октавия переключилась с ударов Кларк по спине на растирание кругов, и Кларк просто кивнула, её глаза слезились. — Извини, — чуть слышно выдохнула Кларк, сделав несколько глотков воды, — ты только что сказала, что Лекса придет на ужин?       Октавия подняла бровь, повернувшись, чтобы обменяться взглядом с Рейвен: — Да… — медленно ответила она. — Сюда? Сегодня вечером? — спросила Кларк. — Да, Кларк. Ужин. Рыбные тако. — подтвердила Октавия. — Лекса придет сюда сегодня вечером, чтобы съесть рыбные тако? С нами? — спросила Кларк.       Рейвен вздохнула и повернула табурет Кларк так, чтобы она оказалась лицом к ней, и положила руки на плечи Кларк: — Гриффин, возьми себя в руки. Лекса придёт сюда сегодня вечером, чтобы съесть твои бомбовые рыбные тако. Это проблема? — Чт… Нет! Нет. — поспешно ответила Кларк, делая еще несколько глотков воды, — Я просто… это просто удивило меня. Но это… Я… Всё в порядке. — Ты уверена? — спросила Октавия с ухмылкой на лице, — Потому что ты вроде как сильно разозлилась, когда я тебе сказала. — И ты подавилась. — добавила Рейвен.       Кларк хмуро посмотрела на своих лучших подруг, прогоняя Рейвен, которая вернулась к вафельнице. Октавия рассмеялась, прежде чем снова переключить своё внимание на разделочную доску, отправляя в рот очередную клубнику.       Лекса собиралась прийти к ним на ужин.       Сюда.       На ужин.       Рыбные тако.       Кларк не разговаривала с Лексой с тех пор, как они встретились в последний день сборов, когда Лекса предложила ей как-нибудь встретиться и выпить кофе. С тех пор Кларк убедила себя, что приглашение Лексы на свидание — это не то же самое, что приглашение Лексы на свидание (несмотря на то, что её друзья и мама с мамой Блэйк дразнили её, что это был намек на свидание) — девушка вероятно, просто была дружелюбной и пыталась протянуть руку и познакомиться с новым врачом команды, как и её другие товарищи по команде, которые проявили инициативу ранее. Кларк сказала бы, что ей было неловко от того, как охотно она ухватилась за возможность узнать больше о Лексе, но всё, о чем она действительно могла думать, это как ей волнительно.       За то короткое время, что она знала звезду футбола, с момента их первой встречи несколько недель назад, Кларк чувствовала, что она видела кучу разных сторон Лексы, и она действительно хотела узнать больше.       Она видела стоическую и прямолинейную Командующую, которая контролировала темп игры и помогала одержать победу над Бразилией.       Она видела дразнящую и ухмыляющуюся Лексу, которая появлялась в окружении своих товарищей по команде.       Она видела, как безудержно радовалась и вела себя по-детски тётя Лекса, которая позволяла пятилетним детям забивать себе голы и проигрывала в гонке с пятилетним ребёнком, смеясь и визжа вместе с ними.       Она также была похожа на неуклюжую, милую Лексу, которая споткнулась о собственные ноги и выругалась на пол.       Кларк не могла не задаться вопросом, что ещё она увидит, когда Лекса действительно захочет открыться.       Честно говоря, Кларк не могла больше ждать. — Тогда мы с Рейвен пойдем за продуктами, когда закончим завтракать. — сказала Кларк.       Октавия усмехнулась и кивнула: — Рыбные тако. — радостно сказала она.       Кларк только покачала головой. — А вот и ты, любовь моя. — сказала Рейвен с преувеличенно шикарным акцентом. Она поставила тарелку с вафлями перед Кларк и одну перед Октавией, прежде чем запрыгнуть на барную стойку и схватить свою тарелку. — Рейвен, я так люблю тебя и хочу выйти за тебя. — сказала Октавия, улыбаясь, прежде чем отрезать себе большой кусок вафли.       Кларк рассмеялась, качая головой, прежде чем налить сироп на свою стопку и откусить кусочек: — Фу, нет. Рейвен, я люблю тебя больше, и ты должна выйти за меня! — простонала Кларк, откусывая ещё один кусочек вафли.       Рейвен только подмигнула им обеим, прежде чем радостно начать поглощать свою порцию вафель, а Октавия продолжила рассказывать им об утренней тренировке.

***

— А как насчет этого? — спросила Рейвен, держа в руках пакет равиоли.       Кларк покачала головой, глядя на предмет, который Рейвен держала в руке. Они вдвоем были в продуктовом магазине, покупая ингредиенты для ужина, и это заняло вдвое больше времени, чем обычно, потому что Рейвен продолжала настаивать на добавлении продуктов в тележку («но Кларк, мне нужны эти макароны с сыром, они в форме ракет, а я настоящий ученый-ракетчик», на что Кларк усмехалась и говорила, что Рейвен работает диетологом, на что Рейвен утверждала, что это не отменяет степень аэрокосмического инженера, которую она прятала в заднем кармане, и многочисленные предложения от НАСА, которые она отклоняла, поэтому Кларк бросила макароны с сыром в тележку), хотя Кларк напомнила Рейвен, что они уже ходили за продуктами несколько дней назад, а сейчас здесь только для того, чтобы купить продукты для рыбных тако. — Так ты нервничаешь? — Хм? — промурлыкала Кларк, оглядывая проход в поисках лепёшек. — Ты нервничаешь из-за того, что Командующая придёт сегодня вечером? — снова спросила Рейвен.       Кларк схватила лепёшки с полки и перешла к овощному отделу, ища капусту. — Вроде того. — ответила она, когда Рейвен последовала за ней, — но больше взволнована. — Кларк сделала паузу, изучая овощи, — Просто… в ней есть что-то такое, понимаешь? Что-то такое, что притягивает меня к ней. — Все дело в этих глазах. — сказала Рейвен, хватая пару яблок и кладя их в тележку. — О боже, эти зелёные глаза. — согласилась Кларк, толкая их тележку за угол. — А ноги? — Эти футбольные шорты… они просто идеально сидят на её ногах. — простонала Кларк. — Но дело не только в том, что она чертовски красива. — она вздохнула, остановившись перед напитками и взяв несколько бутылок пива и содовой. — Она вроде как… очаровательна? Например, иногда у меня такое чувство, что она большая дура. Рейвен фыркнула: — Командующая? Дура?       Кларк пожала плечами: — Ну, не знаю. Она… — Кларк замолчала, заметив пожилую женщину, пытающуюся дотянуться до бутылки сока на верхней полке. Она быстро подошла к женщине и встала рядом с ней.  — Давайте я Вам помогу. — сказала Кларк, протягивая руку и хватая нужный предмет. Женщина хмурилась, хотя Кларк видела, что её глаза заблестели: — Спасибо. — сказала она, — Проклятый сок, нужно поставить его в более доступном месте. Это любимый напиток моей внучки.       Кларк улыбнулась пожилой женщине: — Это так мило с Вашей стороны. — Она… — Бабушка! Я не смогла найти цельное молоко, но у этого два процента, и я предполагаю… Кларк, — сказал знакомый голос, обрывая пожилую женщину. Кларк наблюдала за появлением Лексы, которая широко раскрыла глаза от удивления, когда она увидела Кларк и бабушку, стоящих рядом друг с другом, — О. Привет, Кларк. — сказала Лекса, ставя молоко в тележку пожилой женщины. — Это и есть твоя Кларк? — спросила женщина, переводя взгляд с Кларк на Лексу.       Кларк посмотрела на Лексу, видя, что уши футболистки слегка порозовели, что становилось привычным зрелищем, когда речь заходила о взаимодействии между ними двумя.       Лекса прочистила горло, прежде чем кивнуть головой в сторону Кларк: — Нона, это доктор Гриффин, новый командный врач. — она увидела знакомую ухмылку на лице Рейвен, которая стояла позади Кларк.  — Это Рейвен, диетолог нашей команды. Кларк, Рейвен, это моя бабушка, Индра. — Здравствуйте! — сказала Кларк, протягивая руку. Индра ухмыльнулась Лексе, которая узнала озорной блеск в глазах своей бабушки, несмотря на то, что её лицо не выражало эмоций. А потом Лекса хлопнула себя ладонью по лицу и тяжело вздохнула, когда её бабушка посмотрела на протянутую руку Кларк и быстро дала ей пять.       Кларк моргнула, уставившись на неё на секунду.       Бабушка Лексы только что дала ей пять.       А потом Кларк ничего не могла с собой поделать — она расхохоталась.       Уголки рта Индры дернулись вверх.       Рейвен громко рассмеялась.       Лекса застонала, слегка наклонив голову, пытаясь исчезнуть за воротником своей куртки.       Лекса собиралась убить Аню (потому что знала, что её двоюродная сестра имеет к этому какое-то отношение — она, вероятно, рассказала их бабушке о рукопожатии в тот же вечер, когда разговаривала с ней по телефону). — Я так рада познакомиться с вами. — сказала Кларк, когда наконец-то отдышалась.       Индра слегка кивнула ей: — И я тоже, доктор Гриффин. Кларк махнула рукой: — Пожалуйста, зовите меня Кларк. — сказала она. — Рейвен усмехнулась: — Если бы я четыре года училась в медицинском колледже, то заставила бы всех постоянно называть меня доктором. Ты заслужила это дерьмо… возьми грибы. — сказала она, смущенно закончив фразу и взглянув на бабушку Лексы, — В любом случае, ты готова к рыбному тако, Лекс?       Лекса приподняла бровь, услышав, как другая девушка сокращает её имя, но тем не менее была слегка тронута тем, что Рейвен чувствовала себя с ней достаточно комфортно. Она кивнула головой в ответ на вопрос Рейвен. — Нет, Лекс. — продолжала Рейвен, — Ты готова к рыбным тако? — Я… да? — ответила Лекса. Она посмотрела на Кларк, надеясь получить ключ к разгадке того, почему Рейвен была такой настойчивой, но Кларк была занята разговором с бабушкой. —… самый большой ущерб, который ты можешь нанести… —… используй мой локоть, чтобы…       Лекса быстро переключила свое внимание обратно на напряженный взгляд Рейвен, решив, что она абсолютно не хочет знать, о чем её бабушка спрашивала Кларк (вероятно, об эффективности чего-то, чему она научилась на уроке карате, и Лекса не хотела вмешиваться в это, потому что её бабушка делала очень грозный вид, когда говорила об уроках карате, а затем настаивала на демонстрации приёмов, и Лекса была вынуждена купить новый кофейный столик для своих бабушки и дедушки после того, как Индра впечатляюще сломала их старый одним ударом). — Да, я готова к рыбным тако. — подтвердила Лекса. — Хорошо, потому что рыбные тако Кларк — это буквально лучшая вещь на этой планете. — сказала Рейвен, опираясь на свою трость, чтобы наклониться ближе к Лексе. — Секрет кроется в самом соусе. Это секретный соус. Лекса усмехнулась: — Ну вот, теперь я действительно готова к ужину сегодня вечером. — сказала она. — Молодец, девочка. — сказала Рейвен, решительно кивая головой. Они обе повернулись, смотря на Индру, которая теперь вытягивала руку перед собой, спрашивая что-то у Кларк, и Лекса определенно узнала взгляд своей бабушки и решила, что ей, вероятно, следует вмешаться, прежде чем что-то случится (например, ее бабушка могла бы разбить бутылки очень дорогого алкоголя прямо за ней одним неуместным ударом спины). — Ммм, простите?       Тихий голос остановил Лексу прежде, чем она успела что-то сказать своей бабушке, и это привлекло внимание Кларк, Индры и Рейвен тоже. Она обернулась и увидела перед собой маленькую девочку лет семи, одетую в футбольные шорты и футболку «Лекса Вудс».       Лекса улыбнулась и опустилась на колени, чтобы заглянуть девочке в глаза: — Ну, привет, милая. — сказала она. — А вы Лекса Вудс? — тихо спросила девочка, широко раскрыв глаза, когда Лекса утвердительно кивнула головой.  — Как ты думаешь… всё будет в порядке?.. — маленькая девочка резко обернулась и посмотрела на женщину, которую Лекса приняла за её маму. Мать кивнула головой и ободряюще улыбнулась ей. Девочка снова повернулась к Лексе и застенчиво улыбнулась, — Могу я попросить у Вас автограф? — спросила она, протягивая мне фломастер.       Лекса улыбнулась и взяла предложенную ручку: — Ну конечно же, милашка! А как тебя зовут? — спросила она, когда девочка повернулась и Лекса сняла колпачок с фломастера. — Алекс. — сказала маленькая девочка. — Одну из моих лучших подруг зовут Алекс! — сказала Лекса. — Алекс Морган? — взволнованно воскликнула девочка.  — Она ещё одна моя любимица! — Она мне очень нравится. — сказала Лекса, кивая головой и записывая сообщение.  — Ты играешь в футбол, Алекс? — Ну да! Вчера у меня была игра! Я играю в центре! — взволнованно сказала Алекс. — Ух ты! Полузащитник? — воскликнула Лекса, подписывая свое имя. — Это моя позиция! — Я хочу быть такой же, как ты! — сказала Алекс, повышая голос, она становилась всё более взволнованной.       Лекса закрыла фломастер, и девочка снова обернулась. Она протянула Алекс фломастер и снова улыбнулась ей: — Ну, продолжай усердно работать, Алекс, и очень скоро ты станешь футболистом лучше, чем я!       Глаза Кларк сияли, и мягкая улыбка была на её лице, Рейвен тоже улыбалась Лексе, показывая ей большой палец вверх. — Извини. — смущенно сказала она, теребя молнию на куртке. — Не беспокойся. — сказала Рейвен и толкнула локтем Кларк. — Ну что? Всё хорошо. — поспешно сказала Кларк. — Ну… — протянула Лекса, — Ммм… Я думаю, мы увидимся вечером, ребята?       Кларк улыбнулась ей, и сердце Лексы сжалось: — Увидимся вечером. — подтвердила она, — Индра, было очень приятно познакомиться с вами. — продолжила Кларк, — Если вам понадобятся ещё какие-нибудь советы как лучше кого-то ударить, просто дайте мне знать.       У Лексы отвисла челюсть, а на лице застыло выражение ужаса, когда Индра просто кивнула и торжественно похлопала Кларк по плечу. — Увидимся позже, Командующая. — сказала Рейвен, отдавая честь Лексе. Она повернулась и тоже отсалютовала Индре.  — Бабушка Командующей.       С этими словами они вдвоем пошли дальше по проходу, Кларк оглянулась только один раз, чтобы встретиться взглядом с Лексой. — Она очень красивая. — сказала Индра.  — И весьма эрудированна.       Лекса просто улыбнулась, прежде чем забрать тележку у бабушки и направиться к кассе.       Она была так готова к рыбным тако (и Кларк).       Алекс ахнула, прежде чем быстро кивнуть головой. Она рванулась вперед и обхватила своими крошечными ручками шею Лексы, прежде чем помахать ей и побежать обратно к маме, взволнованно болтая, когда мама засмеялась, помахала рукой и кивнула Лексе, которая ответила тем же жестом.       Она встала и повернулась обратно, ее лицо слегка покраснело, когда она увидела выражение лица своей бабушки — это было выражение гордости, и редкая улыбка появилась на лице Индры.

***

      Лекса была совсем не готова. — Аня! — закричала Лекса в трубку, как только ее кузина сняла трубку, — А что мне надеть? Что, черт возьми, вы надеваете на обычную тусовку, которая не включает в себя всех футболистов? Могу я просто надеть свои стандартные спортивные штаны и рубашку? Или что-то похожее на платье?       Она услышала, как Аня вздохнула, прежде чем услышала легкое постукивание, исходящее от телефона другой девушки: — Аня! — крикнула она снова, когда ее кузина все еще продолжала молчать. — Просто надень джинсы и рубашку, Лекса. — наконец сказала Аня. — А что, если все-таки платье? — Лекса застонала. — Нет. — сказала Аня. — Я только что написала Октавии. Просто надень джинсы и фланелевую рубашку. И перестань быть странной. Ты ведёшь себя так, словно никогда раньше не общалась с другими людьми.       Лекса вздохнула, и после еще одной короткой ободряющей речи от Ани (которая на самом деле просто состояла из того, что Аня сказала Лексе не быть странной снова и не делать «ту вещь, где ты выдаёшь кучу каламбуров, чтобы нарушить тишину, это не смешно, это в основном просто грустно»). Она дважды проверила адрес, который прислала ей Октавия, и вставила его в навигатор, а потом моргнула, осознав, что от дома её бабушки и дедушки всего двадцать минут езды. Включив свой плейлист pump up (и она никогда никому не признается, что ей нужно было использовать свой плейлист pump up, чтобы пойти на ужин с новыми друзьями), она выехала с дорожки и отправилась в путь.