A Soccer Love Story

— Командующая здесь!       Кларк оторвалась от готовки. Три подруги были на кухне: Октавия и Рейвен устроили мини-поединок зефирками («ребят, почему даже зефир от вас убегает?» — жаловалась Кларк после того, как ей несколько раз прилетело по лбу, пока она готовила, но ответом была очередная зефирка, брошенная в неё). Когда позвонили в дверь Рейвен решила открыть. Кларк улыбнулась, услышав восклицание Рейвен. — Привет, Лекса! — радостно прощебетала Октавия, спрыгивая со стула и заключая Лексу в объятия. — У-у-умм. — проворчала Лекса, — Привет.       Кларк заметила дискомфорт на лице Лексы: она поняла, что Лекса была одной из тех людей, которым нужно привыкнуть к физическому контакту с новыми людьми. Не то чтобы ей было некомфортно с Октавией, но, похоже, она держала людей на расстоянии вытянутой руки, пока не узнает их достаточно хорошо. Кларк очень надеялась, что сегодняшний ужин сделает их всех ещё на один шаг ближе к настоящей Лексе Вудс. — Командующая принесла выпивку! — радостно сказала Рейвен, держа в руках ящик пива. — Я не знала, что лучше к тако… я предположила, что пиво подойдёт, но если вы предпочитаете… — Пиво — это прекрасно, Лекса. — прервала её Кларк и улыбнулась, увидев, как на щеках Лексы появился лёгкий румянец. Она вытерла руки полотенцем и подошла поближе к Лексе, — Привет. — сказала она, прежде чем обнять её. — Привет. — сказала Лекса, прочищая горло. Кларк почувствовала, как Лекса обняла её в ответ, и не сдержала широкой улыбки.       Кларк отпустила Лексу и вернулась к плите, положив рыбу на сковородку. — Надеюсь, ты проголодалась. Я приготовила побольше, потому что Октавия обычно много ест в дни тренировок, поэтому я решила, что ты, может быть, тоже ешь больше. — сказала Кларк       Лекса кивнула и села за стойку рядом с Рейвен. Она глубоко вздохнула, вспомнив, что нужно расслабиться — это была просто дружеская встреча. — Я слышала много хорошего об этих рыбных тако. — сказала она, — Честно говоря, я ожидаю, что они изменят мою жизнь. — Так оно и есть. — подтвердила Рейвен. — Лучшие рыбные тако, которые ты когда-либо попробуешь. — добавила Октавия. — Ага, чушь собачья. Вы обе. — сказала Кларк, — секрет же кроется в самом соусе! — она слегка повернула голову и посмотрела на Лексу, переворачивая рыбу на сковороде, — Это рецепт моего отца. И это любимое блюдо О, она выбирала меню на сегодняшний вечер, так как у неё праздник! — А что мы празднуем? — спросила Лекса. — У вас с О всё было хорошо во время первого этапа победного тура. — сказала Кларк, улыбаясь. — Мы готовим их при каждом удобном случае, — вмешалась Октавия, — они самые лучшие. — Тебе нужна помощь? — Спросила Лекса, закатывая рукава рубашки.       Кларк покачала головой и снова улыбнулась:  — Нет, спасибо, я уже почти закончила. Если хочешь, можешь пока поболтать с Рейвен, а я открою тебе пиво. — Мне запретили готовить. — сообщила Рейвен Лексе. — Но разве не ты сегодня утром готовила вафли? — заинтересованно спросила Лекса.       Рейвен кивнула:  — Да, но мне не разрешают пользоваться плитой после одного крошечного инцидента. — Разве ты можешь винить нас? Ты подожгла тут всё, Рейвен! — ответила Кларк, доставая продукты из холодильника и кладя их на стойку. — Это было всего один раз. — возразила Рейвен, — А я ведь даже ничего не приготовила. — А какое было одно из наших правил, Рейвен? — спросила Октавия.       Рейвен пробормотала что-то неразборчивое, делая глоток пива.       Октавия откашлялась и продолжила пристально смотреть на Рейвен:  — Что-что, Рэйес?       Рейвен громко вздохнула и поставила свою бутылку обратно на стойку: — Я не должна использовать кухню для своих экспериментов. — И что же ты такое сделала, что кухня взорвалась? — Эй, кухня точно не взрывалась. — сказала Рейвен, — Это была всего лишь плита. — И микроволновка. — вставила Кларк, нарезая лайм. — И всё же я не думаю, что это равносильно пожизненному запрету на готовку. — возразила Рейвен. — Мы больше не спорим об этом. — сказала Кларк.       Рейвен нахмурилась: — Прошло уже два года. Я думаю, что мы должны снять этот запрет. — Не понимаю, почему тебя это так волнует, ведь ты даже готовить не умеешь. — вмешалась Октавия. — Я умею делать вафли! — воскликнула Рейвен. Она повернулась к Лексе и серьёзно повторила, — Я умею делать вафли. — Рей, мы разрешаем тебе пользоваться плитой, пока ты под присмотром. — спокойно сказала Кларк, обжаривая лепёшки. — Послушай, я же не виновата, что плита взорвалась. — оправдывалась Рейвен, — И вообще это был очень болезненный кулинарный опыт, который оставил мне шрамы на всю жизнь, и поэтому я не могу правильно работать со всем этим. — И что же случилось? — спросила Лекса, улыбаясь. Ей нравилось то, как подруги взаимодействуют друг с другом, это было забавно. Их отношения были такими плавными и лёгкими, Лекса никогда раньше не видела ничего подобного. Поначалу это было немного странно, но это прошло после того, как она побольше узнала о них. — Ах, очень хороший вопрос, моя дорогая Командующая. — торжественно произнесла Рейвен, вставая и хватая свою трость, — В том году, — громко продолжила она, заставив Лексу чуть вздрогнуть, — был 2012 год. Я, молодой и впечатлительный гений в возрасте… — Рейвен, успокойся. — вмешалась Октавия, — Лекса не хочет слушать твою выдуманную историю. Мы ведь прекрасно знаем, что произошло на самом деле.       Кларк повернулась к Лексе, мешая что-то в кастрюле:  — Рейвен пыталась воссоздать соус, который я сейчас готовлю, и положила в него слишком много перца. — объяснила она, — Мы вернулись домой и застали её жадно поглощающую молоко и орущую на всю квартиру. — Всё не так просто! — воскликнула Рейвен, скрестив руки на груди, — Кроме того, Лекса хочет услышать всю историю. Не так ли, Лекса?       Трое подруг повернулись и уставились на Лексу, которая заерзала под их пристальными взглядами. Она не была уверена в том, что именно они хотят от неё услышать, поэтому молчание затянулось. — То есть… ты хочешь найти повод, чтобы самой сделать как можно больше тако?       Тишина.       Лекса моргнула.       А потом поморщилась.       Вероятно, она не ожидала, что скажет именно это.       Лекса подскочила от неожиданности на стуле, когда Октавия, Рейвен и Кларк засмеялись. — Ты только что придумала шутку из тако? — недоверчиво спросила Октавия.       Лекса смущённо улыбнулась и сделала большой глоток пива, пожав плечами. — Мне понравилось. — ухмыльнулась Рейвен.       Лекса сделала ещё один глоток напитка, про себя отметив, что нужно рассказать Ане про свою удачную шутку.       Она точно не оплошала.

***

— И что же случилось потом?       Кларк наклонилась вперед, полностью погрузившись в рассказ Лексы. Они вчетвером сидели за обеденным столом, вся еда была уже съедена. Рейвен спросила Лексу, какой самый неловкий момент был в её профессиональной карьере, и к удивлению Кларк, Лекса улыбнулась и начала рассказывать историю. — Я сказала, что это не те дройды, которые ты ищешь, и сорвалась оттуда. — закончила Лекса, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула, когда стол взорвался смехом. — О боже, — сказала Кларк сквозь смех, — держу пари, они этого не ожидали.       Лекса пожала плечами, и Кларк улыбнулась застенчивому выражению лица футболистки, как будто она не ожидала искреннего смеха от своего рассказа. — Наверное, поэтому мне и удалось сбежать. — сказала Лекса, — Ошарашила их настолько, что они замерли. Так что в некотором смысле мой джедайский трюк сработал.       Октавия, посмеиваясь, покачала головой: — Конечно, ты такой же ботаник из «Звездных войн», как Кларк и Рейвен. — Минутку, а разве не ты отправились в «Костко», чтобы купить нам бумажные полотенца, а потом вернулись со всей коллекцией «Звездных войн»? — спросила Рейвен, глядя на подругу. — Я пришла со световым мечом! — воскликнула Октавия.       Кларк покачала головой, и Лекса усмехнулась. — Ни в коем случае, Грифф. — сказала Рейвен, отвлекаясь от спора с Октавией, увидев, что Кларк схватила её тарелку и чашку. — Ты готовишь, а мы убираем. — добавила Октавия, — А поскольку ты гость или что-то в этом роде, я думаю, ты можешь просто посидеть рядом с Кларк. — Но в следующий раз статус гостя официально аннулируется. — вмешалась Рейвен, забирая тарелку Лексы. — А это значит, что ты либо готовишь, либо убираешь.       Лекса усмехнулась и кивнула головой. Она не могла вспомнить, когда в последний раз её так охотно и легко принимали (ну, на самом деле могла — это был первый раз, когда её вызвали в старшую национальную команду и представили людям, которых она сейчас называет своими лучшими подругами). Она слышала, как Октавия и Рейвен продолжают спорить на кухне. Она наблюдала, как Кларк делает глоток пива, и она почувствовала что-то в своей груди — это было похоже на переломный в её жизни, начало чего-то нового. — Итак, как проходит твой отпуск? — спросила Кларк.       Лекса задумалась поняв, что они с Кларк впервые остались наедине с момента их встречи в кабинете, когда Лекса как бы пригласила её на неопределенное свидание. — Мне нравится. — сказала Лекса. — Всегда приятно вернуться домой после долгого отсутствия.       Кларк кивнула: — Понимаю. Я даже не совсем понимала, как сильно скучаю по маме и маме Блэйк, пока не вернулась домой. — сказала она. — Как тебе живется у бабушки с дедушкой?       Лекса улыбнулась, подумав о том, какими необычными людьми были её бабушка и дедушка: — Хорошо, их дом — одно из моих самых любимых мест в мире. — ответила она. — Твоя бабушка кажется очень интересным человеком. — сказала Кларк. — Она спросила меня, как лучше всего сделать кому-нибудь мёртвый захват. — О, Боже, — прошептала Лекса, закрывая лицо руками, — она ходила на занятия по самообороне.       Кларк рассмеялась, и Лекса заметила, как сияют голубые глаза доктора: — Ты не хочешь выпить со мной кофе завтра? — выпалила Лекса и тут же поморщилась.       Это было так неуклюже. — Я имею в виду, ты бы хотела… Ну, знаешь, потому что мы уже говорили об этом раньше, но я забыла взять твой номер, и я не собиралась просить тебя просто так, ни с того ни с сего… — Я бы очень хотела. — вмешалась Кларк, прерывая бессвязное бормотание Лексы. —… придется сказать «Да»… погоди, что?..       Кларк усмехнулась, и Лекса почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Ей не терпелось поближе познакомиться с этой девушкой. После того, как она решила открыться, чтобы узнать Кларк, и позволила этому увлечению превратиться в настоящие чувства к доктору, с её плеч как будто сняли груз. Кларк была милой, она знала это по тому недолгому времени, которое она уже провела с доктором. И если её друзья активно пытались их свести, это означало, что у Кларк тоже было хорошее чувство юмора — Аня всегда говорила Лексе, что ей нужно быть с кем-то, кто возвращал её в весёлое состояние (потому что она была придурком, она полностью признавала это, но иногда она настолько терялась в серьёзности, которая требовалась, чтобы быть Командующей, что забывала просто отойти назад и наслаждаться невероятным путешествием, в котором она была, а иногда просто смеяться с друзьями. Ей нужно было просто напоминать об этом). Смотреть, как Кларк говорит, вести с ней простую беседу — Лекса не могла дождаться, чтобы узнать Кларк получше. — Вот. — сказала Кларк и потянулась через стол, чтобы вытащить телефон Лексы из кармана рубашки. Лекса наблюдала с нежной улыбкой на лице, как Кларк что-то набирает в телефон Лексы, слегка высунув язык, концентрируясь.       Было ли что-нибудь, что эта девушка делала, что не было бы до смешного мило? — Теперь у тебя есть мой номер. — сказала Кларк, снова наклоняясь и кладя телефон Лексы обратно в карман (и, Господи Иисусе, эта девушка прекрасно пахла, и неудивительно, что Лекса постоянно была взволнованна рядом с доктором — её нельзя было обвинить в её ненормальном поведении, потому что любой будет захвачен обаянием Кларк Гриффин), — Напиши мне завтра СМС, чтобы я знала, где и когда.       Лекса кивнула, заметив, что ей трудно говорить, и посмотрела на новый контакт в своем телефоне. Кларк Гриффин.       Если бы Лекса не сидела за столом напротив своей нынешней пассии, она бы точно сейчас делала сальто. — Эй, ботаники! Идите сюда! — голос Рейвен прозвучал из-за угла, и Кларк пожала плечами, прежде чем встать и направиться в гостиную.       Октавия и Рейвен сидели на диване с геймпадами в руках, а ещё два лежали на кофейном столике перед ними. — Ты играешь в «Марио-картинг», Командующая? — спросила Рейвен, беря свободный геймпад и протягивая его Лексе.       Лекса изогнула бровь и села рядом с Рейвен, Кларк плюхнулась на колени Октавии, игнорируя протест подруги. — Да… — начала Лекса, её дух соперничества начал проявляться, когда Кларк устроилась поудобнее на коленях Октавии, а ноги положила на колени Рейвен, — Если ты не боишься играть с нынешним обладателем короны Славы. — Корона Славы? — спросила Кларк, выбирая персонажа. — Это турнир нашей сборной. — сказала Лекса, — Очень важный турнир по «Марио-картингу». Вы, вероятно, услышите об этом через несколько недель. — Ну, тогда это похоже на «Донки-Конг». — сказала Октавия, ухмыляясь.       Лекса усмехнулась в ответ, прежде чем снова переключить свое внимание на экран. Будучи окруженной новыми друзьями (и Кларк, особенно Кларк, которую Лекса увидела ругающейся как сапожник во время видеоигр), Лекса почувствовала, что что-то изменилось — обещание чего-то нового, чего-то большего, чем просто её первого серьезного увлечения — это было начало новой дружбы.

***

— Так у тебя есть её номер телефона?       Лекса хмыкнула, сосредоточившись на поднятии штанги, которую в данный момент жала из положения лежа: — Да, Линкольн, в третий раз говорю: я узнала её номер.       Лекса и Линкольн были в спортзале, делали свою обычную силовую тренировку, которую они делали всякий раз, когда Лекса была в городе. Линкольн в данный момент терзал Лексу, расспрашивая её подробнее о Кларк. — Я просто хочу убедиться. — сказал Линкольн, замерев, когда Лекса закончила свой последний подход и поставила штангу на место. Он снимал груз с одной стороны, а Лекса — с другой, — Я имею в виду, что прошло уже очень много времени с тех пор, как ты спрашивала у девушек их номер. Но я так рад за тебя! — Да, да, — сказала Лекса, вытирая лицо полотенцем, — вы с Аней ведёте себя так, будто я никогда раньше не разговаривала с хорошенькими девушками. — … — Окей, но вы двое могли бы быть немного спокойнее в отношении этого факта. — проворчала она.       Линкольн рассмеялся и потянулся за бутылкой с водой, а Лекса улыбнулась. Кроме Ани, Линкольн был любимым двоюродным братом Лексы — они трое выросли вместе, и он всегда был готов выступить в качестве партнера Лексы по тренировкам, будь то собирание мячей для неё, пока она работала над своими ударами, или раннее пробуждение и подсчёт времени, когда она работала над развитием скорости, Линкольн всегда был рядом, чтобы помочь. Он также был одним из самых больших её поклонников. Когда её впервые вызвали в старшую национальную команду, он старался посещать каждую игру, которую мог, а когда не мог, обязательно звонил ей до и после каждой игры, чтобы пожелать удачи или дать понять, что гордится ею. — Так как же всё-таки проходит подготовка к Олимпиаде? — спросил он, — А как там новички? — Вообще-то, есть одна девушка, которая, как мне кажется, имеет шанс попасть в список сборной команды на Олимпиаду. — ответила Лекса, — Октавия Блэйк — она трудолюбива, и я думаю, что она может внести коррективы в нашу игру. Играть своего рода роль двигателя команды. — она перекинула полотенце через плечо, когда они подошли к гантелям, — У неё очень хлёсткий удар. И судя по тому, что я вижу, она может больше. Я тренировалась с ней во время отпуска. — Так она отсюда родом? — спросил Линкольн, беря в руки две гантели и начиная делать упражнение. — Да, она, Кларк и Рейвен. Они лучшие подруги. — сказала Лекса, — Они выросли здесь, и когда я сказала ей, что приеду сюда на каникулы, они решили вернуться на некоторое время, чтобы Октавия могла позаниматься со мной. Вообще-то, она должна была встретиться с нами примерно через час… — Эй, Лекса!       Лекса повернулась к улыбающейся Октавии, одетой в спортивную одежду и с сумкой на плечах. — Привет, О. — сказала Лекса и заметила, что Октавия улыбнулась ещё шире, услышав своё прозвище, — Это мой кузен Линкольн. — продолжала она, указывая на Линкольна. — Привет. — сказала Октавия, помахав рукой. — Ухх, привет! Привет. — торопливо сказал Линкольн, — Привет! Я… Ммм… очень рад с тобой познакомиться! — он продолжил, и Лекса с ужасом увидела, как Линкольн протянул руку.       Что обычно не было бы проблемой, если бы он в спешке не выронил гантель…       Прямо на его ступню… — Аааа! Мать тв… — О боже мой! Ты в порядке? — спросила Октавия, подбегая ближе, поднимая гантель и ставя её обратно на стойку. — Какого черта, Линкольн? — спросила Лекса, подводя его к одной из скамеек, — О чём ты только думал? — Я в порядке, всё в порядке. — сказал он, махнув рукой. — Я в полном порядке, правда.       Лекса многозначительно посмотрела на него, и он поморщился: — Я хочу сказать, что у меня очень… очень болит нога. — продолжал он. — Но в остальном я в полном порядке. — Я думаю, мы должны отвезти тебя в больницу. — сказала Лекса, — Ты мог её сломать. — она повернулась к Октавии, на лице которой было написано беспокойство, — Извини, О, я должна… — сказала она, указывая на Линкольна. — Оу, нет… я всё прекрасно понимаю! — сказала Октавия, — Вообще-то, давайте я вас отвезу, ребята. Мама Грифф сегодня работает в больнице. Я напишу ей по дороге и сообщу, что мы приедем. — Тебе вовсе не обязательно… — начал было Линкольн, но Лекса снова остановила его взглядом.       Октавия махнула рукой: — Не беспокойся. Я пойду, пригоню машину к дому. — сказала она, прежде чем повернуться и направиться к двери. — В этом действительно нет необходимости, Лекса. — заныл Линкольн. — Заткнись. — сказала Лекса, — Ты не имеешь права разговаривать. Ты увидел красивую девушку и уронил гантель на свою ногу. — Ты дала пять своей пассии, когда она попыталась пожать тебе руку. — возразил Линкольн. — Я…       Лекса замолчала, в кармане зазвонил телефон, она достала его, закатив глаза, когда увидела, кто это был: — Привет, Аня. — вздохнула Лекса. — Не говори ей, что случилось. — прошептал Линкольн. — Линкольн бросил гантель себе на ногу, потому что встретил хорошенькую девушку. — хихикнула Лекса.       Линкольн застонал, закрыв лицо рукой. — Это была Октавия. — продолжала Лекса, — Нет, это не… ладно, я сейчас вешаю трубку. Я позвоню тебе позже. — И что же она сказала? — спросил Линкольн.       Лекса помогла Линкольну встать, позволив ему опереться на неё всем своим весом, а сама взяла сумку, и они направились к выходу. — Что она единственная «нормальная» из всей нашей семьи. — проворчала Лекса, — Чёрт, я никогда не буду жить так высоко, как сейчас.       Линкольн рассмеялся, когда они вышли, Октавия стояла рядом с черным джипом, ожидая их. Девушки помогли Линкольну сесть на заднее сиденье, прежде чем Лекса подошла к пассажирскому сиденью, а Октавия запрыгнула на водительское и пристегнулась: — Итак, — сказала Октавия, улыбаясь и заводя машину, — не так я себе представляла встречу с мамой Грифф, но деваться некуда.

***

— Кларк! Наконец-то решила перевестись в лучшую больницу мира?       Кларк повернулась и улыбнулась говорившему. Маркус Кейн, заведующий детской хирургией. Он улыбнулся ей в ответ и широко раскрыл руки. Кларк рассмеялась и крепко обняла старого друга матери, который стал для неё дядей. — Привет, Кейн. — ответила она. — Кларк. — он обнял её крепче, — Как жизнь?       Кларк отстранилась и сделала шаг назад, всё ещё улыбаясь: — Отлично. — ответила она, — Я сейчас в отпуске после «Победного тура». Я подумала, что мне следует провести некоторое время дома.       Кейн улыбнулся и обнял её одной рукой. Они вдвоём пошли по коридору: — Итак, когда ты собираешься перевестись из Вашингтона обратно сюда, а? — спросил он, — Ты же знаешь, что здесь есть работа для тебя.       Кларк, смеясь, покачала головой: — У меня ещё год ординатуры. — сказала она, — И мне нужно сдать экзамены. К тому же я ещё даже не решила, на какой специальности хочу работать. — О, Кларк, ты разбиваешь мне сердце! — сказал он преувеличенно громко, — Я думал, мы договорились, что ты возглавишь педиатрическое крыло, когда я уйду на пенсию! — Мы придумали этот план, когда мне было одиннадцать, Кейн. — сказала Кларк, закатывая глаза. — У нас контракт, Кларк! — Это была клятва. — Она всё ещё нас связывает! — О чём спорите? — спросила Эбби, когда они подошли к стойке регистрации. Она стояла в своём халате с картой в руке. — Просто интересно, когда она наконец переберется сюда. — сказал Кейн.       Эбби только усмехнулась и покачала головой: — Я пытаюсь уже много лет, Маркус. Она просто не сдвигается с места. — сказала Эбби, обнимая Кларк, — Такая упрямая. — Да, интересно, в кого она такая? — поддразнил её Кейн, взяв медицинскую карту. Я надеюсь поужинать с супер футболистками до того, как ты уедешь из города.       Кларк усмехнулась и кивнула головой: — Обещаю. — Честно-пречестно? — А разве тебе не надо на консультацию?       Кейн только рассмеялся, помахал рукой и направился вниз по коридору. — Так что же привело тебя сюда? — спросила Эбби, подписывая что-то в карте. — Просто хотела узнать, есть у тебя время пойти перекусить? — спросила Кларк. — Я бы с удовольствием, но сегодня у меня слишком много работы. — ответила Эбби, — Но я буду дома к ужину, и мы могли бы заказать пиццу у Блонди? TLC марафон?» — Наша любимая. — ухмыльнулась Кларк, — Звучит неплохо. — Ну, если ты хочешь немного потусоваться, я… о, подожди. — сказала Эбби, доставая телефон из кармана, — Это была Октавия. Она сказала, что её друг ранен и она привезёт его сюда.       Она посмотрела на свой пейджер, который тут же запиликал. — Чёрт, у меня сейчас консультация. А ты можешь… — Да! Я смогу справиться с другом Октавии. — сказала Кларк, — А у меня здесь есть привилегии? — Ну, как главный хирург, я могу предоставить вам привилегии. — сказала Эбби, ухмыляясь, — В шкафу, в моём кабинете, доктор Гриффин, есть дополнительный комплект халатов. — Спасибо, доктор Гриффин. — усмехнулась Кларк. Эбби рассмеялась, прежде чем быстро обнять Кларк и уйти.       Кларк напевала себе под нос, пока шла по коридору и поднималась по ступенькам, направляясь в кабинет матери. Она просмотрела фотографии, которые были развешаны по всему кабинету. На них была Кларк, Кларк с Эбби, Кларк с Октавией и Рейвен. Подойдя к шкафу, она взяла халат своего размера, решив позже спросить маму, почему у неё в шкафу есть халаты нужного размера (она знала, Эбби всё ещё надеялась, что Кларк однажды присоединится к ней и будет работать в Сиэтле). Она сняла с вешалки лабораторный халат и надела его, закатав рукава до локтей. Собрав волосы в высокий хвост, она вышла из кабинета матери и направилась по коридору в приёмную. — О? — спросила она, заметив свою подругу, стоящую у стойки регистрации. — Доктор Гриффин. — сказала Октавия, улыбаясь, — Я думала, что позвонила старшему доктору Гриффин. — Она занята, так что ты со мной. — ответила Кларк, — Кроме того, сегодня вечером мы ужинаем с Блонди. — Да-а-а! — сказала Октавия. — Ну, так в чем дело? — спросила Кларк.       Октавия повернулась, и Кларк последовала за ней, заметив на одном из кресел в приёмной знакомую фигуру. — Лекса? Ты в порядке? Что случилось? — быстро спросила Кларк, рассматривая футболистку в попытке понять, что не так. — Кларк! Привет. — сказала Лекса, резко вставая, — Я… э-э… я ждала твою маму.       Кларк подошла ближе, положила руки на плечи Лексы, скользнула вниз по рукам футболистки и обратно, к её шее, и слегка наклонила голову Лексы в сторону: — Вроде всё в порядке. Это что-то внутреннее? — спросила Кларк, — Я могу провести полную диагностику и…       Октавия громко откашлялась, заставив Кларк прерваться. Она вздрогнула, поняв, что её руки в данный момент находятся на шее Лексы. Она быстро отступила назад, когда Лекса кашлянула, теребя свою рубашку. — Лекса не пациентка, доктор Гриффин. — ухмыльнулась Октавия, — А вот Линкольн…       Кларк повернула голову и увидела крупного мужчину, сидевшего на кресле рядом с местом Лексы. Чуть улыбнувшись, он помахал рукой. — Кларк, это Линкольн, мой двоюродный брат. — сказала Лекса, потирая затылок рукой, — Он уронил гантелю на ногу. — А, ладно. Хорошо. Точнее, не очень хорошо, я просто имела в виду… — пробормотала Кларк, немного растерявшись. Кларк чуть поправила рукава своего лабораторного халата, — Позволь мне просто… эй, Харпер! — воскликнула она, привлекая внимание одной из медсестер, — Можешь привезти инвалидное кресло и уложить Линкольна на свободную койку?       Харпер кивнула головой, показывая Кларк большой палец: — Будет сделано, доктор Гриффин. Кстати, я рада снова видеть вас здесь. — сказала она, прежде чем скрыться за дверью. Она вернулась с инвалидным креслом. Кларк с Харпер помогли Линкольну сесть в него и отвезли его в свободную палату. — Значит, ты уронил гантелю на ногу, да? — Спросила Кларк, осматривая ногу Линкольна. — Да, я… — начал Линкольн, прочищая горло, — Я отвлекся. — Он попытался пожать Октавии руку и вместо того, чтобы опустить гантелю вниз, как нормальный человек, он просто уронил её. — сказала Лекса, закатывая глаза, — Прямо на ступню. — Что не так в вашей семье с рукопожатиями? — поддразнила Кларк, заметив, как уши Лексы слегка покраснели.       Она что-то бурчала себе под нос, продолжая осмотр и периодически задавая Линкольну вопросы, а Лекса и Октавия тихо переговаривались у неё за спиной. — Я думаю, у тебя перелом. — сказала Кларк, снимая перчатки, — Я отправлю тебя с Харпер на рентген, просто чтобы убедиться, но я совершенно уверена, что это именно так.       Лекса и Октавия подошли поближе к кровати, помогая Линкольну вернуться в инвалидное кресло, а Кларк отправилась на поиски Харпер. — Кларк симпатичная. — сказал Линкольн, легонько ткнув Лексу в живот. — Заткнись. — прошипела Лекса, понимая, что рядом стоит Октавия. Меньше всего ей хотелось, чтобы лучшая подруга Кларк узнала о её сильном увлечении блондинкой-доктором.       Они повернулись к Октавии, и та пожала плечами: — Кларк очень симпатичная, — сказала она, — а также самый лучший человек в мире, так что…       Линкольн и Лекса хихикнули, а в палату зашла Харпер. Харпер встала позади Линкольна и увезла его, оставив Октавию и Лексу ждать. — Ты должна пригласить Кларк выпить кофе. — сказала Октавия, нарушая молчание. — А? — Лекса вздрогнула. — Кофе. Ты и Кларк. — повторила Октавия, — Она сказала мне, что вы вдвоём договаривались на что-то такое. Ты должна пригласить её, после того, как она закончит с ним. — Разве она работает не весь день? — Нет, она просто зашла навестить свою маму. — ответила Октавия, — Но мама Гриф держит под рукой дополнительный набор халатов для Кларк. Она думает, что это поможет убедить Кларк перевестись сюда. Показать ей, что для неё есть здесь работа, что-то вроде этого. — она покачала головой, — В любом случае, ты должна спросить её. Она с нетерпением ждёт свидания с тобой. — Ждёт? — с надеждой спросила Лекса. — Да. — подтвердила Октавия, — Она… — Хорошо! — прервал Октавию чей-то голос. Кларк привезла Линкольна в инвалидном кресле, зажав под мышкой большую папку, — Итак, я взглянула на рентгеновские снимки и, как и предполагалось, это перелом. Новую обувь нужно будет носить как минимум 6 недель. — сказала Кларк, указывая на лангетку на ноге Линкольна. — Большое спасибо, доктор Гриффин. — сказал Линкольн, вставая. — Кларк. — сказала она, улыбаясь, — Зови меня просто Кларк. — Кларк. Хорошо. Большое спасибо, Кларк. — он повернулся к Лексе, — А ты… — Я могу отвезти тебя домой, Линкольн. — вмешалась Октавия, улыбаясь, — Лекса, почему бы тебе не прокатиться с Кларк? — не дожидаясь ответа, Октавия ушла, забирая с собой Линкольна.       Лекса уставилась на Кларк, которая убирала рентгеновские снимки обратно в папку. — Я… ммм. — начала Лекса. — М? — спросила Кларк, поворачиваясь к ней, — Что? — Я тут подумала… ммм, если ты сейчас не занята, может быть, мы сходим выпьем кофе, как планировали? — спросила Лекса.       Глаза Кларк заблестели и на лице появилась улыбка. — Давай я только переоденусь, и мы встретимся у входа. — сказала Кларк, — За углом есть одно милое местечко.       Лекса улыбнулась, чувствуя, как появляются бабочки в животе: — Серьёзно? Ладно, потрясающе. Отлично! Я просто… — она глубоко вдохнула, вспомнив, что нужно сохранять спокойствие, — Тогда я подожду тебя снаружи. — Отлично. — сказала Кларк, медленно отступая назад, — Тогда я пойду.       Лекса кивнула, наблюдая за Кларк, пока та не скрылась за углом. — Да! — воскликнула Лекса, чуть подпрыгнув и сжав кулак. — Прошу прощения. — услышала она голос позади. Повернувшись, она увидела группу подростков.       Лекса откашлялась, поправляя рубашку: — Да? — О боже, это Лекса Вудс. Мы можем получить автограф? — взволнованно спросил один из подростков, на их лицах появилась улыбка.       Лекса кивнула, взяв за предложенную ручку. Она немного смутилась, поняв, что её поклонники увидели её прыгающую от радости. Но потом она вспомнила, что через несколько минут у неё свидание с Кларк, и это отогнало все плохие мысли.

***

— Так что же заставило тебя захотеть стать футболистом?       Лекса улыбнулась этому вопросу, сделав глоток мокко, прежде чем откинуться на спинку стула: они сели за столик в углу кофейни. Лекса обнаружила, что после того, как она расслабилась рядом с Кларк, они подшучивали друг над другом и это выглядело более чем искренне — никогда не было неловкого затишья в разговоре. Лекса поражена тем, как комфортно она чувствовала себя рядом с Кларк, и она поймала себя на том, что улыбается практически всему, что говорила блондинка.       Лекса выяснила, что Октавия и Рейвен — самые любимые люди в мире Кларк (и Лекса не могла не восхищаться искренней любовью и нежностью, которые звучали в голосе Кларк, когда она говорила о своих лучших подругах), что она предпочитает молочный шоколад темному (и предпочитала говорить это легко, потому что Кларк произнесла мини-тираду в течение целой минуты, прежде чем заметила, что Лекса смотрит на нее с улыбкой, заставляя Кларк немного покраснеть и пробормотать извинения, которые Лекса находила очень милыми), что Лесли Ноуп* была её кумиром (что заставило Лексу признаться, что она никогда не смотрела «Парки и отдых», потому что у неё просто не было времени, что затем привело к тому, что Кларк потребовала, чтобы в следующий раз, когда у Лексы будет немного свободного времени, они вдвоём посмотрели его на Netflix), и что Кларк была в целом удивительным человеком (это было мнение Лексы, но она была уверена, что любой другой, кто разговаривал с Кларк в течение какого-то времени, пришёл бы к такому же выводу). — Честное слово? На самом деле это было не одно и то же. — ответила Лекса, — Это было больше похоже на осознание того, что футбол сделал меня счастливее, чем я когда-либо была. — она помолчала, делая ещё один глоток своего напитка, — Но был один момент… когда я поняла, что если бы я могла заниматься этим… Футболом… По-настоящему, как моя работа, то, возможно, я была бы счастлива навсегда.       Кларк наклонилась вперед, положив локти на стол: — Могу я спросить, что это был за момент?       Лекса тоже наклонилась вперед, слегка улыбаясь: — Мой отец, он стоматолог. — сказала она, — Он работает им уже более 25 лет и до сих пор ходит на занятия, знакомится с новыми методиками, читает лекции. И ему это очень нравится. — она слегка усмехнулась, — Это звучит ужасно для меня, потому что, честно говоря, стоматология? Но он действительно любит свою работу. Он много работает, и я знаю, что у него бывают тяжелые дни… но он действительно наслаждается тем, что делает. Он очень счастлив. — Это действительно здорово. — прокомментировала Кларк, делая глоток своего напитка.       Лекса кивнула головой и продолжила: — Моя мама-профессор. Она преподаёт социологию, и она всё ещё занимается исследованиями, публикациями и продолжает изучать какие-то новые вещи по этому предмету. Ей это нравится. — сказала она, думая о своей маме и улыбаясь, — Вся эта школьная работа… Я даже представить себе не могу, но она очень любит учиться и делиться тем, что узнает. — Твои родители испытывают страсть к своей работе. Это здорово. — сказала Кларк. — Так оно и есть. Им нравится то, что они делают. — сказала Лекса, — Так или иначе, когда мне было лет десять или одиннадцать, я вышла на поле и ни разу не оглянулась. Футбол — в игре было что-то такое освобождающее, такое удовлетворяющее. Я не относилась к футболу серьёзно до тех пор, пока через несколько лет после этого, когда я начала участвовать в просмотрах в школы Олимпийского резерва и в различные клубные команды. — она на секунду остановилась, — Знаешь, мои родители думали, что это будет потрясающе. Я была всего лишь подростком, и футбол постепенно заполнял всю мою жизнь. Они были обеспокоены тем, что я начну воспринимать футбол как то, что я должна делать, а не то, что я хочу делать. Но когда я забила свой первый гол за свою первый клуб — они усадили меня после игры и сказали, что видели столько радости на моём лице, в моих глазах… Они никогда не видели ничего подобного: страсть, трудовая этика, от ребенка моего возраста. Они сказали, что знают, потому что чувствуют то же самое по отношению к своей собственной работе. — она улыбнулась, думая о своих родителях, — И вот тогда мне пришло в голову, что если я люблю футбол так же сильно, как мои родители любят свою профессию, то почему моя страсть не может стать и моей работой? — Это очень мило. — сказала Кларк, положив свою руку поверх руки Лексы, которая лежала на столе. Она убрала руку, и Лекса всё ещё чувствовала покалывание на своей коже в том месте, где рука Кларк накрыла её руку, — Быть рядом с тобой, твоей командой — это здорово видеть людей, которые так увлечены тем, что они делают.       Лекса пожала плечами, внезапно почувствовав себя немного смущённой. Обычно, когда журналисты спрашивали ее, почему она хочет стать футболистом, она рассказывала им сокращенную версию того, что только что сказала Кларк. Её мысли были слишком личными, чтобы делиться ими с остальным миром, но с Кларк она не могла не рассказать всё. — А ты всегда хотела стать врачом? — спросила Лекса, переключая внимание обратно к Кларк. — Я хотела стать художницей. — ответила Кларк, и Лекса была слегка ошарашена тем, как быстро доктор ответила. — Так что же тогда?.. — Я хотела быть художницей до последнего года обучения в средней школе. — продолжала Кларк, — А потом с Рейвен произошел несчастный случай, и ей пришлось сделать серьёзную операцию на ноге. Я навещала её в больнице каждый день, а Октавия навещала меня каждый вечер после окончания футбольной тренировки. — она покачала головой, вспоминая то лето, которое навсегда изменило жизнь Рейвен, — И когда она начала заниматься физиотерапией, я каждый день ходила с ней туда. А иногда случались и тяжелые дни — трудные дни. — она слегка улыбнулась, думая о стойкости своей подруги, — Но она прошла через это, и за всё то время, что я провела с ней в больнице, я поняла, что хочу делать то, что делает моя мама. Я хотела помочь людям с помощью медицины: кто-то помогал снова собрать ногу Рейвен, и я тоже хотела дать это людям. Именно так я сделала свой выбор. Через год Рейвен, Октавия и я были на пути в Беркли, все мы занимались тем, чем были увлечены. — Это здорово. — сказала Лекса, с благоговением глядя на девушку перед собой. Кларк стала врачом, потому что искренне хотела помогать людям, — Знаешь, я видела несколько твоих работ. — Как же так?.. О, Рейвен, верно? — спросила Кларк, смеясь, — Она любит показывать людям то, что не надо. — Это было действительно хорошие работы, Кларк. — добавила Лекса, — Я думаю, что Тобин могла купить одну из твоих работ для Алекс.       Кларк снова рассмеялась, и Лекса подумала, что она, может слушать этот смех очень долго и никогда не устанет от него. — Я рада, что мы это сделали. — сказала Кларк, — Знакомство с тобой было действительно приятным. — Ты не хочешь пойти со мной на ужин? — спросила Лекса в ответ.       Она не планировала приглашать Кларк на настоящее свидание так скоро, но в этом докторе было что-то особенное. Она не могла не чувствовать влечения к Кларк, и ей захотелось проводить с ней больше времени.       Кларк моргнула, явно удивленная: — Я… да, хочу. — ответила она.       Лекса почувствовала, как её лицо расплылось в улыбке, и она была уверена, что её глаза сияют: — Отлично! Это здорово. — сказала она, — Я… ну, я знаю, что через несколько дней мы уезжаем в Портленд на матч с Китаем… Но может быть, когда мы вернемся, мы сможем что-нибудь придумать? — Мне бы очень этого хотелось. — сказала Кларк, улыбаясь футболистке. — Отлично. — снова сказала Лекса, закрывая лицо рукой, — Боже… между прочим, я знаю больше слов, чем просто «отлично». — сказала она.       Кларк только рассмеялась, и Лекса снова не смогла сдержать улыбку. — Ну, я с нетерпением жду возможности узнать о твоём обширном словарном запасе за ужином. — сказала Кларк, хихикая.       Лекса с трудом удержалась от желания сделать сальто прямо здесь.