Что если я тоже влюбляюсь в тебя....?

Начиная с сегодняшнего дня им предстояла упорная и поглощающая работа над альбомом. Эта ситуация убивала Чимина, ведь они виделись друг с другом практически каждый день, а вина перед Юнги всё время перемешивалась с ревностью к любимому человеку. — Перестаньте дурачиться! — фыркнул он, не выдержав игривой атмосферы между мемберами. Он не знал, что именно Шуга шепнул младшему на ухо, но видел как в этот момент покраснело лицо макнэ. Наверное он смущен, но то же время, наслаждается любовью хёна. Он так же заметил, что почти весь персонал приковал взгляды к этой парочке, наблюдая за их милыми проявлениями любви, а некоторые даже посмеивались. Проклятый Мин Юнги без труда получил всё, о чём мечтал Чимин и теперь, сказать что он просто ревнует было бы большим преуменьшением. Чувствуя нехватку воздуха, он вышел на улицу и задумался о том, что возможно, ему стоит начать курить, чтобы стать более уравновешенным, но услышал шаги за спиной. — Почему ты здесь? — А ты почему здесь? — ответил Шуга вопросом на вопрос. — Разве ты не злишься на меня? — Чонгук волнуется за тебя, я чувствую это, — ответил Юнги, делая шаг навстречу. — А не засунуть ли вам своё беспокойство куда поглубже, — отмахнулся Чимин. — Не смотря ни на что, ты всё ещё важный для него человек, — вздохнул старший, — Я тоже волнуюсь за тебя. — Но ты для него гораздо важнее, не так ли? Пак не знал почему, но одно присутствие Юнги заставило его вспыхнуть словно спичка, поднесённая к газовой плите. — Эй! Разве это не я, тот кто должен злиться! — Шуга тоже начал раздражаться, но изо всех сил старался сохранять спокойствие. Он попытался прикоснуться к Чимину, но тот что есть силы оттолкнул его от себя. Всё произошло так быстро, что Юнги, не ожидая такой реакции, потерял равновесие и рухнул на землю, ударившись головой о бордюр. Сам Чимин плохо помнил, что произошло дальше и как он панически пытался привести в чувство бессознательно лежащее перед ним тело. Он плохо помнил и то, как Шуга оказался в больничной палате, а он сам умолял врачей и мемберов впустить его, чтобы убедиться, что тот дышит. Все эти жуткие часы, казавшиеся для всех вечностью, Чонгук сидел почти беззвучно, сосредоточено наблюдая, как медленно поднимается и опускается грудь хёна, спящего глубоким сном. Врач сказал, что он получил сотрясение, но до сих пор, так и не пришёл в сознание, поэтому они ничего не могли сделать, кроме как сидеть и терпеливо наблюдать за ним: Чонгук — удерживая его за руку, а Чимин — забившись в углу палаты на кресле. Кроме того, ситуацию накаляли толпы поклонников, пытающихся проникнуть в больницу. Лидеру и остальным мемберам то и дело приходилось опровергать заявления СМИ и заверять репортёров и поклонников, что это простое переутомление. Это продолжалось до тех пор, пока пальцы Шуги не дрогнули. — Юнги… Юнги-я, ты проснулся? — макнэ обеспокоенно вскочил с места, но прежде, чем смог сдержаться, начал заваливать его кучей вопросов. — Как ты себя чувствуешь? Ты в порядке? Где-нибудь болит? Хочешь пить? Ты голоден? Позовите врача! Старший молчал ещё несколько минут, прежде чем окончательно пришёл в себя и смог говорить. — …Чимин… — Ты был без сознания некоторое время, — Чонгук погладил его волосы, — И Чимин здесь. Он…он…вон там… — он кивнул в сторону Пака, по-прежнему сидевшего в углу. — Чимини, почему ты там сидишь? — беспокойство всё больше выражалось на лице Юнги, — Что со мной случилось? — Ты помнишь что произошло? — спросил Чонгук, привлекая его внимание, но глаза Шуги выражали лишь путаницу и любопытство. Макнэ улыбнулся и ещё раз подумал о том, что хён очарователен даже в такой ситуации, но немного позже, врач сообщил мемберам шокирующую новость о том, что Юнги потерял часть воспоминаний за последние несколько лет, которые постепенно вернуться, но нет никаких конкретных рамок когда именно это произойдёт, на следующий день, через неделю или через год. Мир, кажется, перестал вращаться, и звенящая тишина вновь заполнила стены палаты. — Почему ты всё время извиняешься, Чимини? — Я сожалею из-за своей внезапной вспышки гнева, это потому, что я… — Ему жаль, потому что из-за него ты получил травму, — Хоби немного нервно сократил затянувшуюся речь. — А что сказал доктор? Когда меня выпишут? — Сначала…ты должен пройти обследование, — лидер заботливо сжал его руку. Сожаление и разочарование вновь наполнили его глаза, ведь он надеялся, что сможет вернуться домой уже сегодня. — И…я должен кое-что сказать. У тебя…амнезия, — сообщил Тэхён. — Амне… Чего? Вы блять прикалываетесь надо мной? — Ты потерял часть воспоминаний. — Я знаю, как вы любите издеваться, но я не настолько глупый, чтобы поверить в это! — от смеха Юнги даже зарылся в подушку. — Это правда, — ответил Тэ немного мрачным тоном, от которого Шуге стало панически не по себе. — Не смешно, — дрожащими губами прошептал он, цепляясь за руку Чимина, как за последнюю надежду, но мемберы по-прежнему угрюмо молчали. — Так! Спокойно! Что я пропустил? Я имею в виду есть ли какие-либо важные события, которые я должен вспомнить? — Шуга был похож на потерявшегося щеночка. — Юнги… — неторопливо начал лидер, — Успокойся. С нашей группой всё хорошо, и мы как никогда популярны. Краем глаза Чонгук ревностно заметил как старший все ещё крепко сжимает руку Чимина. — Это длинная история, — вновь успокоил его Намджун, — Я думаю будет лучше, если мы расскажем тебе позже, когда тебя выпишут. — Гукки, у вас с Тэхёном всё хорошо? — неожиданно спросил Шуга. — Все давно кончено, — младший натянул улыбку, тем самых гарантируя ему, что он в порядке. — Прости, — его глаза наполнились печалью. — Я в порядке, — повторил Гук. — А как насчёт нас? — спросил он, с опасением глядя на Чимина. Но прежде, чем тот смог что-либо ответить, Чонгук перебил его. — Вы всегда были прекрасной парой, что могло с вами случиться? — нервно засмеялся он, замечая облегчённый выдох хёна, всё ещё крепко держащего Чимина, пославшего вопросительный взгляд в сторону макнэ. — Зачем ты это делаешь?! Ты совсем с катушек съехал? — спросил он, как только они с Чонгуком оказались в коридоре, — Его доброта заставляет меня чувствовать себя ещё хуже! Я ненавижу себя за то, что не в состоянии контролировать свои эмоции! Младшему давно хотелось ударить Чимина, но он знал, если с ним что-то случится, Шуга очень расстроится, потому что теперь он думает, что Чимин горячо любящий его парень, который никогда не использует его. Ужасная боль сдавила грудную клетку, когда он подумал о том, что теперь он и сам стал для Юнги не более, чем несносным младшим братишкой, который заботится только о себе и о том, где и с кем сейчас тусуется Тэ. — Я думаю, мы должны сохранить в секрете всё то, что произошло между нами, — Чонгуку было ужасно тяжело произносить эти слова, — Я думаю, что для него будет ударом, если он узнает всё сразу, поэтому я не хочу, чтобы он ещё раз прошёл через это. Лёгкая мечтательная улыбка дрогнула на лице Гука, когда он подумал о том, что Шуга вернулся в то время, когда они были как никогда счастливы. Кто-то говорит, что настоящая любовь позволяет пожертвовать собой ради того, кого ты любишь. Это именно то, что сделал Чонгук. По крайней мере, он всегда сможет оставаться рядом и поддерживать его как младший брат, украдкой наблюдая за счастьем мембера, даже если это будет причинять невыносимую боль, возможно самую сильную, через которую ему когда-либо приходилось пройти. — Но что, если его воспоминания вернутся? Что мы тогда будем делать, ты об этом подумал? — Время покажет, но я прошу тебя об одолжении. Позаботься о нём. Это твоя вина, поэтому можешь считать это шансом всё исправить. Я никогда не прощу тебя, если хоть волос упадёт с головы хёна.