IV
21 апреля 2019 г., 16:19
Джину было 24, когда он остался с двумя детьми на руках. Его муж погиб, когда поздно вечером возвращался домой с работы: вступился за девчонку, которую зажимали в переулке какие-то отморозки, и получил несколько ножевых. Спасти не удалось.
Чимин отца почти не помнит, ему было три, когда того не стало — остались только парочка размытых временем воспоминаний и фотографии, которые до сих пор стоят у папы в комнате. Но зато он хорошо помнит, как Сокджин плакал на похоронах и посильнее прижимал к своей груди их с братом.
Чимин знает, что папе, как и ему самому, мужа выбрали родители. Но у Джина характер был не ангельский, поэтому он до последнего сопротивлялся, кричал, что убьет себя, если родители так с ним поступят. А в итоге просто влюбился и был счастлив. Муж ласково называл его «принцесса» и просто души в нем не чаял. Они были образцовой семьёй: дети, тепло, уют и море любви. Но судьба сыграла с ними злую шутку.
Папа рассказывал Чимину, что отец был очень добрым и чутким, он никогда не кричал, и тем более не поднимал руку. У него было обостренное чувство справедливости, и именно поэтому он не смог пройти мимо той чёртовой подворотни.
Первое время было особенно трудно, но Джин никогда не показывал детям свою слабость, позволяя себе плакать только по ночам и в подушку, чтобы не разбудить Чимина и совсем маленького Чонгука, который и так очень плохо засыпал. Родители, безусловно, помогали, поддерживали и морально и финансово, но омега не мог позволить себе сидеть на их шее, и работал с утра до ночи, чтобы обеспечить свою семью. Но как бы Джин не был занят, он старался находить время и силы, чтобы посвятить себя детям.
Когда Чим с братом стали старше, и они вступили в переходный возраст, стало сложнее.
Половое созревание начинается приблизительно в 13 лет: появляются первые отголоски запаха, происходит становление фигуры, и очень важно, чтобы в это время рядом был тот, кто сможет объяснить тебе, что происходящее с тобой нормально, что через это проходит каждый. Рядом с Чимином был папа. Он рассказал о том, как начинается взросление омеги, о гормонах, течках, о том, что нужно делать и что делать не стоит.
Окончательно Сокджин понял, что время идёт и его дети взрослеют, когда у Чимина началась первая течка. Это произошло ночью, и Джин жутко перепугался, когда из соседней комнаты послышались болезненные стоны Чимина. В его комнате стоял концентрированный запах, поэтому Джин открыл окно и сел на кровать рядом с омежкой. «Папочка, почему так больно? Пожалуйста, пусть оно перестанет», — почти плакал Чимин и крепче сжимал папину руку.
«Выпей таблетку, солнышко, и станет легче, обещаю».
Джин ушёл из комнаты только под утро, когда Чиму под действием таблетки полегчало, и он смог уснуть. Он отправил Гуки к своим родителям на время и даже взял пару выходных, чтобы быть рядом, если сыну станет хуже.
С Чонгуком всё было гораздо сложнее. Он оказался альфой, и папа — омега, как ни крути, не мог дать ему всего, в чем он нуждался. Джин понимал, но сделать ничего не мог, и от этого становилось ещё хуже.
Решение выдать Чимина замуж не было спонтанным или необдуманным. Когда от Намджуна только поступило предложение, Сокджин хотел не раздумывая отказать, но не стал. Устроить своих детей в жизни было в приоритете для него, а Намджун казался не такой плохой партией для его сына. Но он помнит, как сам отреагировал на новость о своём замужестве, помнит как кричал и плакал. Но также он помнит, каким невероятным человеком оказался его муж и том, какие у него замечательные дети. Джин долго думал, но, взвесив все за и против, дал положительный ответ.
Дети взрослеют, и вот Джин стоит на свадьбе собственного сына, который, кажется, совсем недавно ходил пешком под стол и просил почитать им сказку на ночь, который заботливо укрывал одеялком братика и целовал его в щёчку. Он не может поверить, что Чимин так быстро вырос из пухлого малыша в прекрасного омегу, который вот-вот выйдет замуж и создаст свою семью.
И Сокджин очень надеется, что Чимина будут любить. Так же, как когда-то любили его.
