I'll Fight For You

Приземлившись в аэропорту Сан-Хосе, я не спеша спускаюсь по трапу самолета, а на лице играет всеми оттенками счастья улыбка. Солнце припекает, ослепляет, но при этом не вызывает никакого ощутимого дискомфорта. Асфальт под ногами не плавится, но воздух от жары рябит нещадно. Водрузив на нос авиаторы, оглядываюсь, черный внедорожник стоит в трех метрах от самолета. Короче, все в лучших киношных традициях. С той лишь разницей, что в наше время, это скорее антураж без которого не может обойтись ни один ведущий топ менеджер. Так что приходится соответствовать. Расположившись на заднем сидении автомобиля, встречаюсь взглядом через зеркало заднего вида с водителем: — Неужели в МИ-6 сейчас все настолько плохо, что тебе приходится подрабатывать на полставки шофером? — ухмыляюсь, но по-доброму, вальяжно откидываюсь на спинку сидения, но взгляда от зеркала не отважу. — Представь себе, нам урезали бюджет. Еле свожу концы с концами. Теперь вот даже на костюмы приходится тратиться из собственного кармана. А ты хоть представляешь, сколько стоит хороший костюм ручной работы? — тяжело вздохнув, как будто на его сильные плечи в этот момент свалились сразу все проблемы нашего бренного мира, интересуется у меня мужчина. А у меня от его бархатного голоса с легкой хрипотцой по спине бегут мурашки. — Не пробовал быть скромнее в своих запросах? — стараюсь «держать» лицо, но губы так и норовят расплыться далеко не в невинной улыбке. — Пробовал, но мне не понравилось, — усмехается Смит, и я окончательно расслабляюсь. Это странно и противоречит всем принципам и инстинктам, но это факт. В обществе этого самовлюбленного бриташки мне легко и спокойно. Мы играем за одну «команду» и это в принципе должно все объяснять, но на деле все не так просто. Понимать другого человека без слов сложно, и я сейчас говорю даже не про язык жестов. На это требуется время, много времени. Обычно такое молчаливое общение присуще напарникам проработавшим бок о бок не один год. В нашем же с Алексом тамдеми все завязано на инстинктах, мы похожи, а значит, и мыслим одинаково. Если и не одинаково, то точно в одном направлении, а это в нашей работе пиздец как важно. Вот Эйдан, который знает меня не один год и тот не всегда может понять, что я от него хочу в той или иной ситуации, тогда как Алекс всегда понимает меня с полувзгляда. И окружающих это почему-то бесит. Они, окружающие, никак не могут взять в толк, как два человека, которые пересекались-то всего-то пару раз, могут вести диалог, просто смотря друг на друга. Грэйди, кстати, наверное, до сих пор свято верит, что меня со Смитом связывают далеко непрофессиональные отношения. — Хейз ввел тебя в курс дела? — В общих чертах, но задача предельно ясна. Куда интересней, каким путем мы пойдем, чтобы добиться поставленной цели? — за окном внедорожника мелькают улицы Сан-Хосе, на них, как и в любом городе кипит жизнь: местные жители спешат по своим делам, туристы так и норовят попасть под колеса такси, стайка мальчишек играет в футбол в тупиковом переулке. Парочка подростков украшает стену покосившегося от времени дома ярким граффити. А в сквере, сразу за поворотом, под тенью деревьев на немногочисленных лавочках обосновались любители шахмат. Все это я замечаю краем глаза, потому что все мое внимание сосредоточено исключительно на Алексе. — Тем, от которого ты будешь не в восторге. — Зачистка? Тогда зачем тебе я? — я и правда не понимаю, для такого рода операций требуются ребята из спецназа, я не заточена на вышибание дверей и стрельбы по живым мишеням. И Алекс это прекрасно знает. — Затем, что еще никому не удалось связать Ин-Ген с опытами на людях. У нас есть только слухи, кто-то, что-то, якобы видел или слышал. Но по факту ничем противозаконным компания не занимается. Выращивают себе динозавров в пробирках, показывают потом их страждущим новых впечатлений туристам и на этом все. О несчастных случаях, за которые можно было бы зацепиться, в парке не утаивается, все работники знали на что шли и подписали отказ от претензий. Бедолаг в прямом смысле сожрали на рабочем месте, но Ин-Ген здесь не причем. Если бы Хоскинс не попытался впарить своих дрессированных ящериц Хейзу, то меня бы отозвали, — почти рычит Смит, сжимая руль внедорожника до побелевших костяшек. Знай, я Алекса чуть меньше чем знаю, а я не нихрена его не знаю, то решила бы, что его бесит сам факт того, что он буксует на одном месте. Но он обратился к Эйдану, а значит, это уже стало личным. — Понятно, я нужна для того чтобы у тебя появилась причина сорваться с короткого поводка. А что будет с теми, кого, возможно, используют в качестве подопытных крыс? — ответ я знаю и он неутешительный, но лучше все же сразу расставить все точки на i, чтобы потом не возникало недопониманий и претензий. — Ликвидация, — наш неприметный автомобиль останавливается на светофоре и Алекс, воспользовавшись моментом, оборачивается ко мне лицом. — Но мы же знаем, как это бывает. — Именно поэтому мне нужны гарантии. — Мне кровью расписаться или может поцеловать тебя? — как назло загорается зеленый и внимание мужчины переключается на дорогу, но он то и дело поглядывает в зеркало заднего вида. Ухмыляется. — Вот уж не думала, что тебе нужен повод для поцелуя, — усмехаюсь, облизывая в раз пересохшие губы. Агент МИ-6, как-то странно на меня влияет. Неправильно. Даже пагубно. — К тому же, мне вполне будет достаточно твоего слова. — Хорошо. Я так понимаю, ты хочешь чтобы я озвучил это в слух? — я согласно киваю, прекрасно зная, что в машине работают «глушилки» иначе этот разговор никогда бы не состоялся. — Саймон Рикс — это исключительно твоя ответственность. Так что в случае чего именно тебе придется спустить курок. Надеюсь, ты к этому готова? — Готова, — по крайней мере, мне в это очень хочется верить. — Я могу действовать на свое усмотрение или ты уже продумал все за меня? — перевожу тему, потому что обсуждать Рикса я не готова. Нет смысла понапрасну терзать себе душу. Тем более мне вполне ясно дали понять, что я могу найти далеко не Саймона. И это тоже нужно принять. — План? Брось, нет ничего лучше старого доброго экспромта. Малышка, у тебя полный карт-бланш. Но если нужна помощь? — Смит паркует внедорожник недалеко от пристани, от которой отходят паромы до Нублара. Но покидать салон автомобиля не спешит. — Нет, я справлюсь сама, немаленькая, — на эту мою реплику Алекс усмехается, еле заметно качая головой. — К тому же, тебе лучше лишний раз не святиться. Уверена Ин-Ген знает, что под них кто-то активно копает, поэтому так старательно пытаются всучить нам свои якобы военные разработки. А если ты появишься на острове, то точно подпишешь себе смертный приговор. Грэйди знает кто ты и на кого ты работаешь. — Кто бы мог подумать, что сама Кэтрин Майерс будет переживать за целостность моей шкуры. — Алекс оборачивается ко мне лицом, растягивает губы в шальной улыбке, но в почти черных глазах нет и намека на веселье. — А может к черту все это, пускай мир и дальше катится в преисподнюю, а мы посмотрим со стороны? Кажется, я задолжал тебе свидание? — И не одно, — поджимаю губы и отвожу глаза, смотреть в антрацитовую бездну оказывается выше моих сил. Да и то что Алекс вдруг ни с того ни с сего решил дать заднюю, настораживает. — Но я возьму все, что мне причитается после того, как пущу Ин-Ген на дно. На этом ставлю точку, которую в скором времени планирую превратить в запятую. Вот только уйти по-английски не получается, сумка с моими немногочисленными вещами находится в багажнике и Смит не спешит мне их отдавать. Он выходит из машины следом за мной, хлопает дверью и сокращает и без того небольшую дистанцию между нами до минимума. Шаг, нас разделяет всего один несчастный шаг. Алекс возвышается надо мной подобно Пизанской башни, того и гляди прижмет к чертовому внедорожнику, но я не спешу расширить зону своего личного пространства. Сейчас, как минимум это было бы глупо. Мы находимся на оживленной улице и несмотря на то, что Смит припарковался так, что с западной стороны нас от возможной слежки прикрывает большой грузовик, с севера остановка на которой то и дело останавливаются автобусы, ну, а с юга имеется оживленный перекресток, через который то и дело курсируют толпы туристов, то вот восточная сторона осталась не прикрыта. А возвышаясь надо мной, Алекс имеет возможность не только прожигать меня взглядом, но и просматривать противоположную сторону улицы. Да и со стороны мы теперь выглядим влюбленной парочкой, которая никак не может разойтись по своим делам. Все вроде продумано до мелочей: поза, взгляд, тембр голос, даже смесь мужского одеколона и сигарет. И будь на месте Смита, кто-нибудь другой, я бы аплодировала стоя, так вжиться в роль может не каждый. Проблема в том, что Алекс не играет, он проживает этот момент без маски агента МИ-6 и это если и не выбивает почву из-под ног, то однозначно обезоруживает. — Кэт, ты не обязана этого делать. Я как никто тебя понимаю, но жив Рикс или мертв, того что в тебе сломано он починить не сможет. Мы, такие как ты и я из-за всех сил цепляемся за прошлое, надеясь, что одним прекрасным утром проснемся и станем теми, кем мы были до службы. Поверь, мир не заиграет красками, если в твою жизнь вернется Саймон, кровь с рук не исчезнет, да и кошмары никуда не денутся, уж я-то знаю о чем говорю. Понимаешь, черная дыра внутри тебя никуда не испарится, а если не прекратишь постоянно оглядываться, то и вовсе поглотит все вокруг. — Зачем ты сейчас мне все это говоришь? Тебе вроде была нужна моя помощь? — смотреть на Алекса приходится снизу вверх, ибо без каблуков я ему по плечо. Всегда задавалась вопросом, как с его метр девяносто он попал в разведку, он же пипец какой незаметный. Хотя, кто вообще в наше время обращает внимание на подтянутых красавчиков в дизайнерских шмотках. Вот будь он метр в прыжке с пивным животиком и проплешиной на голове, тогда другое дело. А таких как Смит сейчас пруд пруди. И тут до меня наконец-то доходит. — Скольких ты потерял? — Пятерых, я потерял пятерых агентов, — на красивом лице мужчины не дрогнул не один мускул, но в антрацитовой бездне его глаз промелькнуло отчаяние. Алекс при всем своем опыте не смог остаться безучастным. Не смог отгородиться. Нас всех учат использовать людей, а затем убирать их с игрового поля за ненадобностью. Нам всем вбивают в голову, что привязываться никому нельзя, но на деле только единицы могут похвастаться полнейшим равнодушием к окружающим. — Информация про Рикса сфабрикована? — Нет, я отдал все, что у меня было Хейзу, а уже он решил подключить тебя. И поначалу мне казалось это отличной идеей — тебя не рискнут пустить в расход. Максимум на что хватит Хоскинса это подкуп, шантаж ну и он может опуститься до угроз. Не более. Ты представляешь очень серьезных людей, которые в несчастные случаи не поверят. Но… — Нет никаких но, Алекс. Мы действительно можем сейчас на все плюнуть и уехать в закат. Вот только не ты, не я не простим себе этого. К сожалению, я так и не нашла кнопку отвечающую за мою совесть тире человечность. Так что не вляпайся никуда пока я буду наслаждаться «отдыхом» на Нубларе. — Как скажешь, милая. — Смит понимающе ухмыляется, заправляет выбившуюся из небрежно собранного хвоста прядь мне за ухо, а я в этот момент забываю, как дышать. Алекс так близко, что стоит мне податься чуть вперед, и я смогу коснуться его губ своими, но я стойко держу себя в руках. Иначе потеряю голову, а нам этого не надо. Когда мужчина отходит от меня к багажнику автомобиля, я облегченно выдыхаю, причем стараюсь сделать это так, чтобы агент МИ-6 этого не заметил, но судя по лукавой улыбке брюнета остаться незамеченной у меня ни черта не получилось. Теряю хватку. — Будь осторожна, — Смит протягивает мне сумку, в которой помимо сменных вещей теперь оказался столь любимый мной Glock 19 и несколько запасных обоим к нему. — Как и всегда, — салютую с ухмылкой и собираюсь затеряться в толпе туристов, но Алекс не позволяет мне этого сделать. Перехватив в последний момент мое запястье, мужчина притягивает меня к себе и целует так, что у меня за малым не подкашиваются ноги. Что он там говорил про закат и свидания? — Я серьезно, Кэтрин, не лезь на рожон… — подсекать, когда я и так оказалась уже на крючке, было не честно, но очень действенно. — Хорошо, — на этот раз я сама льну к губам Алекса и это определенно глупо и недальновидно. Но как же это приятно. Только с третьей попытки мне удается разойтись со Смитом по разным сторонам улицы. Не оборачиваюсь, в моем случае это будет сродни контрольному в голову, ныряю в самую гущу туристического потока и просто плыву по течению. Путь от причала до самого парка занимает чуть меньше двух часов и все это время вместо того чтобы думать о предстоящей встрече с Хоскинсом, я прокручиваю в голове наш разговор с Алексом. Так и не придя к единственно верному выводу, решаю, просто отпустить ситуацию. В конце концов, время расставит все и всех по местам. Единственно, что я знаю наверняка, так это то, что точка невозврата пройдена. Теперь только вперед. Без сомнений, раздумий и посторонних мыслей. Без рефлексии по прошлому. Без оглядки на Нью-Йорк.

***

— Браво, — картинно аплодирую главному действующему лицу, ну и его небольшой свите. — На бис повторишь? — звучит цинично, но что поделать, работа у меня такая. — Надеюсь, я потратила время на перелет не ради этого шоу? — Кэтрин? — кажется, Оуэн глазам своим не верит. И я его понимаю. Нублар явно не входит в число тех мест, где мы могли бы случайно пересечься. — Вы знакомы? — я упускаю, кто из окружающих решает уточнить очевидную информацию. — К моему глубочайшему сожалению. — Оуэн ухмыляется, недовольно качает головой и поняв что отлипать от капота внедорожника, припаркованного прямо у вольера с рептилиями я не собираюсь, твердой, решительной поступью сокращает дистанцию между нами. — Кстати, я, конечно, знала, что у тебя проблемы с фантазией, но не настолько же. Тебя, что, правда, хватило только на «Блю»? Серьезно? Оуэн, ты меня расстраиваешь. Я так понимаю «Браво» и «Альфа» оказались заняты? — Рад тебя видеть, — заявляет мужчина, останавливаясь ровно в двух шагах от меня. И это правильно, Грэйди знает, что границы моего личного пространства ему лучше не нарушать. Целее будет. — Да? — удивленно вскидываю брови, спуская авиаторы на самый кончик носа. — А так и не скажешь. — И давно ты переметнулась? — бывший морпех, если они вообще бывают бывшими, скользит по мне взглядом, сканирует. Прощупывает. И судя по его нахальной улыбке, то, что он видит ему нравится. Впрочем, я не остаюсь в долгу. С нашей последней встречи Оуэн не изменился. Надменная улыбка, озорной огонек в ореховых глазах, солдатская выправка, от него даже пахнет все тем же — потом, моторным маслом, порохом и кровью. Уверена, что если вновь окажусь за его широкой спиной, то обязательно почувствую себя как за каменной стеной. Вот только этого больше никогда не произойдет. Я учусь на своих ошибках. — Спроси у своих ребят. — Мы не общаемся. — Не удивительно, ты не мастак поддерживать отношения, — констатирую хорошо известную мне истину. Ухмыляюсь, но послевкусие горько-соленое с легким оттенком предательства. — Я вам не мешаю? — хрипит Хоскинс, кривя губы в мерзкой ухмылочке. В отличие от Оуэна, бывший вояка не стесняется оказаться ко мне поближе. Он бы с удовольствие навис надо мной, показывая кто здесь главный, да только ростом не вышел. Ладно, с ростом у мужика все в порядке, просто ну не боюсь я таких типов, потому что как минимум знаю что от них ожидать. Хоскинс типичная крыса, возомнившая из себя вожака волчьей стаи. Один он в драку не полезет. И бить будет в спину. На большее просто кишка тонка. — Нисколечко. Но вернемся к нашим баранам, простите, к динозаврам. — Ощущаю на себе плотоядный взгляд, взгляд хищника, который с чего-то решил, что я могу стать его добычей. Зверь внутри меня скалится, чувствует опасность, и мне безумно хочется ощутить в своей руке тяжесть оружия, но я даже виду не подаю, что мне не по себе. Один из подопечных Грэйди просовывает морду через прутья решетки и клацает зубами. А я в этот момент представляю как эта зверюшка, сорвавшись с поводка, заливает полгорода кровью. Становится дурно. — Велоцирапторам. — Не принципиально. — Ну не скажи, — тянет Грэйди ухмыляясь, и столкнувшись с ним взглядом, понимаю, что он знает о чем говорит. — Хорошо, вернемся к вашим дрессированным Велоцирапторам. Это их вы хотели мне продемонстрировать? — перевожу взгляд на Хоскинса, который своей слюной уже запачкал мне кроссовки. Боже, мужчины неисправимы, всего одна лишняя расстегнутая пуговица в районе декольте напрочь лишает их возможности думать. Так это я еще прилично одета — приталенные брюки и обычная темно зеленая трикотажная рубашка. А ведь могла бы заявиться в шортах и топе, это ведь не деловая встреча. — Да. Правда ждали мы вас завтра, — неохотно подмечает горе-руководитель проекта, взяв себя наконец-то в руки. Пытается выглядеть, как большой босс, но это явно не его. Он даже мое внимание на себя с трудом может переключить. А я тут вроде как вообще-то ради общения с ним. — Что, шоу со спасением паренька не до конца отрепетировано? — Кэтрин! — укоризненно восклицает Грэйди, и я не сдерживаю ухмылку. И когда ты только стал таким чутким к чувствам других, Оуэн? — Ой, да ладно тебе! А то я не знаю, как проходят презентации. Но если то, что я видела, был один сплошной экспромт, то ты в который раз доказал, что совершенно не дружишь с головой. С другой стороны ты же не можешь не геройствовать, да? Ты ведь хренов адреналиновый наркоман. — На самом деле став невольным свидетелем внештатной ситуации в вольере, мне чуть не поплохело. В своей жизни я видела много чего, что нормальный человек видеть не должен, но даже для меня то, что могло произойти, не вмешайся в последний момент Грэйди, было бы слишком. Правда, когда он кинулся в самую гущу событий, сердце предательски екнуло. Я испугалась. И первым порывом было вмешаться, пистолет при мне, а пуля в голову должна остановить даже динозавра, но все что я сделала, это заняла место в первом ряду зрительного зала. И пока Оуэн в очередной раз геройствовал, я пыталась отделаться от мысли, что именно он виноват в гибели Саймона. — Нужно было оставить тебя в том здание. — У тебя был шанс, но тогда ты им не воспользовался. Или, нет, воспользовался, но в другой ситуации. — Грэйди хмурится и мне даже кажется, что я вижу в его ореховых сожаление. Нет, показалось, с чего бы ему жалеть о побеге на Нублар. — Зачем ты здесь? — Оуэн складывает руки на груди и прожигает во мне дыру размером с футбольный мяч. Это забавляет. Он видимо забыл, что разведка не отчитывается перед простыми морпехами. — Не переживай, не ради тебя, — окончательно потеряв интерес к Грэйди переключаюсь на причину моего нахождения здесь. — Так что, этих рапторов вы хотите нам впарить виде инновационного оружия? — В случае настоящей войны вся навороченная техника сдохнет, — заявляет мне на полном серьезе Хоскинс и я готова биться головой о решетку вольера. Серьезно? И вот это его неопровержимый аргумент в пользу ящерицы переростка, которая на моих глазах чуть не сожрала зазевавшегося паренька. Тушите свет, пускайте титры. Я не могу работать с умственно отсталыми, не та подготовка. Но если Хоскинс, боже, язык даже пешкой не поворачивается его назвать, здесь просто для отвода глаз, то кто стоит за исчезновением агентов МИ-6? — Да, но робот не съест тебя за то, что ты забыл его покормить, — подмечает темнокожий парень, проходя мимо клетки с рапторами. Грэйди на это замечание согласно кивает. — Да хрен с ней этой кормежкой, меня другое интересует. Как вы себе представляете задействовать их, — киваю в сторону вольера, — в военных операциях? Вы хоть представляете, сколько будет стоить их транспортировка и содержание? Ладно, это в принципе тоже не так важно. Куда интересней, как ваши ящерицы переростки будут определять, кого сожрать на обед можно, а кого нельзя? И потом, они воспринимают команды только при зрительном контакте с дрессировщиком, правильно? — Не совсем… — судя потому какой убийственный взгляд Хоскинс бросил на Грэйди, он должен был сказать совершенно другое. — Не важно, это все равно не имеет никакого значения. Ни один адекватный человек не выпустит на поле боя доисторическую рептилию, у которой от запаха крови просто поедет крыша. Да это даже звучит абсурдно. Нет, вы конечно молодцы, что занимаетесь со зверушками, уверена, в будущем сможете поставить номер с ними, и будите грести деньги на билетах лопатой. Но о военных контрактах забудьте. Это не рентабельно, небезопасно и грозит миллионными исками. Мистер Хоскинс, я думала, мой коллега вполне доходчиво объяснил, что нас интересует. Если рапторы, это все что вы можете мне продемонстрировать, то вы потратили мое время впустую. Оттолкнувшись от капота внедорожника, взятого в парке напрокат, обхожу застывшего греческой статуей Грэйди и собираюсь занять водительское место. Приманка закинута, теперь осталось дождаться поклева. Хоскинс здесь не принимает никаких решений, ему должны дать отмашку сверху, а на это нужно время. Забавно, в характеристике на бывшего вояку написано, что он человек властный, любящий командовать, но при нашей недолгой беседе он и слова лишнего не сказал. Говорила в основном я. Что ж, это становится интересно. Кто-то пытается притупить мою бдительность, нацепив на своего цепного пса намордник. А значит, этот кто-то знает, что я давно вышла из игры и могла растерять форму. Мне что, правда, дают фору? Кажется, Алекс оказался прав. — Доктор Ву сможет встретиться с вами после восьми. Надеюсь, вы не против задержаться в «Мире Юрского периода» на выходные? — рычит с милейшей улыбкой Хоскинс, наблюдая затем, как я завожу машину. — Вы знаете где меня искать, — равнодушно пожимаю плечами, поглядывая на звереющего Вика или как там зовут Хоскинса. Ну, хотя бы не отрицает, что его люди пытались следить за мной в Нью-Йорке. — Если вдруг не сможете меня отследить, то я остановилась в люксе, место и время встречи можете передать через ресепшен. — Мило улыбаюсь, поправляя солнцезащитные очки, Хоскинса от меня начинает потряхивать и чтобы не сорваться с цепи, он сваливает от греха подальше в неизвестном мне направление. — Нам нужно поговорить… — заявляет Грэйди, бесцеремонно устраивая свой зад на переднем пассажирском сиденье. Что ж, надо так надо.