Поттер Неадекватный

      — Номер шестнадцать, — из двери выглянула симпатичная молодая девушка с собранными в пучок тёмными волосами. Не дождавшись, пока кто-нибудь откликнется, она вновь нетерпеливо повторила своим высоким тоненьким голоском: — Номер шестнадцать?!       — Профессор… — шепнул прямо над ухом мужчины Поттер — Не заставляйте меня вас резать.       — Что?! — мигом поднялся Северус, открыв глаза. Похоже, усталость все же взяла верх и он уснул. — Вы в своем уме?! — сразу же понесся он ругаться. — Резать?! Не хватало, чтобы вы еще оказались малолетним маньяком!       — Что вы. — невинно улыбнулся Гарри, похоже, искренне наслаждавшийся замешательством мужчины. — Просто этот способ работает лучше иных. Ничего личного, только здравый подход, — он широко улыбнулся, указывая на дверь, из которой все еще выглядывала недовольная девушка.       — Здравый? — приподняв одну бровь, усмехнулся Снейп. — Сказанное вами это слово не имеет никакого значения… Что же, не считайте, что всё это так просто сойдёт вам с рук. За свои слова нужно отвечать… — он хмыкнул. — Впрочем, кому я говорю? Идёмте…       Он плавной тенью двинулся к кабинету, убедившись, что мальчик идет за ним.       — Доброго дня! — в кабинете их встретил низкорослый мужчина с гладко выбритым морщинистым лицом и темной шевелюрой, спадающей до плеч. — Чем могу помочь?       — Здравствуйте… — поздоровался в ответ Снейп. — Мне нужно проверить этого ребенка. Стандартный осмотр.       Стандартную процедуру осмотра дети чистокровных волшебников проходили каждые полгода, по крайней мере, Драко Люциус водил исправно. Полукровки, в зависимости от опекуна тоже проходили иногда или вообще лишь тогда, когда сталкиваются с какими-то проблемами со здоровьем. Магглорожденным, конечно, выбора не предоставляли. Та же история и с сиротами и магловоспитанными. И, как считал Северус, мальчишке просто космически повезло, что его повел на покупки именно он, а не индивидуум вроде Хагрида.       Северус знал, как работала система здравоохранения у маглов. Для разных частей твоего тела предусмотрены разные специалисты. У магов не было лишних заморочек: парой приемов можно было проявить любые неисправности твоего тела. Никаких тебе анализов и рентгенов.       — Отлично. — кивнул колдомедик на его заявление и перевел взгляд своих темно-карих глаз на Поттера. — Иди сюда… ребёнок.       Мальчик все также был облачён в темную мантию, а его голову скрывал объемный капюшон — понять пол было сложно, — безликое «ребенок» вытекало из этого.       Но этот ребенок снимет капюшон. Покажет свой шрам и никакая лохматость его не спасет. И начнутся пляски вокруг героя. В этом Снейп не сомневался.       — Сколько это займет времени? — спросил Северус, рассматривая кабинет.       Стол и стул, еще два стула у двери, кушетка в углу, пара тумбочек рядом, большой стеллаж рядом со столом и разные колдофото-плакаты, агитирующие к разумному использованию магии и вниманию к своему здоровью.       — Зависит от того, что мы можем обнаружить — мягко улыбнулся колдомедик. Он внимательно смотрел на Поттера, медленно снимая с него капюшон и мантию. — Кем вы приходитесь мальчику?       — Я — профессор в Хогвартсе. Мне было поручено вести его за покупками. Только… мне показалось, что осмотр тоже не помешает, — Северус слегка подправил воротник водолазки, который скрывался за мантией — словно ему не хватало воздуха.       Колдомедик понятливо кивнул.       — Что же, вы правильно поступили, — разглядывая Поттера, согласился колдомедик. Он, слегка подвинув челку мальчику, разглядел шрам и, повернувшись к Северусу, сделал большие глаза в явно выраженном удивлении. К счастью зельевара, он ничего по этому поводу не сказал.       — Вы — Северус Снейп? — спросил мужчина и, дождавшись кивка, продолжил. — Наслышан. — его лицо украсила улыбка. — Фред Ункэлд, пятый курс, Рэйвенкло, — пояснил он.       — Припоминаю. Умный мальчик, — сдержанно ответил в свою очередь Северус.       — Магглорожденный? — кивнул он в сторону мальчика.       Это было удивительно. Оказывается, в магической Британии еще остались люди, не знающие о шраме мальчика-который-выжил?       — Почти… — ответил Снейп.       — Я должен вас уведомить, что для назначения лечения нам понадобится разрешение магического опекуна.       Конечно, Северус об этом знал и не стал глупо предполагать, что сумеет провести все это без лишнего шума.       — Опекуном мальчика является директор, — ответил он колдомедику, — мне не доставит неудобства получить разрешение. Действуйте.       Колдомедик кивнул:       — Как тебя зовут, мальчик?       Снейп напрягся в неприятном ожидании ответа мальчика.       — Меня зовут Дадли, но профессор запрещает меня так себя называть — он надулся и зыркнул в сторону Северуса.       — Гм, — растерялся мужчина, заправляя одну выбившуюся тёмную прядь обратно за ухо. Он еле заметно метнул взгляд в сторону Снейпа и проговорил:       — Приятно познакомиться… Дадли.       Северус мысленно закатил глаза. Наверняка теперь в глазах колдомедика он выглядел каким-то чудовищем, запрещающим детям называться своим именем. Он нетерпеливо одернул мантию и уселся на один из стульев. Поскорее бы этот день закончился.       Тем временем колдомедик подобрался и заботливо указал мальчику:       — Ложитесь, пожалуйста, на кушетку.       Мальчик послушно лёг, и мужчина начал водить над ним палочкой. То и время над мальчиком появлялись разные знаки, графики, наполненные разноцветными маркерами и тому подобные вещи, смысл которых Северус понимал лишь отдаленно, но на всякий случай внимательно следил. Его немалые познания в окклюменции помогали ему лучше запоминать и упорядочивать информацию. Если будет нужно, то с помощью омута памяти он сможет вновь пересмотреть все результаты.       Поттер лежал тихо и неподвижно. Наверное, колдомедик использовал какие-нибудь заклинания, потому как Северус не знал, как ещё по-другому можно было бы угомонить его.       — Интересно… — кивал чему-то своему колдомедик. Через несколько мгновений он закончил: — Это, должно быть, всё. — Он еще немного покрутил палочкой, насылая на мальчика заклинание легкого сна и убрал ее в чехол на мантии.       Северус насторожился. Похоже, колдомедик затеял долгий разговор, раз ему показалось целесообразным усыпить ребенка.       Мужчина был немного задумчив. Он неспешно подошёл к Северусу и сел за свой рабочий стол.       — Ничего опасного для него прямо сейчас я не заметил. — сразу же заверил его мужчина, приняв нетерпение Северуса за беспокойство— Только… Есть вещи, которые меня беспокоят. Я должен получить одобрение опекуна для обсуждения с вами, надеюсь вы понимаете, — осторожно сказал он.       — Я могу прямо сейчас связаться с ним по сквозному зеркалу, если пожелаете, — ответил Северус, не желая задерживаться дольше должного.       — Да, было бы хорошо… — закивал колдомедик.       Северус достал из кармана маленькое четвероугольное зеркало-ракушку и два раза постучал по ней палочкой.       — Здравствуйте, директор… — поздоровался он. Из зеркала послышалась торопливая быстрая речь, но Снейп, не вникая, сразу же продолжил. — Простите, но у меня нет на это времени. Я привёл мистера Поттера к колдомедику и теперь, чтобы узнать результаты осмотра необходимо ваше разрешение.       — Северус, произошло нечто плохое? — послышался настороженный голос директора.       — Все в порядке. Я объясню вам потом. Просто дайте свое разрешение.       — Конечно, Северус, не сомневаюсь. — и Снейп повернул зеркало лицом к колдомедику, когда Дамблдор начал. — Клянусь магией, что являюсь Альбусом Дамблдором. Я разрешаю вас просвещать Северуса Снейпа обо всем, касательно осмотра и здоровья мальчика… на этот раз, — и отключился.       Клясться магам приходилось не то, чтобы часто, и не то, чтобы всегда, но в мире, где существует оборотное зелье и куча других способов выдать себя за того, кто ты не есть, это было вынужденной мерой.       Получив одобрение опекуна, колдомедик расслабился и протянул Северусу стандартный бланк для осмотра.       Бланк представлял из себя обычную бумажку-анкетку, где нужно было писать самую основную информацию.       Увидев имя пациента, колдомедик занервничал, но сдержался от лишних распросов.       — Обратиться за помощью было хорошей идеей, — начал он, , — У мальчика есть некоторые проблемы, — он нерешительно замнулся, — Первое о чем я хочу сказать: диагностическое заклинание показало проблемы с памятью. Я вижу, что у него нет целой части его воспоминаний. Я, конечно, не легилимент, но эти воспоминания настолько грубо и непрофессионально у него отобраны, что их отсутствие обнаружили мои самые простые диагностические чары.       Северус удивился.       — Как такое может быть?       Северус сразу вспомнил о том, что к детям не применяют меняющие сознание чары. Это было сложно провернуть безопасно. Кроме того, заклинания могли сработать совершенно неожиданно. Детское сознание хрупкое и ломкое. Любое вмешательство может сильно повлиять на развитие ребёнка. Северус подобрался и стал внимательно слушать мужчину.       — Я вряд ли могу вам это сказать. Похоже, прошло много времени, я даже не могу назвать причины. Но это довольно увесистый кусок его жизни. Я, если честно, не знаю ни одного заклинания, которое могло бы убрать такой большой фрагмент, не затронув другие. И, увы, я даже не уверен, что это можно восстановить. Но я все равно направлю вас к штатному легилименту — вдруг я ошибаюсь. Поверьте, осмотр будет совершенно конфиденциальным.       — Если это было так давно, то не думаю, что они смогут существенно чем-то помочь, — засомневался Северус.       Сам являясь довольно неплохим легилиментом, он знал, что если все так, как описывает колдомедик, то случай почти что безнадежный.       — Вы правы, — сразу же согласился тот. — Магглы называют такое «амнезия». Однако наш случай, конечно же, сложно соотнести с этим диагнозом. Часто амнезия проходит, возвращая больному воспоминания назад, но… тут… — он замялся. — Впрочем, вы все понимаете сами. Ох, бедный ребенок. Наверное, ему пришлось очень трудно, — колдомедик вздохнул, — Затронуты самые ранние воспоминания, детские, я бы сказал — до лет семи.       Колдомедик покрутил палочку в руках, выведя схематический рисунок перед Северусом:       — Тут, — указал он пальцем на светлое пятно на черном фоне схемы. — Это отсутствующие связи памяти. Удивительно, но я не вижу никаких отклонений в развитии, — он нахмурился и Северус заметил капельки пота, выступившие на его лбу, — Извиняюсь, я еще не сталкивался с таким в своей практике.       Колдомедик пальцами увеличил пятно, показывая Северусу еще одну схему: какие-то шарики, анархично двигающиеся без какого-либо направления.       — Я не совсем понимаю вас, что это?       — Это проекция его сознания на данный момент. Повторюсь, это не совсем моя направленность, но это самые базовые чары. Здесь ясно видны несвязность мыслей и воспоминаний. Для сравнения я хотел бы показать вам проекцию совершенно здорового в психологическом плане ребенка в его возрасте, — он вытащил иллюстрированное колдофото: шарики были построены стройной линией, движение было вялым и незначительным.       — Это очень трудно объяснить, но я попытаюсь. Возможно у него нарушено мышление или ассоциативные связи. Я выпишу некоторые зелья, которые помогли бы ему, — и попутно записывая свои рекомендации, продолжил, — В остальном диагностика обнаружила общую недоразвитость организма и ярко выраженный авитаминоз.       Снейп молчал, а колдомедик продолжил:       — Не знаю, что там было, но ребенка очень плохо кормили. Ссадины и синяки на его теле тоже ни о чем хорошем не говорят. У него сильный недовес.       Северус вздохнул.       Его сознание начало раскидывать перспективы. На фоне «амнезии» истощение казалось чем-то пустяковым. Ребенку требовался уход, лечение и помощь. Он мысленно набросал примерный план распорядка ребенка в ближайшие месяцы учебы. Конечно, ему бы не хотелось заниматься всем этим, но доверять остальным «ответственным взрослым» в школе не казалось ему рациональным.       В моменты слабости он всегда пытается занять себя полезными размышлениями. Как можно дальше оттянуть встречу с жалостью и виной.       — Что мы можем сделать? — собравшись, спросил Снейп. Его взгляд остановился на лежащем на кушетке мальчике, чья грудь мирно двигалась в такт его дыханию. В маленькой комнате колдомедика он все еще выглядел маленьким и хрупким, а цвет его лица выглядел бледно даже по сравнению с молочными стенами больницы.       Он вдруг снова вспомнил себя в детстве, свои ссадины и голод. Перед его глазами встали ужасные картинки, подкинутые сознанием, где Поттер получал эти синяки. Его сердце пронзило внезапное воспоминание о Лили и вновь появившееся чувство вины.       — Мальчика нужно лечить. Помочь адаптироваться, — неопределённо ответил мужчина.       — Понадобится долгая реабилитация. Курс зелий, посещение специалистов, помощь в адаптации.       — Да, конечно, — ответил Северус, — Он все пройдет, обязательно… — Его голос дрогнул.       Северус вдруг почувствовал себя таким беззащитным. Сейчас он не был мрачным мистером Снейпом, деканом факультета Слизерин. Перед колдомедиком сидел обычный молодой мужчина, который искренне сопереживал мальчику.       Потом, возможно, Северус укорит себя за свою слабость. Он потерянно взглянул на мужчину.       Колдомедик кивнул своим мыслям и сказал:       — Полагаю, вы можете передать это школьному колдомедику. — Он протянул мужчине бумажку: — Я прописал необходимые рекомендации, зелья и дозировки, но вы с этим и без меня прекрасно справитесь.       — Я вам очень благодарен, — кивнул Северус, — Я могу расчитывать на ваши консультации в дальнейшем?       — Да, конечно, — слегка улыбнувшись, кивнул колдомедик. Он встал и подошел к кушетке с мальчиком вплотную. Парой пасов палочкой он снял заклинание сна. После этого Северус сразу же услышал слишком непривычную после долгой тишины речь:       —Мистер Снейп? — испуганно округлив глаза, мальчик начал обводить взглядом комнату, — Профессор? Вы здесь? Где вы? Вы же не бросили меня, профессор Снейп? — в теперь уже оглушительной тишине комнаты его слова прозвучали еще громче, чем было сказано.       Снейпа что-то приятно кольнуло в груди.       — Нет, мистер Поттер, я еще здесь, — ответил зельевар, — Как вы только могли допустить, что я могу совершить такую халатность и оставить подопечного, — задрав нос к потолку, спросил он.       Северус сделал лицо раздраженного человека, но мог признать, что где-то внутри ему было немного приятно.       — Но… я упал. Только что, — недоумевал Поттер, — Логично было бы предположить, что меня кто-то бросил. Ведь мальчики не падают просто так с неба, да? — на зельевара с колдомедиком уставились две полные растерянности изумрудно-зеленые глаза Поттера.       — Я не бросал вас, мистер Поттер и вы не падали, — раздраженно ответил Снейп, уже выбросив из головы то тепло. Всегда в речах мальчугана было двойное дно, пора бы к этому привыкнуть.       — Мистер Поттер, не хотите ли вы печенья? — решил нарушить неловкий момент мистер Ункэлд. Он взял со своего рабочего стола хрустальную вазу с овсяным печеньем и протянул к Поттеру.       Тот прищурившись, слегка отодвинулся и спросил:       — С чем оно? Помутняет рассудок? Наркотики? Слабительное?       — Что вы такое говорите? — испугался колдомедик, — Это обычное печенье, вот, — Он демонстративно откусил и зажевал его.       Поттер внимательно следил, будто выискивая подвох. Это был абсурд. Откуда он вообще знает такие слова? Северус закатил глаза:       — Негодник, — сквозь зубы процедил он.       А мистер Поттер лишь непонятливо озирался, не совсем понимая, что в его словах можно найти такого…