Поттер Неадекватный

      Северус проснулся в шесть утра.       Ровно в шесть ноль-ноль он встал с кровати. Откинув одеяло, он потянулся и щелчком пальцев раздвинул шторы. Солнечный свет жизнерадостно бил в глаза и в это чудесное утро мужчине не хотелось портить себе настроения.       Сонно нащупав палочку на тумбочке рядом, он левитировал к себе халат и укутавшись, встал. В шесть ноль-два он подошел к зеркалу, в шесть ноль-четыре потягивался у окна.       Его личные покои представляли из себя две комнаты, состоящие из кабинета и спальни. Квадратные комнаты четыре на четыре метра, соединенные меж собой дверью.       В спальне находилась его личная ванная комната, с обычным маггловским унитазом, раковиной и душевой. Его комнаты были обустроены весьма аскетично. Вещей и мебели было совсем немного: широкая, добротная кровать с компактными тумбочками по обе стороны, худой платяной шкаф и небольшое овальное зеркало в резной деревянной раме. Стены были однотонными и серыми, темный потолок и деревянный пол. В кабинете вещей было чуть больше: два больших книжных шкафа, еще один стеллаж с прозрачными дверцами, большой рабочий стол из темного дерева и кресло с такой же темной обивкой. Тут стены были светлыми. Из кабинета можно было попасть в маленькую комнату — кладовую, где Снейп хранил все свои ингредиенты, зелья и другие нужные вещи.       У него не было личной зельеварни, однако в классе Зельеварения у него тоже был маленький кабинет, где он ее потихоньку обустраивал. Так как масштабным производством он не занимался, места там ему вполне хватало.       Сегодня у него предстоял сложный день.       Но сейчас было чудесное утро, поэтому он сначала с удовольствием принял душ, а потом неспеша переодевшись, взял некоторые свои бумаги и отнес в класс зельеварения.       За всей его утренней рутиной прошло два часа и наступило время завтрака. Будь у него выбор, Северус ел бы прямо тут, как иногда делал по вечерам. Но Альбус был строг и непреклонен. Он желал видеть Снейпа за каждым чертовым принятием пищи. Как и в любой другой раз, Снейп отказать ему не мог.       Утром всегда было мало человек. Он быстро впихнул в себя яичницу, запил томатным соком и пожелав всем приятного аппетита, спешно удалился.       Как и всегда, сейчас он закажет себе в кабинет еще одну чашку кофе и спокойно позавтракает в приятной обстановке за каким-нибудь увлекательным журнальчиком.

***

      Сегодня был вторник, третье сентября. Второй учебный день, который обещал быть крайне интересным.       — Доброе утро, Адам, Гарри.       Сегодня Фарадей проснулся очень рано. К моменту, когда проснулись его соседи, он был одет, причесан и собран. Мальчишки вразнобой пожелали ему доброго утра в ответ и нехотя вылезли из своих кроватей.       Что Фарадею не понравилось в общежитии — по утрам в санузел собиралась крупная очередь. Встав раньше можно было этого избежать. Теперь он планировал превратить это в привычку.       На завтраке сегодня было поменьше людей, чем вчера. Гарри был непривычно молчалив, а Сейт привычно отсел от них.       — Как спалось? — откусывая жирный кусок сосиски, спросил Фар.       Гарри повернулся к нему. Рот его был полон еды. Он был так набит, что мальчик даже не мог его прикрыть. Но ничуть этого не стесняясь, Гарри прожевал еду и счастливо улыбаясь, поведал Каллену:       — Великолепно.       — Гарри… — нахмурился Фар.       — …Поттер. — кивнул Гарри.       — Нет, Гарри, я хотел сказать, что говорить с набитым ртом неприлично.       — Чудесно, но он у меня не набит, — Мальчик многозначительно посмотрел на Фара, отчего тот понял, что Поттер не прочь подкрепить свои слова демонстрацией своего рта.       — Как скажешь, — пожал плечами Фарадей, и отпил сока. — Кстати, ты говоришь во сне. Я думал, ты плохо спал.       — И что я такого говорю? — удивился мальчик.       — Не разобрал. Что-то про белую комнату. — Фарадей пожал плечами.       — Какая-такая белая комната? — Гарри прищурился, — может, я говорил про больницу? Я люблю больницы. — он ухмыльнулся. — ну или не люблю.       — Да Мерлин сам не разберет тебя. Может и ошибся. Не знаю.       Мальчик пару секунд смотрел на Каллена, и хмыкнув, вновь переключился на еду.       Фарадею понравилось дружить с Гарри. Он был забавным, милым и безобидным. С ним говорилось как-то легко и беззаботно.       Гарри вроде бы тоже был не против. Он очень быстро ел, пытаясь впихнуть в себя как можно больше.       Фар оторвал свой взгляд от друга и побрел взглядом по столу, разглядывая ребят. К завтраку спустились не все. Из их однокурсников сидели только они, Адам и Гермиона.       Гермиона Грейнджер. Грейнджер была симпатичная, но совсем неухоженная. У нее были пышные пушистые кудряшки, которых будто никогда не касалась расческа, большие глаза, которые она постоянно щурила и тонкие губы. А еще она была занудная и скучная.       — Гермиона, — услышал он вдруг голос Гарри. — Тебе нравятся больницы?       Сейчас у Гарри было такое глупое выражение лица. Он весь как-то подобрался, ожидая ответа от этой девочки. Фарадей уже заметил, что у Гарри к этой странной девочке больной интерес.       Грейнджер отвлеклась от разговора с подружками и потерянно взглянула на Поттера:       — А? — открыла она рот.       Каллен закатил глаза.       — Как тебе спалось? — Поттер улыбнулся. — Тебе ничего странного не снилось?       Она сделала недовольное лицо. Некоторое время она ничего не говорила. Потом девочка отложила столовые приборы, встала, отряхнула свою серую школьную юбку и с бесстрастным лицом и недовольным прищуром ответила:       — Нет. — и в этот момент она казалась Фарадею такой противной и глупой, что ему стало жаль Поттера, который к ней привязался.       За ней встали и другие девочки. Они мило улыбнулись мальчикам и направились к выходу.       — Женщины. — улыбался Гарри, — никогда их не понимал.       Фарадей закатил глаза:       — Мистер ловелас, вам всего лишь одиннадцать лет. Какие женщины?       После похода в Больничное Крыло цвет кожи Поттера как-то выровнялся, синяки под глазами стали меньше, да и синяки на теле стали проходить быстрее. Сегодня Каллен помог мальчику уложить волосы, поэтому сейчас он выглядел как ухоженный молодой человек и стал более похожим на того Гарри Поттера, о котором все говорят.       Трансфигурация прошла для Фара очень быстро. Сегодня им опять повторяли формулы трансфигурации, которые он знал назубок и заставляли трансфигурировать иголки. Ему это было уже неинтересно. Вчера вечером после недолгих тренировок он смог получить сразу шесть штук, поэтому быстренько повторив нехитрые движения, Каллен держал в руках блестящую иголочку. В этот раз иголки получились у всех воронов. У Гарри иголка получилась размером с ладонь. Она была толстой и такой блестящей, словно была сделана из серебра. Однако шить такой было бы очень сложно.       Макгонагалл подошла к Гарри и что-то недолго объясняла, чертя ему какие-то вещи в тетрадь. После этого у Гарри получилась обычная иголка, однако профессор подняла оба его творения и похвалила на весь класс. Она напомнила, что для каждого превращения нужно дозировать свои силы и очень точно представлять его размер и другие детали. За урок их факультет получил двадцать баллов. Ребята были рады.       — Поттер. — прозвучал чей-то тонкий голос. Фарадей с Гарри обернулись. Это был белобрысый худой мальчишка. Рядом с ним было еще два мальчика. Они стояли чуть вдали, напоминая Фарадею телохранителей:       — Привет.       Была перемена и Фар с Гарри шли на следующий урок.       — Привет! — Поттер широко улыбнулся, — Ох… Малфой.       — Малфой, — мальчик кивнул и его взгляд сместился на Каллена.       Малфой был одет в черный, явно очень дорогой костюм. У него был зеленый галстук и мантия с нашивкой факультета Слизерин. Весь он был холеный и смазливый, а еще у него были тонкие женственные черты и аккуратные маленькие руки. Блондинистые, почти что платиновые волосы были прилизаны настолько, что казались одной сплошной массой.       Повисла напряжённая тишина и Фарадей решил взять нить разговора в свои руки:       — Привет, Я Фарадей Каллен. — быстро представился он, — Если не ошибаюсь, Ты Драко? Драко Малфой?       — Да, — Малфой сдержанно улыбнулся. — Каллен… — растягивая букв, повторил он, — Да, я слышал такую фамилию. Это — Крэбб, а это — Гойл, — он указал на мальчишек позади.       Фар не успел понять, кто из них Крэбб, а кто Гойл, но приветливо кивнул.       — Рад знакомству, — кивнул он. Малфой внимательно оглядел его с ног до головы и ухмыльнувшись, посмотрел на Гарри.       — Поттер, ты помнишь о моем предложении? — спросил он, приблизившись к мальчику.       — Моя память — бездонный мешок, — Гарри картинно вскинул руки и с улыбкой смотрел на блондина, — ничего не пропадет, ничего не найдется, — Поттер пожал плечами и многозначительно обвел глазами мальчиков сзади Малфоя, — Твои друзья неразговорчивые.       Но Малфой был серьёзен дальше некуда. Его губы были сжаты, а лицо напряжено.       — Да… — манерно потянул он, и коснулся плеча Поттера. Его серые глаза цепко уставились на Гарри. Фарадей подумал, что Драко был похож на змею, готовящуюся к броску, — Поттер, ты должен знать, что друзей нужно выбирать очень осторожно. Такие как мы… должны держаться вместе, понимаешь?       Гарри дернулся от его прикосновения. Его глаза с испугом уставились на руки блондина. Он убрал его руки, и внимательно посмотрел тому в глаза:       — Ты хочешь, — он настороженно смотрел то на мальчика, то на его руки, — дружить со мной?       Было удивительно, как у Гарри быстро менялось выражение лица. Он был словно открытая книга — все его эмоции легко прослеживались. Беспечность, испуг, недоверие — ему не удавалось оставить незамеченным ничего.       — Именно так. — вскинув голову, подтвердил Драко.       Гарри скривился, отошел на шаг, встряхнул плечи и натянул широкую улыбку.       — Драко, — еще тише, шепотом начал говорить Гарри, — ты мне нравишься. — мальчик хихикнул, — только не тяни руки ко мне. Никогда. Хорошо?       — Эм… — Драко посмотрел на мальчика с долей скепсиса, но кивнул, — Я уважаю, — он сделал паузу, — твои границы, Поттер. Я рад, что мы пришли к такому решению… Друг?       Гарри шутливо поклонился:       — Друг, — подмигнул он.       После этого непродолжительного и очень странного разговора они всей группой молча отправились к лестницам. Кабинет ЗОТИ находился на третьем этаже одной из башен.       Фарадею было очень странно. Кто же так заводит друзей? Это было похоже на какую-то несмешную шутку. Но почему-то ее воспринимали серьезно все вокруг, кроме него.       Урок защиты начался со стандартного знакомства с учителем. Профессор Квиррелл был весьма посредственным учителем. Казалось, ему совершенно неинтересно то, о чем он им пытался рассказать.       Это было так обидно, потому что все с нетерпением ждали занятий по Защите от Тёмных Искусств, но уроки Квиррелла оказались какой-то шуткой.       Его кабинет насквозь пропах чесноком. Как все уверяли, он должен был отпугнуть вампира, которого профессор встретил в Румынии и боялся, что тот вот-вот может явиться за ним в замок. Тюрбан, по словам Квиррелла, подарил ему африканский принц в знак благодарности за то, что он избавил того от докучавшего зомби, но Фарадей сомневался в правдивости этого заявления.       Урок проходил странно и бесполезно.       К концу урока, закрыв тяжелый фолиант, Квиррелл поднялся со своего места. Он начал расхаживать меж партами. Отвечал на какие-то вопросы, заглядывал в конспекты. Потом он приблизился к их столу, и Каллену сразу захотелось оказаться где-то совсем далеко от него и его вонючего запаха.       — Ай… - скривился Гарри рядом.       Фарадей удивленно посмотрел на Гарри. Мальчик притих. Он усиленно массировал виски и тяжело дышал.       Но профессор, будто не заметив, просто прошел мимо.

***

      Снейп раздраженно влетел в класс. Ничем себя не утруждая, он начал проводить перекличку.       — Гарри Поттер. — Снейп внимательно посмотрел на мальчика. Его цепкий взгляд нехотя подметил улучшившийся вид мальчика, его уложенные волосы и уже выцветший синяк прямо на лице.       — Это я, — довольно тихо привстал мальчик с места.       — Поздравляю, — закатил глаза Снейп, — Сядьте, вас вставать никто не просил, — чуть ли не прошипел он.       Группа ему досталась из пятнадцати человек. Девять человек с Рейвенкло и шесть с Хаффлпаффа. Снейп дошёл до конца списка и внимательно осмотрел класс.       Дети выглядели такими несерьезными и глупыми, что Снейп изнутри тяжело вздохнул. Он не любил детей. Не любил преподавать. Не любил Хогвартс.       Смерив всех сидящих тяжелым взглядом, он начал говорить:       — Вы здесь для того, чтобы изучить точную науку и тонкое искусство приготовления зелий.       Он говорил почти шёпотом, но его голос, он был уверен, доходил до каждого. Все с каким-то страхом и настороженностью притаились, слушая его речь. Снейп обладал даром без малейших усилий сохранять в классе тишину.        — Поскольку на моих занятиях не будет этих глупых размахиваний палочкой, то многие из вас могут усомниться в том, что это вообще магия. Я не ожидаю, что вы будете в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла с его мерцающими парами, изысканную силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая чувства… Я могу научить вас, как разлить по сосудам известность, приготовить славу и даже заткнуть пробкой смерть — если вы, конечно же, отличаетесь от того стада твердолобых тупиц, которых мне обычно приходится обучать.       Вслед за этой короткой речью продолжала висеть тишина.       — Сэр… — робко спросил кто-то. — Когда вы говорили про смерть с пробками… Вы имели в виду яд?       Снейп прищурил глаза и внимательно взглянул на мальчика. Это был рыжий, конопатый мальчик с большим носом. Только он собирался излить на мальчика словесный яд, его бессовестно перебили:       — Умереть можно от любого лекарства. — подал голос Поттер.       — Пять баллов с Рейвенкло, — раздраженно сказал Снейп. — Раз вы так много знаете, Поттер… — Он внимательно смотрел на мальчика, — Ответьте мне на вопрос. Как нейтрализовать яд?       — Убить его? — серьезно ответил Поттер.       — Неправильно, десять баллов с Рейвенкло. — Снейп вцепился взглядом в Поттера, напрочь игнорируя поднятые руки. — Что вы получите, смешав листья мандрагоры и настой крапивы?       — Коктейль? — с надеждой спросил он.       — Если вы имеете в виду состояние, в котором находится ваш мозг, то да. Неправильно. Двадцать баллов с Рейвенкло.       — Вы думаете, Поттер, известность дает вам какие-то поблажки?       — Никак нет! — картинно испугался Поттер, прикрывая рот ладонью.       — Тридцать баллов с Рейвенкло.       — За что, Профессор? — оскорбленно подала голос одна из девочек с голубой нашивкой.       — Еще пять баллов с Рэйвенкло. — оглянувшись на нее, сказал он, — Вы спрашиваете за что, мисс…       — Грейнджер, — услужливо подсказала она.       — Мисс Грейнджер. За пререкания с преподавателем.       — Но сэр! — обиженно посмотрела она на него.       — До вас кажется сложно доходит? — наклонился он к ней и с раздражением добавил:       — Еще двадцать баллов с Рейвенкло.       После этого радеющих за справедливость не нашлось.       — Зельеварение — сложная наука, — начал он, — Мы будем работать с волшебными ингредиентами, с огнем, острыми предметами и токсичными веществами. Если у вас есть желание закончить Хогвартс живыми, то вы должны соблюдать технику безопасности.       — Огонь, — на пальцах, словно совсем маленьким детям, начал объяснять он, — это опасно. Вы обязаны быть в перчатках из драконьей кожи, когда работаете с котлом. Вы обязаны быть в перчатках, когда трогаете опасные ингредиенты. — он внимательно обвел класс взглядом.       — Ножи — это опасно. — продолжил он, — Если есть не знающие, как им пользоваться, я объясню. Заодно объясню, как надевать перчатки и читать. — Снейп скривился.       Потом он раздал каждому ученику по таблице, где расписывалась совместимость разных ингредиентов и основные их характеристики. Проведя небольшую ознакомительную презентацию таблицы, он задал им по три фута эссе, где они должны были расписать всю важность использования таблицы совместимости в зельеварении и соблюдения техники безопасности.       — Если у кого-нибудь окажутся одинаковые эссе — я сожгу оба. — предупредил он, — А пока вы свободны. — Студенты неуверенно переглядывались и собирались. Наконец, все студенты начали потихоньку выходить:        — Поттер, останьтесь. — остановил он его.       Когда последний ученик вышел из кабинета, закрыв за собой дверь, Снейп отбросил перо и тяжело посмотрел на Гарри:       — Мистер Поттер, вы были в больничном крыле?       Поттер удивленно посмотрел на него, будто бы ожидал, что сейчас Снейп накинется на него с криками и тумаками.       — Кажется, был.       — Вы принимаете те зелья, которые вам дала миссис Помфри? — Снейп строго посмотрел на него, — Советую мне не врать.       Поттер удивился:       — Врать? Вам? Опасно врать человеку, который может заткнуть пробкой смерть.       — А еще могу заткнуть вас.       — Можете, — кивнул мальчик, состроив серьезное лицо, — Зелья пью, все хорошо, ничего не болит, спасибо, — затараторил он, — вы меня освобождаете?       — Валите прочь, — прошипел Снейп.